— Хотел бы, — неожиданно криво усмехнулся Дормар, — но, увы, это… скажем так, наше нынешнее положение. Слушайте…

Умбрас — город теней. Здесь живут те, кто может на время развоплощать своё физическое тело и становиться тенью. Последняя способна перемещаться между мирами. Именно это и продемонстрировал Дормар, оказавшись на моей кухне.

Власть в городе сосредоточена в руках дортов — глав кланов, которым подчиняются жители Умбраса.

Я молчала и хмурилась, переваривая информацию. Почему-то ни на секунду не подумалось, что мир обезумел, было чувство: всё так и есть, мне говорят чистую правду.

— Вы, Анастасия, очень дальняя родственница дорта Крайнца. Так уж вышло, что сила крови пробудилась только в вас, — тем временем продолжил Дормар.

Я обратила внимание, что он отбросил отчество, и была даже благодарна. Вечно казалось, что оно только прибавляет возраст, хоть вроде бы мне пока только двадцать семь.

— Хотите сказать, что у него была интрижка в нашем мире? — приподняла я бровь.

Дормар покачал головой.

— Нет, у одного из его предков. Родство очень… дальнее. Но тем не менее неоспоримое. Поэтому я получил распоряжение доставить вас в Умбрас.

— Забыв спросить, надо ли мне оно всё, — проворчала я.

— К сожалению, тут не принято спрашивать, — без каких-либо эмоций сказал он. — Разве что вам удастся с кем-то договориться. Желательно с самим дортом.

По тому, как это было произнесено, я поняла, что дорт — паскуда ещё та. И переговоры с ним — гиблое дело.

Но я попробую. Мне попадались гады-начальники, мудаки-женихи (целых три) и паразиты-соседи в семейках с дрелью. Поэтому вешать нос — последнее дело.

В конце концов, справилась же я с тем, что меня вытурили на съемную квартиру «дорогие» родственники? И с тем, что лучшая подруга отбила парня, который нравился? И с желанием кушать на ночь шоколадные тортики? Справилась! И тут справлюсь, пусть только попробуют что-то сказать против.

Дормар, кажется, заподозрил что-то неладное, однако глупых вопросов благоразумно не задавал.

— И что же теперь? — задумчиво уточнила я. — Что я должна буду делать?

— Об этом расскажет дорт Крайнц, — ответил Дормар, явно стараясь уйти от ответа.

— А что имелось в виду, когда мне говорили про полное распоря…

— Мы приехали, — быстро сказал он.

Экипаж плавно притормозил. И тут раздался вой, от которого я окаменела. Господи боже, а это что ещё такое? На нас напали? Что это за звери?

Однако Дормар совершенно спокойно вышел на улицу и подал мне руку.

— Прошу вас, Анастасия.

Я заколебалась.

— Что это было? Нас не съедят?

Он удивленно моргнул, а потом закатил глаза:

— Перестаньте наговаривать на мальчиков, они могут обидеться. Я же сказал, что они хорошо воспитаны и не едят девушек!

Я потеряла дар речи. Это адские создания… в смысле, вот эти милые зверушки сейчас такие звуки издавали?

Дормар не дал мне размышлять дальше: осторожно, но сильно ухватил за руку и вытащил наружу.

Я хотела возмутиться такой бестактности, но слова застряли в горле. То, что открылось взору, невозможно было описать словами.

Крестовый… название ему идеально подходило. Замок располагался на вершине холма. Темный, внушительный, с башнями, навершия которых выглядят как самые настоящие кресты. Похожи на немецкие — все стороны одинаковы по длине и немного расширяются к краю. Не знаю, как делали крыши, но с места, где я стояла, казалось, что перед нами нечто… жуткое.

В окнах горел желтоватый свет.

Мост медленно опустился, поддерживающие механизмы зловеше скрипнули. Я бросила взгляд в ров и тут же зажмурилась.

— Мама, — пробормотала еле слышно.

Рука Дормара оказалась у меня на плече. По телу растеклось едва различимое тепло, и я поняла, что благодарна даже за такой маленький жест поддержки.

— Вообще-то его зовут Маргр, но если вам хочется обращаться «мама», то это не вопрос, — неожиданно выдал Дормар.

Я распахнула глаза, пытаясь понять, о чем речь и… заверещала во всю глотку. К нам медленно приближалось… оно. Огромное создание, каменное чудовище, которое передвигалось с такой грацией и легкостью, что впору проститься с жизнью, поняв, что сбежать не получится.

Какая ширина плеч, какая грудная клетка, какие ноги. Господи. И глаза, из которых буквально льется красный свет, смотрят прямо на меня. Изогнутые рога не дают отвести взгляда, а раскрытые плащом демонические крылья словно впитывают всю тьму ночи.

Это же горгулья! Самая настоящая, именно о таких рассказывают в тёмных сказках и снимают ужастики.

«Вот и пришёл тебе конец, Настя Край», — мелькнула мысль.

