— Ты думаешь, это игра, — не спрашивает, а утверждает он, зарываясь пальцами в мои волосы, заставляя повернуть голову и смотреть ему в глаза, — но для меня это не игра, это образ жизни. Я привык всё и всегда держать под контролем. Я привык всё решать сам и брать на себя ответственность за свои решения, потому что я просчитываю их от и до. Я думаю о будущем, — он делает паузу и смотрит так проникновенно, что хочется поверить, хочется плюнуть на всё, что было между нами; на то, что он делал со мной все это время. Поверить и простить. А он, дождавшись моей реакции, тихо и с болезненным надрывом добавляет: — О нашем будущем, Лена.

Я резко вырываюсь, не желая слушать то, к чему он пытается меня сейчас склонить.

Но Антон хватает меня рукой за горло и притягивает к себе, чуть сдавливая. В его глазах лютое бешенство и злость.

— Я разве позволял тебе встать, Лили? — шипит он мне прямо в губы.

— Прекрати, — зло отвечаю, хватаясь за его предплечье руками, и пытаюсь вырываться. — Не желаю этого слышать. Не желаю! Слышишь? Не хочу! — уже кричу я и пытаюсь ударить его по лицу, не понимая, откуда вновь появились силы. Но он ловит меня за предплечье, отводит руку в сторону.

Твою мать! Какой же он сильный! Пытаюсь поцарапать его другой рукой, но он успевает вовремя убрать свою руку от моего горла, наконец-то освобождая мою шею. Я пытаюсь встать, но не успеваю: Антон делает бросок, и заваливает меня на кровать, придавливая всем своим телом. Руки поднимает вверх, скрещивает вместе над головой, сдавливает одной рукой; второй же ловит мой подбородок и стискивает его пальцами. Я в ловушке. В его ловушке. Не могу пошевелить ни ногами, ни руками, ни даже головой. Он впивается в меня своим холодным яростным взглядом и жестко повторяет свой вопрос:

— Я разве позволял тебе встать, Лили?

Я в тихом бешенстве, не могу вырваться — и от этого начинаю млеть. Внутри все воспламеняется. Этот взгляд, этот тон. Он заводит меня и делает безумной нимфоманкой. Покладистой шлюхой. Его личной шлюхой. Позволяющей своему хозяину делать все, что он пожелает.

Его лицо приближается к моему, чувствую его дыхание на губах. Смотрю ему в глаза, а внутри легкой пушистой лапкой начинает царапать страх.

— Я не могу быть с тобой сейчас! — произношу я последнюю спасительную фразу — и чувствую удар по лицу.

Мне не больно — он никогда не бьет больно, — но ужасно обидно, унизительно и досадно, потому что мои половые губы увлажняются, а внизу живота становится жарко. Так жарко, что я не сдерживаюсь: из моего горла вырывается тихий стон, веки становятся невероятно тяжелыми.

Он вновь ловит мой подбородок, сжимает его пальцами до боли. Завтра будут синяки от его пальцев, но эти мысли еще сильнее возбуждают меня.

Боже… Я больна… безумно больна Антоном.

— Отвечай на вопрос, — зло цедит он сквозь зубы — и опять бьет меня по щеке тыльной стороной ладони.

— Нет, любимый, — говорю я, вновь капитулируя, в который раз…

— Ты будешь наказана, — говорит он очень тихо. А я пугаюсь его тона, потому что знаю: когда Антон говорит таким тихим голосом, это означает, что он не на шутку зол.

А злить Антона нельзя, совсем нельзя.

Внутри все сжимается от страха.

— Не надо, Антон, — шепчу я.

— Надо. Я делаю это ради нас обоих. Ты мне потом еще спасибо скажешь, когда поймешь, что я был прав. Когда я заставлю тебя это понять!

Он освобождает меня, но я не настолько наивна, чтобы расслабляться. Когда он резко переворачивает меня на живот, я уже готова. Теку… и выгибаюсь как кошка, поднимая попку.

