Нельзя показывать настороженность, но и беспечность тоже не стоит. Пусть, пока здесь бармен, стрельбы в баре не будет. Этому негласному правилу следуют все. Однако, ситуация на станции такова, что корабль мой захотят присвоить здесь многие. Даже Жерар. А этот все улыбается, как счастливый ребенок, который за конфетку готов в горло вцепиться.

Никогда не испытывал недостатка в общении. Привык к одиночеству, люблю, когда никто не достает. А стоит обратиться самому – сразу приходит ответ. Алиса мне лучше всяких баб и друзей. Не достает, не канифолит мозг, ненавязчивая виртуальная особа моей мечты, что понимает меня со скоростью мысли.

– Ладно, не гружу, лучше сам расскажи, что там за дела на фронтах сражений? – Заворчал Жерар, доставая пластиковую бутылку синтетического виски.

На моем корабле такой жидкости не бывает. Слишком много бесполезного веса. Черт, снова я вспоминаю о бомжихе и оправдываю себя.

Пора бы уже выбросить её из головы. Как бы жалость не переросла в глупость. В космосе никому нельзя верить, особенно таким жалким на вид. Не исключено, что это какая – то подстава. Конечно, хотелось бы верить, что она просто невинная жертва, у которой был корабль. Всякое бывает, воспользовались её доверчивостью и отобрали всё, что можно было отобрать. Быть может, какой – нибудь вор, прикинувшийся бомжом, обобрал её. А теперь им стала она. Дальше её место займу я, если клюну. И вот он уже круговорот бомжей в природе. И смешно, и горько.

– Ринни, не залипай, – застонал бармен.

– Что рассказывать – то? – Усмехнулся я, напуская важности своему виду. – Сам все знаешь, в какую систему ни прыгнут пришельцы, туда и крейсера имперские спешат, а после стервятники вроде меня на останки поживиться.

– Ой, не заливай, – скривился бармен. – Нечего рассказывать. Да ты всю звездную картину знаешь наизусть, проныра. Прежде, чем соваться, сто раз взвесишь, кто куда и откуда. Дабы под раздачу или патруля не попасть.

– Ладно, – сдался я, завороженный зрелищем, как виски перетекает в стакан. – Кое – что расскажу. Девораторы теперь умнее стали, месяц назад крупную эскадру имперцев раздолбали на Дароэре. Застали врасплох на переправе, отрезав подкрепление.

– Ох ты ж, мать моя женщина. – Ахнул дедуля. – Я – то думаю, почему это кораблей больше с того сектора не видать. То есть порт Дароэр теперь захвачен?

– Нет, – брякнул с сарказмом в ответ и отхлебнул из стакана. Первый глоток приятно обжог горло и пошел теплотой дальше. Вкусно… Но послевкусие дерьмовое, все же синтетика, мать ее.

– Что нет? – Не унимался Жерар.

– Не захватили, просто уничтожили все порталы и станции, – уточнил я. – Затем бросились к кислородной планете, подавили все орбитальные крепости и стали высаживаться. Планетарные бои, сам знаешь, длятся годами.

– М – да, где этим уродам благоприятно, оттуда потом не выкуришь, – согласился Жерар. – Девораторы, как саранча, пожирают все. Кусают то здесь, то там, как бешеные собаки.

– Ага, – брякнул я. – И договориться с ними никак. Твоя моя не понимать, твоя моя просто жрать.

– Это ж сколько уже империя с ними воюет? Лет двадцать небось бьется.

– Да больше уже, – раздался чересчур мужественный для этих мест голос. К разговору подключился человек в комбинезоне рейдера. Без суеты и резких движений он пересел на соседний стул, шумно передвинув свой стакан по стойке, будто у себя дома.

– Да и по делом зажравшимся имперцам, на нас меньше внимания, – позлорадствовал Жерар, но почему – то занервничал, взглянув на моего соседа.

В голосе дрожь. Это плохой знак.

Я обратился мысленно к Алисе, но ответа не последовало. В панику впадать повода пока не было, просто стены из защитного материала, что не пропускает сигнал. На всякий случай без суеты перехватил стакан из правой в левую руку. Мало ли придется выхватывать оружие. Однако, дистанция слишком мала, он может меня схватить.

– Продаешь че? – Вновь подал голос рейдер, уставившись на свой стакан.

Обращение было ко мне. Мы все здесь что – то продаем. Болтать долго не в наших правилах, всегда нетерпеливо переходим к делу. В космосе от терпения до нетерпения один шаг. У многих крыша едет от замкнутых пространств. Психика восполённая, иногда без наркотиков никак. Среди рейдеров на них спрос большой, особенно у дальнобойщиков.