Правда, инстинкт самосохранения взбунтовался и направил мой кулак прямо в скулу Дормара. Тот не ожидал, но сумел уклониться. Мягко перехватил мою руку.

— Вы столь импульсивны. Но Маргр не ест таких, как я. Впрочем, таких, как вы — тоже.

Я злобно засопела, понимая, что мало того, что ничего не вышло, так ещё и опозорилась. Этому гаду хоть бы хны.

— Добрый вечер, госпожа, — раздался над головой низкий голос, от звука которого я вскрикнула и подпрыгнула.

И тут же врезалась макушкой в каменный подбородок и охнула.

Маргр ошалело посмотрел на меня, подхватил мощной лапищей.

— Не надо так подкрадываться, — укорил Дормар.

— Простите, госпожа, не хотел, — покаялось чудовище, и я с изумлением поняла, что извиняется он искренне.

Жалко только, ноющей макушке на это плевать. Пока я растирала ушиб и соображала, как поостроумнее ответить, Маргр нашёл выход из положения.

— Прошу простить за самоуправство, — произнес он и подхватил меня на руки.

Я взвизгнула и вцепилась в него, потому что мы тут же взмыли в воздух.

Он только похож на каменного — а на ощупь теплый, даже горячий. Горячий камень, с ума сойти можно.

— Вам удобно? — осведомился Маргр таким тоном, будто уложил меня в постельку, включил сериал и принес маленькую чашечку ароматного… коньяка.

— Обалдеть как, — придушенно прошептала я, опасаясь смотреть вниз.

— Никогда не летали? — понимающе произнес он.

Нет, я не поняла, эта сволочь ещё будет беседу вести, когда мне хочется орать и сучить ногами?

— На горгульях — нет, — рявкнула я и тут же прикусила язык, понимая, что хамить неразумно.

— Это ничего, — ни капли не смутился Маргр, — привыкнете. У нас все летают.

Ничего не скажешь, утешил как мог.

Стоило только набрать воздуха в лёгкие, чтобы выдать витиеватое ругательство, отражающее моё отношение к ситуации в частном и целом, как Маргр приземлился, и я сообразила: мы уже во внутреннем дворе замка.

Меня аккуратно поставили на ноги.

— Рисуешься-рисуешься, Маргр, — донесся голос Дормара, выступившего прямо из тьмы слева.

На этот раз я сдержалась и внешне никак не показала, что… что? Горгульи не летают? Красивые блондины не перемещаются так быстро?

Видимо, всё дело в стукнутой макушке. Она сейчас мне через ушибленные мозги такое кино покажет — Нетфликс отдыхает.

Предаваться раздумьям не дали: рядом с нами распахнулась тяжелая металлическая дверь, исписанная неведомыми мне символами.

— Прошу вас, Анастасия, — улыбнулся Дормар. — Надеюсь, пребывание здесь вам настолько понравится, что вы не захотите нас покидать.

Благоразумно промолчав, я вошла внутрь. И сообразила, что всего лишь миг — и вот я уже в роскошных апартаментах. Ой… Я такое видела только на роликах в Ютубе, когда смотрела, как отдыхали богачи. А теперь… кажется, я упала у себя на кухне, ударилась головой о стол и теперь пускаю пузыри, блуждая в галлюцинациях.

— Анастасия, видите ли, дорт Крайнц хотел бы как можно скорее с вами поговорить. Дело не терпит отлагательств. Однако… — Взгляд голубых глаз окинул меня с головы до ног. — Пижама с котиками — не совсем то, в чем надлежит предстать перед взором почтеннейшего гражданина Умбраса.

Я медленно сложила руки на груди, намекая, что не потерплю оскорбления своих котиков. Маргр, который стоял в дверях, только хмыкнул.

— Дормар, оставь даму. Она получше тебя знает, как нужно выглядеть. — А потом подмигнул мне. — Ваши наряды в шкафу, а за той резной дверцей — ванная комната со всеми принадлежностями. Очень рекомендую смыть с себя запахи вашего мира. Здесь слишком много тех, кто может пожелать познакомиться с вами поближе до беседы с дортом Крайнцем.

Я нахмурилась.

— А…

Но оба прохвоста уже скрылись, только бесшумно закрылась дверь.

Несколько минут я стояла дура дурой, не понимая, что делать. Случайный взгляд зацепившийся за зеркало слева, заставил ойкнуть.

Мамочки, где я так вымазалась? Нет, конечно, не словно уронили в горку с сажей, но всё-таки вся какая-то серая... Это после обнимашек с Маргром, что ли? Или меня так приветствует этот странный мир?

Мысль, что я оказалась в другом мире, кажется странной, но отрицания не вызывала. Словно кто-то мягко вложил её в мою голову. А потом столь же мягко подтолкнул меня в сторону ванной. Не то чтобы я горела желанием принимать водные процедуры, но с такой морделью ходить нельзя.