Он резко раздвигает мои ноги, подныривает ладонью под живот и приподнимает меня так, что попка оттопыривается кверху. А я как зачарованная жду и боюсь своего наказания, прижавшись головой и грудью к матрасу, комкаю от нетерпения пальцами простынь, дышу с надрывом и жадно…

Его член врывается в меня неожиданно, резко и зло. Он входит полностью, не давая мне привыкнуть, и начинает двигаться… нет, не так — вколачивать свой член в меня.

Зубами кусаю простынь и изгибаюсь навстречу. Наши тела врезаются друг в друга, я слышу хлюпанье и шлепки.

Все исчезает из моей головы. Рамки стираются. Любые фобии, страхи, стеснение, стыд, обиды, неловкость, проблемы… все уходит. Моя главная и единственная преграда в наших отношениях рушится в этот момент. Остаются лишь голые инстинкты: я — его, я принадлежу только лишь ему, а он принадлежит мне! Мы словно одно целое сливаемся в похотливом танце. Взбираемся на пик удовольствия с каждым ударом, с каждым полустоном-полухрипом. Все выше и выше к небесам! И взрываемся миллионами звезд, присоединяясь к остальным миллиардам, что находятся в бесконечной вселенной. И ощущаем себя маленькими ничтожными песчинками в великом бытие…

Антон падает рядом со мной, притягивает к груди, крепко обнимает, так, что не вырваться.

— Всё, спим!

Разговор в социальной сети:

“- Привет мам! Как у тебя?

- Да нормально у меня все, ты как?

- А со мной, что будет?) Учусь на первом курсе, скоро летняя сессия;)

- Я не об этом дочь, ты же знаешь...

- Да все хорошо у меня мамуль. Папа с работой на лето все уладил, но это ты и так знаешь, других новостей нет.

- Наташ, ну зачем тебе эта работа? Может ну её? Приезжай домой, в июле на Байдахэ съездим, я как раз в отпуск...

- Мам, мы же обсуждали уже. Папа не просто подработку нашел, это мое будущее место работы, ты же понимаешь, как тяжело в Москве вообще зацепиться, а если отец решил хоть как-то помочь, то я готова. Ну не хочется мне прозябать в нашем мухосранске,

- Нормальный у нас город(( Даже метро есть...

- Мам ну это я образно, ты же понимаешь? *глазки котика из Шрека* Я и тебя потом заберу, тоже тебе тут работу найдем, или вообще не будешь работать, а там глядишь в Германию...

- Мда... планы у тебя Наполеоновские))

- Ты же знаешь, что я хочу уехать, мы не раз с тобой об этом говорили... И вообще, я уже спать хочу.

- Не обижайся, я просто переживаю.

- Ты бы лучше своей личной жизнью занялась. А не о совершеннолетней дочери переживала.

- Да ну перестань, какая личная жизнь? Мне уже 37, скоро внуков нянчить...

- На внуков в ближайшие десять лет не надейся! Я пока квартиру собственную не куплю и стабильную работу не найду, даже близко не буду задумываться. А ты не прибедняйся. Выглядишь ты шикарно, на лице морщин нет, одеваешься, хоть и строго, но всегда со вкусом. Миниатюрная, на куколку похожа. Ты красавица у меня мам. Уж поверь, я-то знаю. Мои новые друзья все думают, что ты моя младшая сестра, когда я им нашу фотку с выпускного показываю)))

- Не преувеличивай.

- Ну, а что? Я выше тебя на целую голову и кость у меня крупнее. Я же в родню отца пошла. Толстая корова((

- Что за глупости, ты у меня красотка!

- Ага, кровь с молоком((

- Натулька, перестань на себя наговаривать, я надеюсь ты там себя голодом еще не заморила?

- Нет мам, жру, как лошадь, ты же меня знаешь.

