Колечко взбалмошной богини-1. Прыжок в неизвестность

Вечер перемен

Я уныло оглядела постные лица вокруг и опустила взгляд в собственную тарелку, надеясь отыскать там хоть что-то более приятное взгляду. Или хотя бы что-то менее привычное, чем окружающие меня мрачные морды.

Это был обычный семейный ужин. С тем лишь отличием, что к нашему семейству присоединился мой новоявленный кавалер Валера. Нет, вы не подумайте, это была отнюдь не моя идея – привести домой парня. Тем более после полутора недель знакомства…

Просто у моего дорогого папочки бзик - каждого поклонника лично проверять на вшивость. Иначе встречаться с молодыми людьми мне не позволяют. Сохранить же статус «ур-р-ра, наконец-то у меня появился ухажер!» в тайне от моего родителя, увы, не получается. Доносчики, как это ни прискорбно, работают исправно.

Впрочем, после таких вот проверок я частенько остаюсь вообще без парня. И не потому, что драгоценный родитель не одобрил. Он просто не успевал вынести вердикт!

Сами сбегают. Трусы, что с них взять... Хотя, я на их месте от своего папочки тоже хотела бы держаться как можно дальше.

Сегодня за столом подавали устрицы. Конкретно Валерию выдали коварные такие… закрытые. Вот папа, а?! Не поленился распорядиться…

Парень с крайне озадаченным видом ковырял одну из ракушек, не зная, с какой стороны к ней подступиться. Вредная устрица никак не поддавалась. Парень морщил длинный нос, но настойчиво продолжал колупать негодницу.

Кстати, насчет устриц... Не удивлюсь, если это папочкина идея. Как же. Надо ведь продемонстрировать какому-то «оболтусу из трущоб», насколько изысканная у нас семья. И обязательно упомянуть за столом, что на завтрак у нас бутерброды с черной икрой, на обед - фуагра, а на ужин - мидии в лимонном соусе. Показушник, чтоб его. Мы, и правда, не бедные, живем в шикарных апартаментах под крышей небоскреба – да-да, пентхаус: пять спален, три ванные, караоке-зал, бильярдная, свой спа-салон, бассейн на крыше и террариум с редкими рептилиями в придачу – но в остальном-то мы совершенно обычная среднестатистическая семья. Так нет же, папуля все время старается продемонстрировать нашу исключительность.

В общем, когда набор стандартных папиных вопросов про вредные привычки, незаконную деятельность и порочные связи иссяк, в обеденной воцарилось гробовое молчание. Лишь громко скребла вилка гостя по фарфоровой тарелочке. Устрица так и не хотела сдаваться. В итоге Валера разозлился и с силой треснул трезубцем по ракушке. Та подскочила на скользкой поверхности и отрикошетила в сторону камина. А там...

Никогда не понимала этой идиотской традиции, но так уж сложилось, что прах давно усопшей бабули мы храним в золоченой фарфоровой вазе, и стоит она как раз на каминной полочке. Папуля говорит, что так покойная бабушка незримо присутствует на всех семейных трапезах, и категорически не хочет переставлять урну в более подходящее место.

Бабушка эта, слава богу, не «свеженькая», а весьма древняя. Урна с ее прахом - своеобразная реликвия нашего рода, которая передается из поколения в поколение. Кажется, сия леди при жизни была знатного рода. Этим фактом мои родители, разумеется, неимоверно гордятся и задирают нос еще выше. Собственно, данный порок не минул и меня в какой-то мере. Видать, права поговорка «кровь не водица», и чувство собственного достоинства и легкого превосходства в нашей семье передавалось, с молоком матери и присутствовало даже тогда, когда у папы не было состояния, а мы, и правда, были самой обычной семьей. В общем, злосчастная устрица попала как раз по вазе. В яблочко, как говорится. Та пошатнулась, раз, второй. Время стало вязким, и как в фильме с замедленной съемкой, мы узрели, как урна срывается с камина, летит вниз и разбивается вдребезги, сея «бабушкин» прах на шерстяной персидский ковер.

Как ни странно, тут же прибежал наш кот Принц - на запах, что ли? - и стал пушистыми лапками рыть ямку в горке пепла.

Мама первая не выдержала потрясения. Упала в обморок. Папа взвыл раненным зверем. Валерка решил, что самое время дать стрекача. Все же, я знала, что в нем что-то есть... Хорошо развитый инстинкт самосохранения, вот что!

- Спасибо, ужин был чудо, - протараторил мой кавалер и «деликатно» свалил.

- И где ты только таких малахольных находишь? - вставила свои пять копеек младшая сестренка.

- Где нашла, там уже нету, - выдала печально и подперла кулачком подбородок. Кажись, еще один ухажер отвалился…

- Люба! А ну, убери кота! – гаркнул папа, активно обмахивающий мамочку какой-то салфеткой. Та уже начала приходить в себя.

- Иду, иду, - отозвалась недовольно, пропуская мимо ушей остальные папины ругательства.

- И приберись тут! – напоследок вставил отец, уводя охающую маму в спальню.

