Месяц спустя.

– Леруа, – голос Оли нарушил тишину свои звонкими нотами и оторвал Леру от экрана. Улыбка, словно взошедшее на небе солнце, озарила лицо девушки, разгладив задумчивую складочку между бровями и сделав его очаровательным.

– Лёля.

Отложив ноутбук, она вскочила с дивана и бросилась к подруге.

Тесные девичьи объятья, хихиканье и восторженные реплики:

– Как я соскучилась!

– Я тоже!

Закончив с обниманиями, они стали разглядывать друг друга.

– Какая ты красотка! Мне рядом с тобой теперь противопоказано находиться!

Загорелая длинноногая блондинка махнула рукой:

– Да ну тебя! Кто еще из нас красотка – неизвестно.

Завершив обмен любезностями, девушки уселись на диван напротив друг друга.

– Рассказывай!

Оля, растянув губы в широченную улыбку и мечтательно сверкая своими бирюзовыми глазами, выдохнула:

– Я с таким парнем познакомилась!

Лера в предвкушении долгого разговора устроилась поудобнее, подобрав под себя ноги, и, обняв руками подушку, уточнила:

– Откуда он?

Улыбка на лице блондинки тут же померкла.

– Нет, не в Италии. На отдыхе все было скучно, – скорчив недовольную физиономию, она закинула вопрос в мировое пространство: – Как вообще можно оттянуться с родоками?!

И, закатив глаза, продолжила:

– Шаг влево – папа: Лёля уже поздно, иди домой, шаг вправо – мама: Лёля не увлекайся этим напитком, в нем содержится алкоголь.

Лера засмеялась от красноречивой жалобы подруги, и та просветлела, а едва мысли Оли вернулись обратно к парню, о котором она начала рассказывать, то вообще засветилась изнутри.

– Я встретила его в аэропорту, мы поулыбались друг другу и расстались.

Тень сожаления мелькнула на ее живом эмоциональном лице, но ненадолго, и девушка затараторила:

– Я ехала в машине и вздыхала, какой красавчик и такая дурацкая ситуация: я с балластом родственников, а потом увидела его в Гатчине. Представляешь?!

Она остановилась, сделав красивую паузу, и пафосно выдохнула:

– Таких совпадений не бывает – это судьба.

Лера скептически посмотрела на Олю. Любвеобильность ее подруги являлась слабым звеном и для рассудительной и уравновешенной девушки была необъяснима. Они были знакомы с детства. Выросли, как говорится, в общей песочнице, поскольку жили в соседних домах. Ходили вместе в один детский сад, потом в одну элитную частную школу «Apeks», а теперь поступили в один институт. Девушки, как плюс и минус, с детства тянулись друг к другу. Лёле не хватало благоразумия и сдержанности Леры, Лере – беззаботности и легкости Оли. Возможно, в этом и был рецепт их долгой дружбы.

После небольшой паузы Лера спустила подругу с небес:

– А о совпадении ты не думала?

Та перестала улыбаться.

– Нет!

И продолжила свой рассказ:

– Встретив меня на парковке Окея, (маме срочно понадобилось в магазин) он, конечно, обалдел, а потом, освободившись раньше, ждал на своем байке, пока мы не переложим целую тележку продуктов в машину и… – Оля счастливо сверкнула глазами и выложила: – Поехал за нами до дома!

– И ты думаешь: раз он знает, в каком доме ты живешь, то еще встретишь его? – скептически посмотрев на подругу, спросила девушка.

Губы блондинки снова растянулись от уха до уха.

– Я не ушла. Придумала какую-то отговорку, – она махнула рукой, демонстрируя неважность этой информации. – И подошла к нему.

Улыбка передалась Лере.

– Серьезно?! Сама?!

Оля пожала плечами.

– Да! А что тут такого?!

– Ладно. Договаривай уже.

– В общем мы познакомились, покатались по городу, поболтали, и он пригласил нас с тобой в субботу на закрытую эксклюзивную вечеринку.

