ГЛАВА ПЕРВАЯ

ЛИСА

Четыре месяца спустя

Не могу поверить, что на этот курс записалось столько народу. Никогда подобного не видела. Это успех. Неоспоримый.

Я оглядываюсь и понимаю, что почти вся лестница занята студентами, которым не хватило мест. Удачно, что мы с Обри пришли заблаговременно и смогли сесть в первом ряду.

– Он как чертова рок-звезда в астрофизике, – восхищенно говорит Обри, думая о том же, что и я.

Новость, что университет (с большим трудом) подписал годовой контракт с самим Мейсоном Эверетом, устроила настоящий шум среди студентов, да и преподавательского состава.

Обри права, этот парень – рок-звезда в мире науки и такие батаны, как я, преклоняемся перед людьми вроде него. А иметь возможность ходить на его курс – боже, это же экстаз! Мне безумно повезло, что я успела записаться. Многие просто пролетели.

– Он опаздывает, – тревожится Обри, поглядывая на часы.

– Он Мейсон Эверет – ему можно, – комментирует какой-то парень рядом с ней.

– Если бы я получила степень доктора наук в двадцать восемь, я бы, наверное, тоже не парилась, что меня ждет две сотни студентов, – замечает подруга.

В этот момент нижняя дверь аудитории открывается и мужчина, который, должно быть, и есть профессор Эверет, поднимается на кафедру. Выглядит так, словно он не замечает две сотни человек позади себя, берет маркер и быстро пишет на белой доске:

«Доктор Мейсон Эверет».

Затем оборачивается к аудитории.

Профессор Эверет, как оказывается, молодой (я это знала), дико привлекательный (а этого – нет), и еще я спала с ним.

– Блядь! – тихо ругаюсь себе под нос, когда понимаю, что мужчина из бара, с которым я провела сумасшедшую ночь четыре месяца назад, и наш новый профессор – широко известный доктор Эверет – один и тот же человек.

– Что? – не расслышав, наклоняется ко мне Обри.

Я качаю головой, не сводя взгляда с Эверета. Рано паниковать. Во-первых: каковы шансы, что он заметит меня среди несколько сотен студентов?

Да, идея сесть в первом ряду была отстойная.

И во-вторых: прошло четыре месяца. Скорее всего, он уже не помнит о той ночи.

– В жизни он еще лучше. – Обри кусает себя за нижнюю губу, плотоядно пялясь на Мейсона Эверета. – Я бы с радостью позволила ему исследовать свою черную дыру.

Парень рядом с ней давится и кашляет, чем привлекает внимание Мейсона. Я наклоняю голову, надеясь, что останусь незамеченной, но благодаря языку Обри и кашлю ее соседа, на это почти нет шансов.

Не уверена, узнал ли меня Мейсон, но его взгляд задержался на мне на несколько секунд, прежде чем он отвернулся.

***

– Те, кто хотят попробовать получить место моего ассистента, могут прислать свое резюме на мою почту, – в конце лекции говорит Мейсон, написав на доске адрес своей электронной почты. – У меня нет времени на рассмотрение каждого желающего, поэтому это касается только тех, кто уже перешел на четвертый курс. Если вы не на четвертом, не тратьте мое время и не засоряйте мой ящик.

Он очень категоричен и самоуверен, но это вовсе не выглядит отталкивающим.

– А сейчас можете быть свободны.

Все поднимаются, и начинаю собирать свои вещи. Мейсон укладывает свои бумаги в коричневую кожаную сумку и, не задерживаясь, покидает аудиторию.

В помещении настоящий гвалт. Студенты делятся впечатлениями от лекции и почти все сходятся во мнении, что он крут.

– Мои трусы можно выжимать, – делится Обри, когда мы выходим. – Я едва не кончила, просто представляя, как он трахается.

«Шикарно. Ты не сможешь представить, КАК».

– Я должна попытаться получить место его ассистента! Всегда хотела замутить с профессором.

Обри улыбается. Наверное, уже фантазирует, как будет работать с Мейсоном Эверетом и станет его любовницей. Мысли об этом мне не нравятся. Не знаю, почему, но я надеюсь, что Эверет выберет кого-нибудь другого.

Хотя, Обри может быть настойчивой.

– Думаю, у тебя будет большая конкуренция, – замечаю я. Мы идем по аллее, что ведет в один из столовых кампуса.

– Похоже на то, – вздыхает подруга. Затем подозрительно косится на меня. – Ты не собираешься подавать заявку?

– Нет. – Я улыбаюсь, покачав головой. – Не думаю, что подойду на эту должность.

