Фёдор Павлович тяжело и устало вздохнул. С тех пор, как недоступные пониманию силы втянули пожилого мастера в опасную игру, задачи, которые возникали перед ним во всё большем и большем объёме постоянно усложнялись. Первое время он старался держаться в тени Оехи, но странное создание (Фёдор Павлович был абсолютно уверен, что татуированный полинезиец не является человеком) вскоре покинуло группу попаданцев, прихватив с собой одного, как показалось переплётчику, самого бесполезного для маленькой общины переселенца. С уходом Оехи тяжёлое бремя целиком легло на плечи старого мастера.

Непонятные слова татуированного полинезийца о существовании в непосредственной близости от колонии какой-то опасности вскоре подтвердились. В том районе, откуда недавно вернулась разведывательная группа, отягощённая добычей и куда Оеха отправился вместе с новым товарищем, через несколько часов после их ухода послышался отголосок мощного взрыва, а к небу поднялось большой гриб-облако, очень напоминающий своей формой последствия ядерный взрыва небольшой мощности. Впрочем, Фёдор Павлович знал, что такие «грибы» из пыли и поднятой в воздух земли могут возникнуть и просто вследствие детонации взрывчатки большой мощности.

Уцелел ли Оеха? Этот вопрос довольно долго мучил Фёдора Павловича. Ответить на него переплётчик определённо не мог, но на данный момент с полной долей основательности мог говорить, что угроза, о которой предупреждал пришелец, явившийся неизвестно откуда, до самого последнего момента всё же была реальной.

Некоторое время старик размышлял, а затем послал в ту же сторону, где ещё что-то дымилось, хорошо экипированную группу, состоящую из капитана полиции и двух молодых людей, вооружённых копьями, луками и порядочным запасом стрел. Капитану Сергееву Фёдор Павлович дал вполне определённое задание, от выполнения которого, как понимали все, кто слышали разговор, зависела судьба каждого оказавшегося в неприятной переделке переселенца из будущего.

Как только решительно настроенные разведчики скрылись в высокой траве бескрайней саванны, переплётчик направился в сторону автобуса, к открытой кабине. Внутри автобуса, в районе водительской двери, в расстёгнутой, пропахшей основательно потом рубашке, копался огромный Митрич. Бывший водитель одного из автобусных таксопарков выпрямился, заметив приближающегося старика.

- Что, Палыч?

- Слушай, Митрич, а у тебя топлива сколько осталось?

- А что?

- Хватит для последнего и решительного марш-броска?

Фёдор Павлович исходил из известного. Он знал, что совсем недалеко, в нескольких часах пути от выжженного солнцем плато, на котором рисковали появляться лишь змеи и редкие, единичные экземпляры странных крупных насекомых, существовала благодатная долина, с превосходным климатом и обилием различной дичи. К тому же, в тех местах присутствовала свежая, дающая силы родниковая вода, за которую не нужно платить никакой кровавой дани крокодилам и ещё неизвестно каким хищным речным жителям.

Очень тревожило старого переплётчика обстановка, обострившаяся в последнее время. За прошедшие три дня периодически меняющиеся часовые в установленной на вершине автобуса вышке-шалаше, с всё большим пугающим постоянством сообщали о появлении рядом с поселением тех существ, с которыми вступил в схватку Оеха. Палеоантропы вернулись в большом количестве. Всё ближе и всё чаще замечали наблюдатели шарообразные предметы, поднимающиеся над травой и тут же исчезавшие в ней. Не оставалось никаких сомнений – крупное сообщество гоминидов готовилось для решительного удара. Для них стоянка людей была притягательна ещё и как своего рода лавка чудес, полная предметами, которыми очень хотелось бы завладеть.

Любую версию внезапного нападения примитивных аборигенов Фёдор Павлович склонен был рассматривать как крайне неблагоприятную, а то и гибельную для всей колонии. Противник имел неоспоримое преимущество в выборе времени и места нанесения удара. Кроме того, наблюдая за схваткой Оехи с местными разумными реликтовыми предками человека, переплётчик вынес однозначное мнение. Притом, не в пользу человека. Гоминиды оказались намного сильнее, несмотря на свой рост, быстрее и жёстче в принятие решений, чем любой современный мужчина. По любым подсчётам хватило бы не более пятнадцати или двадцати агрессивно настроенных особей, чтобы уничтожить всю колонию. Некоторое преимущество давал пистолет капитана и луки со стрелами, с которыми довольно сносно научилась обращаться молодёжь. На них-то и уповал старик.

Переплётчик не спеша прибросил, обращаясь к записной книжке те силы, которые могли бы противостоять безжалостному врагу. Первоначально в новый мир на автобусе оказалось перемещено с Земли сорок два человека. С тех пор, как колёса рейсовой маршрутки коснулись чужой земли, первоначальный состав значительно уменьшился. Ушёл Оеха, прихватив одного переселенца, главная опора и надежда колонистов. Огромного размера хищник расправился с пожилой пенсионеркой. После этого по настоянию Оехи, из числа итак немногочисленного состава маленькой группы был изгнан Алик, в силу той опасности, которую он стал представлять для невольных переселенцев. Итого оставалось тридцать восемь человек. Шесть пенсионерок и трёх совсем немощных стариков Фёдор Павлович отбросил сразу. Мало помощи могла оказать молодая мать с малолетним ребёнком. Два школьника и одна девочка восьми лет, оказавшиеся совершенно одни, без родственников, в автобусе, тоже представляли скорее лёгкую добычу. Итого абсолютно непригодных к ведению боевых действий насчитывалось четырнадцать человек. Остальные двадцать четыре были поделены по половому признаку примерно одинаково – десять молодых женщин и студенток и четырнадцать мужчин и крепких парней.

Кроме палеоантропов существовала и ещё одна явная угроза, которая рано или поздно должна была перерасти в трагедию. Во время последнего похода за водой к реке одна из водоносок едва успела увернуться от смертельного выпада речного хищника. В какой-то момент, обитавшие в реке многочисленные крокодилы возьмут себе жертву, плату за спасительную влагу, а затем ещё и ещё одну…

- Митрич, - снова подозвал к себе старый мастер водителя.

- Да, Фёдор Павлович, - показался немного недовольный гигант.

- Вот что я думаю, Митрич. Переезжать нам нужно отсюда. И чем скорее, тем лучше. В гибельном месте мы находимся. Днём пекло, ничего сделать толком не можешь. Воды на всех не хватает. Вот и земляные работы пришлось остановить. Перспективы никакой. Вернее есть одна – на медленное вымирание. Тут ещё приматы эти, нашим приходом недовольные, в любой момент напасть могут.

- Думал тоже об этом. Ничего иного в голову не приходит, как долина эта, та, что рядом. Побросать всё ненужное, что можно на себя взвалить и в известном направлении прямиком всем вместе наобум махнуть. Там говорят вода чистая, кругом ручьи. А ручьи означают то, что нет поблизости никаких крокодилов. Трава опять же, другая, чем здесь. Мягкая, шелковистая, не то, что торчащие вокруг сухие палки. Значит, и посадить там что-то можно будет. Дичи море. Словом, один путь, один выход – переселяться нужно.

