Когда доча весело убежала в сторону телевизора, я тут же скинула пуховик и стремительно направилась вглубь комнаты. Я лениво освободилась от одежды, и расправляя домашний халат, невольно глянула в зеркало. Словно, подозревая в своих бедах какие–то недочеты фигуры, я пробежалась оценивающими глазами по крупной груди, с торчащими от холода розовыми сосками, по мощному животику с эротичными мышечными изгибами, глянула на выпуклый, слегка недобритый лобочек и наконец, довольно посмотрела на свои стройные ножки.

“Ох и повезет же кому–то…” – мысленно засмеялась я и быстро накинула халат на обнаженное тело.

– Так, давай, переодевайся! – строго сказала я дочке, и застегивая халат, побрела в сторону кухонного гарнитура и плиты.

– Не хочу! – капризно простонала Рамиля.

– Так, зай! Я не поняла… тебе что, планшет надоел? М? Ты ведь, меня знаешь… – задумчиво глядя в холодильник, строго произнесла я, – если я сейчас повернусь и увижу, что ты в парадной одежде сидишь на кровати…

В эту же секунду послышался очень тихий скрип кровати и легкий прыжок на пол. Я ухмыльнулась и достала большую кастрюлю с макаронами.

– Заюш, макарошки с котлеткой хочешь? – крикнула я.

– Не хочу! – отозвалась доча, шелестя парадной одеждой, аккуратно вешая ее на стульчик. – а есть пельмешки?

– Пельмешки хочешь? – задумчиво произнесла я, – ладно, давай, сварим. – я пожала плечами и взяла с плиты чистую кастрюлю.

Да, этот день действительно был переломным в моем воображении. Именно в этот день мои сексуальные потребности стали превышать все другие. Нет, конечно, та парочка на кассе не виновата ни в чем. Просто, ребята оказались слишком кстати и дали серьезный толчок моей психике. Ведь, я держалась на грани и старательно отгоняла от себя свой голод, изо всех сил старалась не думать о сексе и уж тем более, не фантазировать… Но, в этот день я целиком сломалась и начала все глубже погружаться в свои сексуальные грезы.

Все вокруг напоминало мне секс. Даже, одиноко стоящие две рюмки в кухонном шкафчике, рядом с солью, намекали мне на какие–то посиделки, с последующим, вытекающем ночным огоньком. Я истерически смеялась, глядя на сосиски, огурцы, меня трясло, если я просто видела обнимающуюся парочку или слышала какой–либо скрип кровати. Моя крыша окончательно ехала, когда моя молодая соседка(примерно через день) приглашала жениха и полночи, я слушала ритмичные шлепки живота об задницу. Слава Богу, Иришка при этом не стонала, а то, в моей жизни тупо прибавилось бы бессонных ночей…

И в этот день, Иришка как назло была с парнем. Стоит отметить, что слышимость в нашей общаге всегда была на каком–то запредельном уровне и всякий раз, проходя по коридору, в туалет или общую кухню, я вожделенно слушала, как ритмично скрипит кровать и дышат два разгоряченных тела.

– Мама, а скоро будет готово? – вдруг, не отрываясь от планшета, спросила доча.

– Сейчас, водички наберем и будем варить! – ответила я и стремительно направилась к выходу.

Выходя в коридор, я косо посмотрела на Иришкину дверь. Оттуда по–прежнему доносилась какая–то жаркая возня.

– Ох, ох… – страстно дышала Иришка.

Скрипов кровати я не услышала и зачем–то, стала представлять, что именно там происходит. Судя по чувственным выдохам, Иришка балдела от куни. Я не понимала, какого черта, я вообще об этом думаю, но совладать с собой мне было крайне сложно. Да и не особо хотелось, если честно. Мне безумно нравилось разжигать свое воображение, чувствовать сладкие мурашки возбуждения на спине, пояснице и жопе. Наливая воду, я слегка покусывала губу и зачем–то, вслушивалась в женский смех и мужские голоса. На фоне играла музыка. Вероятно, это была местная алкашка Залина.

За ее дверью постоянно кто–то бухал и стонал. Честно, ничего кроме отвращения, они у меня не вызывали. Несмотря на мою природную сексуальность, такой секс всегда представлялся мне мерзким и отвратительным и отбивал всякое желание. Мне нестерпимо представлялся стойкий запах дешевой водки и немытых алкашных тел, которые пытаются потрахаться с перепоя, создавая в атмосфере еще больше неприятных телесных “ароматов”.

