Заказчик не приходил с утра, и Владимир зачастил в закуток так, что оба его коллеги вполне недвусмысленно переглядывались, пытаясь догадаться, куда это его снова понесло? Но поскольку работа у Владимира ладится, из графика он не выбивается (и даже наоборот), то и придраться было не к чему.

На третий такой визит Владимир нос к носу столкнулся в закутке с довольной Агафьей.

— Я думаю... — начали они оба, хором, и рассмеялись.

Агафья сразу же смутилась и отвела взгляд.

— Говорите, Агафья, — предложил Владимир.

— Я думаю, нужно просто о времени уговориться, — закончила мысль Агафья.

Всё верно, Владимир хотел предложить то же самое. Сказано — сделано, оба прикинули, когда можно отлучаться, не навлекая на себя неприятности, и договорились. Проще всего просто дать ей свой номер, но Владимир не решился, и сам толком не понял почему.

— У меня десять минут! — заявила Агафья. — Я снова всю ночь думала над вашей историей, даже сама одну сочинила.

— Вот как! — восхитился Владимир. — С удовольствием сыграю в вашу историю. Начнём отгадывать?

И они начали. И снова Агафья задавала вопросы со скоростью пулемёта. И буквально за три минуты выдала суть ситуации очень близко к оригиналу. Женщина — писательница, и оставила в своей новой книге ценный подарок для читателя. А когда взяла ту самую книгу, то обнаружила, что подарок никуда не делся. Выходит, её книгу никто не читал, а это очень обидно.

— Вы молодчина! — похвалил Владимир.

Нет, действительно, Агафья очень быстро уточнила все важные подробности истории. Если, конечно, она не поискала вначале ответ в интернете, и не придумала много вопросов, чтобы создать впечатление о себе.

— Я вас чем-то оскорбила, господин младший дизайнер? — спросила в этот момент Агафья, но оскорблённым был её собственный вид.

— Простите? — опешил Владимир.

— Вы подумали, наверное, что я где-то нашла готовую разгадку, да?

— Мелькнула такая мысль. Вы очень чётко всё выяснили, почти не задавали лишних вопросов. Но вы ведь сами всё решили?

Агафья кивнула, и обида почти сразу же испарилась из её взгляда.

— Я не хотел вас задеть, — добавил Владимир, и Агафья кивнула повторно.

— Я знаю, — добавила она. — Спасибо за честность! Я, правда, не обижаюсь. Сказать вам мою историю?

— Конечно ска... — и тут в кармане Владимира пискнуло. Судя по сигналу, пришло сообщение от коллеги-дизайнера. Нужно срочно возвращаться.

— Работа, — пояснил Владимир, — но я вернусь, как договорились. До встречи?

— До встречи! — улыбнулась ему Агафья и убежала первой.

Домой в тот день Владимир ушёл позже обычного, он сдавал дизайн. Заказчик принимал дизайн долго, всё проверял, но остался доволен. И пусть Владимир ощущал себя уставшим как собака, оно того стоило.

Вот только с Агафьей он уже не увиделся; несомненно, она ждала его в закутке, но не дождалась. Что поделать, работа есть работа. Бывало, что он и после полуночи всё ещё трудился, здесь платили за результат, и все сотрудники, как один, были трудоголиками. По совести, Владимир больше всего жалел о том, что Агафья не успела сказать условие своей истории. А собравшись ко сну, вновь долго вертелся и не мог уснуть. С чего вдруг Агафья стала занимать так много мыслей? Он ведь знаком с ней всего ничего.

«Это ж-ж-ж неспроста», — вспомнил Владимир фразу из любимого в детстве мультфильма, улыбнулся, и... уснул как убитый. Но проснулся в срок.

* * *

Следующим утром они повстречались с Агафьей в первый же общий длинный перерыв.

— Я так и подумала, что у вас работа, — покивала Агафья. — Сама вчера только в первом часу уехала. Ужас, давно такого не было.

— Главное, чтобы начальство осталось довольно, — согласился Владимир. — Я готов приступить к вашей истории.

— Ой, нет, это потом! Вот, это вам! — Агафья словно из воздуха достала маленькую корзинку, уютно разместившуюся на ладони и прикрытую льняной салфеткой. Из корзинки одуряюще вкусно пахло печеньем.

— Вкусно пахнет! — похвалил Владимир, приоткрыв салфетку. И точно, печенье. Вроде сытый, не так давно завтракал, а слюнки потекли — не унять. Агафья с улыбкой смотрела на выражение лица собеседника.

— Съешьте одно, — посоветовала она. — Станет легче, вот увидите!

Он повиновался. Восторг! Вроде бы его не обидела жизнь, доводилось есть много вкусного, но это действительно был шедевр! Печенье таяло во рту, вкус держался долго, и главное чудо — он съел всего парочку, не смог остановиться после первого, и внезапно нахлынувший жгучий голод прошёл. Волшебство, да и только.

— Вы правы, — признал Владимир. — Очень вкусно. И часто вы готовите?

— Часто, — согласилась Агафья. — Мы все готовим. Ну, все мои коллеги по отделу. Это не запрещено.