– Плазму, – ответил коротко.

– Протона у меня и самого завались, – усмехнулся мужчина.

Белобрысый, лет сорока на вид, плечи широкие, на руках заметил мозоли. Хватка сильная, по пальцам на стакане видно. Скорее всего на нано – роботах сидит, усиливающих мышцы. Опасно с таким связываться.

– У меня плазма Дора, – ответил ему и насладился реакцией.

Голубые глаза рейдера округлились, уставившись на меня. Ценная плазма, такая в ходу везде. Добыть ее могут только самые рисковые парни, что бросаются за добычей, стоит только разлететься кораблю пришельцев.

А если учесть, что имперцы страдают трусостью, колошматя по трупам, пока пыль не останется, то добыча ее сравнима с ведением реального боя, где тебя могут прикончить обе стороны конфликта. Имперцы так вообще чаек, вроде нас не любят. Иной раз пролетят мимо, ибо на букашку отвлекаться нет времени. У них приказ и точки сбора. Строго в военной организации, смертные казни и все тому подобное за невыполнение приказов, даже адмиралов своих не жалеют, головы летят только так. А бывает, что могут арестовать рейдера и корабль на обыск. Если контрабанду найдут, считай, пропало твоё корыто. Вольют его в состав обслуживающего флота, а тебя на верфь работать за еду и кислород пока не помрёшь.

– Ты я вижу, парень рисковый, – усмехнулся рейдер, не скрывая удивления в горящих глазах. – Много на продажу?

– Сто тридцать единиц отдам.

– Беру все по сто кредитов, – озвучил он предложение мгновенно.

– Двести, – обрезал я, поглядывая на Жерара.

– Сто двадцать…

В итоге сторговались на сто пятьдесят кредитов и три куба твердотопливного кислорода. Как раз кислород мне был очень кстати.

Если бы я сказал, что у меня имеется и плазма Эро, у рейдера бы глаза на лоб полезли.

Плазма пришельцев – это самая лучшая энергия во всей галактике. Подразделяется на три вида: Протон, Дора и Эро. Протон – пользуются все, ее хоть попой ешь. А вот Дора редкость, ее активно внедряют на военных кораблях империи, поэтому спроса больше, чем предложения. Ну а плазма Эро считается самой – самой… для императорских особ и избранных. Энергии одной единицы хватит, чтобы крупную космическую станцию на год обеспечить. Как я ее добыл, интересовать будет даже самого матерого рейдера. Это практически невозможно. Пусть у меня её всего лишь три единицы. Но этого достаточно, чтобы выкупить свою жизнь, если потребуется.

В общем, я богат. Но не все так просто. Рейдер по имени Вагнер остался доволен и ретировался куда – то, оставив нас с барменом решать свои дела. Мы договорились встретиться позже у моего корабля.

– Мне нужны продукты, – обратился я к Жерару.

– А мне плазма. Сто единиц, и это как минимум, Ринни. Ты ведь не все продал этому красавчику?

– Странный тип. Давно ты его знаешь?

– Первый раз вижу, – поежился Жерар. – Ну, так что?

– Что ты готов предложить за плазму Дора?

– Органику для синтеза десять кубов, – ответил бармен.

Жерар на станции представлял не сколько свои интересы, а скорее всю администрацию. Ресурсы станции – были его ресурсами. Интересы станции – были его интересами. Я его понимал, но у меня были свои цели. И свои расценки.

– Никакой органики, – обрубил я. Знаю их органику, что туда только не попадает. Крысы – это в лучшем случае. Некоторые бомжихи – в худшем.

– Есть военный имперский паек, что продал Вагнер, – произнес Жерар, осунувшись. – Старого образца.

Уточнение весомое. Паек старого образца просто отвратителен. Его не производят уже давно, а тот, что есть – старый донельзя. Пусть витамины и калории сохранены, в остальном – это сыпучее дерьмо со вкусом плесени. Но у меня нет выбора, лучшего предложения от ушлого деда не получу.

– Сколько? – Поинтересовался я.

– Семьдесят брикетов.

– За сто Дора? Ты издеваешься?! – Возмутился я. Но в душе возрадовался. Ибо даже предположить не мог, что у Жерара будет так много брикетов!! Все это я куплю у него за тридцать Дора с чистой совестью, как бы старый хрен не извивался.

