Костюм, рубашка, туфли, в которых можно увидеть свое отражение. Я так и не привык к ним, но сегодня не обойтись без этого пафоса – официальная встреча.

Мельком бросаю взгляд на себя в зеркало: в холеном молодом человеке из отражения не узнать того Диму Кречетова, который гонял на байке в потертых джинсах и косухе и плевал на бренды и условности. Но в мире амбиций, ассигнаций и банковских счетов с внушительными нулями, куда я стараюсь пролезть, человека прежде всего встречают по внешним инвестициям, и мне приходится играть по этим негласным правилам.

Такси, неугомонный Федя, тараторящий без умолку и желающий ни с того ни с сего узнать о каждом попадающемся на пути доме или дворце всю подноготную и действующий на и так натянутые нервы… Хорошо хоть таксист оказывается словоохотливым и, кичась своим багажом данных и гордым званием «петербуржец», методично посвящает друга в те детали, которыми владеет сам.

Да, Питер – прекрасный город. Величественно носящий статус северной столицы и прославленный не только своей историей, архитектурой и разводными мостами, взлетающими белыми ночами в небо, как потревоженные птицы, а еще и романтичностью, даже несмотря на порой не слишком располагающую к прогулкам погоду. Уж я-то помню романтику белых ночей со всеми вытекающими последствиями!

Офис ООО «Гранд» находится в новомодной стекляшке недалеко от центра с видом на Неву. Аренда, думаю, тут бешеная, но что поделать – понты приходится содержать.

Просторный, отделанный камнем холл, охрана, фирменный лифт, переместивший нас на необходимый этаж, и длинноногая девушка, встречающая и показывающая дорогу в кабинет руководителя.

Приемная, дверь, внушительное светлое помещение впереди. Признаться, я немного волнуюсь. На своей территории было бы проще, но в данной ситуации мы больше подстраиваемся, чем диктуем свои условия. Мы конкретно заинтересованы в этой сделке и, не вскрывая карт, знаем: роял-флеш находится в чужих руках. Но, несмотря на внутреннюю напряженность, на моем лице – спокойное, нечитаемое выражение, которое дополнительной опцией стало доступно еще с тех времен, когда был жив отец и учил играть в покер.

Молодой приветливый мужчина встает с кресла и направляется к нам навстречу. Жму протянутую руку, улыбаюсь в ответ и, смотря в его лицо, пока он здоровается с Федей, не могу отделаться от мысли, что я где-то когда-то уже видел этого пижона, хотя, возможно, он просто медийная персона.

– Игорь Валентинович, – напоминает он свое имя, и я представляю себя и компаньона.

Присаживаемся, изучаем документы, приводим доводы о взаимовыгодном сотрудничестве, обсуждаем, доказываем, спорим, ищем компромисс.

Меня увлекает диалог, захватывает соревнование «кто у кого перетянет веревку» настолько, что я опять становлюсь прежним азартным игроком, тонко чувствующим и просчитывающим слабые места оппонента. Федя говорит, у меня хорошо развита интуиция, вот я и включаю ее сейчас на всю катушку.

Плодотворная работа завершается весьма радужными перспективами. Мы пьем кофе, своевременно принесенное не только длинноногой, но еще и, оказывается, улыбчивой помощницей, обмениваемся любезностями, договариваемся о новой встрече, чтобы завершить обсуждение спорных вопросов, и в тот момент, когда с моего языка уже готова сорваться прощальная фраза, в комнату влетает эффектная темноволосая девушка и, не замечая нас, спешит к хозяину кабинета, отошедшему к своему столу.

– Игорь, отвлеку тебя по поводу дня рождения.

Видимо, по выражению лица мужчины она понимает, что что-то не так, оборачивается и… убивает меня одним взглядом-выстрелом.

– Вика?!

Не знаю, куда подевалась моя сдержанность и как вообще вылетело ее имя из сомкнутых губ.

Ее теплые, травянисто-зеленые глаза, в первую секунду растерянно распахнувшиеся от неожиданного столкновения с моими, постепенно сужаются, леденеют и становятся холодно-изумрудными.

– Вы знакомы?! – удивляется Игорь, и я понимаю, почему его физиономия привлекла мое внимание. Я даже вспомнил, где и при каких обстоятельствах мы виделись – на том злополучном дне рождения.

Молчу, предоставляя Вике самой прояснить ситуацию, и она небрежно бросает:

– Учились вместе.

– Вот как! Удивительное совпадение.

Смотрю на мужчину и пытаюсь прочитать сарказм на его лице, но нет, он, видимо, действительно не помнит меня и считает, что мы с Викой были только однокурсниками.