В отличии же от них, Иришка была вполне приличной девочкой 24 лет, тоже работала в пятерочке на кассе. И слушая ее, я заводилась до полного предела. Но, этот день был каким–то особенным. Наконец, наполнив кастрюлю, я направилась обратно в комнату и проходя мимо двери соседки, услышала жаркие телесные шлепки. Едва не выронив кастрюлю с водой, я прерывисто выдохнула, по моей промежности буквально разлилось какое–то приятное тепло. Мне вдруг показалось, что у меня там все разбухло и будто увеличилось в три раза. Словно на автомате я поставила кастрюлю на плиту и зачем–то, стала прислушиваться к безудержному пожару за стенкой. Звуки шлепков конечно были значительно тише, чем возле двери, но вполне слышимы…

Я открыла холодильник, чтобы достать пельмени и неосознанно стала представлять квартиру Иришки и ее, стоящую на четвереньках на краю своей небольшой кроватки, а позади нее активно двигается ее Женька. Он крепко держит ее за талию и с силой врезается лобком в ягодицы. Мое воображение разыгрывалось ни на шутку и ближе к ночи, когда моя девочка мирно сопела у стенки, я заботливо укрыла ее одеялом, и вставив в рот сигарету, направилась в туалет. Сидя на унитазе, я хмуро смотрела на свой подрагивающий животик и торчащий огромный клитор, который, словно стал вдвое больше… Я осторожно погладила его и коротко захохотала. Я тут же отдернула руку, из моей груди снова сорвался легкий смешок. Честно, любое “рукоприкладство” всегда было для меня чем–то странным и нездоровым. Нет, я не осуждала тех, кто дрочит, но, мне казалось это бесполезным и не взрослым занятием.

Тем не менее я зачем–то прижала кончики пальцев к напряженному клитору и стала плавно массировать его круговыми движениями. Несмотря на сладостные ощущения, которые стремительно заполняли низ живота, мне постоянно хотелось заржать над своими действиями. За всю свою жизнь, я никогда не касалась письки с такими целями… Но, моя рука двигалась сама собой и постепенно ускорялась… Вскоре, улыбка сошла с моего лица. Я старательно двигала ручкой и напрягала животик, ощущая, что оргазм где–то рядом, но примерно через десять минут быстро “работы” над своим напряженным клитором, я вдруг поняла, что у меня ничего не выходит.

Я отчаянно выдохнула и едва не заплакала. Разумеется, я жалела, что растравила себя. Едва не плача от досады, я начала в бешеном ритме тереть клитор и вскоре, по моему телу пробежалась какая–то непонятная судорога. Да, это было приятно, но, совсем не так, как с мужчиной. Может быть, со мной что–то не то, но, я могу кончить только во время секса. Сидя на унитазе, я нервно курила, засовывала пальчик внутрь и пыталась имитировать половой акт, но, вместо желаемого удовлетворения, лишь сильнее растравила свою голодную плоть.

Через некоторое время я была в душе. Мое тело, целиком наполненное жестким недотрахом, искренне страдало. Я была противна сама себе. Мне казалось, что я становлюсь озабоченной до какого–то безумия. Прижавшись спиной к прохладному кафелю, я чуть расставила ноги и снова принялась массировать клитор. Каждую секунду я чувствовала, что где–то рядом находится пламенный экстаз, который, сможет освободить мое тело от сексуального напряжения. Мне уже не хотелось никаких удовольствий. Единственное, что я мечтала получить– физическую сексуальную разрядку. Несмотря на серьезное возбуждение, я испытывала катастрофическую нехватку эмоций. Я высоко задрала голову, чуть прогнула спину и яростно двигала рукой между ног.

Мышцы живота непроизвольно напрягались, я нервно кусала губу и туманно смотрела перед собой. Периодически, я засовывала внутрь пальчик и начинала дразнить вход во влагалище, после чего, продолжала страстно массировать напряженный до предела клитор. Понятия не имею, сколько продолжалось это безумие, но, когда я кончила, у меня едва не остановилось сердце. Правда, оргазм был совсем коротким, секунду три, но его мощность была просто неописуемой. Мышечные сокращения были настолько чувственными, что сладость от них еще долго оставалась внизу живота.