– Отлично, тогда мне не придется убивать тебя, – смеется Обри.

Надеюсь, она пошутила. Хотя…

***

Через пару дней, когда мы с Обри выходим из Старбакс, неожиданно натыкаемся на профессора Эверета.

К счастью Обри и к моей досаде.

– Профессор Эверет! – зовет Мейсона Обри, а мне хочется ее стукнуть.

Мужчина оборачивается и, вздернув брови, вопросительно смотрит на девушку. Я держусь позади нее в отчаянной надежде, что меня не заметят.

– Меня зовут Обри Гамильтон. Я отсылала свою заявку на место вашего ассистента. Вы получили ее?

Пока Обри распинается перед Мейсоном, я пялюсь на картонный стаканчик с латте в своей руке. Потом мой взгляд падает на его обувь – это конверсы. Веду глазами вверх, по черным джинсам с дырками на коленях, светло-серой футболке и выше, пока не натыкаюсь на взгляд светло-серых глаз, устремленных на меня.

«Черт!»

Застигнутая врасплох, я отворачиваюсь. Мейсон возвращает внимание к Обри.

– Я получил несколько десятков заявок, мисс Гамильтон. Думаю, среди них где-то есть ваша.

После этих слов он уходит, напоследок скользнув по мне взглядом.

«О, господи!»

– Кажется, я облажалась, – сокрушается Обри, пока я, как в тумане, плетусь за ней.

Моя кожа горит огнем. Я взволнована и возбуждена. Воспоминания о той ночи столь яркие, я как будто все еще чувствую его прикосновения.

– Лиса? – зовет меня Обри, и я ловлю на себе ее вопрошающий взгляд.

Кажется, она что-то спросила у меня, но я не услышала.

– Что?

– Я спросила, идешь ли ты на вечеринку в Капа-Дельта, но ты типа отключилась.

– На вечеринку в Капа-Дельта? Не думаю, что это удачная идея. Не хочу столкнуться с Диланом.

Я морщусь при упоминании бывшего.

Обри закатывает глаза.

– Да брось! Вы порвали миллион лет назад!

– Четыре месяца, – уточняю я. – И я до сих пор предпочитаю не видеть этого осла.

– Ладно, как хочешь, но я думаю, ты собираешься пропустить крутую тусовку. К тому же это наш последний год в университете – я не хочу профукать все веселье. Но самым веселым знаешь, что будет? – вдруг понизив голос, таинственно смотрит на меня Обри.

Я качаю головой.

– Понятия не имею.

– Заполучить Мейсона Эверета. Да, детка! Это будет весело!

***

«Это будет ужасно», – думаю я, сидя на лекции Мейсона. На этот раз, как и в предыдущие два, я сижу в пятом ряду, чтобы точно слиться с толпой.

– Это отстояно – сидеть в самой жопе, – ворчит Обри. Мы пришли чуть позже обычного и мест в первом ряду не осталось. Хотя администрация решила поделить студентов на две группы, потому что нас действительно очень много.

Я всерьез размышляю о том, чтобы бросить курс, пока не поздно. Оказалось, что я не могу высиживать занятие, без того, чтобы моя память снова и снова не проигрывала то, что делал со мной Мейсон, когда мы впервые встретились.

Кажется, все, чего я хочу, это повторить ту ночь.

– Просмотрите свои работы, а в конце занятия положите их на мой стол. Было много ошибок. – Он обводит аудиторию взглядом. – Почти у всех.

Несколько студентов помогают ему раздать бумаги с тестом, который мы писали на прошлом занятии. Мою работу Мейсон сам кладет передо мной, но на меня при этом не смотрит.

Возможно, мне только показалось, что он меня вспомнил. В прошлый раз он не обращал внимания на меня, тогда как я ничего не могла поделать с тем, чтобы не пялиться на него.

По аудитории проносится шорох бумаг. Все смотрят свои оценки. Я переворачиваю верхний лист своей работы и читаю надпись, которую он оставил красными чернилами:

«Мне надо попробовать твою киску еще раз».

Как только смысл фразы доходит до меня, я накрываю нижний лист верхним и смотрю по сторонам, убеждаясь, что никто ничего не видел.

Мое лицо пылает.

Он действительно это написал?

Я смотрю на Мейсона, но он занят тем, что пишет какую-то формулу на доске. Сегодня на нем коричневые слаксы и черная футболка из тонкой ткани. И он снова обут в конверсы. Он первый профессор на моей памяти, кто позволяет себе такой неформальный стиль одежды. Но, полагаю, когда ты чертов гений, да еще такой молодой, на это закрывают глаза.