Девушка нахмурилась.

– И ты так просто согласилась идти к незнакомцу?

Лёля наморщила маленький аккуратненький носик.

– Почему незнакомцу?! Его Костя зовут.

Лера едва не закатила глаза.

– И что ты еще знаешь о своем Косте?

– Он классно целуется.

Они прыснули от смеха.

– Лёля!

– Да ну тебя! По-твоему, чтобы пойти развлечься с парнем, я должна потребовать у него личную характеристику, желательно подтвержденную нотариусом!

– Не передергивай, но твоя безбашенность пугает.

– А ты скучная!

– Извини, авантюры точно не по мне!

Обменявшись новыми любезностями, девушки внимательно посмотрели друг на друга.

– Но ты же сходишь со мной?

Оля состроила смешную просящую мордашку и протянула:

– Леруа!

Та помотала головой.

– Нет. Илья будет против. Ты же знаешь: выходные мы проводим вместе.

– Всего один раз! Оттянемся по-взрослому!

Лера приподняла бровь в немом вопросе «ты серьезно?»

– Блин, тебе восемнадцать, а не двадцать восемь! Станешь старой, будешь скучной и правильной, а сейчас… – начала Оля, но подруга отрезала:

– Я не люблю обманывать.

– Не обманывай – не говори все! Скажи своему сухарю, что проведешь вечер со мной. Это же правда!

Чтобы додавить, девушка схватила подругу за руку и снова, умоляюще смотря ей в глаза, затараторила:

– Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Я уже обещала, что мы придем!

Лера вздохнула, посмотрела на Олю долгим внимательным взглядом и кивнула. Та, с визгами бросившись ей на шею, повалила их на диван и, целуя в щеку, завопила:

– Люблю! Люблю! Люблю!

Ужин в семье Григорьевых был ритуалом, давно вышедшим из моды в современном мире, где все спонтанно и на ходу. Завтракать и обедать ее члены могли в любом месте, но ужин в девятнадцать часов был обязателен. Только Владимир как глава семьи, генеральный директор крупной фирмы и человек, баллотирующийся в муниципальные депутаты, расписание которого было распределено поминутно каждые двадцать четыре часа, мог пропустить его, а на Леру и Лизу, если они находились в доме родителей, никакие поблажки не распространялись. Впрочем, Лера, привыкшая к подобным совместным ужинам с детства, не возражала против этого правила. Она любила блюда, что готовила Марианна – их домохозяйка, долгие неспешные разговоры и накрывающее теплое чувство, что они семья. Очень часто к ним присоединялась Соня – жена старшего брата и сам Алексей.

Только сейчас, допивая чай с пышной шарлоткой, девушка в пол-уха слушала дебаты отца с братом и чувствовала непонятное беспокойство, что закралось холодком внутрь после обещания Лёле пойти с ней на вечеринку. Нет, она совсем не боялась. Тем более Лера бывала в загвоздке на подобных мероприятиях, которые устраивали ребята из школы. Частные дома, снятые для таких празднеств, оглушительная музыка, пьянство и случайные связи. Девушка не была в восторге от всего этого, но и не осуждала. В конце концов никто никого не принуждал, каждый получал то, что хотел. Так почему же она не могла отпустить эту новость и мысленно возвращалась к ней снова и снова?! Предчувствие?! Возможно. Какое-то необъяснимое седьмое чувство накрывало ее.

– Лера.