- Вот, вот, и я о том же. Только, думаю, перекочуем мы, знаешь на чём?

- На чём?

- На твоём автобусе.

Митрич на минуту задумался, видимо соединяя вместе всю информацию, которой владел только он один. Внезапно лицо озарила светлая улыбка:

- А ведь можно. А я и не подумал…

- Нос автобуса хорошо в землю зарылся. Нужно откопать его, подготовить к дороге. Загрузить внутрь побольше дров - всё, что мы заготовили за эти дни. На сколько, говоришь, у тебя топлива хватит?

- Да если честно, - совсем уж раз улыбался водитель, - мы едва с парка выехали, заправленные доверху. Проехали-то совсем чуть-чуть, с десяток остановок, а потом – хлоп, и уже здесь… Видишь, жара здесь невыносимая, любая жидкость рано или поздно испарится. Вот я немного сразу и подстраховался. Часть слил, в тень спрятал, а бак тряпками обмотал.

- Ну и как?

- Я думаю, хватит.

- Хорошо. Я ребят не просто так послал. Думаю, тянуть больше не стоит. Сергеев путь измерит и вехами удобный маршрут пометит. Чтобы ямок и бугров поменьше по пути попадалось. Так что, Митрич, давай за работу. Организуй погрузку всего нужного и нос автобуса с колёсами откапывать начинай в авральном режиме.

Фёдор Павлович неожиданно понял, что принял очень важное и в то же время нужное решение. Стараясь обдумать дальнейшие шаги, сделал несколько шагов прочь от автобуса и с удовольствием услышал, как за его спиной Митрич своим звучным и громким голосом собрал колонистов всех вместе и объяснил предстоящую задачу. Видимо, втайне многие думали о таком спасительном шаге и в ответ на короткую речь водителя послышались радостные реплики:

- Ну, наконец-то, догадались!

- Дыхнуть здесь нечем!

- Всегда, как за водой идёшь, думаешь – вернёшься или нет…

Через несколько минут зашумела оживленная молодёжь, а совсем рядом застучал по дереву топор. Другая группа переселенцев шумно и в то же время деловито принялась откапывать колёса, выравнивать площадку перед носом автобуса, подготавливая транспорт покинуть ловушку.

Пожилого мастера, между тем, волновали уже совершенно другие вещи. Он немного углубился в заросли высокой и жёсткой травы в том направлении, куда предположительно должен был совершить необычный рейс Митрич. То, что он обнаружил, одновременно и обрадовало и огорчило его. Выжженная почва напоминала по своей твёрдости асфальт. Не зря в Африке проводятся ралли, рассчитанные на преодоление больших пространств практически по бездорожью. Однако кое-где встречались препятствия, способные не только остановить автобус, но и перевернуть его вместе с людьми. В одном месте образовалась довольно большая канава, в другом куст какого-то растения создал выпирающий из под земли корнями холм, который при движении обязательно завалил бы автобус на бок. Без всякого сомнения, для успешного выполнения задуманного нужно было немало и кропотливо потрудиться, разровняв и устранив опасные участки.

Закончив с необходимыми обследованиями, Фёдор Павлович вернулся к автобусу. Загрузка горючих материалов, сучков, сломанных веток шла полным ходом. А возле передних колёс с десятком добровольных помощников деловито возился Митрич. Усилия его небольшой дорожно-ремонтной бригады оказались на лицо. Оба передних колеса мужчины освободили со всех сторон, перед немного погнутым бампером образовалась как по волшебству хорошо очищенная покатая дорожка.

Увидев переплётчика, Митрич доброжелательно улыбнулся.

- Сейчас днище подкопаем, освободим его, ветками укрепим и дело сделано, - поспешил доложить о проделанной работе водитель, явно довольный как собой, так и своими помощниками.

- Нужно будет у тебя несколько человек позаимствовать, - Фёдор Павлович кратко обрисовал ситуацию и возможные последствия.

- Понял, - кивнул большой и взлахмоченной головой, Митрич, - бери кого хочешь. Дело необходимое…

Первым делом Фёдор Павлович, как заправский минёр, отобрал из имеющегося материала большое количество длинных шестов. На конце каждого привязал по яркой тряпке, чтобы указатель можно было рассмотреть издалека, а потом обозначил шестами будущий путь для транспорта. Придерживаясь ориентиров, он и несколько крепких мужчин довольно быстро углубились вглубь саванны, ликвидируя малейшие препятствия для движения.

Пройдя несколько километров, Фёдор Павлович решил, что на сегодня сделано достаточно и, собрав криком вокруг себя всех работников, вернулся назад. Да и характер местности в тех местах, куда удалось дойти «дорожникам» начал стремительно меняться. Трава постепенно стала менее густой и низкорослой, появились многочисленные плеши и поляны. При достаточной доли осторожности и сноровки дальше можно было двигаться без особых опасений.

Возвращаясь, издалека, мастер услышал звук, от которого у него ёкнуло сердце. Звук ровно работающего мотора. А достигнув круга, в своё время расчищенного Оехой от травы, он увидел Митрича. Водитель светился от счастья, готовый в любой момент обнять огромными ручищами любимую баранку.

Автобус подготовили к тому, чтобы покинуть земляную ловушку, в которую он невольно попал. Переселенцы из будущего освободили колёса, откопали днище, а перед лобовой частью срезали часть земли, соорудив удобный для подъёма скат. Под колёсами набросали хвороста и веток, чтобы было, за что зацепиться колёсам.

- Готов! Готов ведь, Фёдор Павлович! Хоть сейчас в путь.

- А сейчас и давай начнём собираться. Попробуй выбраться из ямы.

- Да мне это… раз плюнуть, - ещё шире улыбнулся водитель. Он скрылся в открытых дверях, двигатель взревел чуть громче, автобус, как живой, дёрнулся всем своим корпусом, а потом медленно пополз вперёд, по рукотворной дорожке, укреплённой сучьями. Натужно взревев, слегка качнувшись на левую сторону, городской транспорт, непонятно как оказавшийся в бездорожной саванне чужого мира, довольно легко выбрался на ровную площадку и принял обычное положение для дальнейшего путешествия.

Все собравшиеся молчаливо наблюдали за движением автобуса, и благополучное окончание дела вызвало всеобщий вздох облегчения.

- Молодцом, Митрич! Всё собрали, что я просил?

- Да всё внутри, Фёдор Павлович. Даже туалет разобрали, деревяшки в задней части утрамбовали, теперь можно рассаживаться и по ветерку вперёд. Здесь езды-то совсем немного, одним словом, плёвое дело. За пару часов будем на месте, если ничего не приключится. Да и наших ещё по пути подберём.

- Значит, с Богом, Митрич!

- Всё, товарищи, цирк закончился. Рассаживаемся согласно купленным билетам. Следующая остановка – Райская долина.

Толпа, издали наблюдавшая за движением транспорта, пришла в неспешное движение. Пропуская вперёд пожилых пенсионеров, людская масса, с шутками и смехом принялась втягиваться внутрь салона.

Фёдор Павлович остался стоять на прежнем месте. Отсюда ему было удобно наблюдать за погрузкой, а заодно вести счёт всем вернувшимся в автобус, во избежание возможных трагических и неприятных ошибок.

