Всю ночь Ника не могла сомкнуть глаз — такое ошеломительное впечатление на нее произвел рассказ сестры о творившемся в городе кошмаре. Оставить все, как сказала Полина, — это было бы слишком сложно для Вероники, потому что нутро сыщика толкало в противоположную сторону. «Эх, вот бы знать все нюансы, все детали дела! Может, они на что-то не обратили внимания или упустили из виду. Я бы раскопала уже все давным-давно. И почему, почему я не следователь?» — рассуждала вслух Ника, а потом ее вдруг посетила одна идея.

— Полька, доброе утро! Спишь? — набрала Вероника номер телефона сестры, едва большая стрелка часов перевалила за цифру шесть.

— Ника, ты с ума сошла!? Чего в такую рань!? Что случилось!? — хриплым голосом ответила Полина.

— Собирайся. Едем с тобой сейчас же к маме. Мы, две взрослые дылды, не можем мать навестить. Позорище. Сидит там одна на даче, позабыта-позаброшена. Я где-то читала, что одну старушку так чуть кошки не съели, когда та померла в одиночестве.

— Тьфу на тебя, какую-то чушь несешь. Во-первых, наша мама — далеко не старушка, а во-вторых, там Николай Петрович за ней присматривает в оба глаза и вздыхает от неразделенной любви. Успокойся, Ника, какая муха тебя с утра укусила? Суббота, я могу выспаться, наконец-то?

— Ничего не хочу слышать. Я за тобой заеду через полчаса, будь готова! — сказала Вероника и отключила звонок.

На этот раз Ника примчалась без опозданий. Полина тоже была готова к поездке за город, потому что понимала, что от сестры ей в этом случае не отвертеться. Раз та что-то решила, да еще и преподнесла таким категорическим тоном, то неминуемо придется исполнять. Но Поля в этом случае не особенно и сопротивлялась, поскольку, действительно, давно не видела маму. Если бы не поехала в угоду собственным интересам — потом мучилась бы от чувства вины.

По пути сестры заехали в продуктовые магазины, набрали разных вкусностей и гостинцев, а также запас корма для четвероногих и хвостатых — все то, чему обязательно обрадуется мама и из чего потом приготовит свои кулинарные шедевры, возвращающие в одно мгновение в детство. К слову сказать, то самое детство у девочек было замечательным. Они всегда росли в достатке, даже в самые сложные времена, поскольку их дедушка — Александр Михайлович Лихолетов — был партийным работником, занимал высокий пост и по роду своей деятельности мог достать то, что простым людям в советское время удавалось находить с большим трудом. От него же в наследство дочери — Вере Александровне Лихолетовой — досталась и дача в одном из подмосковных поселков, которые сейчас принято называть «элитными», тогда они были не менее привлекательными для москвичей и тоже находились в разряде привилегий высшего общества.

О своем отце сестры знали совсем мало, ровным счетом ничего. От него осталась одна единственная фотокарточка, которую с трудом удалось отнять у мамы, когда она собиралась ее сжечь. На задней стороне цветного снимка карандашом написано «Ванек. Когда цвела липа». Чем заслужил отец такую немилость — этого сестры не знали, ни о чем не спрашивали, не хотели волновать мать. Одно только понимание того, что отчество и фамилия досталась девочкам от деда — говорит о многом. Значит просто вычеркнула отца из своей жизни и судьбы и не хочет о нем ничего слышать и знать. Тему эту ни раньше, ни сейчас никто не поднимал, но между собой сестры давно перешептывались о том, что неплохо было бы узнать о своих родственниках с той, другой, стороны.

Машина беззвучно подкатила к воротам дачи. Воздух здесь, за городом, был другим — чистым, насыщенным, здесь и весна ощущалась в полной мере, так ярко, как в далеком детстве или даже скорее в девичестве, в пору первой влюбленности. Ника выпрыгнула из своего внедорожника и раскинув руки в стороны начала кружиться на месте, радуясь нежным солнечным лучам, проскальзывающим сквозь кроны вековых деревьев.

— А между прочим, они старше нас, — кивнула Вероника головой на пушистые ветви.

— Да, здесь все старше нас.

— А как дышится, чувствуешь? Это тебе не тухлый московский смрад, состоящий из всевозможных газов. Нужно чаще выбираться на волю из урбанистической клетки. Хотя, и Москву я люблю тоже... Наверное, не смогу жить в глуши.