Звук прозвучавшего имени вытащил девушку из прострации, и, растянув дежурную улыбку на губах, она посмотрела на рядом сидевшую Лизу – ее пятнадцатилетнюю сестру, которая, набив рот, усиленно жевала, глядя в тарелку, чтобы не видеть осуждающие глаза Нины – их матери. Та же, гипнотизируя младшую дочь, не замечала никого вокруг. Лера на пару секунд задержалась на лице женщины. Даже сердясь, мать оставалась хороша собой, и небольшие морщинки на коже, от которых она избавлялась всеми возможными косметологическими средствами, ее не портили, лишь говорили особо внимательным, что эта миловидная блондинка с характером. Отец рядом с ней казался старше, хотя им обоим было по сорок пять лет. Нервная работа, стрессы не сбавляли года, однако девчонки из класса не раз шептали Лере, что ее папа – красавчик. Возможно, они сравнивали его со своими. Хотя девушка не могла не признать, что он был подтянут, следил за собой, хорошо одевался, но оценивать своего отца со стороны мужской привлекательности ее коробило. Девушка проследила глазами, как он накрыл ладонью руку жены, чтобы та не сердилась на младшую дочь, и, отведя взгляд, посмотрела на брата.

Алексей был замкнутым человеком. Если отец проявлял мягкость и лояльность к ним с сестрой, то ему доставалось за всех троих, и поэтому, сколько она себя помнила, он всегда прежде, чем что-то сказать, взвешивал слова и старался просто так ими не разбрасываться. В свои двадцать пять молодой человек уже был женат на дочери партнера отца или на работе?! Лера ни разу не видела, чтобы Соня с Лешей проявляли на людях хоть какие-то чувства. Она тоже придерживалась мнения, что влюбленные должны выражать свои эмоции за закрытыми дверями, но по вердикту всезнающей Лёли «искры от них не летели». Судя по тому, как брат задумчиво стряхивал лишнюю пудру с пирога, девушка поняла, что он ее тоже не звал. Оставалась только Соня.

Лера поймала ее лицо в фокус и встретила темные вишни глаз невестки. Та хоть и была единственной любимой дочерью отца-промышленника, но совсем не напоминала одну из мажорок их школы, что растопыривали пальцы друг перед другом, пуская пыль в глаза, доказывая, чьи родители круче, и хоть Соня закончила учебу на пять лет раньше, Лера помнила девушку, еще когда та училась в старших классах.

– Твой телефон постоянно моргает, – негромко произнесла Соня, и Лера только заметила, что экран мобильного забит уведомлениями.

Вместе с тихим «спасибо» она послала через стол благодарственную улыбку и посмотрела внимательнее.

Помимо навязчивых реклам девушка увидела пару сообщений от Ильи, но не стала сразу их читать. Она знала: там не было ничего срочного и виноватой себя не чувствовала, чтобы тут же что-то строчить в ответ, заглаживая вину. Напротив, Лера собиралась вечером встретиться и рассказать ему о своих неожиданных планах.

А еще не было ни капельки волнения или радости, или ускоряющегося сердцебиения и прочей ерунды, что заставляет людей поступать импульсивно и сиюминутно. Лера вообще никогда не испытывала ни к Илье, ни к кому бы то ни было другому ничего подобного, что рассказывала про себя Лёля, но в принципе и не стремилась. Ее устраивали лишенные лишних эмоций отношения, и она не хотела американских горок, когда не знаешь и даже боишься предполагать, что будет завтра.

Минут через десять все опустошили свои тарелки, и отец с Алексеем переместились из-за стола на диван, а женская половина принялась убирать остатки еды и грязную посуду на кухню.

Лера сидела в летнем кафе и смотрела на собор, венчавший пешеходную улицу с вытекающим названием Соборная. Его большой зеленый купол почти сливался с синим вечерним небом, а птицы темными пятнами разбавляли эту идиллию, словно напоминая, что в любой бочке меда всегда может оказаться ложка дегтя.

Девушка недовольно приподняла телефон, и он ожил. Взглянув на высвечивающееся время, сжала губы. Непунктуальность Ильи с каждой минутой раздражала все больше. Нет, она понимала: он занятой человек – бизнес, встречи, пробки, но для нее это были только отговорки. Никто не мешал ему назначить переговоры заблаговременно и выехать к ней на полчаса раньше.

Отложив телефон, Лера взяла стакан с соком и, потягивая его из трубочки и поглядывая на прохожих, слоняющихся мимо, на голубей, пытающихся урвать крошки, постаралась успокоиться.