В общем, кота я оттащила чуть ли не за шкирку, потому что он воспылал к «бабушке» нешуточным интересом, и впихнула его сестре - хоть Стаська меня не кинула. Сама рванула в коридор за веником и совком, тихо ругаясь, что квартира такая огроменная. Из зала раздался горестный дуэт воплей кота и сестры. Но если Принца я не поняла, то Стаська была более понятна в свое призыве:

- Скорее, а то эта сволочь меня сейчас всю исцарапает!

- Ты как думаешь, а прах бабушки не поливали валерьянкой? - задала риторический вопрос я, с интересом наблюдая, как сестра пытается совладать с хвостатым хищником.

Ну ладно… пора сворачивать веселое наблюдение и приниматься за дело.

Стоило мне притронуться к праху, как произошло что-то из ряда вон выходящее. Он заискрился, закружился, и смерчем взвился в воздух, а через несколько мгновений из мелких песчинок соткалась высокая человеческая фигура.

Я так и села на попу, не выпуская из рук веника. Так, кажется, у меня глюки. Устрицы несвежие, что ли, попались?

Однако, вскоре оказалось, что проблемы со зрением не только у меня. Стаська испугано взвизгнула. Принц зашипел и вздыбил шерсть на загривке. Впрочем, бойцовское настроение кота продлилось не долго. И когда фигура полыхнула синим пламенем, котяра, как последний трус, залез под стол.

Ага… То есть, либо галлюцинации у нас коллективные, либо это все происходит на самом деле. Я бы, конечно, предпочла второй вариант – не хочется в расцвете лет угодить в дурку. Но уж слишком нереальным было происходящее.

Пламя погасло, и я осмелилась взглянуть на пришельца. Это была девушка. Высокая блондинка, с копной густых волос длиной до попы, изящными чертами лица и…. нехилым таким разворотом плеч. Н-да… Все же с девушкой я малость погорячилась. Ибо при внимательном рассмотрении комплекция у пришельца оказалась отнюдь не женской. Короче, мужик это был.

Фух, хорошо я не успела вслух обозвать его бабой. Обиделся бы еще. А вот Стаська сдерживаться не стала.

- Бабушка? – ошарашено выдала сестра.

- Какая я тебе бабушка?! – оскорбился пришелец.

- А кто ты?

- А разве не понятно? – фыркнул мужчина. – Или вы знаете много существ, что восстают из пепла?

- Эммм. Неужели феникс? – спросила шутки ради и весело усмехнулась.

Но мужику в камзоле и трико (и где он только достал этот костюм?) было ничуть не смешно.

- Вы что-то имеете против фениксов, леди? – серьезно спросил незнакомец и угрожающе выгнул светлую бровь. Вот реально угрожающе! Я мимолетно восхитилась и позавидовала такой выразительной мимике этого типа.

- Да, в общем-то, нет. Просто, я всегда думала, что феникс - это птица.

- Разумеется, я умею оборачиваться!

- Докажи! – неожиданно встряла Стаська и, спрыгнув со стула, подошла вплотную к мужчине. Еще бы пальцем в него ткнула, любопытная моя. Рано еще в таком возрасте мужчинами интересоваться, тринадцать только-только стукнуло.

- А вы, простите, кто? - высокомерно вздернув подбородок, осведомился мужчина.

- Стася, - широко улыбнулась малявка.

Мужчина кивнул и уставился на меня.

Надо бы назваться, но…Ррр, терпеть не могу свое имя.

- Люба, но лучше просто Лу…

Ну не нравится мне имя Люба. Такое старомодное, просто фуу. А Лу звучит круто и коротко. Меня так все друзья называют.- Очень приятно, дамы, - с достоинством произнес мужчина и склонился в подобии церемониального поклона. А теперь позвольте мне представиться…

А дальше последовала какая-то игра звуков, наиболее похожая на «Фрау Финик».

Я честно пыталась держать лицо. Не вышло…

- Фрау?

- Финик? – не сдержалась сестра, и мы дружно заржали, хватаясь за животы.

Феникс нахмурился. Сильно так. Я подумала, что так истерично смеяться, наверно, не очень вежливо, и надо бы взять себя в руки.

Взяла. Не с первой попытки, но все же.

- Простите, Фрау, - и новый приступ хохота. – Хотя нет, лучше буду звать тебя Финик. Ты же не против?

- Нет, - угрюмо ответил мужчина и скрестил руки на груди. Кажись, обиделся. – Но вы отвратительно коверкаете как мое имя, так и род. У вас вообще ужасное произношение, барышни.

- Так ты будешь оборачивается? – отсмеявшись, вспомнила сестренка.

- Пока не могу, - еще сильнее насупился феникс, и его скулы так мило порозовели, что я едва не улыбнулась. – Нужно восстановить магический резерв. На это потребуется время. А пока, прошу проводить меня в мои апартаменты.

Ничего себе заявочки! Апартаменты ему подавай. А губозакатывающую машинку не подарить? И вообще, кто сказал, что ему разрешат остаться?