Ванная, слава богу, оказалась оснащена по последнему слову техники. Быстро приняв душ, я замоталась в полотенце. Зеркальная стена отразила меня с ног до головы. Да уж, какой-то извращенец постарался на славу. Хотя почему сразу извращенец, может, дизайнер просто раньше создавал интерьер для съемок эротических фильмов?

На скуле вдруг что-то блеснуло. Я нахмурилась и подошла ближе к зеркалу. На смуглой коже едва заметно серебрился узор. Можно было бы решить, что это татуировка, но… у меня их вообще никогда не было. Что за…

Я потерла скулу — никакого результата. На ощупь все как обычно, а серебристая вязь даже не подумала исчезать.

Да и глаза… они потемнели, если раньше были серыми, то теперь глубокого синего цвета. И черты лица будто стали резче. Волосы разве что остались прежними: волнистыми, каштановыми, длиной ниже лопаток.

Я быстро скинула полотенце и осмотрела себя. Нет, больше нигде ничего. В смысле, всё по-прежнему. Чертовщина какая-то.

Чем быстрее поговорю с местным… боссом, шефом, главнюком, тем будет лучше. Поэтому, не теряя времени, вернулась в комнату. Припомнив слова Маргра, тут же распахнула шкаф. И на какое-то время потеряла дар речи.

Вещей было много. Слава богу, не как у кинозвезды, но всё равно очень прилично.

Я взъерошила волосы.

— Куда я попала, и что мне за это будет? — пробормотала себе под нос и наугад сунула руку.

Первым попалось строгое синее платье с вырезом лодочкой и ровным силуэтом. При этом стоило только повернуть вещь, как по ткани скользнул пурпурный отлив.

— Хм, неплохо, — пробормотала я.

И откуда они только знают, что мой любимый цвет — синий?

Тут же нашлось черное кружевное белье и туфли на шпильке. Кто бы ни привозил эти вещи, он знал, что я люблю. И мой размер тоже знал.

На туалетном столике нашлась косметика. Фирмы мне не знакомы, но по виду и дизайну колпачков и тюбиков не скажешь, что это хлам с распродажи.

Немного приведя лицо в порядок, я задумчиво посмотрела на волосы. Фиг с ними, и так красиво лежат. Пусть остаются.

Стоило об этом подумать и провести пальцами по крупным локонам, как в дверь постучали. Сердце застучало быстрее. Вроде бы переживать пока не стоит, но уже не по себе.

— Да-да, войдите! — крикнула я.

На пороге показался Дормар. Посмотрел на меня, одобрительно кивнул.

— Спасибо, что не заставили ждать.

— Ты ещё скажи, что ждал под дверью, — проворчала я, не заметив, как перешла с «вы» на «ты».

— Так и есть, — ни капли не смутился он. — Можем идти?

Я хотела было кивнуть, но неожиданно оробела. Черт, нельзя так. Чем скорее со всем разберусь, тем лучше. Не съест же меня с потрохами этот дорт! Или все же съест?

— Что-то не так? — чуть нахмурившись, поинтересовался Дормар.

— Всё, то есть… что от меня ждут?

Вопрос, кажется, его несколько озадачил. Однако не настолько, чтобы растеряться.

— Просто будь собой. Дорт Крайнц смотрит прямо в сердце, его не проведешь. Но, думаю, вы найдете общий язык.

Ответ мало что прояснил, однако я поняла, что изобретать велосипед не стоит. Во всяком случае, это мне ничего не даст.

Дормар вдруг оказался рядом, поправил мои волосы и серьёзно посмотрел на меня.

— Не переживай, всё будет хорошо. То, что ты здесь, уже знак его расположения.

Хотелось съязвить про наследницу, но язык не повернулся. Зато внутри всё зазвенело от силы и решительности.

— Идём, — произнесла я.

Дормар улыбнулся уголками губ и вывел меня в коридор. Мы поднялись на второй этаж, тусклый свет практически не давал рассмотреть всё, что находилось вокруг. Однако внутренний голос подсказывал, что сейчас это не самое главное.

Ведь самое главное — там, за тяжёлой деревянной дверью, обитой черным металлом. И стоит только прикоснуться к ручке в виде головы рогатого чудовища, как сразу всё встанет на свои места.

Дверь почему-то подавляла волю. Я стояла перед ней, не в силах шевельнуться. В щель между дверью и полом медленно пополз густой дым; воздух наполнился запахом свежести. Голова немного пошла кругом.

На двери вдруг четко проявились наши тени: моя и Дормара. По ним пошла рябь, будто кто-то — или что-то — неумолимо затягивал их внутрь.

— Смелее, — шепнул Дормар мне на ухо.

Я с силой нажала на ручку. Раздался громкий щелчок, и дверь медленно распахнулась. Сразу ничего не происходило, а потом необъяснимая сила потянула меня вперед.

— Добро пожаловать в мою скромную обитель, Анастасия, — прогремело приветствие, от которого по спине пробежал холодок.