Федя подхватывает тему и начинает лепетать о совпадениях, а я не могу отвести взгляд от девушки, которую любил когда-то; от девушки, которую не рассчитывал увидеть, приехав в родной город, несмотря на то что она методично изводит меня, приходя во снах и вплетаясь в видения.

Принцесса мало изменилась: такая же умопомрачительная красотка от кутюр, разве что волосы стали длиннее да взгляд, которым она периодически удосуживается скользнуть по мне, чужим и холодным.

Мое общество девушке точно в тягость. Я вижу, что она явно нервничает, хотя очень старается спрятать эмоции за маской безразличия и смотреть куда угодно, лишь бы не на меня; но только взгляд, побродив по комнате, опять примагничивается к моей персоне. Неужели наше необъяснимое притяжение все еще работает?!

Обращаю внимание, как Вика нервно теребит браслет на запястье, играя подвесками, и застываю, заметив неброское кольцо с белым камушком на безымянном пальце. Она до сих пор носит его?! Это как удар под дых, как прыжок с парашютом... Мне вдруг резко не хватает воздуха, а еще ее срочного ответа: почему?!

С трудом возвращаюсь в действительность и начинаю улавливать диалог мужчин.

– Вы надолго?

– На пару дней точно. Это Димин родной город, он обещал мне его показать.

– Отлично. Вика!

Игорь обнимает ее за плечи, привлекая внимание. Я автоматически сжимаю кулаки. Непросто, когда при тебе трогают «твою» девушку.

– Может, стоить позвать одноклассника и его друга на день рождения, раз он так кстати появился накануне и мы собираемся плодотворно сотрудничать?!

Она бледнеет... Или мне кажется?!

– Хорошая идея. Приходите.

Ее голос спокойный, но какой-то неживой. Уверен, принцесса совсем не хочет видеть меня на своем празднике, но и не желает привлекать внимание отказом. Память «любезно» возвращает к тому единственному дню рождения, который мы отмечали вместе и который указал мне мое место и перевернул наши жизни. Хочу ли я там быть?!

– Вика пришлет вам приглашения.

Федя кивает и опять выруливает ситуацию, поскольку я сейчас –высеченная из камня статуя, неспособная изрекать слова.

– Спасибо, мы обязательно воспользуемся ими.

Друг толкает меня локтем в бок, чтобы я пришел в чувство и переместил свое тело из кабинета хотя бы в приемную.

Не замечаю, как мы оказываемся внизу, и только когда прохладный ветер пару раз дает мне освежающих оплеух, я прихожу в чувство.

– Что это было?! Димон, ты вел себя как придурок!

Хмурюсь. Я и есть придурок.

– Тебе показалось.

– Хорош лечить!

Молчу. Сейчас мне точно не до надоедливого друга.

– Ты правда учился с этой куколкой?!

Вопрос о Вике опять отдается возобновившейся болью в сердце, но воспоминание о ее реакции на обращение «кукла» вызывает легкую улыбку.

– Правда, – выдыхаю я. Знал, что будет не просто, но чтоб так!

– Ладно, поехали домой. Даша там, наверно, уже вкусненькое на обед приготовила.

Киваю и направляюсь за Федором в сторону ожидающих своих пассажиров такси.

«Идиот! – ругаю сам себя. – Зачем я вернулся?! Вот правда!».

Запихнул друга в машину, отправил домой и пришел ко входу в бизнес-центр.

Понимаю: это полнейшее безумие. Надо взять ноги в руки и уехать, но я отмахиваюсь от голоса разума и жду ее.

В голове всего один вопрос: почему она носит мое кольцо?! Даже тогда, четыре года назад на ее дне рождения, я понял, что с моей стороны было глупостью дарить своей принцессе скромное, недорогое украшение, когда девушка приучена к эксклюзивным вещам. Ее бывший позже наглядно продемонстрировал, к чему она привыкла и чего достойна, а Диана, не подозревая, подписалась подо всем.

Чтобы отвлечь себя, разглядываю парковку из дорогих авто и пытаюсь угадать ее машину. Думаю, ее зверь Aston Martin уже не возит свою малышку и папочка или ее навороченный друг купили ей новую рычащую игрушку.

То, что Вика появилась на улице, я чувствую буквально сразу. Моя радиолокация по-прежнему работает без сбоя и определяет ее появление посредством радиоволн так же безошибочно. Я убеждаюсь в этом, едва оборачиваюсь, и мы сталкиваемся взглядами. Девушка вскидывает голову, давая понять, что на дружеские объятия и взаимные воспоминания могу не рассчитывать, и приближается ко мне. Естественно, сбегать и делать вид, что меня не заметила, она не стала – не в ее характере.

