Примечания автора.

Праздник весны — день рождения.

Вертикуляр — средство передвижения по воздуху.

Вертакс — такси, летающее по воздуху.

Виртуалка — виртуальная газета в интернете.

Альт

     Я сижу на узкой кровати и смотрю на зарешеченное окно. Сегодня моя восемнадцатая весна. По идее, с завтрашнего дня меня официально имеют право выводить к покупателям. Не хочу! Если бы смог перегрызть себе сонную артерию, то сделал бы это. Я не раб! Хотя кому я это докажу? Никому. С самого рождения я никто. Щенок номер ноль двадцать пять. Оборотень-полукровка родившийся от волка и человека с Земли. Хотя я придумал себе имя, только никому не говорю об этом. На самом деле меня зовут Альт. Ни за что не смирюсь с тем именем, которое выберет мне хозяин. А когда меня повезут в его дом, сбегу. Если будет возможность. Ведь нас не посвящают, каким образом идёт передача. У нас высокоразвитая цивилизация. Мы летаем за пределы нашей системы, но до сих пор процветает рабство. В основном, это брошенные в приюте дети-полукровки. Люди с других планет ведут с нами торговые отношения и с удовольствием спят с волками. Но вот если случается внезапная беременность, мать рожает и бросает ребёнка в приюте, не зная, что с ним делать. Отцу такие дети тоже не нужны. Оборотни предпочитают только чистокровных детей. Такие как мы с рождения изгои. Давным-давно правительство решило, что полукровок слишком много. Каждого нужно вырастить, потратив деньги, потом обеспечить жильём и работой. Поэтому чтобы сэкономить, было решено, с детства растить из нас покорных слуг, умеющих делать всё, от готовки вкусного блюда, до первоклассного минета. Единственное, что запрещено до продажи, это лишать нас невинности. То, что мы ещё не потеряли девственность, свидетельствуют вторые ушки как у волка. С первой близостью они исчезают. Это всё, что мне досталось от отца, потому что я не могу оборачиваться в волка. Зато умею многое другое: стирать, убирать, гладить, всячески ублажать своего хозяина. Но у меня несносный характер, из-за которого мне часто доставалось. Ведь я не желал покориться. Думал, меня отпустят на волю как бракованного. Ошибся, не отпустили. Посмотрел на улицу. Ребята гуляют. Я тоже могу спокойно выйти из комнаты. Но дальше забора никуда не уйдёшь. Он высокий, а на вышках стоит охрана, как будто мы находимся в тюрьме. Впрочем, тюрем давно нет, как и преступников, в этих местах теперь заведение для выращивания рабов.

     Решил тоже выйти на улицу. Сидеть в комнате надоело. Глянул перед выходом в зеркало и зарычал от досады. В вырезе футболки, чуть ниже ключицы, виднеется татуировка «025». Ненавижу, суки! Как же я их всех ненавижу! И в первую очередь мать, которая не пожалела и бросила!

     Путь на улицу пролегает коридором, мимо дверей администрации. У директора приоткрыта дверь. Я с детства любопытный, поэтому встал у двери, вжавшись в стену, и прислушался.

— Что будем делать с ноль двадцать пятым, Вайс? — говорит Дин, наш директор.

— Господин директор, ноль двадцать пять бракованный волчонок. Не в меру любопытный, агрессивный. Нам так и не удалось воспитать из него послушного слугу. Он знает и умеет всё, как и положено, но упрямиться. Вчера укусил за руку учителя Таласа, когда тот пытался погладить его по щеке. Если мы продадим его, то придётся забирать назад через какое-то время. А хозяин ещё и компенсацию затребует за моральный или, не дай Луна, материальный ущерб, — отвечает Вайс.

     Сволочь этот Вайс. Он наш главный воспитатель. Вечно юлит и выгораживает всех перед директором. Талас меня не по щеке погладил, а по заднице. Ещё и сказал вслух: «Какая у тебя сладкая попка, ноль двадцать пятый». Придурок!

— Я знаю, о проблемах этого щенка. Даже давал указание, чтобы к нему применили меры пожёстче. Мальчишке, несколько раз окрасили ягодицы в розовый цвет. Но даже ремень не укротил его. Думаю, не стоит рисковать и выставлять его на осмотр. Через несколько дней договорюсь с братом. Он заберёт его в свой бордель. Туда всех бракованных свозят. Там его точно научат манерам. После десяти-пятнадцати клиентов в день, станет как шёлковый.

— Хорошо. Я предупрежу, чтобы к клиентам его не выводили. Сегодня приедет пять покупателей. Три женщины и двое мужчин.

     Я на цыпочках прошёл мимо двери, а потом побежал. Бордель?! Меня отдадут в бордель! Что может быть хуже этого?! Как же отсюда сбежать! Я  под видом прогулки уже облазил весь периметр. В заборе даже малейшей щёлки нет. А на воротах и калитке всегда охрана. Туда ещё дойти нужно. Мы гуляем только на заднем дворе, который отгорожен от того места, куда подлетают вертекуляры. Ворота и передний двор, я видел только в окно учебного класса.

     Остановился у раскидистого парикиса. Положил руку на шершавый ствол, тяжело дыша. У каждого оборотня есть своё тотемное дерево. Если бы я был настоящим оборотнем, то это был бы именно парикис. У него разноцветные листья округлой формы. Сверху красные, а снизу жёлтые. Тух-тух-тух, слышу, как колотится сердце в груди. Что же теперь делать? Бежать и умолять оставить меня здесь? Говорить какой я стану послушный, лишь бы в бордель не отдавали? Нет, унижаться я ни за что не буду. Не дождутся, суки! Лучше дождусь, когда меня повезут в место для утех и сброшусь с вертикуляра.