- Хватит уже себя ругать доча…

- Я не ругаю, я просто констатирую факты. И вообще, нефиг меня с темы сбивать! Сейчас, когда я уже не мельтешу перед твоими глазами, самое время заняться собственной жизнью!

- Ну кого и где я найду?

- Ты хочешь, чтобы я тебе очередную лекцию прочитала, как и где знакомиться?

- Не надо, я все помню))

- Мам, ты уже десять лет одна, даже любовника ни разу не заводила, с тех пор, как отец ушел. Это же и для здоровья плохо. Я тебе сейчас статью отправлю в интернете нашла. Там говорится о том, что женщина должна заниматься сексом не менее трех раз в неделю!

- Три раза в неделю! Ты с ума сошла? *смайлик с выпученными глазами*

- Не перестану! Пройди по ссылке прочитай! Эту статью врач гинеколог пишет. Там все очень серьезно! Вплоть до развития раковых заболеваний! Да и вообще, у меня тут в Москве своя жизнь начинается, ты не сможешь совсем одна, я тебя знаю, тебе всегда нужно о ком-то заботиться.... Я тебе благодарна, за то, что ты меня растила, за то, что не опустила руки. Но мам! Ты же понимаешь, что я от своих планов не отступлюсь...

- Да, понимаю((

- В общем так, чтобы на этих же выхах сходила на свидание, иначе я не буду с тобой разговаривать! И я позвоню и спрошу у бабы Даши, ходила ты куда-нибудь вечером или нет, потому что с тебя станется еще наврать!

- Хорошо....(((

- Все, спокойной ночи мам, чмоки-чмоки!!!"

Тоскливо вздохнув, перехожу по ссылке, что отправила мне дочь.

В принципе, ничего нового я для себя не увидела. Анна Игоревна - мой гинеколог, мне говорила тоже самое, когда я была у нее на приеме несколько месяцев назад. Вот только я так не могу… Секс три раза в неделю. Нет, секс я люблю, точнее любила, когда жила с Берцевым. Но потом, уже ни с кем не могла. И не потому что любила, нет, любви после его предательства я к нему уже не испытывала, только обиду и злость. Просто… вот так пойти, с кем-то познакомиться не было сил, и вообще, казалось чем-то неприятным на тот момент. А позже, когда оценила прелести свободной жизни, как-то вообще, даже желания не было кому-то вновь позволять забираться в своё сердце.

Я же не умею, просто тело отдавать… мне же еще душа нужна. Чтоб поговорить о чем-то с человеком было, чтобы нравился чем-то… Знаю, слишком многого требую, но на меньшее не согласна. Вот такая я максималистка!

Закрыв браузер и выключив компьютер, беру сотовый и начинаю названивать подругам. С Наташки станется еще дуться на меня. А так, я в гости к кому-нибудь на чай с тортиком схожу, все равно дома одной тоскливо сидеть, хоть вставай и на работу иди…

Хмыкнув на собственные мысли, выбираю знакомое имя и нажимаю на дозвон.

Через пятнадцать минут разговоров с тремя моими постоянными подругами, на душе заскреблись кошки.

Не, они в гости зовут, без проблем, только в гости – это на дачу, стоять к верху жопой все выходные. Потому что на улице - май месяц, и все кинулись засаживать свои огороды. А я, терпеть не могу возиться в земле. И рука у меня тяжелая, по молодости сколько не пробовала на даче какие-то посадки делать, проку было - ноль. Ничего толком не росло. А когда с Берцевым разошлась, плюнула и продала. Тем более, тогда деньги были нужны, кредиты гасить, которые на меня бывший скинул. Поэтому осталась без домика за городом. И, если честно, еще ни разу не пожалела. Мало того, что надо следить за посадками, поливать, полоть и все такое, так там же постоянно жить надо. Что летом, что зимой все дачи обворовывают. И смысл? Вкладываешь-вкладываешь, чтобы кто-то поживился за твой счет? Неее… спасибо, я больше на этот крючок не поймаюсь.