Неожиданно совсем рядом, у уха раздался знакомый голос:

– Привет, прости, что опоздал. Голованова никак было не выпроводить.

Илья поцеловал ее куда-то в макушку и сел напротив.

– Даже переодеться не успел.

Девушка посмотрела на холеного молодого человека в сером костюме.

– И не нужно было.

Он пробежался взглядом по ее фигуре и бросил в ответ:

– И ты хорошо выглядишь!

На его губах повисла извиняющаяся улыбка, и она попыталась отодвинуть раздражение в сторону.

– Ты так с ним ничего и не решил?

Илья, откинувшись на стуле и сделав официанту знак, чтобы подошел, принялся рассказывать о своем наконец сдвинувшемся с места проекте.

Определившись с блюдом и закончив свой рассказ, он начал расспрашивать Леру про успехи выборной кампании ее отца.

Она отмахнулась парой общих фраз и уже открыла рот, чтобы озвучить главное, ради чего притащила его из Питера в Гатчину, но он перебил девушку.

– Лер, мне придется уехать на неделю. Знаю: наши выходные прогорят, но это обязательно. Голованов наконец обещал посодействовать, нельзя переносить такое предложение.

Лера посмотрела в карие глаза напротив. Расстроилась ли она, что их уикенд пропадет? Не так, чтобы ей было все равно, но девушка точно не впала в уныние. «Скукота» – выстрелило в сознании определение Лёли их с Ильей отношениям, но в ответ, никак не изменившись в лице, спокойно произнесла:

– Все нормально. Не переживай.

Он накрыл ее руку своей, и она вспомнила этот же жест отца. Отчего-то на душе стало радостней, и стайка обнадеживающих мыслей пронеслась в сознании, прогоняя предыдущие.

«Глупости! Не всем нужна сумасшедшая страсть, иррациональные болезненные отношения. Мне нравится наша симпатия, стабильность и уверенность в завтрашнем дне».

– Может, рванем ко мне?

Лера снова взглянула на часы в смартфоне. Полдесятого. И покачала головой.

– Утром обещала маме поехать к ней в салон и помочь выбрать новый дизайн помещения. Она затеяла ремонт. А гонять тебя по несколько раз туда-обратно не хочу. Встретимся на следующей неделе.

– Скучать хоть будешь?

Девушка улыбнулась.

– Наверно.

Они продолжили обсуждать общие темы, но Лера так и не решилась сказать, что собирается пойти с Лелей на вечеринку ее приятеля. Почему? Ведь она не будет делать ничего предосудительного. Девушка не знала ответа на этот вопрос.

Вечером возвращаясь домой, Лера убедила себя, что не поведала Илье о своих планах из-за того, что не имело смысла грузить молодого человека лишней информацией, добавляя ее к его вороху проблем и забот.

Кирпичный коттедж, к которому подъехали девушки, не представлял ничего особенного: четыре стены и «жадная» крыша из оцинкованного железа, но при выборе дома мало кого интересуют архитектурные изыски. Главными критериями всегда являются большая гостиная и количество спален наверху для желающих уединиться. Доносящаяся музыка и смех не вызвали сомнений, что они приехали по адресу, и Оля, прихватив за руку Леру, решительно направилась к калитке.

Едва девушки вошли во двор, как симпатичный светловолосый парень поспешил им навстречу, и Лёля, взвизгнув от радости «Костя», бросилась к нему. Через мгновенье она уже висела на его шее, а он, сомкнув руки на талии девушки, казалось, вот-вот сломает ее пополам.

Поцелуй, в котором они слились, был откровенным и жарким, как припекающее солнце, и ни у кого из присутствующих не возникло сомнений: эти двое очень рады видеть друг друга.

Лера отвела глаза в сторону, делая вид, что рассматривает непримечательный дом и двор. Она определенно ощущала неловкость, но уйти одна в неизвестность не могла, как и смотреть на страстное излияние чувств этой парочки.