     Присел на лавочку. Со мной не особенно общались такие же как я. Многие считали меня сумасшедшим. Говорили, что я должен смириться со своей участью. Жизнь раба не так и плоха, особенно если тебя выкупит семья. Тогда ты будешь простым слугой и ничего больше. Зато будет, кров, еда и одежда.

     За грустными размышлениями, даже не заметил, как нас стали загонять в комнаты.

— Семнадцать часов, заходите в здание. В восемнадцать прилетят покупатели. Всем кто уже выходит на осмотр, принять душ и одеть чистое, — крикнул воспитатель в систему громкой связи.

     Ну, я мылся утром. К тому же выход к гостям мне не грозит. Поэтому я лёг на кровать и отвернулся к окну. Через пару минут пришёл из душа мой сосед ноль двадцать четвёртый.

— Послушай, сосед. Я ещё не поздравил тебя с восемнадцатой весной, — весело сказал он.

— И не нужно. Ненавижу праздник весны. С каждым праздником становишься на год старше, и наконец, приходишь к тому, что тебя кому-то отдадут, — сказал я, повернувшись к нему.

— А мне, если честно, осточертело тут. Мечтаю, чтобы сегодня выбрали меня, — беспечно улыбнулся он.

     Дурак, а вдруг достанется одинокий похотливый альфа. Я знаю, есть альфы, которые не прочь и с парнем переспать. Между прочим, это не возбраняется. Не зря же учили делать минет не только девушек, но и нас, парней.

     Мой сосед оделся, причесал свою шевелюру и упорхнул. Что ж, если он так мечтает, то пусть ему повезёт. Перевернулся на спину и уставился в потолок. Снова начали одолевать плохие мысли. Но вдруг в комнату забежал воспитатель из новеньких.

— Ноль двадцать пятый, вставай. Пойдёшь в комнату для гостей. Одному клиенту никто не понравился. Он попросил привести всех, кому сегодня исполнилась восемнадцатая весна.

     Чего, меня выставят на продажу?! Неужели противный Вайс не успел предупредить обо мне. Ну, может это и к лучшему. Встал и покорно пошёл за воспитателем. В коридоре ожидали несколько парней и девушек.

— Ты бы хоть шевелюру пригладил, ноль двадцать пятый. Выглядишь неопрятно.

— Что хочу, то и делаю. А будешь доставать, у меня зубы острые. Понял? — недовольно рыкнул я.

— Понял, мне всё равно. Ты же потом от Вайса огребёшь, а не я.

Элемир

     В моём доме непривычно шумно. Родители прилетели, чтобы в очередной раз поговорить со мной. Бесполезно это всё. Даже слушать ничего не хочу, но придётся. Проводил их в гостиную и усадил за чашечку чая. Отец, как всегда, развалился в массивном кресле, моём любимом, между прочим. Мы с мамой выбрали диван напротив.

— Элемир, я прошу тебя, помирись с Райнет. Как ты будешь воспитывать Ерана один. Ты же знаешь, при разрыве ребёнка отдадут тебе, потому что он мальчик, — говорит папа.

— Ты понимаешь, что ты говоришь, папа?! Сам бы простил измену маме?! Она спала с моим лучшим другом! Хотя какой он друг теперь, знать не хочу, ни ее, ни его! Ах, да, я забыл, Ерана тоже! Я сделал тест на отцовство! Его отец не я! Михай тоже сделал тест! Мимо, папа! Мы её прижали, она и сама не знает, от кого родила, шлюха поганая! Но одно врачи сказали точно. Еран чистокровный волк, — гневно произнёс я.

— Что, Еран не наш внук?! — взвизгнула мама.

— Вот именно, поэтому я и не хочу больше мириться с этой шалавой в моём доме. Пусть ещё скажет спасибо, что я её на улицу не выгнал. После развода они с Ераном получат квартиру в городе, где мы жили. Я останусь жить на острове.

— Хорошо. А слуги? Кто будет летать сюда? Заказывать постоянно вертакс — дорого. Это ты можешь себе позволить вертикуляр, но не все рабочие его имеют. И потом, с чего ты решил заделаться отшельником и уединиться на острове?

— Имею право побыть один. Мне в компании хватает общения, и постоянного мельтешения служащих перед глазами, — буркнул я, отпивая чай из кружки.

— Ну, конечно, все сотрудники ходят исключительно через твой директорский кабинет, — улыбнулась мама.

— Я знаю, почему ты уходишь ото всех. Недавно в виртуалке опубликовали статью о твоём предполагаемом разводе. Где-то раскопали об изменах жены. Этим писакам никого не жалко. Но как ты будешь тут один? Тебе только тридцать два года, можно подобрать невесту, — нахмурился папа.

— О, вот подбирать я точно никого не буду. Сегодня полечу в питомник, куплю себе рабыню, а может раба. Ещё не решил. Уже договорился, меня ждут к шести часам вечера.

— Тогда не будем задерживать. Собирайся, а мы пойдём. Не провожай, — махнул рукой папа и встал.

     Мама поднялась за ним, а потом они ушли.

     Я задумался, надевая тёмно-синюю рубашку и такого же цвета костюм с отливом. После того, как узнал о том, что жена изменяла мне и не с одним, я впал в ярость. Райнет работает главным диспетчером на космодроме. Она умудрялась даже с мужчинами других планет трахаться. Вряд ли я в ближайшее время смогу терпеть рядом с собой бабу. Наверное, придётся брать в слуги паренька. В конечном итоге, от него ничего особенного не требуется, кроме умения жарить отбивную и гладить одежду. С такими мыслями отправился на улицу, а после сел в вертикуляр стоящий у дома.