Вот только и к подругам на дачу ехать не хотелось. Шашлык я бы не отказалась поесть, даже могу купить и приготовить, плюс, салатики всякие, готовить я вообще люблю, а вот возиться в земле – увольте…

Но что же тогда делать? Как быть? Не хочется с дочкой ругаться. Я и так последнее время редко с ней общаюсь… Упертая она, как баран. Хуже меня. Порой думаю, что уж лучше, была бы, как все девчонки - покладистой да мягкой, как кошечка. Глядишь мужчину бы себе нашла, за которым, как за каменной стеной. Так нет же... уперлась: «Я замуж вообще не буду выходить. Ребенка и без мужика сейчас можно зачать. А зачем они тогда вообще нужны? Изменять, бросать и предавать разве что…». И сколько не пыталась ей объяснить, что ни все такие, как отец, бесполезно. Да еще и убедила себя, что некрасивая и слишком толстая. Господи, да на нее, ее одноклассники на выпускном заглядывались, как на картинку, а она ничего не замечала.

Погипнотизировав несколько минут телефон, поняла, что звонить больше не кому. Хоть к тете Даше, соседке, иди, и подкупай её чем-нибудь, чтобы дочке не сдавала. Вот только старушку просто так не проймешь. Она же потом меня достанет и днем, и ночью…

И тут, словно, проведение услышало мои молитвы, звонит телефон.

- Лен, привет! Слушай, ты только сразу не отказывайся, сначала выслушай! – тараторит Галя, моя сослуживица, в трубку. – Короче, мне дали два билета в крутой ночной клуб «Инкогнито»! Но это не просто билеты! Это билеты на «Встречу в масках». Эти встречи проводят каждую субботу…

- Я согласна, - говорю я.

- Не… погоди, ты не поняла. Если я откажусь, мне же больше не дадут пригласительных. Лен ты,… - продолжает тараторить она, и резко осекается. – Ты согласна что ли?

- Согласна, - отвечаю коротко, а сама улыбаюсь.

Я еще ни разу ни на один корпаратив не оставалась и в кафешки с девочками не ходила, и это за десять лет работы на одной фирме. Видимо поэтому Галя сейчас в легком шоке. Интересно, и на что она тогда рассчитывала, звоня мне? Или так, на всякий пожарный решила попробовать?

Я не привыкла врать и давать пустые обещания, поэтому решаю сразу же расставить все точки на «И».

- Вы меня простите, но я вас выбрала, потому что…

- Решили, что я вас не выберу, и вы наконец-то сможете покинуть это сборище психов, - договаривает он за меня.

Я конечно про психов ничего не хотела говорить, но он, похоже, прочитал мои мысли.

Повернув голову, с удивлением смотрю на мужчину. В этот момент очень сильно захотелось увидеть выражение его лица, аж руки зачесались сорвать маску.

- Вы верно удивлены, - судя по интонации, он улыбается. – Я здесь уже не первый раз и поверьте, с каждым разом публика практически не меняется, а если и появляются новенькие, то еще… эммм, необычнее, чем раньше.

- Это вы о девушках так? – тихо спрашиваю я, так как ведущий уже собрал народ, и громко вещает со сцены поздравления, а также успокаивающие слова тем, кто не выиграл.

Краем глаза замечаю Галю. Она стоит рядом с мужчиной в стандартной белой маске, и сером костюме с синей сорочкой. Помнится, он сильно жаловался на свою жену, которая ему отказывает в сексе. Неудивительно, моя коллега не любит долгих и серьезных отношений, вот его и выбрала. Видимо, успели сговориться.

Галя успевает мне показать кулак. Я же мысленно чертыхаюсь. А счастье было так близко. Думала, что после этого представления на сцене удастся сбежать, ан нет, похоже и на ужин придется остаться.

- И о женщинах, и о девушках и, и о бабушках, - хмыкает мой избранник, вырывая меня из моих безрадостных размышлений.