Удивительно, что я так много слышала о нем раньше, читала его статьи и исследования, но ни разу не видела его фото. Не знаю, как это ускользнуло от меня. Тогда, в баре отеля Савой, я и представить не могла, что сексуальный мужик, которого я подцепила на одну ночь, и есть Мейсон Эверет.

Я настоящий лох.

А теперь оказывается, он хочет снова получить мою киску.

Мое тело реагирует на мысль сжатием внутренних мышц. Да, я бы хотела все повторить. Еще как. Но сейчас, в отличие от той ночи, я знаю, что он профессор – не просто профессор в университете – а мой преподаватель.

Это ни к чему хорошему не приведет. Поэтому мне лучше перестать думать о том, как член Мейсона Эверета ощущался во мне.

ЛИСА

– Точно не передумала?

Я качаю головой. В который уже раз Обри спрашивает меня об этом? Нет, я не хочу идти на вечеринку в Капа-Дельта.

– Предпочитаю остаться дома в копании пачки чипсов и Райана Гослинга, чем тусоваться с бухими в сопли кретинами из братства.

– Жестоко, – морщится подруга. – И они не все кретины.

– Почти все, – возражаю я.

– Кстати, когда ты говоришь «Райан Гослинг» – то имеешь в виду фильмы, или свой вибратор?

– Еще не решила.

Иногда я жалею, что призналась Обри в том, что назвала свой вибратор Райаном Гослингом.

– В любом случае – повеселись. – Она машет мне рукой, направляясь к двери.

Я тоже желаю ей хорошо провести время и, заперев за ней дверь, думаю, чем мне заняться. Дом в полном моем распоряжении. Коттедж с двумя спальнями мы с Обри снимаем со второго курса. Отсюда недалеко от кампуса, да и место нам нравится.

Для начала решаю позвонить и заказать доставку пиццы. После включаю «Дневник памяти» – я фанат этого фильма – не шучу, и пока жду пиццу, крашу ногти на ногах.

Когда через двадцать минут в дверь стучат, я ставлю фильм на паузу и ковыляю открывать, радуясь, что заказ доставили раньше, чем обещали.

Смотрю в дверной глазок и понимаю, что это не моя пицца.

Это Мейсон Эверет. На моем пороге.

Какого черта?!

Я в панике смотрю в зеркало, что висит в прихожей. Господи, я выгляжу как полная катастрофа! Волосы кое-как собраны в небрежный пучок, на мне очки, потому что я редко ношу линзы дома. Да и одета кое-как – на мне свободный свитшот и леггинсы.

Оглядываю себя, убеждаясь, что на одежде нет дырок.

Ладно, пофиг!

Я приоткрываю дверь и делаю удивленное лицо. Вообще-то я и правда удивлена, так что все честно.

– Профессор Эверет?

Мейсон без тени смущения оглядывает меня от самых стоп – они голые, потому что я недавно красила ногти – пока не останавливается на моем лице.

Ему обязательно делать это так оценивающе и беззастенчиво?

– Ты видела то, что я написал на твоей работе?

«Ого, вот так сразу!»

– Да, трудно было не заметить. – Я переступаю с ноги на ногу, нервно усмехаясь.

Он хмурится.

– Ты ничего не ответила.

– Хм… Потому что там не было вопроса.

Мой ответ заставляет его мрачнеть еще больше.

«Ладно, Лиса, не умничай».

– Я могу войти или есть какая-то причина, по которой я должен торчать на крыльце?

Поколебавшись, я отступаю, пропуская Мейсона. Мне хочется сказать, что его никто не приглашал, но сдерживаюсь. Заперев за мужчиной дверь, я смотрю ему в спину и чуть ниже, подавляя вздох.

Ему непременно надо быть таким великолепным?

Мейсон оглядывает нашу маленькую гостиную и оборачивается ко мне. Я успеваю вовремя оторвать свой взгляд от его задницы.

– Мне надо попробовать твою киску еще раз. Что скажешь? – Он офигительно спокоен. – Это вопрос.

Я моргаю от сбивающей прямолинейности. В то же время, кровь приливает вниз, между ног чувствуется тепло и приятное покалывание.

– Вы мой профессор, а я не сплю с преподавателями, – заявляю я, радуясь, что голос меня не подвел.

«Я что, правда отказываю ему?»

– Я не прошу тебя спать со мной, – поправляет он.

– И тем ни менее, – настаиваю я, – лучше не стоит.

«Боже, не верю, что говорю это!»

Мейсон молчит, о чем-то раздумывая, и не сводит с меня глаз, чем еще больше заставляет меня нервничать.