     Через некоторое время приземлился на стоянке питомника. Ко мне подошёл охранник. Удостоверившись, что я записался на покупку щенка, проводил меня в комнату для гостей. Там встретил тучный оборотень с маленькими хитрыми пуговками глаз. На вид ему было около пятидесяти лет. Он был одет в белую рубашку и костюм бордового цвета, который делал его ещё полнее. Интересно, он ещё может оборачиваться с таким количеством жира.

— Добро пожаловать. Меня зовут Вайс. А вы господин Элемир Бодан? — расплылся в слащавой улыбке мужчина.

— Доброе утро. Совершенно верно, я Элемир Бодан.

— Прошу, присаживайтесь, — Вайс указал в кресло, — Вы прибыли последним, поэтому ваше право выбирать соответственно появлению здесь.

     Кивнул присутствующим тут трём женщинам и мужчине. Мне ответили таким же вежливым кивком. Щенков ещё не привели, и я решил осмотреться. Помещение довольно большое, но мебели минимум. Токо удобные кресла полукругом, выставленные в три ряда. Перед каждым креслом маленький столик. На столах присутствующих  стоял стакан с соком. Пить не стал, хотя заметил, что другие не преминули воспользоваться предложением.

     Наконец-то, вышли строем волчата. На всех одинаковая серая роба, брюки и рубаха без пуговиц. По всей видимости, одежда пошита из самого дешёвого синтетического материала. Ещё бы, будут они тут на полукровок тратиться.

     Ребята выстроились перед нами в ряд. Я насчитал двенадцать девочек и восемь мальчиков. Все смотрели на нас испуганно, будто мы монстры. Потом опустили головы. Только у одного паренька во взгляде примешивалась искорка надежды, что его сегодня заберут. Увидел, как встала красивая светловолосая дама, что сидела первая в ряду. Она обошла строй. Посмотрела у всех ладони, подёргала волосы. Потом заглянула в рот, осматривая зубы. Фу, почему-то меня покоробило такое поведение. Женщина проходила мимо парней, осматривая только девушек. Наконец она ткнула своим пальцем в грудь  девушки со светло-коричневыми волосами и хорошей фигурой.

— Покупаю эту, — заявила она.

— Прекрасный выбор. Девушка ноль девятнадцать, перешагнула свою восемнадцатую весну три месяца назад. Прекрасно всему обучена. Прошу вас пройти за одним из воспитателей, для совершения сделки.

     Следующим встал мужчина. Прошёлся мимо строя, заложив руки за спину. Потом вернулся в начало цепочки и указал на одну из девушек. Их тоже увели, а я стал наблюдать за следующей покупательницей. Она, видимо, уже решила, кто ей подходит. Забрала самую испуганную девушку. А вот последняя дама прошлась исключительно по мальчикам. Трогала мышцы, мяла в районе паха. Даме на вид около сорока, но  очень даже симпатичная. Пышная грудь, тонкая талия, кукольное личико. Ищет себе слугу, а заодно и молодого любовника. В конечном итоге она забрала того, кто с надеждой вглядывался в нас.

— Отличный выбор. Ноль двадцать четыре очень послушный и исполнительный мальчик. Он не доставит вам хлопот, — расплылся в улыбке толстяк.

     Потом Вайс повернулся ко мне.

— Ваш выбор, господин Бодан.

     Я уже видел, что никто мне не понравился. Особенно девицы. Но всё же, прошёлся мимо строя. Нет, всё не то.

— Мне никто не приглянулся. Это все щенки? — спросил ледяным тоном.

— По сути, есть ещё несколько штук. Сегодня у них праздник восемнадцатой весны. По регламенту мы можем выставить их завтра, — пожал плечами толстяк.

— Это регламент вашего заведения. А закон государства гласит. Я могу забрать любого  совершеннолетнего щенка. А они уже с утра совершеннолетние. Один день роли не играет. К тому же мне некогда к вам ездить.

— Понял вас, господин. Сию минуту, я только распоряжусь.

     Вайс подошёл к какому-то молодому мужчине, и тот увел строй щенков. Я остался ждать стоя рядом с Вайсом. Через несколько минут в комнату вошли пятеро. Две девушки и три парня. Толстяк округлил испуганно глаза и шикнул на подчинённого.

— Ты зачем ноль двадцать пятого привёл? Я же предупредил всех.

— Простите, забыл. Сейчас уведу.

     Они разговаривали шёпотом, но я всё слышал.

— Что не так с ноль двадцать пятым? Не подходит по возрасту?

— Подходит, просто…

— Тогда пусть остаётся, — перебил Вайса строгим тоном.

     Тот шумно сглотнул и кивнул. Прошёл мимо щенков. Все стояли на дрожащих ногах и, как и положено, смотрели в пол. Только один гордо вскинул голову.

— Ноль двадцать пятый! Опусти голову, придурок! — дёрнул парня за рукав молодой воспитатель.

     Интересный щенок. Не подчинился, только злобно рыкнул в ответ. Я подошёл к нему. Да, он действительно необычный экземпляр. Полукровки не бывают выше одного метра шестидесяти сантиметров. А этот всего лишь на пару сантиметров ниже меня, при моём росте в метр восемьдесят три. К тому же у него рыжие волосы, что довольно редко для нас. Видимо достались от матери. Пронзительные голубые глаза смотрели на меня со смесью страха и вызова. А с ним будет не скучно.

— Я покупаю ноль двадцать пятого, — говорю уверенно.

— Простите, но должен предупредить. Ноль двадцать пять бракованный щенок. Да, он умеет всё что необходимо. Но он весьма непослушен и строптив. Мы хотели отдать его в дом утех, чтобы покупатель не предъявил претензии потом.

