Леонид раздраженно пошарил взглядом по залу. Ее опять нигде не наблюдалось. Кто знает, о чем думает эта раздражающая особа. Она исполняет все его поручения, выполняет свою работу и вроде бы жаловаться не на что. Но то, КАК она достигает успехов. Нормальному человеку провернуть такое не удалось бы, но она закручивает и раскручивает нити ситуации так, как ей заблагорассудится. Она каким-то образом покорила все свое окружение. Все полюбили ее. Все, но только не он. Более того, Лео был в недоумении, почему она так всем понравилась. Что такого в этой бабе?

Генеральный директор снова оглядел зал и тяжело вздохнул.

- Что-то случилось, Леонид Петрович?

От неожиданности мужчина вздрогнул и злобно глянул на раздражающий фактор. Кто же еще это мог быть? Кто еще может так подкрадываться и внезапно возникать?

- Яна Петровна, я искал Вас, - процедил он сквозь зубы.

- Вот как? Я была за сценой. Возникли проблемы с освещением, а электрик подвернул ногу…

- И вы решили самостоятельно настроить свет, - скептически вскинул бровь гендиректор. – Подождать, пока прибудет замена, было выше Ваших сил? Петр Анатольевич не обрадуется, если с вами что-то случится. Тем более в преддверии праздника.

- Замена не прибудет, - буркнула Яна. – Второй электрик на больничном, а вызывать кого-то со стороны, уже действительно нет времени. Зачем Вы меня искали?

- Я случайно узнал, что Вы планируете включить в программу вечера непонятные номера, - Лео достал из кармана пиджака листок и зачитал: - 18:45 – "Витя", 20:10 – "Кирилл", 20:55 – "Лиза и Ко"… 22:40 – "Леха" и, наконец, 23:55 – "Тоха".

Леонид опустил листок и посмотрел на главного менеджера. Она внимательно смотрела на него. "Ну, и…" – читалось в ее взгляде. Пауза затянулась. Наконец, Яна вздохнула, она поняла, что хочет от нее Лео.

- Это номера, которые подготовили наши сотрудники.

- И вы считаете, самодеятельность будет уместна на мероприятии такого уровня?

- Какого такого?

Уши Яны вспыхнули. Она вдруг безумно разозлилась на этого высокомерного индюка и готова была принять бой, чтобы отстоять свою правоту.

- Высокого, - еле сдерживая подкатившее раздражение, выдохнул гендиректор.

- Уровень номеров всех участвующих очень высок, - отчеканила Яна.

- Так почему же они работают здесь, а не строят карьеру артистов? – воскликнул Леонид.

- При чем здесь карьера? Помимо работы у нормальных людей есть еще и другие интересы! – не отступала главный менеджер.

Проходящие мимо останавливались и глазели на них, но ни Яна, ни Леня не замечали их.

- Горлопанить в караоке и дрыгаться на дискотеке?... И после этого некоторые начинают себя чувствовать великими певцами и танцорами. И Вы хотите выпустить таких людей на сцену, чтобы они опозорили фирму перед гостями?! Вы в своем уме?

- Да, что ж ты непробиваемый такой? – в сердцах воскликнула Яна. – С чего ты взял, что они плохо выступят?

- Да как ты смеешь мне "тыкать"?!

- Ути-пути. Подумаешь, важная шишка! Чтобы тебя уважали, нужно относиться к людям по-человечески. А ты только и знаешь, что недовольство свое выказывать. Чего ты прицепился-то ко мне? Что не сделаю – все плохо. Не нравится, как я работаю? К черту, увольняй!

- Да если б я мог, тебя бы тут уже давно не было!

- А если у тебя кишка тонка от меня избавиться, так и не лезь ко мне со своими претензиями!

- Что?! – чуть не поперхнулся воздухом гендиректор.

- Ребята будут выступать! Иначе заканчивать подготовку будешь сам. Посмотрим, как ты один справишься, и куда пошлют тебя "звуковики", когда ты сунешься к ним со своими недовольствами!

Повисла гробовая тишина. Осознание этого у спорящих пришло не сразу, но все-таки пришло. Они, не сговариваясь, разом оглянулись, и тут же зал снова загудел. Все занялись своими очень неотложными делами, совершенно не интересуясь никакими скандалами.