- Тут и бабушки есть? – с изумлением спрашиваю я.

- Конечно, пятерых насчитал. Им от семидесяти пяти до восьмидесяти.

Не сдерживаюсь и кашляю, так как невольно поперхнулась воздухом.

- Ну и ну, - качаю головой.

- Любви все возрасты покорны, - философски изрекает он. - В любом случае, здесь очень вкусно кормят, - продолжает мужчина, начало нашего разговора, а я не сразу понимаю о чём он вообще. Я-то себя старухой считала, и откровенно говоря было стыдно идти и с кем-то знакомиться, так как на себе уже давно крест поставила. А тут… семьдесят пять… восемьдесят лет… – И я торжественно клянусь, что надоедать вам не буду. – Наклонившись ко мне, добавляет он, щекоча ухо своим горячим дыханием, и пуская табун мурашек по спине.

Автоматически передернула плечами, и хмыкнула.

Мда уж, остается, только мученически вздыхать и надеяться, что ужин не затянется на слишком долгий срок.

Всем победителям предлагают пройти в ВИП зал, где уже накрыты столики на двоих, а остальным посетителям предлагают остаться и продолжить вечер, но уже за свой счет.

Мой кавалер цепко держит меня одной рукой под локоть, а второй за талию, пока мы спускаемся со сцены.

Странно, но его слишком интимные объятия меня совершенно не напрягают и не кажутся навязчивыми. И вообще он кажется мне очень располагающим и адекватным человеком.

Как только мы оказываемся на более устойчивой поверхности, он предлагает мне свой локоть.

- Цепляйтесь, - как ни в чем не бывало говорит он, и я действительно «цепляюсь», даже не задумавшись над этим довольно-таки интимным жестом.

Пока проходим к нашему столику в другом зале за официанткой, я мысленно дивлюсь своему настроению и физическим ощущениям. И уже во второй раз поражаюсь, насколько приятная у мужчины энергетика. Буквально парой фраз с ним перебросились, рядом постояли, а я уже чувствую эмоциональный подъем и спокойствие.

Мимо проходит Галя, и опять показывает мне кулак.

Мой избранник замечает этот жест, и какое-то время проводит девушку взглядом. А я ловлю себя на том, что внутри меня начинает зудеть нечто напоминающее обиду. Фигурка у Гали красивая, да и одета она в более открытое и яркое платье.

Что ж, это всегда так, молодость и красота, очень сильно манит любого мужчину. Не зря я все же на себе крест поставила.

Мужчина словно опомнившись поворачивается ко мне, но я уже сижу, и делаю вид, что меня не уязвило его невнимание, и быстро накладываю себе разную еду в тарелку, даже не глядя, что за салаты стоят на столе.

- Вы на меня обиделись, - констатирует факт мужчина. Чем опять меня удивляет, как он понял вообще? Я же в маске.... – Я просто удивился, что эта женщина вам чем-то угрожала. Не более того.

Я какое-то время перевариваю его слова. В принципе, зерно истины в них есть. Галя действительно очень демонстративно показала мне кулак.

- Не спорю, - почему-то продолжает оправдываться передо мной мужчина. – Она симпатичная, но слишком легкого поведения девушки меня не прельщают. Я ищу более серьезных отношений, не на одну ночь, а на всю жизнь.

Я приподнимаю одну бровь.

- Хм… Редко слышишь такое от мужчин, - говорю я, уже почти забывая о своей обиде.

- Вы, наверное, хотели сказать, что никогда такого не слышали от мужчин, - хмыкает он. И с серьезностью в голосе добавляет: - Просто я знаю, чего хочу и стараюсь перед собой выстраивать четкие цели, а еще старюсь не лицемерить и не врать, не только самому себе, но и окружающим меня людям.

- Перфекционист? – спрашиваю я. А сама замечаю, как мне нравятся его слова. Я тоже терпеть не могу лицемерия, и вранья. И поэтому у меня так мало друзей, и да, по карьерные лестнице, я двигаюсь очень медленно.