     Увидел, как парень слегка вздрогнул при слове «дом утех», а волчьи ушки затрепетали.

— Не волнуйтесь. Даю гарантию, что не собираюсь возвращать его. Никаких претензий не будет.

— Верю вам на слово, господин. Проходите в комнату для оплаты, вас проводят. Простите, спешу откланяться, — толстяк поклонился и увел дрожащих щенков за собой.

     Рыжий парень стоял как вкопанный, с расширившимися зрачками. Всё же испугался, хотя головы не опустил.

— Чего встал, вперёд. Тебя купили, сейчас отправишься в свой новый дом, — зарычал воспитатель, толкая его в спину.

— Идём, мальчик, — улыбнулся я, протягивая руку.

     Парень не принял моей руки. Он заложил руки за спину и гордой походкой пошёл вперёд. Да, определённо, скучно с ним не будет.

Альт

     Меня вместе со всеми вывели в зал для гостей. Я стоял последним в ряду. Все покорно опустили головы, как только остановились. Девчонка, стоящая рядом, даже всхлипнула, сдерживая слёзы. Только я гордо поднял голову. С детства ни перед кем голову не склонял и не собираюсь. Воспитатель одёрнул меня и голосом и действием. Дёрнул за рукав, сволочь. Но я не подчинился, только зарычал злобно. А нечего было меня придурком обзывать. Тем временем, Вайс испуганно приказал нерадивому мужику, который забыл об указании, увести меня прочь. Но по какой-то причине, покупатель захотел меня оставить. Бегло осмотрев всех, он дошёл до меня. Посмотрел удивлённо. Да, вот такой я необычный. Почти с него ростом, да ещё и рыжий. Смотрел на этого мужчину, и врать не буду, было страшно. Он выглядел молодо, лет на тридцать два не больше. Высокий, стройный, с красивой фигурой и лицом. Густая чёрная шевелюра зачёсана назад. Карие глаза как будто насквозь пронзают. Я видел много раз в окно класса, прилетающих покупателей. Большинство из них были накачанные мужчины. Их мышцы не скрывали даже костюмы. Этот индивидуум, видимо не занимался на тренажёрах, но всё равно, от него так и веяло альфой. Сильным, мощным зверем, не знающим пощады. Он сказал, что покупает меня.

     Что, он меня покупает?! Вот это новость! Хотя, судя по возрасту, у него должна быть семья. Мне крупно повезет, если это так. Посмотрел на его правую руку и обомлел. У него нет брачного обруча. Да, след остался, там кожа белее, но сам обруч отсутствовал. Одновременно с этим я услышал, как противный Вайс говорит, что меня планировали сдать в бордель, потому что я бракованный. Слегка вздрогнул. Нужно держать себя в руках. Оказаться в доме одинокого альфы лучше, чем в доме утех. Но я ещё не отчаялся, надеясь сбежать. Тем временем незнакомец заверил, что не будет меня возвращать и предъявлять претензии. Вайс поспешил уйти, а нас повел куда-то, тот самый молодой воспитатель, что привёл сюда. Ещё и в спину толкнул меня. Падла, чтоб тебе икалось целый день.

     Нас привели в небольшую комнату со столом и большим сейфом. За столом в кресле с высокой спинкой сидел наш программер, Коник. Он преподавал нам, рассказывая, как пользоваться интернетом и разными цифровыми гаджетами.

— Здравствуйте, господин. Вы уверены, в своём выборе? Как бы… — начал было, Коник.

— Давайте без как бы, уважаемый. Быстрее закончим и я уеду.

— Хорошо. Мальчик стоит двести тысяч золдонов. Хм, простите, звонок, — программер нажал на круг, надетый на ухо, — Понял, вас. Всё сделаю.

     Коник потянулся к открытой двери сейфа и достал оттуда чёрный круг с бежевым дисплеем, и маленьким железным кольцом.

— Директор Дин сказал, что поскольку щенок бракованный, сделать вам скидку в тридцать тысяч золдонов. Прошу вас оплатить покупку.

     Он что-то пощёлкал на клавиатуре минибука и на столе засветился маленький плоский треугольник. Я знал, что это считыватель. Покупатель вынул из бумажника карточку и приложил к треугольнику, тот засветился красным.

— Спасибо, господин Бодан, оплата и идентификация личности прошла, — Коник подсоединил круг к минибуку, — как вы хотите назвать своего раба?

— Чики, — резко ответил мужчина.

     Ага, чик чирики! Назвал словно птицу!

— Я не буду носить дурацкое прозвище, у меня уже есть имя! — взвился я.

— Оу, и позволь спросить какое? — удивился покупатель, — Наверняка сам придумал?

— Да, сам, но оно мне нравится! Меня зовут Альт! — рыкнул я.

— Что ж, пусть будет Альт, — ехидно осклабился мужчина.

— Хорошо, так и запишем. Раб ноль двадцать пять по имени Альт. Ага, впишем год рождения. Владелец Элемир Бодан, телефон, адрес. Теперь будьте добры ваш палец на считыватель.

     Элемир. Оказалось, что именно так его зовут. Приложил указательный палец к треугольнику. Дисплей круга вспыхнул ярким светом и погас.

— Готово. Теперь каждый, кто нажмёт на дисплей, может увидеть, что это именно ваш раб. Его вам вернут, если он потеряется или не дай Луна сбежит. Снять ошейник можете только вы, и одеть тоже. Кстати, обратите внимание на эти четыре маленькие мягкие подушечки внутри. Это датчики. Во-первых– они не дают ошейнику слишком плотно прилегать к телу, чтобы воздух циркулировал. Сами пропускают воздух. Во-вторых — они измеряют давление пульс и температуру мальчика. Если Альт заболеет, вам немедленно поступит информация на тачфон. Ошейник абсолютно водонепроницаемый, в нём можно мыться. А ещё он способен передавать сигнал. Если скачаете специальное приложение, будет видно, где в данный момент находится Альт

     Коник разглагольствовал о достоинствах ошейника, а я был в шоке и одновременно зверел.