- Один, два, три… Шестнадцать. Похоже, все собрались?

- Да все мы здесь, все. Уж никто остаться-то не хочет.

- Ой, мам, а я забыл игрушку.

- Где?

- Да где-то вон в тех кустах… Или тех…

- Поднимайся. Где её сейчас отыщешь, не загораживай проход.

- Аоооогрх! – яростный рёв, заставивший вздрогнуть, раздался совсем рядом, за спиной старого мастера. Фёдор Павлович резко повернулся. В двух десятках метрах от него, на совершенно чистом от травы участке, на самом краю зарослей стоял, чуть ссутулившись, палеоантроп. Его лоб сморщился, надбровные дуги сошлись вместе, образуя грозное выражение лица, ничего хорошего не предвещающего. Гоминид словно понимал, что добыча собирается ускользнуть от него.

На существе, фигурой напоминавшим всё же больше человека, чем обезьяну, не оказалось ни одного клочка одежды. Да и не нужна она была ему с таким густым волосяным покровом в такую жару.

В правой руке, подтверждая свои далеко не миролюбивые намерения, палеоантроп держал крупный камень, со зловеще острыми краями. Получеловек-полуобезьяна поднял левую руку, сжал пальцы в кулак и с силой ударил себя в грудь.

- Аооогрх! – взревел он громко и грозно.

- Аооогрх!

- Аооогрх! – пронесся эхом вокруг окружённого автобуса исторгнутый десятками глоток военный клич. Наверное, нападение готовилось заранее и намечалось на ближайшее время, и колонисты своим поведением лишь ускорили наступление развязки.

- Продолжаем грузиться… Отходим… Отходим… Без резких движений, - тихо выговаривая каждое слово, Фёдор Павлович сделал осторожный маленький шаг спиной по направлению к автобусу.

Его слов не услышали. Остававшиеся на свежем воздухе люди как-то испуганно и громко, то ли выдохнули из себя воздух, то ли простонали от страха. Возле дверей началась давка. Все те, кто оттягивали время, чтобы не попасть первыми в душный транспорт, теперь стремились поскорей пролезть внутрь.

- Аооогрх! – стоявший напротив Фёдора Павловича гоминид невероятно быстро взмахнул рукой и запущенный им каменный снаряд угодил в самый центр толпы. Кто-то страшно закричал от боли.

- Поднимите её!

- Поднимите, не топчитесь по человеку!

Фёдор Павлович поспешно нагнулся и подобрал с земли брошенную кем-то толстую ветку. Заметив, что человек вооружился, палеоантроп радостно оскалился, показав острые зубы. Он стремительно поднял свой вариант оружия ближнего боя – массивную берцовую кость какого-то крупного животного, с характерными круглыми наростами на конце. Понимая, что схватка неизбежна, человек сжался, заметно уменьшившись размером, и выставил перед собой внушительного вида палку. А вот его противник ещё шире растянул губы в улыбке, предчувствуя лёгкую добычу, и сделал первый шаг по направлению к переселенцу из будущего.

За спиной первого гоминида, который возможно занимал лидирующее положение в своём обществе, зашевелилась и затрещала высокая трава, выпуская на очищенную поляну одного за другим соплеменников палеоантропа. За несколько секунд более двух десятков решительно настроенных врагов окружили, не скрываясь, автобус.

Фёдор Павлович не оборачивался и не смотрел по сторонам. Он не мог отвести взгляд от насмешливого обезьяньего лица, с признаками всех человеческих эмоций и маленькими юркими необычайно умными глазами. У него внезапно образовалась уверенность в том, что стоит только отвести взгляд от демонической маски и противник наброситься на него. Несмотря на то, что из-за спины неслись тревожные крики, человек не мог оторвать взора от лица противника.

- Быстрее!

- Да вы можете побыстрее!

Возможно, медлительность жертвы приостановило атаку. Не теряя времени, весь обливаясь потом, обильно выступившим от жары и страха, мастер всё же успел сделать несколько решающе важных шажков спиной в сторону спасительного транспорта, когда его атаковали.

Гоминид бросился вперёд решительно и быстро, увлекая за собой остальных своих соплеменников. В несколько прыжков он преодолел разделявшее пространство. Обнажённое тело, обильно покрытое волосяным покровом, перекошенное от ярости лицо мгновенно выросло перед человеком. Палеоантроп легко и с огромной силой взмахнул своим костяным оружием, но Фёдору Павловичу каким-то чудом удалось поставить блок импровизированной деревянной дубинкой, больше похожей на крупную изогнутую ветку и отразить нацеленный на голову выпад. Сила, с которой был нанесён удар, оказалась такой, что оружие человека, хрустнув, разлетелось в две разные стороны, а руки безвольно опустились, практически перестав слушаться.

От восторга гоминид даже высунул язык и во второй раз замахнулся костяной палицей, но нанести новый удар не успел. За спиной Фёдора Павловича вырос кто-то огромный, необычайно грозный, не уступавший в силе и ярости нападающему. Небольшое срубленное деревцо, описав дугу над головой старика, обрушилось на плечо гоминида, словно игрушку опрокинув его на землю.

Не придавая значения почтению и этикету, Митрич грубо схватил за шиворот Фёдора Павловича и потащил к водительской двери. Только через несколько шагов, оставив борозду в утрамбованной почве, ноги переплётчика стали вновь подчиняться ему.

Во время начала погрузки водитель оставил открытыми только центральные двери. Заднюю часть автобуса завалили сухим топливом, а переднюю Митрич специально не открыл, чтобы облегчить счёт Фёдору Павловичу. Это обстоятельство спасло переселенцев. Огромный мохнатый шар, орущий, визжащий, кричащий, размахивая костяными и деревянными дубинами, пытался, сбившись в кучу проникнуть внутрь. Открытые средние двери решительно защищали. Из тёмного проёма непреодолимым частоколом высовывались десятки острых копий, а порой из-за несокрушимой фаланги вылетали стрелы или дротики. Результаты схватки пока, казалось, были благоприятны для переселенцев. Один из палеоантропов поражённый в грудь копьём, лежал на спине, раскинув руки, совершенно без движений. Ещё один с жалобным стоном отползал на четвереньках в сторону спасительных зарослей, оставляя за собой кровавый след.

- Двери! Ради Бога, закройте двери! – заметив Митрича с его тяжёлой ношей, закричали сразу несколько переселенцев.

Обогнув переднею часть автобуса, с другой стороны Митрич столкнулся с двумя палеоантропами. На редкость сообразительные существа, используя вместо рычага заостренную палку, пытались вскрыть водительский вход внутрь автобуса.

- Лизка! – заревел Митрич, отпустил наконец-то старика и двумя мощными ударами своих на редкость внушительных кулаков на время отправил гоминидов в нокдаун. Один, видимо, потерял сознание и так и остался лежать на земле. Другой же быстро оклемался, отлетев в сторону, он почти сразу попытался встать на ноги.

За лобовым стеклом мелькнуло испуганное лицо некрасивой, рано располневшей кондукторши Елизаветы:

- Одну минуту, Митрич!

Двери, судорожно подёргавшись, всё же открылись. Видимо, люди-обезьяны как-то повредили механизм.

