‒ Он невыносим! Это самый кошмарный ребенок, которого я знаю! ‒ хожу из угла в угол, выбирая из своей прически макароны.

Да, это Денис постарался. И это еще не самое худшее, что он делал.

‒ Я убью его! ‒ изрекаю, останавливаясь, ‒ Меня посадят, и ты будешь носить мне передачи в тюрьму. Сигареты там, туалетную бумагу. Но зато я избавлю мир от него! Или я сойду с ума, что более вероятно, ‒ смотрю в монитор ноутбука.

‒ Пап, что мне делать?

‒ Дочь, ты ведь знаешь, что я тебя люблю. Но если ты выберешь первый вариант, я не хочу знать подробностей, чтобы меня не повязали как соучастника, ‒ искренне насмехается родитель.

‒ Я рада что ты веселишься. Но мне что делать? ‒ ложусь на кровать, на которой стоит ноут.

‒ У матери не спрашивала?

‒ Спрашивала.

‒ И что она посоветовала? ‒ ухмыляется родитель.

‒ Подружиться с ним.

‒ И как? ‒ хмыкнул он, ‒ Подружилась?

‒ Конечно! Мы меняемся тайнами, плетем друг другу косички, ‒ показываю пальцем себе на голову.

‒ Там кстати еще одна макаронина осталась. Левее, да, вот там.

‒ Пап, мне нужен реальный совет, – говорю, откидывая ненавистную макаронину, что достала из своих волос.

‒ Валер, ты ведь умная девушка. И сколько бы ты не отрицала, вся в мать. А она справляется с двадцатью орущими карапузами. Хочешь совет? Прояви смекалку. Заставь его себя уважать.

‒ Ага, этого заставишь.

‒ А отец его что говорит?

‒ А его отец самоустранился из жизни сына.

‒ Вот и отлично! Значит, не будет мешать. Осталось дело за малым. Так, дочь. ‒ папа смотрит поверх экрана, ‒ Меня зовут. Позвони мне, когда придумаешь. Все, целую.

‒ Целую, ‒ говорю потухшему экрану.

Помог, называется! Заставить его себя уважать. Элементарно, Ватсон! Как? Перевернувшись на спину, смотрю в потолок. Отец парня. Этот человек в жизни Дениса бывает реже, чем охранник Сергей. Думаю, Денис сможет на пальцах одной руки пересчитать, когда он был с отцом дольше пяти минут. И чисто по-человечески, я своего босса понимаю. Я третий день в роли няни, и сама хочу свалить куда-нибудь.

‒ Денис-Денис! И что мне с тобой делать?

Решив отвлечься, я включила комедию. Но смысл не улавливала. Вспоминала прошедшие дни, анализируя. И я таки придумала, что могу сделать! Через полтора часа фильм закончился, но и план был готов. И первый пункт самый сложный. Договориться с отцом Дениса.

Загвоздка даже не в том, чтобы подобрать правильные слова и как-то убедить. А просто поймать его и начать этот разговор. Олег Федорович приходит поздно, уходит рано. Но если я чего-то хочу, то всегда это получаю. Поэтому в три ночи, босс загулял сегодня, я стучусь к нему в кабинет. Этот трудоголик даже дома нормально отдохнуть не может как все люди.

‒ К вам можно? ‒ заглядываю после короткого стука.

Что я говорила? Сидит, работает.

‒ Олег Федорович, я бы хотела поговорить, ‒ смелею, захожу.

‒ Валерия? ‒ то ли удивился что я в такое время зашла к нему, то ли вспоминает кто я вообще такая.

‒ Да, ‒ кивнув сажусь на стул.

Предложения присесть я походу не дождусь. Прикрываю халатом ноги, смотрю на хозяина кабинета.

‒ Что-то с Денисом? – спрашивает.

Да! Хочется закричать и рассказать ему все-все! Но я ведь взрослый человек. Поэтому лишь киваю. Я сама сдержанность, горжусь собой.

‒ У меня к вам просьба.

‒ Я сейчас занят, ‒ теряя ко мне всякий интерес, он утыкается в бумаги перед собой.

‒ Это касается вашего сына.

‒ И что он натворил на этот раз? ‒ устало спрашивает он, и мне становится жалко этого мужчину.

Хоть перед глазами и проносятся картина сегодняшних макарон в волосах. А перед этим мед в шампуне, клей в сумке, паук в шкафу, спасибо что не живой, синька в зубной пасте (хорошо, что вовремя заметила), и то, как проснулась в луже воды. А есть в этом доме я вообще теперь боюсь. Соленый чай со вкусом земли, или суп со вкусом мыла. Как он проворачивает все так, что испорченные продукты только у меня, не знаю. Еще и не попасться умудряется!

‒ Ничего, ‒ отвечаю на вопрос босса, чем, кажется, несказанно удивила его.

Вот теперь он смотрит с интересом. И так оценивающе. Не как на женщину, а как на интересную вещицу. Слегка обидно. Но отгоняю ненужные мысли.

‒ Так в чем тогда дело? ‒ спрашивает он.

‒ Я бы хотела попросить… ‒ нет, не так начала, ‒ У меня есть стратегия. И для ее осуществления мне нужно... ‒ замолкаю под взглядом босса.

Соберись!

‒ Мне нужен полный карт-бланш на свободное время Дениса и главное! И чтобы вы не вмешивались.

Последнее говорю тише. И судя по взгляду босса не зря опасалась его недовольства.

‒ Вы хотите, чтобы я не вмешивался в воспитание своего сына? ‒ чувствую угрозу в его голосе.

И немного удивления.

«А то ты раньше рвался!» ‒ думаю про себя.

‒ Да, ‒ говорю в ответ, ‒ В свою очередь могу гарантировать, что мои действия никоим образом не будут направлены на причинение вреда вашему сыну. Ни физического, ни морального, ‒ разве что немножко.

Представив себе будущее, ухмыльнулась.

‒ Валерия. Денис сложный ребенок. И я не хочу, чтобы...

‒ Олег Федорович! ‒ перебила босса, ‒ Вы совершенно правы. И справиться с ним невозможно! Ему нужна не няня, а надсмотрщик. Но вы наняли меня, у нас с вами контракт, в котором сказано, что я должна заниматься его воспитанием. И я буду это делать. Просто прошу вас...

Как правильно сказать? Не ругаться? Не увольнять меня сразу же? Не потакать ему, если он прибежит жаловаться на меня?

‒ Довериться мне, ‒ закончила мысль, ‒ Хотите, приставьте ко мне охрану. Или...

‒ Я вас понял, ‒ поднял он руку, останавливая меня, – Хорошо. Даю вам полную свободу действий. Но если увижу, что вы...

‒ Не увидите! ‒ подскочив со стула, заверила босса, – То есть ничего такого не будет. Спасибо!

Выскочив за дверь, захотела станцевать. Самое сложное позади. Сделала шаг, а после вернулась. Открыла дверь в кабинет босса. Заглянула. Он сидит все так же, ослабил галстук только.

‒ Что-то забыли? ‒ поднял взгляд на меня.

‒ Да, ‒ говорю, ‒ Спокойной ночи.

‒ Валерия, идите, ‒ устало говорит.

Хороший он все-таки человек. Просто уставший.