- Именно, - отвечает он, и я чувствую, по его голосу, что он опять улыбается.

Мысленно хмыкаю.

Быстро же он умеет уговаривать, что я даже уже забыла свою обиду, и так как я всегда была очень любопытной, не сдерживаюсь и задаю еще один вопрос:

- Как вы поняли, что я обиделась, на мне же маска и вы не видите выражение моего лица?

- Все просто, - пожимает он плечами, и тоже начинает накладывать в свою тарелку разные салаты. Не представляю, как мы в этих масках будем есть, ведь у нас обоих закрыта нижняя часть лица. – Язык жестов вашего тела. Он мне о многом рассказал.

- Вы по образованию, наверное, психолог? – спрашиваю я.

- Нет, не угадали, - хмыкает мужчина, и загадочно добавляет: – Чтобы изучить язык жестов необязательно быть психологом, достаточно быть чуточку внимательным. Ну и заодно уметь пользоваться интернетом. Там много чего интересного можно узнать, главное правильно и вовремя задать интересующий тебя вопрос.

- А по подробнее вы мне расскажите?

- Да, если мы перейдем на «ты», и вы скажите, как мне к вам обращаться.

- А вы, батенька, шантажист, - я беру вилку и шутливо ей размахиваю.

- Еще какой, - неожиданно серьезно говорит он, от чего я напрягаюсь, но он тут же развеивает мои опасения, потому что тоже в шутливой форме добавляет: - Но твое орудие пыток, меня слишком сильно пугает, и поэтому я перехожу на «ты» первым.

- Хитро, - прищуриваюсь я. И неожиданно вспоминаю, то имя, которым называлась с испугу в первый раз. – Хорошо, моё имя Лили.

Он какое-то время молчит и пристально смотрит на меня.

- Ладно, раз не хочешь называть свое настоящее имя, я тогда тоже назовусь выдуманным, - вдруг говорит он, чем опять меня поражая. – Мистер Икс, очень приятно познакомиться, - он, привстав, хватает мою ладонь, нагибается, и чуть приподняв свою маску, нежно целует мою руку.

А губы у него очень теплые и … ласковые. И да, теперь я поняла, как буду есть.

- Опять язык моего тела? – хмыкаю я, даже не пытаясь уйти в несознанку по поводу своего имени.

- Нет, обычная логика, - явно ухмыляется мужчина, и добавляет, указывая пальцем на бутылку белого, - вина?

- Да, - киваю я. И отчего-то кокетливым голосом добавляю: – Жду твоих пояснений.

«Перейти на «ты», не так сложно, как, казалось бы», - мысленно вновь удивляюсь я.

Обычно я всегда стараюсь держать дистанцию с незнакомцами, и в этом плане обращение на «вы» очень сильно помогает не подпускать к себе никого слишком близко.

- Расскажу, - он поднимает бокал, и тихонечко стукает о мой, - за встречу до дна. – Подмигивает и, приподняв одной рукой край своей маски, пьет.

Вино оказалось очень вкусным, как нектар виноградный, я и не замечаю, как выпиваю весь бокал до дна.

- Ну так вот, - он на вилку цепляет креветку, и мочит её в соусе. – Начну с твоего тела, - слово «тело» звучит немного двусмысленно, и я невольно выгибаю свою бровь, хотя, что ему моя бровь, он ведь её не видит, и, потому, как ни в чем не бывало, продолжает: - Ты не дождалась, когда я тебе стул помог отодвинуть, а очень быстро села. Вся, вытянувшись словно струна напряглась, и начала быстро накладывать в тарелку салаты, даже не пытаясь разглядеть, что в них. Хотя я заметил, что тебе не присуща торопливость. И не потому, что ты медлительна, или ленива. А просто от природы в тебе заложена некая степенность, и желание всё сделать правильно без суеты. И ты не стала бы вот так без тщательного разбора накладывать себе еды.