— Я не стану носить ошейник как какое-то животное, — злобно прошипел я и попятился назад.

     Но сзади стоял воспитатель. Он схватил меня за руки и заломил их назад, удерживая. Я с ужасом смотрел, как Элемир подходит ко мне с расстёгнутым кругом. Начал вертеть головой и шеей, не давая его на себя надеть. Но на помощь подскочил Коник. Он зафиксировал мою голову ладонями. Твари! Твари! Твари! Услышал, как ошейник щёлкнул, а потом, шипя, сжался вокруг шеи. Датчики коснулись кожи, но не давили. Всё, с такой штукой далеко не убежишь. Коник отстранился от меня, а я увидел, как он подаёт покупателю кожаный поводок. Так вот для чего кольцо, которое оказалось сбоку шеи. Ловкое движение руки и поводок пристёгнут к ошейнику. Я обречённо опустил голову, но покупатель поднял её, ухватив пальцами за подбородок. Потом он заглянул мне в глаза.

— Не рассчитывай, Альт, что если я разрешил тебе выбрать себе имя, то буду потакать во всём. Это твоя обязанность, а не моя. Ты мой раб, и чем раньше ты с этим смиришься, тем будет легче и тебе и мне, — строго сказал он, — Полетели, у нас ещё есть дела.

     Он отстранился и, попрощавшись с сотрудниками питомника, пошёл на выход. Мне ничего не осталось, как идти рядом. Я же теперь как собака на поводке. Мы сразу пошли на выход. Одежду не забирали. Теперь она достанется тому, кто уже вырастает из своих вещей. Так было всегда. Ведь в доме хозяина может оказаться униформа, которую придётся носить.

     Я впервые в жизни вышел на передний двор. Посмотрел на четырёхместный шар вертикуляр, который стоял на четырёх подножках. Снизу и до середины он был чёрным, а сверху прозрачный. Небольшие крылья располагались посередине шара. Элемир подошёл к вертикуляру и нажал на маленький считыватель. Двери открылись вверх.

— Садись с той стороны, на переднее пассажирское сидение. Только без глупости, Альт, — скомандовал мужчина.

     Как же, сделаешь тут глупость. Рядом со мной встал охранник. Видимо Дин или Вайс предупредили, чтобы меня проводили отсюда. Небось, рады изверги, что избавились от меня. Заметил выемки в шаре. Что-то вроде поручней и пару ступенек. Забрался на переднее сидение. Первый раз полечу, страшно. Элемир забрался на сидение пилота и закрыл двери с приборной панели.

— Руки подними, — я в недоумении подчинился.

     Элемир нажал что-то ещё на сенсорном экране впереди себя, и меня обхватили две стальных штуки, защёлкнувшись на талии. Я начал дёргать эту штуку. Бесполезно.

— Это держатель для детей. Если они случайно откроют двери, то не выпадут. Его можно будет открыть только с панели управления. Я не умею читать мысли, но прекрасно всё увидел по твоим глазам, Альт.

     Я посмотрел на него. Возле его левой руки специальный подлокотник с кругом. Он положил туда руку, а ладонь на круг. Потом нажал пару кнопок на приборной панели. Шар набрал высоту и полетел. Элемир расслабленно облокотился о спинку и стал управлять вертикуляром, водя ладонью по кругу. На приборной панели отобразилась карта и стрелка, обозначавшая траекторию полёта. Посмотрел вниз и побледнел. Мы летели высоко над домами, а между ними было видно, как низко над дорогой летают длинные многоместные вертекуляры. В них, до нужной остановки, за определённую плату мог проехать любой. Так же нам на встречу попадались шары, а ктото нас обгонял.

— Не бойся, Альт, мы не разобьёмся. Это надёжная машина. Сейчас залетим в один торговый центр. Необходимо купить тебе одежду. А ещё неплохо бы докупить продукты.

    Через некоторое время мы приземлились прямо на крыше большого торгового центра. Спустились на лифте до нужного этажа. Элемир завёл меня в один из магазинов. Как я понял, тут одевались простые рабочие. Но и они пялились на то, как Элемир ведёт меня на поводке между стойками с одеждой. К нам подбежал молодой продавец.

— Добрый вечер, господин. Вы уверены, что хотите покупать вещи здесь? Магазин для рабов этажом ниже. Там дешевле, — улыбнулся он гаденькой улыбкой, адресованной мне.

— Уверен. Я не буду покупать то дерьмо, что там продают. Мне нужна одежда из хлопка, — резко ответил Элемир.

— Как будет угодно. У нас всё сшито из лучших тканей с Земли.

     Мы проходили на уроках, что некоторые растения у нас не растут. Их привозят с Земли. Например, кофе, оно стоит дорого. А ещё хлопок. Хлопковые ткани и одежда, дешевые, поэтому их могут покупать простые рабочие. С того времени как мы наладили с ними торговлю у нас появилась новая одежда, такая как джинсы и кроссовки. Посмотрел на свои пластиковые шлёпки и вздохнул.

— Не грусти. Обувь тоже купим удобную. А ещё, тебе нужны банные принадлежности.