- Быстрее, лезь вперёд, - огромный водитель поднял на руках сухопарого и невысокого старичка и забросил внутрь, за рулевое колесо. А затем и сам занял водительское кресло и закрыл при помощи автоматики за собой водительскую дверь. Одновременно что-то нажав на приборной доске, закрыл и средние входные двери. Обе половинки сработали как надо, в один миг, разделив две противоборствующие стороны и с треском переломив копьё одного из защитников передвижного очага цивилизации.

- Трогаемся! Трогаемся! – закричало несколько человек самыми разными голосами с оттенком нарастающей истерии и страха.

- Нет, ещё чаю попью. Сам без вас знаю, - проворчал водитель. Автобус, хрустя разбросанными под колёсами мелкими ветками, медленно развернулся и нацелился на хорошо заметную проверенную дорогу.

- Вон, вон, ориентируйся на шесты с тряпками, - откуда-то снизу подсказал, пытающийся встать Фёдор Павлович. - Километров десять спокойного пути обеспечено, можешь безбоязненно прибавить скорости. Только езжай так, чтобы шесты находились слева, почти вплотную к боку.

- Понял.

В салоне перекрывая весь другой шум, надрывно плакал ребёнок, и кто-то громко то ли кричал, то ли стонал от боли.

Маневр огромного городского транспорта, в котором успела укрыться и пыталась ускользнуть добыча, палеоантропы встретили недовольным, раздражённым и грозным рёвом.

Ломая кустарники и сгибая траву, маршрутный автобус, вовсе не предназначенный для таких условий, углубился в первобытную саванну. Высохшая высокая трава била с силой по стёклам, прежде чем пропасть внизу, подмятая под днище.

- Чёрт, - Митрич был явно всерьёз озабочен, - дорога получше наших городских будет, с их-то ямами весенними и кочками, не видно только ни зги. Боюсь, мы далеко так уехать не сможем. Трава забьёт сейчас всё внутри капота и заглушит двигатель.

- Скорость, скорость, может, на ней проскочим, - не сказала – пискнула растерянная и испуганная контролёрша, так и не получившая возможность сменить свои кроссовки, спортивные штаны не первой свежести и футболку на что-либо более приличное.

Сильный удар по одному из окон вызвал новый приступ шумной паники в салоне. Гоминиды приспособились к движению автобуса и один из самых ловких примитивных людей, передвигаясь бегом, на большой скорости параллельно транспорту, смог нанести костяной дубиной невероятной мощности удар. Стекло выгнулось внутрь, едва удерживаемое ограничителями, по поверхности от зловещей вмятины во все стороны побежали крупные и мелкие трещины.

С другой стороны автобуса крупный камень, пущенный умелой рукой, пробил пластик и застрял в нём.

- Окна!

- Окна! Следите за окнами!

- Прибавляй скорость, - решительно приказал Фёдор Павлович, - если будем двигаться слишком медленно, они повыбивают все окна и проникнут внутрь.

- Догадались ведь… Палыч, видишь, в слепую еду?! Застрянем ведь, перевернёмся, точно тебе говорю.

- А нам деваться некуда…

Громко и совсем не по детски выругавшись, Митрич прибавил скорости. Автобус запрыгал, его закачало из стороны в сторону, в каких-то слабых местах он застонал и заскрежетал так, что люди в салоне замолчали.

- Блин!

Фёдор Павлович обернулся и только сейчас обратил внимание на то, что колонисты в короткой стычке понесли ощутимые потери. Два тела, с накрытыми тряпками лицами, лежали в проходе. Один мужчина с разбитой головой, весь в крови пытался подняться с пола на площадке. Практически все, кого видел старый мастер, имели на теле синяки или кровавые пятна. Раненным пытался помочь Игорь и ещё две девушки. Насколько помнил Фёдор Павлович во время составления списков, парень указал на то, что является студентом одного из последних курсов медицинского университета. И вот теперь его знания пригодились как нельзя вовремя.

Перевязывая голову разорванной футболкой сидящей в пластиковом кресле пожилой женщине, постоянно охающей и постанывающей, молодой человек посмотрел на Митрича и старого мастера, и довольно громко сказал:

- Вот и поговорили… - а затем продолжил вязать один слой на другой, пытаясь остановить кровь.

Автобус, опасно скрипя, рыча мотором и покачиваясь, набрал неплохую скорость, оставив преследователей где-то позади.

«Удивительно, как они нас просто не перебили камнями», - подумал Фёдор Павлович. Когда-то он читал, что аборигены юга Африки очень удивили белых пришельцев меткостью, с которой сбивали пролетающих птиц камнями. Вероятно, только удалённость реки спасло переселенцев от взаимодействия с примитивным оружием дальнего боя. Каждый из напавших на колонистов гоминидов смог принести не более одного или двух камней – ведь у них ещё не существовало таких понятий, как обоз или обычная сумка.

«Лишь бы Митрич со своей техникой не подкачал», - с тревогой подумал старик и, повернувшись, с трудом удерживаясь на ногах при помощи перил, двинулся на помощь Игорю…

Капитан полиции Сергеев Илья Васильевич резко выпрямился и громко крикнул. Небольшое стадо довольно крупных травоядных, размером с хорошего дога стремительно бросились прочь от человека. Длинные отвислые уши при каждом движении высоко взлетали вверх, короткие передние лапы животные прижали к покрытому шерстью телу, а вот задние ноги, невероятно длинные и мощные с каждым прыжком отбрасывали тело прочь более чем метра на два или три от источника шума. Как заметил Сергеев, практически у всех местных животных задние лапы оказывались непропорционально большими по сравнению с передними.

Бах, бах фхс-с, огромными прыжками удалялось стадо от человека, невольно подчиняясь общему замыслу полицейскому. Пытаясь укрыться, животные направились к небольшой банановой роще, естественному и единственному укрытию поблизости, на что и рассчитывал капитан. Похожие одновременно и на плюшевых медведей и на гигантских кроликов-переростков с очень необычной анатомией, звери даже не смогли остановиться, когда из засады появились два спутника капитана, до подходящего момента тихо сидевшие в засаде и ничем не выдавшие своего присутствия. Михаил и Олег одновременно вскинули луки, звякнула тетива. Один из прыгунов тяжело повалился на бок – стрела попало точно в голову животному. Остальная часть стада быстро сориентировалась и не дала больше охотникам не единого шанса.

С криками, полными страха и ужаса стадо резко взяло в своём движении влево, и скрылась за ближайшими деревьями.

К убитому животному прежде капитана добрались молодые охотники. Перед засадой они пометили свои стрелы для того, чтобы знать, чей выстрел окажется удачным.

- Моя! Видишь, моя! – поднял над головой переломленное древко Олег, невысокий тёмноволосый худощавый парень лет двадцати, одетый в шорты, изготовленные им из собственных джинсов и в чёрную футболку, с надписями и рисунками. В то время как Олег торжествовал, Михаил недовольно и виновато опустил голову. Он уже один раз «отличился» во время ночного дежурства, а теперь ещё умудрился промахнуться, когда его сосед точно попал в близко пробегающую добычу.