– Как это понимать?! – без предисловий обрушивается Вика.

– Что именно?!

– Твое предполагаемое сотрудничество с Игорем, – поясняет она, гневно сверкая своими драгоценными глазами.

Пожимаю плечами.

– Стечение обстоятельств.

По взгляду, сверлящему меня, понимаю: не верит. Но я не собираюсь распинаться и доказывать, что не искал встреч с ней и тем более не хотел пересекаться и иметь дел с ее бывшим и, походу, теперь настоящим мужчиной.

Тараним друг друга взглядами, как бараны лбами, пока я не прерываю эту глупую борьбу и не спрашиваю то, что мне совсем не обязательно знать.

– Как ты?!

Вика приподнимает подбородок в своем привычном высокомерном жесте и, смотря в глаза холодными зелеными изумрудами, с вызовом произносит:

– Счастлива!

Горько усмехаюсь. Она припоминает мне мое пожелание.

– Рад за тебя.

Говорю вполне искренне. Ее не касаются мои заморочки.

– Это все?!

Прежде чем ответить, скольжу взглядом вниз по руке и замираю, не веря своим глазам. Вика сняла кольцо! Как же это опрометчиво с ее стороны. Она могла с легкостью оправдаться и, удивившись: «Оно правда твое?», сбить меня со следа, а своим поспешным жестом, сама того не желая, призналась мне, что все помнит. Если Вика надеялась, что я не заметил его при разговоре в офисе, то она просчиталась – заметил.

Девушка, проследив за моим взглядом, поспешно прячет руки в карманы пиджака.

– Зря сняла. Я его видел, – поднимаясь к ее глазам и сфокусировавшись на них, сообщаю ей.

Держит лицо.

– Что ты видел?!

– Кольцо.

Приподнимает бровь, делает вид, что не поняла, и тут же нервно закусывает губу. Сама себе противоречит.

– Кольцо, которое подарил я.

Делаю пару шагов к ней, сокращая дистанцию. Она чуть ли не отпрыгивает от меня.

– Надеюсь, ты понимаешь: я не хочу, чтобы ты появился на моем дне рождения.

Рассматриваю ее. Всего час с хвостиком назад я был почти уверен, что тоже не хочу, но сейчас… Почему-то сейчас я желаю сделать прямо противоположное. Зачем?! Она не свободна. Может, для того, чтобы увидеть ее с другим и убедиться, что принцесса нашла свое счастье с принцем?! Лучше вырезать опухоль, перетерпеть и оклематься, чем всю жизнь чахнуть. Я хочу вылечиться, протрезветь от ее чар. Или нет?!

– Почему?! Разве у тебя не осталось ко мне теплых чувств?!

– А должны были?!

Она огрызается практически в каждой фразе. Разве так ведут себя счастливые люди?! Вот не верю!

– Я уберег тебя от разочарования.

– Это говорит человек, который разочаровал больше всех в жизни и сделал так больно, как никогда не было раньше?!

Отводит взгляд, чувствуя, что сказала лишнее.

– Глупо выяснять, кому тогда было больнее! Не находишь?

Ее глаза резко взлетают вверх и мечут искры.

– Интересная позиция для того, кто однажды бросил.

– Вика!

– Все! – резко обрывает она. Ей не нравятся мои слова, но еще больше ей не нравится разговаривать со мной. – Я не хочу это обсуждать и не хочу тебя больше видеть!

– Мы уже пообещали твоему…

– Мужчине.

Значит, даже не мужу. Усмехаюсь. Она протыкает меня ненавидящим взглядом, как рапирой, и не чувствует жалости.

– Он не расстроится.

Смотрю на безмолвный приступ ее злости и спокойно сообщаю:

– Все-таки я воспользуюсь приглашением. Неформальная обстановка способствует продвижению бизнеса.

Вика хочет возразить, но я бросаю ей свой единственный козырь:

– Да и Даше ты будешь больше рада, чем мне.

Она растерянно зависает на моем лице, невольно демонстрируя свою слабую сторону.

– Даша в Питере?!

Киваю и жду, когда она сдастся. Даше не была на ее двадцатидвухлетии, поскольку заболела, и Вика не сможет отказать ей в приглашении сейчас, а значит, и мне в придачу к сестре.

– Хорошо. Приходите. Я вышлю приглашения.

Бинго! Все-таки я научился манипулировать людьми, и, хоть пользуюсь этим только на благо растущего банковского счета, не грех воспользоваться этой способностью в экстренной ситуации.