     Элемир кидал одежду в корзину, которую я нёс. Потом заставил пойти и применить. Всё подошло. Меня только смущали джинсы, которые обтягивали попу, но не мешали движениям. Ещё были пару рубашек и футболок, брюки, а также тёплый свитер. Носки и нижнее белье купили в другом отделе, и пошли на кассу. Потом заглянули в обувной магазинчик. Я обзавёлся удобными сандалиями, туфлями и домашними тапками. Осталось только приобрести бритву и зубную щётку с мочалкой, что мы и сделали.

     Элемир поднял меня, увешанного пакетами, на крышу. Заставил положить их на заднее сидение и залезть в салон. Меня снова приковали к креслу, а после закрыли вертикуляр. Когда мужчина ушёл, я дотянулся до приборной панели. Но в последний момент передумал её трогать. А вдруг нажму что-то не то и взлечу. Если раньше я мечтал умереть, но не попасть в рабство, то теперь почему-то стало страшно. Я понял, что на самом деле хочу жить, какой бы моя судьба не была.

     Через какое-то время пришёл с продуктами Элемир. Сложил покупки на заднем сидении и сел за пульт управления. Мы взлетели. На улице смеркалось, но я отчётливо увидел, полоску океана к которой мы летим. Потом наш путь пролёг над водой, и я увидел остров с одиноко стоящим домом. Если судить с высоты, то его территория была примерно в десять раз больше чем вся территория нашего питомника. Кругом были деревья, изредка прореженные полянами. Да, оборотню тут есть, где побегать. На берегу стоял дом владельца острова. Такие острова имели только самые богатые люди страны. Значит, попал я не к самому простому оборотню. К тому же мы будем на острове. Отсюда захочешь, но не сбежишь.

     Вышел из вертикуляра и посмотрел вдаль. Вот кажется огни домов так близко. На самом деле до того берега не доплыть, хоть я и умею плавать.

— Бери пакеты и иди к дому. Поставишь у порога и вернёшься. Я больше не буду делать за тебя твою работу.

     Начал таскать пакеты к дому. Примечательное здание. Трёхэтажное и треугольное, с крышей до земли. Я знал, что вся крыша покрыта мощными солнечными батареями. Когда всё перенёс, хозяин дома закрыл двери шара. Он подошёл к двери и приложил к считывателю карточку, а потом палец.

— Приложи свой палец, — скомандовал он.

     Потом снова коснулся пальцем считывателя.

— Теперь у тебя есть доступ в дом. Тебе не возбраняется гулять, когда меня нет дома. Отсюда всё равно не уйти.

     Пока он держал мне двери, я занёс сумки. Попал сразу в холл, он же гостиная и прихожая. Встал у пакетов, приоткрыв рот. Мужчина был рядом и не спешил проходить в дом.

— Альт, тебе нужно напоминать твои обязанности! Ты в этом доме не гость! — рявкнул он, выводя меня из ступора.

     Я развернулся и подошёл к нему. Снял с него обувь и надел тапочки, а после встал.

— Добро пожаловать домой, — сказал тихо.

     Он обхватил пальцами мой подбородок, приподнимая голову.

— Ты должен был сказать, добро пожаловать домой, хозяин. Скажи правильно, Альт, — процедил ледяным тоном.

     Карие глаза грозно посмотрели на меня, но я упрямо стиснул зубы, аж скрежет послышался.

— Упрямишься, щенок, ну ничего, так даже веселее, — он провёл большим пальцем по моим губам.

     Меня всего затрясло от отвращения, и я укусил этот палец. Элемир отшатнулся.

— Я согласен быть слугой, но не смейте меня лапать. Иначе встану ночью и прирежу как паршивую свинью, — рыкнул я.

     В щёку тут же прилетела пощёчина.

— Знай, своё место, Альт! — заорал он, — Ищи свои тапки. Переобувайся. Сейчас спущусь и покажу тебе тут всё.

     Я, держась за щёку, злобным взглядом сверлил его спину. Убью, гада, если только посмеет тронуть!

Элемир.

     Что на меня нашло, сам не понял. Отчитал мальчишку я по делу. Он должен обращаться ко мне правильно. Альт, не простой слуга, который работает за деньги и может в любой момент уволиться. Альт, моя собственность, а я его хозяин. Но вот то, что я, прикоснувшись грубо к его подбородку, для воспитательной меры, погладил его красивые губы пальцем, было для меня самого шоком. Никогда не рассматривал парней в качестве сексуального партнёра, но и не отрицал, что смогу это сделать. У нас не возбраняется однополая связь. Никто не осуждает. По большому счету, всем наплевать, с кем ты спишь, пока не женился. Единственное, что никто из альф не позволит себе быть в нижней позиции. Если хочется секса с мужчиной, выбирают полукровок или представителей других цивилизаций. Лучше всех подходят люди с Земли. В человеческом обличии они такие же, как мы, даже гены в чём-то схожи. Поэтому могут рождаться дети.

     Альт укусил меня за палец из-за моей неожиданной ласки. Потом сказал, что прирежет, если я к нему буду приставать. И что теперь, ножи в собственном доме прятать? Бред какой-то, он же всё равно будет готовить пищу. Отвесил ему оплеуху и пошёл одевать домашнее. Буквально кожей чувствовал, как он сверлит злобно мою спину. Да, с парнем будет не просто интересно, а ещё и тяжело. Хорошо, что я подготовился к приёму своего раба.