Людей в баре прибавилось. Появилась еще парочка рейдеров, которые уселись за столом неподалеку от меня. Кажется, на платформе приземлился еще корабль. Жерар засуетился, видимо, предвкушая какие – то сделки. А я насторожился. Слишком тихо в баре, будто все за мной наблюдают и чего – то ждут. Ощущение, что у всех людей вокруг одно общее дело не оставляло ни на секунду.

– Это все, что у меня есть, – выдавил Жерар. – И я хочу за это сто единиц. Ты мне должен, Ринни.

Бармен стал предельно серьезен. У рейдеров с продуктами туго. Странно, что Вагнер продал пайки Жерару. Очень странно… Да и корабля я его не увидел на платформе. Почему – то сразу этот факт в голову не пришел. А если те двое его дружки? С тремя мне справиться будет сложнее. Если они путешествуют втроем, да еще и с избытком продуктов, значит у них большой, скоростной корабль. Аппарат, какой на платформе и не поместится. Значит, попасть сюда он мог с помощью технологии телепортации. М – да… Мало кто может себе это позволить. Попахивает протекцией империи. Дела мои могут быть хуже, чем я предполагал!

– Чего задумался, Ринни? – Жерар продолжал давить.

И вдруг наклонился ко мне и добавил шепотом:

– Валить тебе отсюда надо, дружок. Прямо сейчас иди к кораблю, я пришлю грузчиков, совершим обмен, и улетай. Пока будут мои люди рядом, ты в безопасности. Это тебе за недоплату по твоим ста Дора, понял?

Я едва заметно кивнул с холодеющей грудью. Вот же влип! Чуйка старого воина не подвела.

– Виски за счет заведения, – брякнул Жерар, снова состроив из себя парня – рубаху.

Конечно, он знал больше, чем рассказал. Но и на том спасибо. Возможно, кто – то хочет захватить мой корабль. Однако, если меня прикончить, вряд ли сумеют им воспользоваться. И знают об этом. Если вскрыть шлюзовую, корабль придет в негодность, сомневаюсь, что на станции есть сварочное оборудование, способное на тонкую работу по восстановлению полностью разрушенных слоев обшивки. Судя по общей картине это должно меня обнадежить. Хотя, все возможно.

Я постарался выйти из бара непринужденно, хотя ноги несли ой – ёй – ёй!

Выйдя к посадочной площадке, понял, что ошибся в предположениях. На платформе появилось четыре вновь прибывших корабля. При том довольно хороших моделей класса «легкие». До тридцати метров в длину. Моё внимание, конечно же, привлек самый красивый среди них – «Черный кондор». У меня чуть слюни не потекли при виде такого красавчика. Блестит отполированной чернотой и веет свежестью, будто с верфи только сошёл. И как специально рядом с моим корытцем для контраста поставили... Алиса тут же пустила импульс возмущения, выражающий ревность. Прости, крошка, я тебя даже на самый лучший корабль галактики не променяю.

У пары соседствующих кораблей шла суета. Обменивались грузами, что – то считали, перекладывая с одной грави – телеги на другую. Это меня несколько успокоило. Люди заняты своими делами. У посторонних всегда можно попросить помощи за плату. Или импровизировать, выдавая за своих перед недоброжелателями.

На платформе потеплело. Разогрели тут все хорошо. У моего корабля никого, но со склада уже движутся трое рабочих с грави, наполненной брикетами. Жерар явно торопился получить свое, пока меня не хлопнули и не прибрали к рукам товар.

Ближайший корабль к Алисе был со спущенным трапом. Меня это насторожило, ибо людей рядом не наблюдалось. Самый новенький аппарат и без присмотра. Однако стоило приблизиться к своему кораблю, как из открытого показался Вагнер, хотя мы договаривались на сделку в более позднее время.

Рейдер шёл навстречу уверенно, и оказался рядом со мной раньше грузчиков Жерара. Но я не сильно переживал, ибо мы были один на один. В такой дуэли мне пока еще равных не было.

– Устал от его болтовни? – Произнес мужчина с натянутой дружеской улыбкой на красивом лице. – Знаешь, я спешу, мы могли бы совершить сделку сейчас, если не возражаешь.

А лицо у него было действительно привлекательное и ухоженное, о чем свидетельствовала легкая светлая щетина. Совсем не рейдерское рыло. Как сразу этого не понял? Видимо, смотрел не прямо, а вскользь. Усталый, не выспавшийся, пришибленный парень с красными глазами и брезгливо сложенными пересохшими губами – это не про Вагнера. Свеженький корабль и свеженький пилот, все сходится.