– Адрес тот же?!

Киваю. Еще один прокол. Она призналась, что до сих пор помнит квартиру, где жила со мной. Спустя четыре года!

Вика отворачивается и, больше не говоря ни слова, идет к своей машине. Я слежу за ней взглядом. Да, я угадал, ее новый зверь – Lamborghini Urus.

Люблю ли я ее?!

Не нравится мне слово «люблю». Я считаю, что чувство, которое испытываю, глубже, ярче, беспощаднее... Оно греет и умиляет теплыми воспоминаниями, когда холодно; воспаляется, нарывает, кровоточит – когда накрывает тоска и одиночество...

Вика просто внутри меня! Вшита под кожу и поэтому все время рядом, куда бы я ни уехал. Так что сбежать не получается, забыть невозможно, как и вырвать из себя. Мы словно одно целое…

А сейчас, когда опять встретил ее, все мои ощущения будто вышли из комы и стали активно функционировать и тревожить еще сильнее.

Даша дергает меня за рукав рубашки.

– Дим, приехали!

Смотрю на сестру невидящим взглядом.

– Дим!..

Начинаю возвращаться в реальность и вижу взволнованное лицо девушки.

– Это все из-за нее?! – и через секунду: – Мы можем никуда не ходить.

Смотрю на малышку и поражаюсь. Из какой сказки эта девушка?! Такие, как она, в нашем эгоистичном мире давно вымерли. Когда я рассказал ей про приглашение Вики, Даша разве только не прыгала от радости, а сейчас предлагает завернуть желанное мероприятие из-за того, что ее брат тот еще кретин и, задумавшись в машине, выпал из реальности.

– С ума сошла?!

Надеваю на лицо улыбку, а она хлопает ресницами и продолжает вглядываться в меня.

– Я не хочу, чтобы из-за встречи с ней ты опять…

Даша не видела, какой я был в первые месяцы после расставания с Викой. Мы жили в разных городах и лишь созванивались. Встретились только под Новый год в Москве. Тогда я уже немного оклемался, но, по-видимому, все равно напугал мою впечатлительную малышку. Через полгода я сумел снять квартиру и перевезти семью к себе. Не мог я бросить своих девчонок на попечение бабушки, также как и вернуться в город, из которого сбежал. Тогда я вообще выглядел пусть и невеселым, но живым.

– Не переживай, мелкая! Все хорошо!

Федя, первый вылезший с переднего сиденья и ждущий нас на улице, тоже забеспокоился и, открыв дверь, уточнил:

– Вы чего застряли?

– Выходим.

Гламур, роскошь, излишества… Какие еще эпитеты подобрать к увиденному?! Теперь, когда я знаю цену многим вещам и понимаю размер сумм, выброшенных на ветер, чтобы угодить принцессе, мне делается жутко. Для чего все это?! Разве Вика станет менее счастливой, если ее праздник состоится в более скромном заведении?! Или ее друзья не так опьянеют, если будут пить не элитный Cristal от как минимум 1000 евро за бутылку, а, допустим, Bollinger, который стоит в несколько раз меньше?! Естественно, нет! Но это все «пальцы». Желание выпендриться перед друзьями, продемонстрировать свой статус. Очень надеюсь, что мероприятие организовали ей родители или ее навороченный принц и она не принимала участие в этом параде тщеславия. Мне хочется верить, что Вика действительно изменилась после нашей истории. Иначе я схожу с ума по призраку, которого не существует.

Мы находим именинницу очень быстро. Самая красивая девушка вечеринки, конечно, она, и здесь я не ерничаю. Вика действительно выглядит сногсшибательно, но печально, что знает об этом и держит со мной дистанцию.

После обмена любезностями я вручаю мою неподъемную корзину с ее любимыми красными розами из того же показанного ею однажды цветочного бутика, и взгляд принцессы наконец задерживается на моем.

Думаю, розы о многом ей напомнили и сказали. Я даже предполагаю, что принц, дарящий все время двести девяносто семь цветков в честь даты ее рождения – 29 июля, не переплюнет сегодня меня. Возможно, было глупо тратить столько денег на красоту, которая через пару дней завянет, ради секундного удовольствия – увидеть ее удивленные глаза. Да и реванш в данном случае неуместен, но почему-то мне захотелось подарить ей это облако роз хотя бы однажды и показать, что я многого добился за четыре года. Вот откуда растут ноги у тщеславия… Все начинается с малого.

Федя с Дашей дарят ей наш подарок, и она в бесконечный раз говорит «спасибо».