Вот как. Владимир постарался скрыть удивление и, похоже, это ему удалось.

— Научите? — спросил он, сам не очень понимая, зачем. Агафья звонко расхохоталась, досмеялась до слёз, и вновь ненадолго смутилась.

— Ой, ну вы шутник. Вам зачем? Или вы повар?

Она смотрела серьёзно. И тон серьёзный.

— Нет, у меня другие профессии, — признал Владимир. — Но хобби никто не запрещает.

Агафья покивала всё так же с серьёзным видом.

— Научу, если будет оказия, — пообещала она. — А вы научите меня.

— А вас чему?

— Я найду! — пообещала она, снова с серьёзным видом, но в конце концов, рассмеялась. — Извините, господин младший дизайнер, — спохватилась Агафья, смахивая платком «смешные слёзы». — У меня уже второй день замечательное настроение с утра до вечера. Смеюсь по каждому поводу. Осталась минута, — посмотрела она на запястье. — Сказать вам историю?

— Да, конечно!

— Мать запретила дочери поливать цветок, она сказала, что ему вредно много воды. Когда дочь всё же полила его, мать очень огорчилась. Почему?

— Озадачили, — признал Владимир, слегка покривив душой: у него с ходу появилась парочка предположений. — Придётся подумать. До встречи!

* * *

Когда Владимир вернулся в офис, то порадовался, что коллег нет на месте: от корзинки пахло так аппетитно, что кружилась голова. И снова помог случай: тот самый капризный заказчик настоял, чтобы акт о приёмке работ привёз исполнитель. Учитывая, что заказчик был не просто доволен, а очень доволен, и новые заказы обещал прислать в ближайшие дни — ему пошли навстречу.

Так что не пришлось придумывать, куда деть корзинку так, чтобы не сводить всех с ума чарующими ароматами. В пластиковый пакет её и в машину. А на обратном пути от заказчика Владимир сделал небольшой крюк и занёс корзинку домой. Вот на кухне ей самое место, вечером будет очень кстати.

Владимир вернулся в офис и тут же ему подкинули множество мелких задач. Он едва выкроил время пообедать, и ни разу не успел появиться в закутке. Когда рабочий угар схлынул, и Владимир получил персональную благодарность от директора за быструю и качественную работу, оставалось всего минут десять до момента, когда Агафья приходила в косынке, в уличной уже одежде.

А что если... Владимир, уже сам в уличном, вернулся к входу в адвокатскую контору.

— Здравствуйте! — улыбнулась ему Вероника и отчётливо «стрельнула глазками». — Ещё одно письмо?

— Да нет, я думал с Агафьей Евдокимовной пересечься, — признался Владимир. Кому вообще какое дело, если подумать?

— Она сейчас у шефа, — пояснила Вероника. — Здесь подождёте? Приготовить вам кофе?

— Нет, спасибо, — вежливо отказался Владимир.

Кислотность окружающих стен и пола уже нестерпимо оскорбляла зрение, скрип паркета — слух, а застарелый пыльный дух — обоняние. И с чего вдруг такая забота? Нет уж, спустимся в то самое тайное место.

— Я у выхода подожду, всего доброго.

«Вот последнюю фразу можно было точно не говорить», — подумал Владимир, возвращаясь в закуток. Да, и почему Вероника утверждала, что Агафья работает дистанционно, когда она каждый день появлялась в закутке по пять раз? Что за странная конспирация у них! А подумаем-ка мы пока над историей. Отчего вдруг мать огорчилась, что полили цветок, который нельзя поливать? Потому что дочь непослушная? Да разве это сейчас повод расстраиваться? Цветок из-за этого погиб? Вот это вариант, если цветок был редкий или чем-то очень дорог: например, память о чём-то. Любопытно, уже много версий — отлично, потренируем воображение.

— Ой, я так рада! — Агафья выбежала из-за угла уже в косынке. — Ника сказала, что вы заходили к нам?!

— Ника? — не сразу понял Владимир.

— Да, Ника Метельская, — охотно пояснила Агафья. — Не знаю, как она узнала. Говорит, жутко испугалась. Чтобы к нам вот так зашёл дизайнер...

Да уж. Владимир сдержал улыбку. И представил себе, как он заходит в адвокатскую контору, и с порога, грозно так, рявкает: «Ты как стоишь перед младшим дизайнером?! Ишь, распустились, Инквизиции на вас нет!». Он едва не расхохотался.

— Но вы ведь по делу заходили? — Агафья подошла вплотную впервые за всё время их общения, и Владимир осознал, что не может отвести взгляда от её глаз. — Я даже не знаю, зачем вас могли к нам направить... ой, простите! — Она отступила на шаг. — Вам же всё равно нельзя о работе говорить. Я сегодня не спешу, вы готовы историю разгадывать?

— Всегда готов! — подтвердил Владимир, и Агафья рассмеялась счастливым смехом.