– Не возражаю, – брякнул я и тут же уловил, как грузовой шлюз корабля Вагнера пришел в движение. Спешит он получить свою энергию, очень спешит…

К счастью подоспели грузчики с электронным нарядом обмена. Это чтобы их не надули. Ленивый, толстозадый Жерар сам не ходит, но знает свое дело. Контейнеры с плазмой я раздал быстро. Пока рабочие грузили мне в отсек паек, я довершал сделку с Вагнером.

Рейдер расплатился золотом по кредитному курсу империи, даже не предложив электронные деньги. Хотя на зрачке глаза у него промелькнул значок интерактивной банковской карты. Такие детали умею замечать. К сожалению, я не учел того же качества у Вагнера.

Он протянул руку. Рукопожатие после сделки совсем не обязательно, но это знак взаимного уважения.

Наши руки сцепились. И он увидел шрам на моем правом запястье. Не скрывая заинтересованности и не расцепляя хватки, он улыбнулся.

– Интересный шрам, – прокомментировал и посмотрел в глаза, хитро прищурившись. – И место нанесения интересное. Некоторые группировки пиратов используют его, чтобы отметить свою принадлежность к тем или иным кланам. Подражают старой имперской системе. Только их татуировки вывести лазером легко и чисто. А вот нано – татуировку солдата императорской гвардии – дело другое.

Я попытался высвободить кисть, но он сжал сильнее. Его рука вдруг превратилась в стальную арматуру, а ладонь в клещи. Мужчина растянул циничную улыбку, наслаждаясь моим замешательством.

– Да и пистолетик чем – то смахивает на гвардейский зарядник, – добавил злорадно.

Вот я и попался, промелькнула первая мысль. Но меня так просто не взять. Рука сжата до боли, за кобурой левой рукой тянуться – себе дороже. В любую секунду этот нано – киборг скрутит меня в спираль или свернет шею!

– На любой торговой станции легко можно найти именной гвардейский пистолет, от которого за пачку хорошей наркоты избавился ветеран, – попытался спокойно ответить я и немного разрядить обстановку. – У старых гвардейцев, знаешь ли, крыша едет. Они либо на колесах живут, либо под двигатели бросаются.

Реактор моего корабля оповестил нарастающим гулом о запуске. Сопла двигателей демонстративно распахнулись для первого прогрева. Алиса, вот умничка. Вагнер не учел лишь одного – мы рядом с моим умненьким корытом. Пусть и не прямо под двигателями, но градусов сто двадцать нам прилетит, если не сдвинемся в сторону.

– Так вот, – продолжил я, стараясь изо всех сил сжать в ответ, выставил ногу вперед, дабы не вылететь из опасной зоны от его возможного рывка. – Если ты меня не отпустишь, сгорим оба. Мне терять нечего, а тебе, имперская ищейка?

Вагнер тут же вырвал руку. А я скривил улыбку, граничащую с невольным оскалом. Этот киборг чуть кисть мне не раздавил!

– До этого момента я еще сомневался, – произнес наемник хищно.

Теперь и я не сомневался, что это наемник, высокооплачиваемый частный сыщик или даже убийца.

Я отступил к кораблю, стараясь не подавать вида, как мне паршиво от боли, которая отдает в едва работающей правой кисти. Даже прижал ее к кобуре, показывая, что в любую секунду могу воспользоваться оружием.

Вагнер попятился, поднял руки ладонями вверх, показывая, что связываться со мной не хочет и валит подобру – поздорову. Вот только не видом своей лощеной хари он это показывал. Чувствую, гад торжествует. Видимо, долго он меня искал. Черт побери…

Только я вступил на трап корабля, вдалеке раздался крик. Неподалеку от одного из кораблей кто – то решил расправиться с моей недавней знакомой. Мое прекрасное нано – зрение, ориентированное на дальность, вывело картину нелицеприятную. Бомжихе досталось шокером. Первый заряд через лохмотья не прошел, она просто взвизгнула с испуга. А вот второй попал прямо в лицо, куда и целился мужчина.

Ноги сами понесли туда. Я мчался так быстро, что вскоре они стали ватными. А вы попробуйте недельку посидеть в каюте два на три метра с притяжением 0,3 g. При том что некоторые, экономя энергию, вообще ставят 0,1! Искусственная гравитация требует некоторых затрат. Это на крейсерах она стандартная, империя о боеспособности солдат своих заботится. А мы, пираты, рейдеры и прочее отрепье обходимся своими силами.