Вечер тянется долго и утомительно. Мне давно скучно в этом «раю». Сестра с другом затерялись в толпе танцующих, и даже развлечение «полюбуйся на Вику» уже не осуществить – она куда-то незаметно скрылась.

Постояв немного, придумываю себе новую забаву – «найди Вику».

Внимательно рассмотрев толпу танцующих, убеждаюсь, что девушки там нет, и начинаю обходить помещение по периметру. Обойдя весь зал, выхожу в холл и иду наобум, пока неожиданно не натыкаюсь на голос сестры и не останавливаюсь.

– Ой, ты бы Олю видела! Такая егоза выросла.

– Она и раньше была шустрая, – отвечает другой, тот, который я всегда узнаю и не перепутаю – Викин.

– А ты как?!

– Я… хорошо.

Понимаю, подслушивать плохо, но я словно приклеился к полу и не могу уйти.

– Встречаешься с кем-нибудь?!

– Нет. Дима ко всем придирается…

Молчание. Думаю, им обеим неловко от упоминания обо мне. Особенно моей впечатлительной сестре.

– А ты?!

– Я вернулась к Игорю. Полгода живем вместе.

Снова неловкое молчание.

«Полгода живем вместе»… Эта фраза, как едкая кислота, разъедает кожу до нестерпимой боли и проникает внутрь. Но что я хотел?! Уходя – уходи. И не возвращайся. Зачем я вернулся?! Я же не думал, что она осталась одна и ждет меня с распростертыми объятиями? Конечно, нет!

Отлипаю от пола, разворачиваюсь, иду обратно, слыша вслед:

– Давай не будем об этом. Я тебя три года не видела!

Отлично прошел квест, ничего не скажешь! Было плохо – стало просто невыносимо.

В зале опять не знаю куда себя приткнуть. Я бы уже уехал, но не могу лишить сестру обещанного праздника и оставить даже на попечении Феди и продолжаю подпирать стенку, наблюдая, как резвится золотая молодежь Питера.

Минут через двадцать нахожу глазами в толпе Дашу, танцующую в объятиях друга, и срываюсь. Я даже не иду – я лечу в сторону того балкона, не понимая, зачем мне это надо.

Подхожу к распахнутым дверям, не зная, увижу ли ее. Вхожу и застываю, едва мои глаза прилипают к знакомому силуэту. Она не оборачивается, вообще не двигается и стоит как стояла, рассматривая простирающуюся картинку города. Вика не слышала моих шагов?! Мне кажется, я громко ворвался. Подхожу ближе и замечаю белую палочку наушника. Как-то не слишком веселится именинница, и категория «счастлива», обозначенная ею, снова не состыковывается у меня с действительностью.

Делаю еще пару шагов, слышу запах ее духов и аккуратно, чтобы не напугать, вынимаю наушник из уха и вставляю себе.

«А помнишь, плыли ромашки на лугу… Ты дома в моей рубашке. Не могу... » – прямо песня про нас. И после этого она хочет сказать, что счастлива?! Не верю!

От моего неожиданного вторжения и произвола девушка вздрагивает, оборачивается и оказывается так близко ко мне, как когда-то давно. В прошлой жизни.

Чувствую ее сбивчивое дыхание, растерянность, которая не дает своевременно нацепить на лицо маску стервы, и любуюсь ей. Это моя девочка. Настоящая!

– Ты напугал меня! – наконец выдыхает она и, вытащив наушник из моего уха, достает второй из своего и убирает в кейс, который затем кладет внутрь миниатюрной сумочки, перекинутой через плечо.

Вика хочет уйти, но я упираюсь руками в парапет с двух сторон от нее и, поймав в капкан, пытаю взглядом.

– Что это значит?

Зачем объяснять очевидное?! Не отвечая на ее вопрос, задаю встречный:

– Почему одна?!

– Голова разболелась. Дышу воздухом!

Она снова хочет отойти, но я кладу руку на ее талию и немного притягиваю к себе. Другой забираюсь под волосы и аккуратно массирую затылок, не особо веря в обозначенную причину одиночества.