- Хороший выстрел, - похвалил капитан меткого стрелка, когда оказался поблизости. Металлический наконечник, убийственно заточенный, вошёл точно в глаз животного и поразил мозг. Зверь умер сразу же, без мучений. Илья Васильевич, провёдший долгое и интересное детство в деревне, уверенно присел на корточки, достал крепкий нож, затем переместился на колени и ловко освежевал добычу. Прежде всего, капитан снял шкурку. Сделав надрез, сдёрнул её с тушки совсем как чулок с ноги и растянул на земле, используя для придания формы подобранные прутья и ветви.

- Как бананы? – безучастным тоном поинтересовался полицейский.

- Так себе, - буркнул Михаил.

- Ну, если так себе, вот тебе нож, - Илья Васильевич протянул молодому человеку стальной клинок рукояткой вперёд, - соскобли со шкуры всё лишнее. Только действуй аккуратно, не порви и не попорть материал.

- Бананы очень вкусные, - хмыкнул Олег, - это он так, от расстройства. Ничего лучшего я на Земле не ел. Барахло в магазинах продают по сравнению с этими.

- Это хорошо, - одобрительно кивнул головой капитан, - ты набери их побольше в роще, наших хоть угостим.

- Я ещё видел много фруктов самых разных. По телеку ни одного похожего ни разу не показывали.

- Ума-то хоть не хватило попробовать? – нахмурился полицейский, отчего его и без того грубые мясистые черты лица приняли грозное выражение.

Олег попытался избежать тяжёлого взгляда, отведя глаза:

- А вы сами бы попробовали. Ничего ведь с нами не случилось. Бесподобные.

- Вот подожду с полдня и попробую. А пока и их набери в сумки и пакет. Да поосторожней там.

Действительно, пока люди неторопливо вели беседу, небольшое стадо из нескольких десятков крупных травоядных, защищённых на голове веером крепких рогов самого разного размера не спеша втянулись в рощу. Некоторые принялись подбирать передними конечностями упавшие плоды с земли, другие, встав на задние лапы, обняли передними стволы и принялись без труда обрывать низко висящие плоды.

- Да вроде нестрашные, я мигом, - Олег с пакетом направился к роще.

- Вот где жить-то надо, - вздохнул Михаил, - рай настоящий.

- Ты быстрее заканчивай.

- А у меня всё готово, и место немного займёт. Сейчас свернём, а дома просушим как надо.

- Перегружаться сильно нельзя, - сильными ударами капитан отделил голову и лапы. Не колеблясь, быстро и уверенно обрезал с туши самые аппетитные куски, оставив практически лишённый мяса скелет на земле. К тому времени, когда офицер упаковал мясо в ручную сумку, вернулся Олег с пакетом полным невиданных фруктов и крупных бананов.

- Михаил, бери сумку со шкурой и мясом на плечо, а Олег пакет с фруктами. Тяжело будет, перебрасывайте из руки в руку. Нам ещё топать и топать, но теперь не пустые придём, принесём с собой доказательства, зачем и почему нужно перебираться. Ну, как?

- Терпимо, - почти одновременно отозвались разведчики.

- Вот и хорошо. Только сейчас обойдём эту рощицу, посмотрим, что здесь так бабахнуть могло и назад.

Один за другим - сначала капитан, а за ним нагруженные добычей разведчики, обогнули банановую рощу, в которой по-прежнему безмятежно трапезничали большие рогатые травоядные, и вскоре вышли на открытое пространство. Через несколько сотен тяжело давшихся шагов под палящими лучами тропического солнца, небольшая группа достигла цели, ради которой был затеяна вылазка. Довольно крупный кратер, глубиной в несколько десятков метров, окружил эпицентр взрыва ровно очёрченным кругом. Внутри окружности, ярко констатируя с окружающей зеленью, захватившей каждый свободный участок земли, образовалось сплавившаяся наподобие асфальта чёрная корка, посыпанная пеплом.

- Хорошо тряхнуло, - уважительно оценил масштаб капитан. Ровное, чистое поле, с кое-где возвышавшимися холмиками практически сгоревших животных, имевших несчастье оказаться в роковой момент поблизости от взрыва, постепенно спускалась к центру огромной ямы. Совсем недавно здесь находился пункт пришельцев, одна из станций огромной транспортной межзвёздной системы, но об этом Сергеев, конечно, знать не мог.

- Пустыня.

- Странно, что не было никакой взрывной волны, - с недоумением заметил Михаил, - банановая роща совсем рядом находится – и совсем целая.

- Довольно таки, - согласился Илья Васильевич. – Но и интересного ничего я перед собой не вижу. Лезть внутрь мёртвого круга глупо. А вдруг участок радиоактивен или заражён каким-либо другим способом?

Капитан ненадолго задумался и заметил, что множество небольших птиц и довольно крупных насекомых стараются не залетать на территорию мёртвой земли, резко отворачивая при приближении к невидимой границе.

- А я прав был, ребятки, - ухмыльнулся полицейский, - ни птицы, ни насекомые местечко-то проклятое не уважают. Давайте, хотя бы немного исследуем аномалию. Пройдём вдоль круга, ни в коем случае не заходя внутрь. Ты, Олег, пойдёшь слева, а Михаил – справа. Я же останусь на месте, в центре, чтобы в случае надобности побыстрее оказаться поблизости.

Помощники Ильи Васильевича молча побрели в некотором отдалении от выжженной земли, каждый в своём направлении. Полицейский же, присев на корточки, подобрал с земли засохшую ветку и бросил её внутрь круга. К огромному изумлению капитана с деревом начали происходить непонятные изменения. Ветка на глазах почернела, просела в объёме и, как показалось, Сергееву, пару раз треснула. Удивлённый, полицейский выпрямился. Что могло послужить причиной взрыва такой мощности? Конечно, нечто техническое. Но какого характера это была техника и что, собственно говоря, представлял собой сам взрыв? Не зря Оеха говорил, что это нечто представляло главную опасность для переселенцев.

- Илья Васильевич, - взволнованным голосом позвал капитана с левого фланга Олег, - подойдите сюда, здесь есть кое-что интересное!

- Хорошо… Михаил, а ты продолжай идти по кругу. Если что, к нам и выберешься. Может, и тебе попадётся что-то стоящее внимания.

Погладив правой рукой кобуру с пистолетом, из которого он ещё не сделал в этом мире ни единого выстрела, капитан торопливо поспешил на голос своего помощника. Вскоре среди разросшихся кустов с огромными листьями клиновидной формы, он заметил фигуру парня. Поставив пакет с фруктами, и опустив голову, Олег растерянно осматривал нечто большое и круглое, явно металлическое и оттого несуразно смотревшееся, спрятанное кем-то для каких-то целей в укромном месте дикой природы.

Огромный, похожий на бункер металлический купол, круглый, без малейшего намёка на вход уходил основанием глубоко под землю, оставив наверху лишь небольшую видимую часть, которая возвышалась не более чем на полметра.

- Что это? – недоумённо спросил у полицейского молодой человек. – Ничего не могу понять. Пост? Какое-то хранилище? Но как попасть внутрь…

- Металл очень странный, - в свою очередь отметил капитан, - издалека вроде как блестел, а стоило подойти поближе, как будто покрашен чем-то…

- И ещё… Оно тёплое, я попробовал, - сообщил Олег.