Наконец опомнившись, Оля оторвалась от парня и начала знакомить его с подругой.

– Костя – это Лера. Та самая подруга, про которую я тебе говорила.

И, повернувшись к девушке, глупо улыбаясь, продолжила:

– Лера, ты уже поняла – это Костя.

Парень широко растянул покрасневшие от недавних поцелуев губы и, подмигнув Лере, протянул руку.

– Привет, та самая!

– Привет! – девушка сдержанно улыбнулась в ответ и, едва вложив свои пальчики в его ладонь, тут же вытащила.

Костя был очень симпатичным парнем, который прекрасно знал об этом и без зазрения совести пользовался своими преимуществами, и поведение Леры, не поддавшейся магии обаяния, явно удивило его. Впрочем, та многих удивляла своей холодностью и закрытостью, которой окружила себя, словно защитным рвом – крепость. Часто ее считали высокомерной и кичащейся своими успешными родителями, и лишь единицы были в курсе, какая начинка скрывается внутри. Однако удивлялся парень недолго и буквально через минуту переключился на ту, что светилась и таяла от его внимания.

Костя отвел девушек в дом и вкратце все показал. Лера видела его жадные взгляды, которыми он облизывал подругу, бесконечные беспричинные прикосновения к ней. Не нужно было быть экстрасенсом, чтобы понять, что парень хочет побыстрее избавиться от нее, от третьей лишней. И не дожидаясь, когда он в лоб попросит ее об этом, она ретировалась сама.

Взяв бокал с шампанским, девушка устроилась на диване, гадая, для какой галочки Лёля притащила ее сюда, и, от нечего делать, рассматривая танцующих.

Буквально через пару минут на место рядом с ней плюхнулся совсем недавно скакавший поблизости парень. Нагло навалившись на Леру, обдавая неприятным запахом пота и выпитого алкоголя, он без спроса наклонил ее бокал с шампанским и сделал несколько глотков. Девушка растерянно захлопала ресницами, пытаясь отойти от шока. Никто раньше не позволял себе подобной наглости. А невоспитанный тип как ни в чем не бывало улыбнулся и произнес:

– Привет, красотка! Почему скучаешь?!

Ледяной взгляд девушки, которым она окинула парня в надежде остудить его прыть, на него не подействовал, и Лера сквозь зубы выплюнула для особо туго соображающих:

– Если я сижу одна, это не значит, что я скучаю!

Прозвучавшая фраза, видимо, оказалась слишком сложной для его полуотключенного мозга и тоже не возымела никакого действия, поскольку тот как ни в чем не бывало продолжил:

– Пойдем, я тебя потанцую.

Лера зависла в пространстве. Она в принципе плохо сходилась с обычными людьми, а с подобными экземплярами вообще не общалась. В компаниях, в которых бывала, парни даже по взгляду понимали: стоит ли к ней приближаться, а этот… Нахал подмигнул, видимо, считая, что сейчас блеснул остроумием, и заржал.

Девушка очнулась и, решив: разговор закончен, поднялась с дивана. Брезгливо поставив бокал на ближайший столик, она направилась к выходу, размышляя, как найти подругу и сообщить ей, что собирается домой, если Олин телефон остался в сумочке, которую они взяли одну на двоих. Но приставучий тип воспринял все иначе и в два шага догнал ее, и скоординировал направление движения в сторону кучки танцующих.

Противные объятья, бьющий в нос неприятный запах… На лице Леры отразились все испытываемые чувства, но как мог распознать эмоции тот, кто не понимал слов?! Она уперлась руками в грудь парня, чтобы сократить расстояние, но его только позабавила строптивость девушки, и он быстро исправил это недоразумение, притянув ее еще сильнее.

Лера всерьез забеспокоилась. Пьяные незнакомые лица. Возможно, такие же неадекватные как тип, вцепившийся мертвой хваткой в ее талию. Поможет ли кто-нибудь из них, если придется отбиваться от этого неандертальца?!