Девушка в шоке от моей наглости. Я вижу ее отчаянные попытки взять себя в руки, но от нашей близости, от моих пальцев, очерчивающих круги на коже головы, сделать это у нее не получается. Она всегда была очень отзывчива и загоралась от первых прикосновений и ласк. Похоже, ничего не изменилось. Моя близость, мои поглаживания действуют на нее так же, как и четыре года назад. Вика уже дрожит, а глаза стремительно темнеют, предавая свою хозяйку. Не знаю, что на меня находит: ее близость, ее реакция, воспоминания или этот фейерверк впечатлений, – но, позабыв об осторожности, здравом смысле и последствиях, я притягиваю девушку еще ближе, впаивая ее тело в свое, чтобы она почувствовала, как мне желанна, и припадаю к губам, словно к самому долгожданному источнику измученный жаждой путник. Они все такие же мягкие, теплые, хмельные; они заводят, не дают оторваться, заставляют желать большего... Это какое-то отчаянное безумие и… наслаждение, и пусть в нем мне отдана главная роль, но Вика, с каждой секундой поддаваясь моему напору, тая от моих ласкающих губ и языка, начинает включаться, целовать с не меньшей страстью, перебирать пальчиками мои отросшие волосы, тянуть их и жаться ко мне все сильнее. Хотя куда уже ближе?! Мы и так стали одним целым.

Наше сумасшествие заканчивается так же спонтанно, как и началось: она резко отскакивает от меня, словно включила голову, отключенную внезапным скачком напряжения от моего нападения, и, тяжело дыша, сердито смотрит.

– Не смей ко мне больше прикасаться!

– Почему?! Тебе же понравилось!

Заливается румянцем. Девушка прекрасно отдает отчет, что пару секунд назад сама терзала мои губы и волосы и жалась ко мне всем телом.

– Ты даже не извинился?! – звучит так горько и искренне, и я впервые вижу, что она честна со мной и открыта.

– За что, Вика?!

– Ты не знаешь, за что?! – она хватает ртом воздух и беззвучно кричит взглядом «нет слов»: – Ты тогда убил меня!

– Ты же сказала, что ты счастлива!

Вика мгновенно меняется, закрывается, и вместо растерянности и грусти во взгляде появляется злость, так что ее глаза начинают метать молнии.

Понимаю, в своем желании показать ее нестыковки и противоречия я, наверно, жесток и оттого хочу снова прижать ее, поцеловать и извиниться так, как у меня всегда получалось лучше всего, но она больше не подпускает к себе и отступает синхронно с моими движениями к ней.

Вздыхаю.

– У нас не было будущего.

– Тогда что ты хочешь от меня сейчас?!

– Сейчас многое изменилось!

Она почти кричит.

– Что?!

Хочу сказать: за четыре года мы так и не остыли, но называю вторую причину:

– Я скоро заключу очень выгодный контракт.

– И что?! Мы перестанем быть параллельными из-за того, что у тебя появятся деньги обеспечить мои прихоти?!

Она усмехается.

– А ты не подумал, что они у меня еще больше выросли?!

И не дожидаясь моего ответа:

– А главное – теперь ты мне не нужен!

Врет! Вижу – врет. И смотреть в глаза не желает, понимает: могу прочитать по ним, что пытается обмануть.

– Именно поэтому ты носишь мое кольцо и целуешь в ответ?!

– Люди, которые уже однажды сходили с ума друг по другу, не могут ничего не чувствовать, но это не значит, что я хочу быть с тобой сейчас!

Гордо вскинув голову, она отталкивает меня, проходит мимо и исчезает. Столько противоречий в ее поступках и словах, но если смотреть на факты, то очевидно – я ей небезразличен. Почему меня это так радует?!

Возвращаюсь в зал спустя минут десять. Мне надо было побыть на воздухе и освежить голову после всего произошедшего. Непривычная тишина напрягает, и я скольжу глазами по толпе и нахожу причину: Игорь стоит на импровизированной сцене с микрофоном в руках и, видимо, ждет Вику, поскольку девушка направляется к нему.

Едва принцесса оказывается рядом, принц, озарив всех улыбкой и играя на публику, произносит:

– Ты знаешь, я люблю тебя давно. Наши отношения хоть и прерывались, но тоже проверены временем.

Его вступление напрягает оттого, что подводит к определенным неприятным предположениям. Похоже, они пришли в голову не только мне – по залу волной пробегает восторженный рокот.

– Думаю, все догадываются, что я скажу дальше...

Мужчина обводит глазами зал и собирает поддерживающие возгласы.

– Я хочу провести с тобой всю свою жизнь!

По мне, так он явно переигрывает.

– Выходи за меня замуж!

После финальных слов принц достает из кармана пиджака, по-видимому, коробочку с кольцом. Хорошо хоть на колено не встал – это было бы вообще комично, – и смотрит на нее, как удав на кролика. Надеюсь, есть при всех он ее не станет.