Ну не вязались её манеры с обликом стажёра-юриста. А тем паче с сотрудником воображаемой Инквизиции. Тот самый медальон сейчас висел поверх кофты Агафьи, он отчётливо светился, и на нём теперь переливалась надпись. Точно, теперь там какая-то надпись, латинскими буквами. «Obs...» Владимир вгляделся, стараясь сделать вид, что смотрит куда-то ещё. «Obscurato nihil». Любой дизайнер сайтов знает, что такое «Lorem ipsum», и Владимир сразу же узнал латынь. Но фраза ему ничего не говорила. Ладно, прекращай уже таращиться на её грудь, Агафья вот-вот смутится.

— С ним всё в порядке, — заверила Агафья, она проследила за его взглядом. — Специально зашла сегодня к геометру. Готовы разгадывать?

Владимир смог поднять взгляд от её медальона и увидел, что Агафья улыбалась.

— Сию ми... — и он заметил странное движение у развилки, оттуда из-за поворота, появлялась Агафья.

Словно мираж, странное движение воздуха, он волновался, и казалось, что там стояла призрачная человеческая фигура.

Агафья оглянулась, она заметила, куда смотрит собеседник, как изменилось выражение его лица; вскрикнув, она бросилась к Владимиру, схватила его за руку.

— Бежим! — воскликнула она, глаза её были широко раскрыты, губы дрожали. — Прошу вас! Бежим!

И они побежали по изгибам и затейливым поворотам коридоров. Рука Агафьи была горячей, она тянула Владимира за собой. Тот оглянулся — призрачная фигура отстала, но, несомненно, она преследовала их.

— Бегите к выходу! — крикнул Владимир, отпуская ладонь Агафьи, и захлопнул дверь перед носом у призрака и засов опустил. Так-то. Спасибо тайной полиции за крепкие двери и стальные засовы. Чёрт, теперь все руки в липкой ржавчине, и запашок от неё тот ещё...

Дверь тут же начали неистово трясти и толкать. Какой же ты призрак, если сквозь дверь пройти не можешь? Ладно, сейчас на вахту, а там постоим, подумаем. Если с той стороны двери что-то материальное и мыслящее, ему потребуется самое большее полминуты, чтобы добраться до вахты окольным путём. Прочь отсюда!

На вахте никого не было. Вот чёрт! Владимир спросил у вахтёра, не проходила ли сейчас тут девушка, и получил утвердительный ответ. Вылетела подобно пуле, перепуганная насмерть. Её даже окликнули, не случилось ли что? Куда там, она уже умчалась!

К Управе вела всего одна дорога. И на стоянке почти не осталось машин: сегодня пятница, народ уже разъехался по домам. Агафьи поблизости нет, надо сесть в машину и поехать отсюда, а заодно по сторонам посматривать. И что это было такое? Призрак кого-то, кого замучили в застенках тайной полиции? Придёт же в голову такая чушь!

Владимир посидел в машине, не трогаясь с места, он всё ждал, что из дверей Управы покажется тот самый мираж, но никто не показался. Ладно, он уже успокоился, можно ехать. Владимир мягко тронулся и, подъезжая к повороту, поглядывал по сторонам.

Никого. А где все? Стройно и дружно свалили по домам? Пятница, конечно, и район города не очень центральный, кругом только склады да офисные здания. Владимир ехал привычной дорогой и не переставал смотреть вокруг.

Он заметил Агафью на автобусной остановке. То есть она не на колёсах, автобусом ездит? Следующего рейсового ей ещё полчаса ждать. Агафья забилась в дальний уголок и сидела там, прижав ладони к лицу. И кроме неё, никого на остановке не было.

Когда Владимир захлопнул дверцу автомобиля, Агафья отняла ладони от лица. И Владимир осознал, что видит на её лице величайшее изумление.

— Вы?! — услышал он.

* * *

— Агафья, — позвал её Владимир, подойдя поближе. — С вами всё хорошо?

— Нет, — бесцветно отозвалась Агафья — жалкая тень той жизнерадостной и смешливой девушки, которой была минут десять назад. — Господин младший дизайнер, скажите, где я?

— В городе возле Управы, — отозвался Владимир. — Автобуса ещё долго не будет. Подвезти вас?

— У вас своё авто?! — поразилась Агафья, подняв взгляд на машину Владимира, а затем перевела взгляд на владельца машины.

— Ну да, — согласился Владимир.

Что это с ней? Может, впору «Скорую» вызвать?

— Подвезти?

— Подвезите, — согласилась Агафья.

Она не сразу решилась сесть на пассажирское сиденье. Владимир осторожно захлопнул дверь за ней и вернулся на водительское место.

— Пристегните ремень, Агафья, — попросил он.

Агафья посмотрела на него непонимающе.

Владимир показал на свой ремень, потянул его и пристегнул, как положено. Агафья, отыскав свой ремень, попыталась повторить действия водителя. Получилось не сразу, руки Агафьи дрожали, никак не попадала пряжкой в гнездо.

— Отвезти вас домой? — спросил Владимир тихо.

Агафья кивнула и спрятала лицо в ладонях.

— Домой, — согласилась она, и уточнила: — В общежитие. Пожалуйста! — добавила Агафья едва слышно.