– Девчонку отпусти.

Она не сразу поняла, что кто-то из толпы обращается к типу, насильно удерживающему ее.

– Я сказал, отпусти девчонку! – прогремело снова.

Лера обернулась и увидела силуэт подошедшего к ним парня. Он явно говорил про нее.

Однако с восприятием речи у наглеца точно было проблематично, поскольку тот даже не повернулся в сторону прилетевших слов.

Спаситель, быстро оценив ситуацию, в буквальном смысле вырвал ее из удерживающих рук.

– Эй, ты чего?

– Она хочет танцевать со мной!

– Офигел!

Что?! Происходящее напоминало какой-то сюр. Девушка не хотела не то, что танцевать, но и просто находиться рядом ни с одним из спорящих, хотя темноволосый парень, все еще держащий ее за руку, казался менее страшным и менее противным. Понимая: сейчас решается, что будет с ней дальше, и выбирая из двух зол меньшую, она решила подыграть и, ткнув пальцем в грудь того, кто пришел на помощь, выдала вердикт:

– Я буду танцевать с ним!

Навязчивый тип, окинув их недовольным взглядом, скрылся, а спаситель, притянув девушку к себе, сомкнул руки на ее талии.

От незнакомца вкусно пахло, и фигура у него была спортивная, Лера даже сквозь ткань футболки ощущала твердость мышц, да и двигался он неплохо, но, сделав пару шагов под музыку, девушка, упершись глазами в надпись на поло, вместо того чтобы поблагодарить, выдала:

– Отпустишь или тоже будешь принуждать?

Он сразу убрал руки, и она, развернувшись, быстро направилась к выходу.

Лера летела мимо вереницы смазанных физиономий, думая, что это подстава подстав и она обязательно выскажет Ольге все, когда найдет ее. Но пока надо было как-то дождаться этого момента и точно не в доме.

По тропинке, выложенной плитами, девушка пошла обследовать территорию. За домом оказалась садовая качель, и она, устроившись на ней, решила, что лучше подождет подругу в саду, чем в компании пьяных незнакомцев.

Чтобы занять себя, Лера открыла в телефоне приложение Литнет и принялась читать начатую историю. Любовные переживания героини полностью поглотили ее, и, сопереживая, девушка провела с ней больше часа. Замерзнув, она свернула литературные посиделки и решила рискнуть разыскать подругу.

На первом этаже народу поубавилось, и легко было просканировать помещение и убедиться, что ее тут нет.

Идея пойти наверх и попробовать отыскать Олю в комнатах совсем не воодушевляла, но альтернативы Лера не видела: нарываться на неприятности внизу или мерзнуть на качели в саду больше не хотелось.

По скрипучей деревянной лестнице девушка поднялась на второй этаж и остановилась в нерешительности в коридоре. Пять дверей, и за каждой из них неизвестно, что ее ожидало.

Набрав в легкие побольше воздуха, она шагнула к первой двери, но, открыв, тут же ее захлопнула. Жесть. Картинка, что предстала перед глазами, была предназначена для зрителей 18+.

Подходя ко второй, Лера решила сначала постучаться, но, сделав это, поймала себя на мысли: если там занимаются подобным тому, что она видела в предыдущей комнате, то нужно не вежливо стучать, а ломиться в дверь, чтобы быть услышанной.

На удивление раздался мужской голос:

– Открыто.

Возможно, надо было идти дальше, но она потянула ручку на себя.

На подоконнике у распахнутого окна курил парень. Девушка с облегчением заметила: он один и на нем надеты джинсы и поло, так что смущаться от пикантности ситуации не пришлось.

Скользнув по ней взглядом, парень чему-то усмехнулся.

– Решила поблагодарить меня?

Лера сначала опешила, но потом поняла: это тот, кто избавил ее от противного приставучего типа.

– Нет, – выдохнула она, но, сообразив, что сказала глупость, тут же исправилась: – То есть спасибо, конечно.