Вижу, для Вики это полная неожиданность. Улавливаю по мимике и жестам: ей неловко, что такой интимный момент мужчина вынес на всеобщее обозрение, словно подталкивая к положительному решению. Гораздо труднее сказать «нет», когда толпа подвыпивших людей улюлюкает и ждет от тебя «да», чтобы взорваться диким восторгом. Я тоже жду с замершим и через раз пропускающим удары сердцем, будто это именно мне она должна дать ответ. Хотя, по сути, так и есть: от ее решения зависит и моя судьба. Ведь, встретив ее снова, я уже понимаю: без нее не уеду обратно. После того как она неистово целовала меня только что – точно!

Секунды тянутся и трансформируются в новое измерение времени, поскольку даже минутами по длительности я не могу их назвать. Наконец она, растянув лживую улыбку, что-то тихо отвечает ему, игнорируя микрофон. Я не слышу ее слов и не могу прочитать по губам: девушка наклонилась к мужчине, но зато его лицо отражает происходящее полностью. Не знаю, что конкретно ответила Вика, но «да» не прозвучало однозначно.

Выдыхаю. Я только сейчас понимаю, как я был напряжен.

Федя смотрит на меня подозрительно-внимательно. Догадался, или Даша уже нашептала?!

– Нравится куколка?!

Киваю. Зачем скрывать очевидное. И отмечаю про себя: Дашка точно не проболталась

Ухмыляется.

– Ты, конечно, красавчик, но тебе с ней ничего не светит.

Становится смешно.

– Почему?!

– Димон, ну, ты и она – это как...

Знаю, у него не очень со сравнениями, все-таки сказывается математический склад ума.

– Как день и ночь?! Как принцесса и нищий?! – предлагаю ему варианты.

– Нет, ты, конечно, не нищий, но она...

Друг обводит взглядом шикарный зал снятого клуба со всеми бросающимися в глаза излишествами, и я понимаю, что он хочет сказать.

– Чувак, ты, безусловно, гений, но не в психологии человеческих отношений.

– Что?! – мне кажется, его взгляд просканировал не просто мои внутренности, а все клетки и даже их молекулы. – Ты хочешь сказать, что был с ней?!

Молчу. Но мое молчание воспринимается как подтверждение моих слов.

– Не верю! Паришь!

Смотрю на принцессу во всем блеске ее красоты и вспоминаю Вику в своей рубашке напротив меня без всякой прически и косметики.

– Сейчас самому с трудом верится.

– И что, до сих пор любишь?!

Я отворачиваюсь, игнорируя вопрос, а он выдает мысли вслух:

– Понятно, к кому ты пошел, запихнув меня в такси.

– Все! Давай закругляться!

– Чего?! – ворчит он. – На самом интересном! Ну уж нет! Я вообще в ауте от этой новости! А Дашка знает?!

Киваю. Федор задумывается и на несколько секунд оставляет меня в покое. Скорее всего, решает, что выведает подробности у сестры. И когда я считаю, что разговор завершен, он ошарашивает меня:

– Слушай, если это правда, то у тебя есть шансы подкатить к ней заново.

Смотрю на него и усмехаюсь. Придурок.

– Она не сказала «да» своему богатому спонсору.

Вот эта фраза мне очень нравится, прямо окрыляет, и я растягиваю губы.

– Давай на спор?! – не унимается друг.

Улыбка слетает с лица, как от порыва ветра. Холодно смотрю на него и, вспомнив худшие моменты нашей с Викой истории, решительно отрезаю:

– Нет!

– Как так – нет?! Она же тебе небезразлична!

Федино упрямство иногда выбешивает.

– Нет, но...

– Никаких «но»! Если вернешь себе красотку, продам желанные пять процентов акций!

Я в шоке! Вот реально. Столько упрашивал его, предлагал купить дорого – упирался, как баран. А сейчас… Не знал, что он настолько азартный.

– Тебе-то что с этого?!

– Пфф! Хочу, чтобы ты опять стал молчаливым гоблином.

Вопросительно смотрю на него.

– Видел бы тогда себя со стороны! – ухмыляется. – Как только ее рогоносец тебя не вычислил?! Еще и на день рождения позвал. Болван!

Улыбаюсь Фединым сравнениям. Иногда его прорывает, и он жжет и внезапно поражает проснувшимся красноречием.

– Ну что?!

– Если Вика еще что-то чувствует ко мне, она сама вернется; если нет – то никакая сила не вернет ее.

– Ну так спорим?!

– Нет!

Я не собираюсь спорить. Я знаю, что это такое и чем может закончиться. В наших жизнях уже был один спор. Думаю, достаточно. Но я попробую вернуть девушку, которая живет в моем сердце даже после четырехлетнего расставания, это точно! Я бы никогда не решился на подобное, ведь я сам разорвал наши отношения, но я вижу, чувствую, что она тоже до сих пор неравнодушна ко мне. Безразличных людей так не целуют! А раз мы оба по-прежнему не перегорели, почему бы не дать нам еще один шанс?! Я в игре!