– Ты с кем-то встречаешься? – неожиданно спрашивает он.

– Нет, но это не имеет значения. Я… Просто… Меня это не интересует!

Это все, что приходит мне в голову. И это звучит как жалкая, откровенная ложь. Мейсон чуть склоняет голову на бок. На его лице отражается недоверие.

– Твоя отговорка про принципы была более убедительная, – сухо комментирует он.

– Я в любом случае не буду… спать с тобой.

Стоит огромного труда выдерживать его прямой взгляд. Поджав губы, Мейсон движется в мою сторону, и я неосознанно отступаю, но он всего лишь подходит к двери и выходит из дома.

Когда я остаюсь одна, с шумом выдыхаю и чувствую какое-то опустошающее бессилие.

МЕЙСОН

Я не особенно удивлен, что она меня послала. Вероятность того, что это случится, была. Хотя кого я обманываю? Еще как удивлен. Я рассчитывал, что проведу этот вечер, глубоко погрузившись в нее.

Вместо этого, я возвращаюсь домой, не истратив ни одного презерватива.

Как полный неудачник.

Мне пришлось нарушить правила университета, чтобы забраться в ее личный файл и узнать ее адрес. Также я узнал, что она из Сент-Луиса, ее среднее имя Кристина, и в следующем месяце ей исполнится двадцать два.

Прежде я не делал ничего подобного, чтобы залезть в трусы девушке. Тем более, когда уже побывал там.

Та ночь в отеле была сумасшедшей, но после я почти не думал о той красотке, с которой трахался как заведенный до самого рассвета. Я даже не узнал ее имени, хотя она была великолепной.

Ну, возможно я вспоминал о ней пару раз или около того, но не пытался ее найти. Затем я увидел ее в аудитории. Сначала я узнал ее волосы – они у нее уникального, красно-рыжего цвета – а потом и саму ее, хотя она и пыталась спрятаться.

Полагаю, это была судьба.

Судьба трахнуть ее киску еще раз.

Закурив, я опускаю окно в машине. Чувство, которое скребет в груди – досада. Не ожидал, что окажется так сложно затащить ее в постель во второй раз. Я забыл, как это – добиваться женщину. Обычно требуется минимум усилий, чтобы девушка оказалась подо мной.

Направляясь к ней, я предвкушал дикий секс с этой безбашенной, шальной девчонкой. Хотя она ничего не написала в ответ, как я рассчитывал, был уверен, что не займет много времени, чтобы она с готовностью раздвинула для меня свои ноги.

Когда сегодня она открыла дверь, с этим нелепым пучком на голове, в очках и растянутом свитере, я почувствовал, что мне НАДО трахнуть ее еще раз.

Возможно несколько раз.

Но она отшила меня.

Я усмехаюсь, покачав головой. Она на самом деле отшила меня, хотя я ни на секунду не поверил, что она «не заинтересована».

ЛИСА

Когда в дверь вновь стучат, я испытываю надежду, что это вернулся Мейсон.

Потому что я готова сдаться. Вот так легко. К черту то, что он мой преподаватель. Я просто хочу пережить те восхитительные моменты в номере отеля Савой.

Но это не Мейсон, а доставщик пиццы. Я оплачиваю заказ, не забывая про чаевые и разочарованная, возвращаюсь к «Дневнику памяти». Сейчас даже Райан Гослинг не может поднять мне настроение.

***

Полночи я ворочаюсь без сна, продолжая истязать свой мозг мыслями о Мейсоне Эверете. Ругаю себя за то, что возможно, упустила шанс получить лучший секс в своей жизни.

Я не преувеличиваю.

Когда звенит будильник, пробуждая меня, я чувствую себя разбитой и возбужденной. Мне снилось, как рот Мейсона Эверета вылизывал мою киску, и это едва не довело меня до оргазма во сне. Мое белье стало мокрым от возбуждения.

Опустив руку под одеяло, трогаю себя между ног, убеждаясь, как много влаги собралось.

Отчего-то это вызывает раздражение, но с этим что-то надо делать. Поэтому я тянусь к тумбочке, в верхнем ящике которой лежит гибкий, розовый Райан Гослинг.

Я включаю вибратор и, стянув трусики, в считанные секунды довожу себя до оргазма. Наверное, придется переименовать мою палочку-выручалочку на Мейсона Эверета – ведь это его я представляла, пока ублажала себя.

Напряжение спадает, но лишь немного. Я иду в душ и пока намыливаюсь, всерьез размышляю о том, чтобы сказать сегодня Мейсону, что передумала.