Он тихо засмеялся, а потом, выпуская дым в окно, повернулся в пол-оборота.

Девушка замерла. Перед глазами яркой вспышкой мелькнул подстертый момент месячной давности. Полумрак, кабинет отца, силуэт грабителя…

«Не может быть».

Новая вспышка: рука, зажимающая рот, и запах. Если сейчас глаза могли подводить ее, то обоняние нет. Еще внизу, танцуя с ним, Лера почувствовала, что-то знакомое в том, как он пах, что-то крутилось в голове, но она не могла разобрать, а теперь все сложилось!

А еще голос. Мелькнуло третье подтверждение. Да, сейчас он был спокойный и уравновешенный, но тот же тембр – эта завораживающая хрипотца.

«Он!»

Лера непроизвольно стала пятиться, и, видимо, что-то в ее глазах выдало девушку, поскольку парень тут же спрыгнул с подоконника и, в одно мгновение оказавшись рядом, схватил за руку. Через несколько секунд они уже стояли друг напротив друга у двери, в закрытой от посторонних глаз комнате, и у нее не было ни единого шанса сбежать.

«Не показывай, что ты испугалась!» – стучало азбукой Морзе в висках.

Она вскинула подбородок и недовольно бросила:

– Что ты себе позволяешь?!

Он уперся руками в дверь, сокращая, итак, небольшое расстояние между ними, запирая ее в условный капкан. Лера сглотнула. Близость парня, энергетика, намекающая на силу его характера, подавляла, но она смогла не спрятать глаза.

– Узнала.

Это даже был не вопрос, а утверждение с ноткой удивления, как ей показалось.

«Еще бы – он ведь боится! Ты можешь на него заявить! Ау, Лера! Разве отец говорил, что что-то пропало?! Разве у тебя есть доказательства?!»

Тем не менее девушка с вызовом кинула:

– Узнала!

– И?

Лера вцепилась взглядом в его серо-голубые глаза, но, как ни странно, в них совсем не было страха. Они не бегали, лихорадочно придумывая способы выкрутиться. Они просто тщательно изучали ее лицо.

– Можешь начинать бояться! Я сейчас всем расскажу, что ты вор! – холодно швырнула девушка.

Парень опять скривил губы.

– Не боюсь.

Она уставилась на него. Он ломал все стереотипы.

– А стоит!

Очередная усмешка нарисовалась на его лице.

– Твое слово против моего? Как ты думаешь, кому поверят?!

Спокойствие типа напротив выбешивало. А еще раздражало то, что ситуация каким-то образом выворачивалась наоборот, и складывалось впечатление: не она приперла его к стенке, а он ее. Причем не только фигурально выражаясь. Рука парня находилась в нескольких сантиметрах от головы девушки, и сам он, нависая, бестактно вторгался в ее личное пространство.

Лера посмотрела на его лицо. Не так урывками, выхватывая какую-то деталь, а в целом. В нем не было ничего особенного. Обычный. Один из миллиона других, на которых посмотришь и, пройдя пару шагов, забудешь, только почему-то как привороженная она не могла оторвать от него глаз.

– Прояснили.

Девушка опять не поняла: было ли это вопросом или утверждением, но, памятуя о прошлом, когда грабитель, злясь на ее молчание, требовал ответа, кивнула.

Парень убрал одну руку, расширяя границы, которые установил, но не отошел. Чтобы уйти, Лере надо было сделать пару шагов, разделяющих их, повернуться боком и, открыв дверь, просунуться в отверстие. Он прекрасно видел ситуацию, понимал, что мешает девушке, но не двигался, а стоял и, буравя взглядом, ожидал ее действий.

Шаги дались с трудом. Наверно, потому что этот человек одновременно пугал и завораживал. Она не встречала подобного сочетания никогда ни у кого!

Подойдя вплотную к парню, девушка непроизвольно вобрала его запах и замерла, он приподнял руку, и она, словно очнувшись, дернулась, резко повернулась и, открыв дверь, сбежала.