Сталкиваюсь с Викой снова в зале, когда ищу сестру, чтобы объявить, что на сегодня развлечений достаточно и пора возвращаться домой.

– Дашу не видела? – спрашиваю у нее, поскольку не знаю, кто еще может помочь.

– Видела. Она с каким-то…

Не договорив, девушка замолкает, видимо, припоминая слова сестры, которые я подслушал, о том, какой я строгий брат.

– С тем, что был со мной в офисе твоего…

Теперь не договариваю я. Меня коробит назвать этого пижона ее мужчиной или женихом.

Она внимательно всматривается в мое лицо, затем вспоминает о заданном вопросе и, поковырявшись в памяти, сообщает:

– Я не особо разглядывала, но похож.

Усмехаюсь от ее «не особо разглядывала». Обманывает. Сто процентов! Увидев мою сестру с парнем, Вика голову свернула, рассматривая. Я ее знаю. Просто, скорее всего, не помнит Федора.

Внезапно в наш диалог встревает та, которую я бы с большим удовольствием не видел бы вообще никогда – ее мать.

Она с интересом рассматривает мою одежду, Rolex, в которые я инвестировал вагон денег, и, остановившись на лице, улыбается. Видимо, дорогой аксессуар и известные бренды, надетые по случаю дня рождения ее дочери, подняли мою значимость в ее глазах.

– Представь меня своему знакомому!

На Вике нет лица. Похоже, она в шоке оттого, что ее мама подошла к нам, и больше оттого, что меня не узнала.

– Дмитрий Сергеевич Кречетов.

Пытаю ее взглядом. К чему так официально?! Поддерживает мой имидж?!

– Очень приятно! А я мама Вики.

Улыбка дается мне с трудом, хотя лицемерие теперь часть моей работы.

Она собирается что-то сказать, но девушка, решительно взяв меня под руку, направляется в сторону, произнося матери на ходу:

– Нам надо посекретничать.

Вижу растерянность на лице красивой женщины, но позволяю ее дочери увести себя в сторону, поскольку не имею желания общаться с ней.

Когда мы теряемся в толпе, девушка отпускает меня и смущается от своей импульсивной выходки.

– Извини, – бормочет она и поворачивается, чтобы уйти, но я успеваю схватить ее за запястье. От прикосновения нас обоих накрывает, и я чувствую, как она вздрагивает.

– Я в игре!

Вика хлопает ресницами и не понимает, к чему эти слова и что значат.

– Что?!

– Буду бороться за тебя!

Сглатывает, переваривает сказанное, которое явно ей не по душе, и я замечаю, как мгновенно ее зеленые глаза начинают метать молнии.

– В игре?! Я что – игрушка?! Как ты говорил раньше – кукла?! Ты считаешь, это нормально?! – возмущается она.

– А ты?!

Девушка тут же сникает. Понимает: я намекаю на тот спор, и не знает, что сказать.

– В отличие от тебя, я не делаю это за спиной, а играю в открытую! Я буду бороться, чтобы ты выбрала меня, а не его.

Достав из кармана маленькую коробочку, которую до этого момента не знал, подарю ей или нет, и вкладываю в ее руку со словами: «Открой дома».

Она внимательно смотрит на мой презент, потом кивает, разворачивается и поспешно уходит, оставляя меня снова гадать: ее молчание – это знак согласия?!

Продолжаю поиски, но нахожу не Дашу, а Диану. Сегодняшний день решил удивить встречами с людьми из прошлого. Девушка смотрит заинтересованно. Я явно привлек ее внимание, а не инвестиции, красующиеся на мне. Хотя в этом месте априори не должно быть случайных людей, и каждый парень представляет лакомый кусочек.

– Привет, – она кокетливо улыбается мне, и я понимаю – не узнала.

– Привет.

– Познакомимся?!

Усмехаюсь.

– Кречетов.

Она распахивает свои глаза с азиатским разрезом и не знает, что сказать.

– Ты… Вика… Как…

Ее бессвязный лепет смешит, и я невольно думаю, что надо было все-таки самому представиться Викиной матери и полюбоваться на ее реакцию.

Ждать, пока девушка оправится от шока, я не хочу и, натянув на лицо приветливую улыбку, бросаю:

– Рад был тебя видеть. Мне пора идти.

Она кивает, я обхожу ее и в этот момент замечаю Дашу и Федю. Наконец-то! Теперь можно возвращаться домой. Впечатлений предостаточно.