— Выгружай сумки, созерцательница, — поставила задачу Полина в привычной для нее манере.

— Умеешь ты смазать картину, — пробормотала Ника, открывая багажник.

Не успели сестры отворить калитку, как распахнулась дверь дома, и на пороге показалась мама. Цветущая, радостная, она бежала навстречу, будто не видела своих девочек несколько лет. Но ее восторженные эмоции в первую очередь были таковыми по той причине, что сестры приехали именно вместе, а не по-отдельности, как чаще всего бывает.

— Мои красавицы, мои кошечки, мои любимые девочки! Как же я рада вас видеть! Какое счастье, что вы приехали! И ведь даже не предупредили, я бы пирогов состряпала. Вы с ночевкой?

— Мамуль, ты что, уже нас провожаешь обратно? — засмеялась Ника.

— Да нет же, просто хочу побаловать вас чем-то вкусненьким. Знаю я, чем вы там питаетесь. Фастфудом всяким или еще хуже — ростками гречки и корешками какими-нибудь, — намекала мама на разное питание сестер.

— А что плохого в корешках и ростках? Между прочим, это полезно и очень вкусно, — возразила Вероника, подтверждая, что придерживается правильного питания. — Да, я не одобряю гамбургеры вместо полноценного обеда, что у Полины. Я вообще удивляюсь, как она фигуру смогла сохранить с таким-то рационом. Не иначе — ведьма.

— Никуля, ну что ты такое говоришь! Это просто у вас гены хорошие, посмотрите, какие вы у меня обе красавицы, да и я хороша тоже! — не переставала смеяться мама.

Это был тот редкий и спокойный выходной, который мог порадовать все женское семейство. К вечеру стол в гостиной ломился от разных угощений: здесь и жаркое, и любимые пироги по бабушкиному рецепту, и блинчики с грибами, салаты, — все, чего хватило бы на целую роту солдат и, как минимум, на неделю. В доме было тепло и уютно, но для полноты ощущений Веронике не хватало потрескивания дров в камине, и прошло уже полчаса с того момента, как она безуспешно пыталась его разжечь.

— Да, в такие мгновения я понимаю, что без мужчин в нашей жизни нельзя обойтись, — бубнила Ника, рассерженно щелкая зажигалкой. — Мам, что я делаю не так? Или у меня руки растут не из того места?

— Вот это вполне вероятно, — хмыкнула Полина.

— Никуша, понятия не имею, как разжечь эту штуковину, но знаю, кто нам в этом поможет. Сейчас позову на ужин Николая Петровича, он быстро нам тут все починит и поправит, — с задором в голосе ответила мама и побежала звонить соседу.

Николай Петрович Добренький жил через дом и полностью оправдывал свою фамилию. Они с Верой Лихолетовой были ровесниками и знали друг друга очень давно, потому как оба с самого детства часто проводили время на даче. Николай Петрович — полковник в отставке, интеллигентный, скромный мужчина, в разводе. За его плечами один неудачный брак, который исчерпал себя всего за два года, не оставив никаких приятных воспоминаний. Детей у него не было, зато была безответная любовь, которую он пронес через всю жизнь. Объектом обожания, конечно же, была Вера Александровна, которая и не отталкивала, и не принимала одновременно ухаживания Добренького. Он, кажется, уже смирился с этой ролью вечного жениха и в последние годы даже не предлагал Вере ничего, кроме собственной дружбы и помощи. Она же активно пользовалась поддержкой и считала его почти родственником, но никак не человеком, который мог бы сгодиться на роль мужа.

— Добрый вечер, девоньки! Как оно без мужского контроля? Совсем все плохо? — громким командным голосом военного отрапортовал Николай Петрович, входя в дом.

— Ох, дядя Коля, без вас никак не получается! — пожаловалась Вероника, позволяя порадоваться соседу и ощутить собственную значимость.

— Сейчас все наладим. А стол-то у вас какой богатый! Гостей ожидаете?

— А мы тут все гости, — засмеялась Полина, — сейчас будем пробовать то, что приготовили, согласны?

— Это я всегда за! Ваша мама иногда меня балует своими кулинарными шедеврами. Это такая вкуснятина, м-м-м!.. Я бы с удовольствием вашу маму в жены взял, но она, видимо, боится, что будет жить на кухне с моим аппетитом.

— Коля, брось свои шуточки, лучше скорее разжигай наш камин, девчонки истосковались по деревенской романтике, — резко оборвала Вера попытки Добренького заговорить о женитьбе.