     Когда переодевался, почувствовал, как по венам пронёсся жар. Что, приближается гон?! Сколько ещё до него, неделя, а может меньше? Раз в году у каждого оборотня бывает гон, когда хочется трахать всё что шевелится. Обычно он длится две недели. У каждого альфы он начинается по-разному. У кого-то летом как у меня. В такое время дают отпуск. Альфа закрывается дома и почти не выходит. Если у него есть жена, то дают отпуск и ей. Если он одинок, то к нему ходит любовница или девушка из борделя. Знаю, что один мой друг предпочитает на это время вообще переселиться в дом утех, у него хватает денег на такую блаж. Я всегда предпочитал иметь любовницу, а потом и женился. Почему ещё утром не заметил приближение гона? Если бы знал, то купил раба после него. Хотя, в этом случае, ноль двадцать пятого передали бы в дом утех, а я не получил такого забавного щенка. Он не просто забавный, в нём есть загадка, которую хочется разгадать. Ещё там, в зале для гостей, он смотрел на меня со страхом, ненавистью и вызовом. А сейчас он не побоялся выплюнуть мне в лицо слова о том, что прирежет как свинью. Знает ведь, что он в этом мире никто. Я могу сделать с ним всё, что угодно, продать, подарить, отдать в дом утех, выколотить из него дурь плетью. Могу посадить в своём доме на привязь, как цепного пса. Есть у нас и такие животные, привезли с Земли и теперь сами разводим. Единственное, что мне нельзя, калечить его и убивать. Но всё равно наказаний много, а он бросает мне вызов. Не склоняется перед хозяином. Странно, но мне кажется, что в нём очень большая доля от альфы. Даже если и так, Альт, тебе придётся пережить мой гон. И тут только два варианта развития событий, или ты сумеешь выстоять, или я затрахаю тебя до невозможности нормально ходить.

     Вышел назад в холл. Мальчишка расслабленно сидел в кресле. Моём любимом кресле! Чувствую, как глаза налились кровью, а в ушах зашумело от ярости. Гормоны шалят так, что затуманивает мозги. Это плохо, действительно приближается гон. Тихо, Элемир. Мальчик, разумеется, не имеет никакого права сидеть в хозяйском кресле, но он ещё не освоился. Несколько раз вдохнул и выдохнул, успокаиваясь, а потом подошёл к нему.

— Я понимаю, Альт, я тебе ещё ничего не показал. Ты только несколько минут находишься в моём доме. Тем не менее, наглеешь с каждой секундой. Мне сказали, что ты бракованный, но уверили, что тебя обучили всему, что полагается. Сейчас мне кажется, что ты прогуливал абсолютно все занятия в питомнике, — постарался говорить как можно спокойнее.

— Простите, я не должен сидеть в вашем присутствии, — он подскочил с кресла, но улыбался уголками губ.

— Мебель для раба существует только для того, чтобы стирать с неё пыль и мыть. Твоё место на полу, на специальной подушке. Я купил её для тебя. Потом отдам. И ещё, ты должен был сказать, простите хозяин, — заявил строго.

     Альт сжал от злости челюсть, я даже услышал, как скрежетнули зубы. Упёртый парень. Ну, в конечном итоге, не так и важно это обращение.

— Ты продолжаешь упрямиться, Альт? Но как-то ты должен ко мне обращаться. Готов пойти на уступки. Можно называть меня господин Элемир. Так для тебя будет приемлемо? — усмехнулся я.

— Да, господин Элемир, — ответил он.

— Вот и славно. Бери пакеты с продуктами, покажу кухню. Ты должен знать, в холле датчики движения. Как только ты заходишь, то загорается свет. Если хочешь чтобы он горел долго, хлопаешь в ладоши один раз. Нужно выключить свет, хлопай два раза. В остальных комнатах люстра реагирует только на хлопки. Лестница подсвечивается только на движение.

     Мы пришли на кухню. Парень поставил пакеты на пол, потом стал оглядываться. Я вынул из кармана тачфон.

— Дай сюда руку, мальчик. В этом тачфоне забит мой номер, на всякий случай. Ещё тут есть моё расписание. Но я буду предупреждать, когда задерживаюсь или лечу домой. Можно пользоваться интернетом, если хочешь.

     Я застегнул тачфон на его руке. Это — гаджет с мягким браслетом и дисплеем в пять квадратных сантиметров. С одного бока крепится тонкий стилус. Если необходимо. То при нажатии на бок гаджета, выдвигается такой же экран. Таким образом, можно увеличить тачфон до десяти квадратных сантиметров.

— Не забудь заводить будильник в соответствии с моим расписанием, и вставать раньше. Там написано, в какое время я завтракаю. Готовить ты будешь для двоих, и не забывай, ты не имеешь права сидеть за столом. Но у меня есть для тебя подарок, Альт. После покажу. А теперь смотри, что где лежит и раскладывай содержимое пакетов.

Альт

     Сволочь, постоянно напоминает мне о правилах, как будто я и сам их не знаю. Всё прекрасно помню. А в кресло я сел, чтобы его позлить. Не знаю почему, но мне хочется его злить. Хотя, перебарщивать, тоже не стоит. Вдруг его подарок, это плётка за непослушание.

     Нас с самого рождения приучали к тому, как должны жить рабы. Вернее с тех пор, как мы вылезали из колыбели и начинали ходить. У нас не было мебели, кроме кровати и лавочки во дворе. И то кровать поставили из рациональных соображений. Зимой почему-то очень холодные полы, хоть комнаты и отапливаются. Поэтому мы спали на кроватях. Дешевле купить их, чем потом лечить стаю щенков от простуды. Это чистокровные быстро регенерируют, а мы болеем почти так же, как и люди. А в остальном, всё было, как и положено. Ели и учились сидя на специальных подушках на полу. Но если бы не холодный пол, то и спали бы на тонких матрасах. Ни один хозяин не купит для своего раба мебель. Зачем тратить деньги, когда можно кинуть подстилку как верному псу и крикнуть ему: «Место». Вот и Элемир влепил мне пощёчину, рявкнув, чтобы я знал своё место. Но я решил его позлить и уселся в единственное кресло в холле. Знал, что могу огрести тумаков. Что мне не справиться с чистокровным. Как бы я не умел драться, альфа всегда будет сильнее. Но, как ни странно, было страшно и одновременно весело дразнить этого мужика. Это щекотало нервы. Ну, не умею я быть тихим покорным и скромным. До какой-то степени я всё ещё скромный, девственник всё же, но не настолько, чтобы можно было расстраиваться. Мне расстраиваться, разумеется. На Элемира я плевал с самого высокого дерева.