- И все же я предпочел бы, чтобы ты обсуждала такие моменты со мной. Я, все-таки, тоже ответственен за проведение праздника, - устало, но неожиданно мягко сказал Лео.

От неожиданной перемены Яна опешила:

- Прости, - пролепетала она, - но когда мы обсуждали программу и проводили прослушивание, ты был в командировке, а потом все как-то само потянулось. И я забыла, что ты не в курсе. Неужели ты не был ни на одной репетиции?

- Хм. Я бы вообще предпочел, чтобы весь вечер просто играла фоновая музыка, но акционерам захотелось шоу.

- Вот как? – Яна на мгновение притихла, а потом вдруг хихикнула.

- Что смешного?

- За все время, это в первый раз, когда мы разговариваем нормально.

Леонид удивленно вскинул брови. "Неужели" почти сорвалось с его губ, а потом его как кипятком ошпарило. Он вдруг вспомнил, с кем он сейчас так беззаботно разговаривает, и что произошло всего пару минут назад. По спине побежали мурашки.

- Какую методику ты используешь?

- Что?

- Это без сомнения НЛП. Как иначе объяснить?

- Ты о чем?

- Не помню, чтобы мы переходили на "ты".

- Только что, в процессе спора, - напомнила Яна.

- Давайте все-таки соблюдать субординацию, - со вздохом попросил Лео.

- Не заслужил еще.

Яна развернулась и направилась в сторону сцены. "У нас еще много работы" – сказала она удаляясь. Леонид, хмурясь, отправился на кухню.

Только что она, безусловно, победила его, в глазах окружающих. И что с этим поделать гендиректор не знал. Оправдание, что она может говорить все, что ей вздумается, потому что она "дочь" было убедительным, но почему-то уже недостаточным.

Леня попробовал несколько закусок и десертов, остался удовлетворенным результатом работы поваров, и вышел в вестибюль. Это помещение тоже требовало его внимания сегодня. Огромное помещение украшала орда специалистов-верхолазов в течение четырех часов. Результатом их деятельности были невероятных размеров плакаты, вещавшие о наступлении великого праздника: 50-летия с момента основания компании. Невероятных размеров фотографии и статьи из газет повествовали о взлетах и падениях фирмы и ее руководителей, и даже – некоторых особенно ярких – рядовых сотрудников. Нашли на стенах и под потолком свои места и поздравления: от партнеров, клиентов, сотрудников. Ну и, конечно же, яркие украшения, куда без них, занимали оставшееся свободное место. Леониду результат очень понравился.

"…А ты только и знаешь, что недовольство свое выказывать. Чего ты прицепился-то ко мне? Что не сделаю – все плохо… …Посмотрим, как ты один справишься, и куда пошлют тебя "звуковики", когда ты сунешься к ним со своими недовольствами!"

Лео нахмурился.

- Даже если бы она ушла, не думаю, что возникли бы проблемы, ведь все уже почти готово и люди, нанятые нами, настоящие профессионалы. Надо было подловить ее и избавиться. Может еще не поздно воспользоваться ее предложением?

Гендиректор улыбнулся своей шальной мысли. Вдруг из задумчивости вывело нечто яркое, мелькнувшее рядом. Он опустил взгляд и увидел свою секретаршу. Она смотрела на него лучащимися голубыми глазами, на губах играла искрящаяся блеском для губ улыбка, в рубиновых волосах блистала причудливая заколка. Леонид забыл "снять" улыбку и потому обычное "Что там?" прозвучало необычайно мягко.

Секретарша едва не подпрыгнула от восторга. Без сомнения гендиректор тоже проникся приближающимся праздником и находился теперь в хорошем расположении духа. А это значит, что сейчас можно попытаться немного приблизится к Его Несмеяному Величеству. Она часто захлопала ресницами.

- Прекрасный день, правда? - восторженно заметила она.

Но, вопреки ожиданиям, это не произвело должного впечатления. Глаз гендиректора нервно дернулся.

- Что прекрасного Вы в нем нашли, Анастасия Игоревна? До начала мероприятия три с половиной часа, а повсюду все еще снуют рабочие, многое еще не готово… Вы сделали то, что я Вам поручил?