Вера Александровна все старалась поднести к столу еще какую-нибудь тарелку, курсировала на кухню и обратно, а потом вдруг остановилась на пороге гостиной и на минуту застыла на одном месте. Она смотрела на суету, которая происходила у нее в доме, и не могла нарадоваться. Все самые близкие люди рядом, в камине уже разгорается огонь, стол ломится от яств, кошки, ее любимые кошки, разбрелись по своим углам и тихо наблюдают за происходящим, что может быть прекраснее?..

Вечер прошел в теплой, уютной атмосфере. Разговаривали на те темы, которые были удобными и приятными всем, не желая испортить острыми углами кому-нибудь настроение, и этот принцип сработал. Душевные посиделки закончились в полночь. Сестры избавили маму от разбора последствий праздничного стола и проводили отдыхать, а сами отправились на кухню и дружно начали мыть посуду, к которой обе испытывали лютую ненависть и непреодолимое желание расквитаться побыстрее и забыть о ней.

— Полин, как давно ты расслаблялась и забывала о своей работе? Сегодня настоящий праздник, согласись?

— Да, праздник без повода. Даже подумать не могла, что именно так проведу эти выходные. Спасибо тебе, Ника, что вытащила меня. Думаю, надолго у себя дома я бы не задержалась сегодня, обязательно вызвали бы в отдел, а тут, наконец, хоть какая-то весомая отговорка.

— Получается, что в каждый твой законный выходной тебя незаконно эксплуатируют?

— Не преувеличивай. Я по доброй воле выхожу, потому что понимаю, что за меня никто не сделает мою работу. Сейчас у меня и подавно нет свободного времени, столько сил уже потратила на расследование этого дела, что, кажется, морально уже выдохлась.

— А давай-ка я и завтра тебя отвлеку от твоих забот и тревог, как ты на это смотришь? Устроим с тобой воскресный девичник?

— Чего? Какой девичник? Ты что задумала? — с недоверием посмотрела Полина на Веронику.

— Я хочу нам всем, включая, прежде всего, маму, устроить день релакса и отдыха. В меню: шопинг, салон красоты и ресторан. У меня есть деньги, я могу себе позволить развлечь дорогих мне людей?

— Ну, можешь, конечно, но...

— Никаких но. Пусть завтра тоже будет незабываемый день, я так хочу.

Вероника, конечно же, хотела сделать приятный сюрприз маме и сестре, но это вовсе не являлось ее основной целью. Все, что она затеяла, таилось гораздо глубже чем просто семейное времяпрепровождение, и никто не подозревал о ее планах, включая Полину, которая вскоре должна была очутиться в самой гуще предполагаемых событий.

Утро началось для сестер с приятной неги в постели. Мама уже колдовала на кухне, стараясь не шуметь. Слышно было только мяуканье кошек, которых сводил с ума запах готовящейся еды.

— Мои кошечки, мои любимые, просыпайтесь, завтрак на столе, — заглянула в комнату мама и пропела свое приглашение.

— Доброе утро, мамуль. Да, нам стоит подкрепиться перед поездкой, — огорошила маму Ника.

— Какой поездкой? — вопрошала Вера не только голосом, но и округлившимися глазами.

— Объявляю сегодняшний день — днем удовольствий! — все подробности расскажу за столом.

Вероника и Полина, как в детстве, наперегонки побежали в ванную комнату, попутно толкая друг друга и наступая на тапки.

— Только посмей спрятать туалетную бумагу! — колотила кулаками в дверь Полина.

— Годы идут, а ничего не меняется, — сказала мимо прошедшая мама и улыбнулась.

А годы шли, и дети давно выросли и изменились, но так хотелось вернуться в то, далекое время, хотя бы просто изобразить сценку из того уютного мирка, в котором было столько чудесного. «Секретики» под стеклышками в песке; какой-то свой придуманный язык с зашифрованными буквами, а потом письма с абракадаброй друг другу в почтовом ящике; самодельные брызгалки из шприцев, украденных из домашней аптечки — все это были «приветики» из далекого детства, милые воспоминания.

— Итак, что за день удовольствий? — любопытствовала Вера за столом, явно не понимая, о чем речь.

— Ах, да... После завтрака, дамы, мы с вами отправляемся в удивительное и увлекательное путешествие. В мир девичьих наслаждений, и никто нам не сможет помешать. Просто доверьтесь мне, и вы получите несказанное удовольствие, — заманчиво декламировала Вероника.

