Рыжая на мою голову

Яркое солнце бьет прямо в лицо, вынуждая проснутся. С тихим стоном переворачиваюсь на другой бок, пытаясь спрятаться. Но тут же утыкаюсь носом в чьей-то плечо, улавливая тонкий аромат мужского одеколона. И этот запах действует очень отрезвляюще, заставляя меня немедленно открыть глаза.

И мой взгляд тут же упирается в мужчину, спящего рядом.

Нервно сглатываю, пробегаясь по его практически обнаженному телу глазами, чуть прикрытое простыней. Лица не видна, и моему взору доступен лишь затылок с темными, как смоль, волосами. Широкие плечи, крепкие руки, что обнимали подушку, спина и…

Чувствую, как щеки заливаются краской, стоило мне только посмотреть туда, что скрыто под простыней. 

Идиотская ситуация.

Краснеть, разглядывая мужчину, с которым, судя по всему, я провела эту ночь. 

— Боожеее.

С тихим стоном падаю обратно на свою подушку и смотрю в потолок. В голове просто рой мыслей. И одна ничуть не лучше другой. Но самое ужасное, что я даже имени мужчины не знаю.

Снова приподнимаюсь на локте и смотрю на него. Меня съедает любопытство, ведь лица его я до сих пор не видела. Возможно, что мы даже знакомы. Не могла же я лечь в постель с первым встречным.

Или всё-таки могла?

Поддаюсь вперед, пытаясь разглядеть его лицо, и в этот момент он сам поворачивается, закидывая на меня свою руку, как бы обнимая. Тихо ахаю и падаю назад, крепко зажмурившись, притворившись спящей. Не хотелось бы попасться за подглядыванием. 

Секунда.

Другая.

Он продолжает спать, обняв меня. Осторожно открываю один глаз, чтобы в этом убедиться. И в то же мгновение второй глаз открывается сам собой, когда я понимаю, кто лежит со мной рядом.

На краткий миг я даже перестала дышать, переваривая шок.

Соколовский!

Этого просто не может быть.

Как он тут оказался?

Несколько раз быстро моргаю, не теряя надежды на то, что мне это лишь кажется. Или я просто сплю, что вполне вероятно, учитывая, как часто этот мужчина снился мне в прошлом. 

Щипаю себя, пытаясь убедиться наверняка. И когда до меня окончательно доходит, что это все наяву, внутри вдруг поднимается паника. И первой мыслью было - встать и убежать, пока он не проснулся. Но вместо этого я делаю совершенно обратное, поддавшись какому-то необъяснимому порыву.

Резко толкаю Соколовского в грудь, пытаясь оттолкнуть его от себя. И когда он открывает глаза, желая понять, что происходит, я, паникуя, начинаю помогать себе ногами, сталкивая его с кровати.

Звук падающего тела нарушает тишину в комнате. А вслед за ним следуют ругательства, полностью подтверждающие, что Данька проснулся. И мой метод пробуждения пришелся ему не по вкусу.

— Какого черта, Мелкая?