     Мужчина сидел на стуле и сверлил меня глазами, пока я работал. Когда разложил продукты, он провёл меня по комнатам. Их было не так и много. Спальня и кабинет на втором этаже. Спальня Элемира на третьем. Первый этаж это холл-гостиная, кухня, ванная комната с душем и стиральной машиной. Туалет отдельно. Рядом с кухней была ещё одна дверь. Туда, видимо, мы пойдём в последнюю очередь. Интересно, где буду спать я? На коврике у дверей? А что, с него станется. Но почему-то больше всего волновал другой вопрос.

— А можно спросить, господин Элемир? — осмелился я, когда мы снова зашли на кухню.

— Спрашивай, — он кинул мне подушку в углу кухни, — поужинаем сегодня по-простому. Ты видел, я купил пирог с мясом? Отрежь по куску себе и мне. И налей стакан молока.

     Я поставил на его стол тарелку с пирогом и стакан молока. Свою порцию поставил на пол, а после уселся на подушку.

— Я видел у вас след от брачного кольца. Мне интересно, вы женаты или нет?

— Женат, но брачное кольцо снял. Моя жена подписала документы на развод. Через три дня их зарегистрируют. Я не обязан объяснять причины моего развода. Но ты должен знать, что дороги назад у меня нет. Можно считать меня холостым уже сейчас, — беспечно ответил он.

— Тогда более насущный вопрос. Где я буду спать, у порога или на кухне?

— У тебя будет своя комната, Альт.

     Это что-то новое. Если раб не спит под лестницей или у порога, его отправляют в подвал. Но это в том случае, когда хозяин живёт в особняке. В городской квартире раб обычно спит на кухне. Мы доели, и Элемир дождался, пока я вымою посуду. Потом он приказал мне сходить в туалет.

— Ночью встаёшь в уборную? — зачем-то спросил он.

— Нет.

— Отлично, тогда идём спать. Завтра в семь утра должен быть готов мой завтрак. Я полечу на работу. Посмотри меню на неделю в тачфоне.

     Элемир привёл меня к комнате, в которой мы не были, потом открыл дверь.

— Заходи, это будет твоя комната. Мой подарок тебе, Альт.

     Я прошёл в помещение, хлопнул в ладоши и обомлел. Тут было небольшое окно, с ручкой. Это означало, что помещение можно будет проветривать. У стены стояла железная стойка с несколькими вешалками. Маленький стеллаж из двух полок, видимо для нижнего белья. Рядом деревянное кресло. Но удивительней всего, что посередине комнаты стоит круглая кровать. Она окружена железными прутьями упирающимся в пол и потолок. Между прутьями круглой клетки и кроватью оставалось место только для того, чтобы поставить стопы.

— Хороший сюрприз, правда, Альт? Заходи внутрь.

     Я встал у кровати, а он захлопнул дверь.

— Клетка открывается моим пальцем со считывателя. Но замок так же запрограммирован мною. Завтра в шесть часов утра клетка разблокируется. Ну что, Альт, всё ещё хочется прирезать меня ночью как свинью? Боюсь, ты не призрак, и не сможешь просочиться сквозь прутья, — сказал он ехидно.

     Потом Элемир протянул руку и погладил моё волчье ухо. Я отшатнулся от этого прикосновения. Упал спиной на кровать.

— Вай, какой пугливый девственник. Должен предупредить, Альт, у меня нет любовницы. С женой я тоже не сплю уже месяц. А не позднее чем через неделю, у меня начинается гон альфы. Это же чистая романтика, мальчик, не находишь? Остров, который не покинуть, альфа взявший отпуск на время гона и его девственный раб. Но ты не переживай, думаю, нам будет не скучно в этом доме вдвоём.

     Он произнёс всё это с такой похотливой улыбочкой, что меня затрясло. И вот угораздило меня, попасть к одинокому альфе на пороге гона, который к тому же месяц не трахался. Он же меня порвёт на тысячу маленьких Альтиков. Наверное, на моём лице прочитался испуг. Потому что он присел на корточки и, протянув руки, погладил мои ноги.

— Не бойся, малыш. Всё будет хорошо, если ты не станешь сопротивляться, — голос был неожиданно ласковый.

— Не трогай меня, сука! — я отполз на середину кровати.

— Я и не собираюсь. Пока, не собираюсь. Спокойной ночи, Альт, — он встал и пошёл на выход, а у дверей обернулся, — Альт, тебе правила снова в мозг вбивать? На этот раз плёткой по заднице, не иначе.

— Спокойной ночи, господин Элемир, — ответил я вздрогнув.

     Когда он ушёл, я посмотрел на кровать и только сейчас заметил, что она уже застелена. Лёг и укрылся тонким одеялом, всё же сейчас лето. Раздеваться не стал. Вдруг ему приспичит, и он явится ночью. Хотя меня одежда не спасёт, если альфа закроет нас обоих в клетке. Хах, подарок он мне сделал. Кровать, на которой собрался меня трахать. Придурок! Вот почему именно я? В питомнике было много красивых девушек. Умостился поудобнее и начал засыпать. Как бы тревожно не было, а устал я эмоционально настолько, что глаза сами закрывались. Вспомнил о будильнике. Завёл на шесть часов и провалился в сон.