- Я же на русском языке предупреждал, чтобы ничего не трогали!

- Но если эта штука тёплая, значит, она работает…

- Логично. Интересно, что же это? Хранилище? Посадочная площадка? Солнечная батарея?

- Не знаю я, Илья Васильевич. Вот только если оно здесь находится, значит, мы здесь не одни?

Капитан даже вздрогнул. Вот так - так! А он даже не подумал. Привык уже, что те, кто окружали его в последние дни – немногочисленные пассажиры неудачного рейса и есть все разумные обитатели этого мира.

- И вот, что мне в голову приходит, - продолжал делиться своими мыслями Олег, - осмотрел я эту штуку, ни одной зацепки, везде и всюду ровная. Зачем же она нужна? И металл ни на что не похожий. Не людьми это построено, вот что я думаю.

- Ну, хватит страх нагонять. Давай-ка отметим её первым делом на карте, а попозже с Митричем и Фёдором Павловичем разберёмся.

Илья Васильевич достал из своей пустой сумки, подвешенной на бок, ученическую тетрадь и старательно занёс в неё место нахождения объекта, выжженной площадки и банановой рощи. Карта у полицейского получалась отменная. Со всем, пройденным путём, с отмеченным преодолённым расстоянием и с рисунками-пиктограммами всего выдающегося, что попало им на пути.

Едва Сергеев сложил в сумку тетрадь и ручку, как его позвал второй помощник.

- Илья Васильевич, и у меня здесь кое-что…

- Идём! Идём! – капитан решительно зашагал, поднимая высоко вверх ноги, пригибая довольно высокую в этом месте густую траву. Негромко, чтобы не слышал его спутник, полицейский едва слышно пробормотал: - Слишком много всего…

Через несколько минут он уже стоял возле Михаила. Парень подошёл к самому краю чёрного и мёртвого, оплавленного круга. Капитан в очередной раз успел подумать о странной ровной конфигурации видимых разрушений. Словно ограниченный чем-то огонь поднялся в виде круга в воздух, а затем в строго определённом пространстве ухнул вниз, сжигая и уничтожая всё на своём пути…

- Ну и что у тебя здесь такого? – недовольно спросил полицейский.

- Следы. Свежие, - просто ответил Михаил.

- Чьи следы? Наши?

- Конечно, нет, - немного обиделся на заметно прозвучавший сарказм в голосе капитана Михаил и указал рукой на самый край чётко очёрченной пустыни. – Смотрите. Вот след от мужского ботинка. А рядом ещё от одного.

- Точно, - оживился Олег, заметив хорошо различимый отпечаток, - вдавился как в глину.

- И сигарета. Свежая. Пепел не успело разнести по сторонам. Они, ну, те, кто оставил след, прошли здесь менее часа назад.

- А вот ещё след.

- И ещё один… Ха… Да это же женский каблук!

- Итак, что мы имеем, - после короткого молчания подытожил результаты обследования полицейский. - Небольшая группа туристов, нисколько не прячась и неторопливо прогуливаясь, любуются местными окрестностями. Судя по обуви, туристы явно заблудились, как во времени, так и в пространстве. Следы говорят нам, что туристов совсем немного. Двое мужчин, женщина и ребёнок. Подошли, посмотрели, догадались, что лезть внутрь круга нельзя и пустились дальше искать приключений.

- Направились в ту сторону, откуда мы пришли, - задумчиво заметил Михаил. – Следовательно, явились откуда-то с противоположного направления.

- Идут прямо к нам в гости.

- И отлично, - улыбнулся капитан, - догоним их за полчаса, следить они умеют, а потом спросим кто и откуда. И самое главное – как здесь оказались.

Присутствие женщины необычайно помогало преследователям. Каблуки глубоко отпечатывались в мягкой поверхности на открытых местах, в листве, оставляя хорошо заметную тропинку, которую не смог бы потерять самый неопытный следопыт.

«Туристы» никуда не торопились, и не прошло и двадцати минут ускоренного марша, как преследователи услышали характерный при передвижении шум, который производили незнакомцы.

- Так они быстро здесь беду на себя накликают, - тихо произнёс Олег, - попадут кому-либо в желудок, глазом не успеют моргнуть.

Пышная растительность местами то собиралась внезапно в густую чащу небольших лесов, то вдруг распадалась на довольно большие открытые многокилометровые плеши с редким кустарником.

Стараясь двигаться, как можно осторожней Сергеев достиг очередного скопления деревьев и здесь замер, сделав знак товарищам.

- Всё, вот я и осталась без каблука, - услышал капитан совсем рядом приятный, слегка раздражённый, женский голос. Незаметно скользнув к следующему дереву, Илья Васильевич смог намного лучше разглядеть всю группу, которая вынужденно остановилась совсем рядом, в нескольких метрах от того места, где прятался капитан.

Молодая женщина, одетая в серую блузку и синие джинсы расстроено рассматривала туфлю, которую держала в руках. Длинные крашенные в тёмный цвет волосы ниспадали на плечи, а тонкие черты лица делали её, по крайней мере, симпатичной особой. Нимфа собрала на себе внимание всех мужчин. Один, довольно плотный, низкорослый и светловолосый, внешним видом показывал участие и старался изобразить на своей откормленной физиономии искреннее сочувствие. Видимо, это был муж женщины, вооружённый топором с пластиковой ручкой. Другой мужчина, высокий, лет за тридцать, хорошо сложенный, одетый в строгий костюм, что очень удивило полицейского, с хорошо заметной залысиной, которую не смогла спрятать полувоенная причёска, несколько секунд тоже пытался изобразить нечто похожее на соболезнование, но скоро спектакль порядком надоел ему, и он начал осматривать со скучающим видом окружающую местность. Третий мужчина, совсем ещё маленький, готов был разреветься от постигшего его мать горя.

Капитан невольно улыбнулся, рассматривая крепыша лет семи, очень похожего на отца, в цветных шортах и в такой же яркой рубашке. Внезапно Илья Васильевич понял, что малыш смотрит на него и как можно более широко и добродушно улыбнулся.

- Ой, мама, - тихо сказал мальчик и дёрнул мать за руку.

- Что тебе, Артём?

- Ой, мам, полиция.

- Полиция? Здесь? Артём, не смей… - на полуслове осеклась женщина, увидев появившегося из-за ствола дерева человека в форме. Олег и Михаил по-прежнему благоразумно прятались, прикрывая Сергеева.

- Капитан полиции Сергеев Илья Васильевич, - представился офицер, понимая всю нелепость обстановки, в которой происходило знакомство, - и что это мы делаем в заповеднике?

- В каком заповеднике? Никакой это не заповедник! – первым пришёл в себя муж симпатичной женщины и сразу же попытался оправдаться, приняв шутку за правду. – Какой же это заповедник? Я таких животных ни в одной передаче не видел.

- Давно здесь?

- Да уже часа три.

- Хорошо. Можно ваши документы, - внезапно спросил капитан, вспомнив один из разговоров с Оехой о присутствии поблизости от переселенцев некоей постоянной опасности.

Как-то обидно буднично, порывшись в карманах и сумочке, мужчина и женщина протянули офицеру паспорта и водительское удостоверение.