Вскоре я лежала в кровати и молча смотрела в темный потолок. Мне казалось, что я совершила какой–то мерзкий поступок, который доставил мне невероятное удовольствие и удовлетворение. Моя половая система реально успокоилась и уже не требовала срочного сексуального вмешательства. Я нестерпимо хотела найти мужчину, который сможет как можно чаще спать со мной и элементарно быть рядом.

Мужчину, который сможет принять меня с ребенком… Мне хотелось, чтобы он был состоятельным. И дело вовсе не в деньгах. Мне было важно, чтобы у него была не однокомнатная квартира, где мы могли бы уединяться. Чтобы я могла приезжать в гости с дочкой и не бояться, что она проснется и услышит мои стоны… Да, я понимала, что это слишком высокие запросы, но, я не видела других вариантов, чтобы жить полноценной жизнью и при этом, всегда быть рядом с Рамилькой. А она для меня важнее всего и с этим ничего не поделать...

Я достаточно долго лежала на спине и смотрела в темный потолок. Мирное сопение Рамильки успокаивало меня и настраивало на сон. Я закрыла глаза и постепенно ушла в небытие… Правда, долго спать мне не пришлось. Примерно через пару часов я проснулась от острой потребности посетить туалет. На ходу накидывая на голое тело халат, я ломанулась в коридор. Пробегая мимо Иришкиной комнаты, я снова услышала жаркие шлепки живота об жопу. Едва не плача от давления в животе, я быстро направилась в сторону толчка.

Сидя на унитазе, я сонно закурила, и чуть задрав голову, чувственно выпустила дым первой затяжки с искренним наслаждением освобождая низ живота от напряжения. От кайфа по моей спине буквально бегали крупные мурашки. Извергая из себя мощные потоки мочи, я ощущала, как горячо у меня внутри и готова была взорваться от безудержного желания. Несмотря на то, что я чертовски хотела спать, я чувствовала в себе какое–то нереальное количество энергии. Моя голова была тяжелой и требовала подушки, но физически я ощущала, что до самого утра могла бы трахаться, а потом еще пойти на работу в отличной расположении духа. С глубоким чувством выдыхая сигаретный дым, я выжала из себя последнюю капельку мочи и сонно уставилась перед собой, словно пыталась просмотреть туалетную дверь насквозь.

Равнодушно затягиваясь сигаретным дымом, я мягко массировала клитор и пыталась поймать хоть какие–то ощущения. Это было достаточно приятно, но я чувствовала себя полной дурой. Я ускорила движения и постепенно начала заводиться, но, уже через пару минут поняла, что ничего хорошего из этого не выйдет. Я просто заведу этот механизм, а успокоить его без участия мужчины тупо не смогу… Наконец, бросив окурок в унитаз, я устало поднялась на ноги, вышла из туалета и лениво побрела к своей комнате.

Мысленно проклиная себя за озабоченность, я зачем–то прислушивалась ко всем дверям, словно надеялась услышать там что–нибудь интимное. Секс начинал бурлить во мне с разных сторон и во всех проявлениях. Меня просто разрывало от этой энергии. Мне кажется, что на тот период, я могла бы не спать трое суток подряд и постоянно трахаться. Я начала думать о сексе непрерывно.

Разумеется, никакая мастурбация не могла помочь мне полноценно, ведь от нее я испытывала только физиологическую разрядку, а не эмоциональную. Полночи я бродила, то в туалет, то покурить, то попить кофе… Я валялась с открытыми глазами, периодически пыталась уснуть и снова открывала глаза. Когда на часах было около трех ночи, я снова сидела на унитазе и быстро массировала клитор. Я ненавидела себя за это, но мое тело требовало этих ощущений. Я очень нервно дышала и слегка дергалась всем телом. Разумеется, из–за скверного отношения к мастурбации, у меня снова ничего не получилось. Нет, я смогла добиться оргазма, но он был еще более коротким, чем предыдущий и не принес мне никакого удовлетворения.

Я снова лежала и смотрела в темный потолок. Мне нестерпимо хотелось полноценного оргазма. Полного удовлетворения плоти. Меня слегка трясло, я чувствовала, что мое дыхание снова становится неровным, словно, меня кто–то трясет за плечи. Это был настоящий ад сексуального голода. Пролежав еще час, я все же умудрилась уснуть.