- Может, ещё свидетельство о рождение хотите посмотреть? - не смогла сдержаться, чтобы не съязвить женщина.

- Да нет, что вы в такую крайность впадаете… Вполне достаточно. Так, Миронова Нина Сергеевна, а вы – Миронов Александр Викторович. Хорошая у вас фамилия. Актёр у меня любимый с такой фамилией. Выходит, муж и жена? Так?

- Ну, да, - робко подтвердил старший Миронов.

- А это ваш сын Артём, как я понимаю. Правильно?

- Совершенно, - фыркнула женщина, показывая и тоном и выражением лица недовольство всей затеянной проверкой.

- А ваши документы могу посмотреть? – обратился капитан ко второму мужчине. Тот открыто улыбнулся и пожал плечами:

- Искать долго. Да и разобраться вы в них не сможете.

- Как это - искать долго? И почему разобраться не смогу? – насторожился Сергеев.

- В сумке они, где-то на дне, - головой показал на дорожную сумку серого цвета, стоящую у его ног мужчина в строгом костюме, нелепо выглядевшем на фоне буйных незнакомых зарослей и пасшихся вдалеке странных крупных травоядных. – И указывают они, как я понимаю, на мою принадлежность другому государству. К тому же я ничего не совершил предосудительного, чтобы требовать с меня документы.

- Иностранец?

- Типа того. Путешествую, люблю узнавать новое.

- А как звать-то вас, можно узнать, как?

- Антон Петрович. Можно просто Антон.

- Странно, а имя-то у вас русское, - полицейский добрался до водительского удостоверения Миронова, продолжая опрос. – А вы здесь на машине?

- Да.

- На ней родной.

- Внедорожник, - гордо добавил Артём очень важную, по его мнению, информацию.

- Старый, правда, - перебивая друг друга, доложились супруги.

- Он перевернулся, - важно произнёс мальчик.

- Ого! Значит, в аварию попали. А как, собственно говоря, сюда попали?

- Ну, сегодня же суббота, - пожала плечами женщина, - вот мы за город и собрались все вместе отдохнуть. Я, Саша и Артёмка. На машине выехать на природу, шашлыки пожарить, по травке побегать. Лето ведь быстро проходит – приходиться каждый момент ловить. Только за мост выехали – смотрим, вот этот товарищ стоит и сигналит на обочине, просит подвезти. Я говорю, мол, Сань, не бери его, мало кто, сейчас попасться может, но он же добрый - остановился. А товарищ…

- Между прочим, Антон Петрович, - напомнил с истинно аристократическим холодом в голосе высокий мужчина.

- Да, Антон Петрович говорит: «О, как хорошо, мне всего-то до поворота». Подобрали мы его на пригорке, а как начали спускаться вниз, в лощину, попали в туман. Вдруг машину как бы подняло и понесло влево. Ничего не видно. Я кричу: «Тормози, там же обрыв!». Сашка на тормоз нажал, и мы… полетели вверх тормашками. Если б не тормознул, наверное, в лепёшку бы сразу скатало, а так приземлились, пару раз перевернуло, и на крышу встали, а не как положено на колёса. Кое-как изнутри выбрались и решили пройтись через некоторое время, помощь поискать.

- Я, как понимаю, машина совсем близко? – оживился полицейский. Какой великолепный подарок внезапно получили колонисты!

- Да километров, может, десять отсюда.

- Любопытно.

- Пошли мы. Решили держаться вместе с мужчиной этим…

- Антоном Петровичем, пора бы запомнить, - несколько раздражённо напомнил мужчина в костюме.

- Ну да, с ним. Идём, ничего понять не можем. Что за природа такая… Жара… Растения совершенно незнакомые, а потом ещё и животных местных разглядели, так вообще на полчаса остановились, только охали, да ахали.

- Я, как понимаю, мы не на Земле? – неожиданно спросил высокий Антон. Видимо, такая простая мысль супругам в голову не приходила, и они сразу испуганно замолчали, удивлённо не сводя взглядов с капитана.

- Да кто его знает. – Немного помедлил с ответом полицейский. – Скорее всего – нет. В какой-то законсервированной реальности, которую нечто пытается заселить людьми.

Пока шла неторопливая беседа, из перелеска появились оба спутника Сергеева. Новые переселенцы только сейчас заметили их, но только у Антона одна бровь немного удивлённо поднялась вверх. Вооружённые луками, загоревшие, в порядком потрёпанных и заметно выгоревших джинсах, всем своим видом они указывали на то, что уже не первые сутки находятся под обжигающими лучами местного светила.

- А вы давно сюда попали? Ну, в это место? – робко спросил невысокий Миронов.

- Да не помню уже точно. Где-то, наверное, недели две назад.

- И как здесь?

- Выжить можно, если соблюдать везде необходимые меры осторожности, - ухмыльнулся капитан, наблюдая за испуганным выражением лиц четы Мироновых, - вам от нас отставать нельзя, так что пойдёте с нами.

- Куда? – забеспокоилась женщина.

- К нам, в лагерь. Понимаете, у нас такая же история приключилась, что и с вами. Только немного раньше и с тем отличием, что вместо машины я и мои спутники на момент перехода находились в рейсовом городском автобусе.

- И сколько вас? – довольно настороженным тоном вмешался Антон.

Странный парень, этот Антон. Документы не показал, сел в машину как раз перед переходом. Забеспокоился не вовремя. Капитан даже на секунду задумался, стоит ли отвечать на вопрос, а потом коснулся ладонью кобуры, улыбнулся, вспомнив про двух стрелков за спиной и негромко, но уверенно ответил:

- Изначально было сорок два. Потом стало немного меньше.

- А что случилось?

- Хищники… Одного изгнали. Вы дайте, пожалуйста, мне второй туфель, тот, что с каблуком.

Нина подняла ногу, стянула туфлю и доверчиво протянула её капитану. Тот взял её за нос, другой рукой вытащил нож и неуловимо быстрым движением отрубил каблук.

- Что вы… наделали? – на мгновение задохнулась от возмущения молодая женщина.

- Ремонтной мастерской у нас нет. Ходить же на каблуках, тем более на одном, по такой местности очень затруднительно. Теперь же вам будет удобно передвигаться. Вы потеряли две туфли, совершенно здесь ненужные и приобрели пару прекрасных, просто необходимых босоножек. Держите, можете примерить.

Медленно, обмениваясь вопросами и ответами несколько заброшенных далеко-далеко от Земли людей, двинулись в том направлении, куда указал полицейский. Внезапно встретившиеся на необъятных просторах дикого и опасного мира, в неизвестно какой удалённой Галактике, они с каждым словом и пройденным шагом всё больше привязывались друг к другу… Через несколько минут капитан вдруг понял, что испытывает глубокие симпатии к совершенно неизвестным ему недавно людям…

- Какой необычайно богатый местный мир животных, - заметил Миронов, - никогда не видел такого многообразия. А количество! Немного смущает схожесть с… земными собратьями.

- Ну, что тут поделаешь, человек ещё не успел постараться, - усмехнулся Антон.

- Мы тоже вначале обратили внимание на похожесть и…

- Слышите, какой-то шум, совсем близко? – неожиданно вмешался в разговор Михаил.

- Здесь всегда шумно, это не у нас на плато, - пожал плечами Олег, - то хищники преследуют стадо травоядных, то схватятся за добычу. А то и покричать хором захотят.

- Нет, нет, вы прислушайтесь, - настойчиво произнёс Михаил, - вроде, что-то очень знакомое…

Сквозь шум ветра, шелест листвы, стрекот крыльев пролетающих насекомых и удалённый рёв рассерженного крупного хищника, капитан вдруг вполне отчетливо услышал удалённые крики, вовсе не похожие на звериные. Неожиданно порыв ветра выделил и принёс с собой вполне различимый человеческий вопль, полный боли и страха.

Женщина заметно побледнела, а Артём поспешил испуганно прижаться к матери.

- Оставшиеся на стоянке ваши товарищи могли пойти за вами? - деловито осведомился, казавшийся внешне совершенно спокойным, Антон.

- Конечно, могли. В наше отсутствие могло произойти всё что угодно, - недовольно пробурчал капитан. Он нетерпеливо расстегнул кобуру и достал пистолет. Похоже, наконец-то пришло его время.

- Олег, со мной, - распорядился полицейский, - остальные остаются на месте и ведут себя очень-очень тихо, не высовываясь из рощи. Михаил, головой за них отвечаешь.

- Я пойду с вами, - совершенно без эмоций в голосе произнёс Антон.

- Я же сказал…

- Откажете – пойду следом…

Сергеев только рукой махнул:

- Не отставай и под ногами не путайся. Пошли.

Почти бегом, по едва заметной тропе капитан с помощниками быстро выбрались из небольшого леса. Только закончились последние деревья, километрах в двух среди зелёного поля полицейский заметил большой продолговатый предмет с признаками непонятной активности вокруг него. Что-то тёмное облепило светло выкрашенный объект и угрожающе шевелилось, изменялось, словно пытаясь проглотить его.

- Ничего не могу толком разглядеть, - тяжело дыша, произнёс Сергеев. – Что это и что там происходит?

- Дело поправимое, - Антон расстегнул молнию на своей сумке, висевшей на ремне через плечо, и достал из неё нечто, напоминающее внешним видом бинокль. Предмет имел по два больших и малых конца, совсем как обычные бинокли, соединённые посередине планкой.

- Что это?

- Бинокль. Новейшая разработка.

- У вас? Обычного путешественника? Откуда?

- Долгая история.

- Думаю, позже мы разберёмся. Дайте сюда, - Сергеев торопливо взял предмет и поднёс маленькие концы к глазам.

- Нет, нет, не той стороной, - поправил его Антон, - небольшие отверстия направляйте на предмет, а в большие смотрите.

Полицейский послушно последовал инструкциям. Едва приблизил окуляры, как словно прыгнул вперёд – объёмный, совершенно реальный мир, за секунду удалённый, окружил его со всех сторон.

- Вот чёрт, - ругнулся капитан. По какой-то причине переселенцы решили внезапно покинуть прежнее место обитания. Им удалось проехать практически всё плато, большую часть спуска в долину и только в одном предательском месте какая-то ловушка остановила дальнейшее движение.

Автобус опасно наклонился в левую сторону. Сергеев помнил его совсем не таким. Ровную поверхность покрывали следы внезапного нападения в виде вмятин от многочисленных ударов, выбитые окна чернели вдоль всего корпуса. И в темнеющие открывшиеся проходы внутрь автобуса, пытались ворваться несколько десятков разъярённых палеоантропов. По всей видимости, наблюдатели смогли поспеть к самому концу трагедии. Лишь несколько окровавленных людей ещё пытались сдержать натиск, но момент, когда враг ворвётся внутрь, был очень близок. Внезапно полицейский заметил знакомую фигуру. Почти вывалившись из разбитого окна огромный Митрич с криком насквозь пронзил копьём одного из противников.

Сергеев сунул необычный предмет обратно в руки Антону и бросился вперёд, стараясь как можно быстрее достичь места схватки. Рядом тяжело запыхтел Олег.

- Вы не успеете, - услышал он за спиной спокойный голос, остановился и обернулся. Антон аккуратно поставил дорожную сумку возле ног на землю.

- Что вы предлагаете?

Мужчина в костюме, не отвечая на вопрос, извлёк из сумки небольшую блестящую трубку и порядком вытянул её, почти незаметным быстрым движением рук. Трубу он ввинтил в коробку серого цвета, из которой выдернул и закрепил щелчком приклад. Куда-то вбок Антон вставил что-то тёмное и продолговатое, наверное, магазин с патронами. Клацк, щёлк, всего за минуту он собрал портативную винтовку неизвестного для наблюдавших людей, вида.

- Новейшая разработка, - вновь пояснил человек в деловом костюме особо непонятливым.

- Ага, - с сарказмом в голосе сказал полицейский, - я так сразу и понял.

Антон хладнокровно и спокойно, как профессиональный военный, прошедший не одну горячую точку, выпрямился, отставил одну ногу назад, а другую выставил вперёд. Хлоп! Хлоп! Тихо, почти неслышно быстро застучали выстрелы. Человек деловито расстреливал палеоантропов и ни один мускул не дрогнул на лице.

Гоминиды часто, один за другим повалились на землю. Одни застыли в самых разных позах, другие, по-видимому, раненные кто ползком, а кто и на коленях попытались укрыться от внезапно пришедшей смерти. Немногие уцелевшие с пронзительными воплями до смерти испуганных животных бросились прочь от автобуса. Расправа заняла не более одной минуты. Всё произошло настолько быстро, и сделано было настолько эффективно, что невольные зрители в немом изумлении застыли рядом со стрелком, совершенно одурманенные увиденным.

- Вот и всё, делов-то, - Антон в обратной последовательности вмиг разобрал ружьё на две компактные невзрачные части, - и боеприпасов почти не истратил.

- Пожалуйста… предъявите ваши документы, - с трудом хрипло выдавил из себя капитан.

- А это так необходимо в данных обстоятельствах? - Антон оставался по-прежнему спокоен, - может, лучше побыстрее постараться помочь пострадавшим? Вы не находите?

- Документы, - прохрипел Сергеев, достал из кобуры на бедре пистолет и направил ствол в сторону человека в костюме.

- Ну, раз так, пожалуйте, - Антон расстегнул грудной кармашек на пиджаке и вынул из него стандартный на вид предмет, а затем протянул его офицеру. Полицейский взял затянутый в красивую кожу документ в руки. На обложке красовалась выдавленная надпись: «Паспорт». Немного замешкавшись, Сергеев открыл обложку и… тут же чуть не выронил документ из рук. В ладонях капитана возникла объёмное изображение лица его собеседника, а рядом повисли закреплённые на фоне звёздного неба яркие цветные русские буквы: «Антон Петрович Вавилов. Граф и губернатор третий Луны Мандорры. Подданный Российской империи. Год рождения – 1967, 6 февраля…»

- Вы следующую страницу переверните, - безмятежно посоветовал граф Вавилов, - там увеличенная копия моего ДНК, фотография дома и ещё много чего другого. Документ ведь должен быть исчерпывающим, не так ли?