— Ух ты! Звучит, как из рекламы шампуня, — засмеялась Полина.

— Правда, Ника! А можно подробнее?

— Мам, нельзя подробнее, это сюрприз.

— Хорошо, так и быть, — послушно подчинилась мама.

Вероника была в прекрасном расположении духа и намеревалась сегодня спустить все деньги с банковской карточки, коих на ней было немало. Первым пунктом остановки оказался огромный торговый центр, в котором она настоятельно рекомендовала выбрать сестре и маме все, что им захочется, а сама отправилась в бутик вечерних платьев, где провела не менее часа, чтобы выбрать то, что, по ее мнению, сделает сюрприз более эффектным.

— Ника, ты где пропадаешь? Мы уже измучились в этих лабиринтах одежды, — нервно встретила сестру Полина в одном из залов.

— А что такое? Разве вы еще не на примерке?

— Мы уже все нашли, что хотели.

— Дай-ка взгляну, что вы там себе подобрали?.. Нет, ну вы посмотрите, у одной — футболка с подростковым принтом, а у второй — пижамка. Как же так?! Здесь ведь столько всего, глаза разбегаются! Я же сказала, чтобы ни в чем себе не отказывали!

— У меня все есть, мне большего и не надо. И на этом спасибо! — объяснила Полина свой выбор.

— Да, дочь, правда, куда мне эти наряды носить? Я и из дома-то не выхожу почти.

Вероника лишь сделала взмах рукой, показывая, что сегодня руководить процессом будет она, а уже через полчаса они все ходили по длинным коридорам с огромными бумажными пакетами всевозможных брендов. В этом была вся Ника: она одним взглядом могла выбрать потрясающий образ, так, что детали одежды идеально подходили друг другу. Примеряя один наряд за другим, и сестра, и мама, уже более не сопротивлялись и послушно подчинялись указаниям Вероники. Им нравилось то, как замечательно они преображались с помощью разнообразных вещей. Отражение в зеркале радовало, что для любой женщины очень и очень важно.

— Ника, а теперь куда? — растерянно спросила мама, когда сделали общий вывод, что покупок уже достаточно.

— А теперь нам нужно отдохнуть после утомительного шопинга, поэтому отправляемся с вами в центр красоты, это невероятное место. Там из нас сделают цариц.

— Вот это да! Что, и массаж будет?

— А как же, все организуют наилучшим образом.

— Я мечтаю о массаже, — вздохнула Вера.

Вероника видела, какой счастливой была мама, и это не могло не радовать. Полина тоже воодушевилась и с удовольствием пошла на СПА-процедуры. Обертывания, маски, ванночки с добавлением солей, массаж с аромамаслами, парафинотерапия и прочие терапии произвели невообразимое впечатление на Веру и Полину, которые до этого момента ограничивались посещением парикмахерской в соседнем дворе. Посвежевшие, помолодевшие они пили кофе и ждали, что же еще для них придумает Ника, ведь она явно не планировала останавливаться на достигнутом.

— А сейчас нас ждут визажисты и парикмахеры. Готовы к переменам? Доверьтесь мне и лучшим мастерам. Я хочу, чтобы вы не видели процесс, не смотрелись в зеркало и в самом конце, когда прическа и мейкап будут готовы, надели вот эти платья, — Вероника указала на вешалку и три чехла для одежды.

— Мне страшно, а вдруг не понравится? Как я на работу приду в таком виде? Да меня все следаки и опера засмеют.

— Не робей, Полина, даже я соглашаюсь на эту авантюру, — вошла в кураж мама.

— Да уж!.. Мама рискует, а дочь тормозит. Полин, расслабься, лучше взгляни, какие мне ногти красивые сделали! Маникюр — отпад. Я попросила украсить мизинчик стразом в цвет моего вечернего платья. Взгляни! Вот и открылся секрет моего образа, я буду в красном!

Результат преображения Вероника решила снять на видео, таким уж невероятно смелым и необычным для всех был этот сюрприз. Первой себя увидела Вера. Она обомлела от собственной красоты и едва не стерла весь макияж, прослезившись от своего восхитительного отражения в зеркале. Бледно-розовое платье ниже колена удивительным образом подчеркивало ее силуэт и превращало в элегантную стройную женщину, возраст которой определить было весьма сложно.

Полина предстала в коротком черном платье, оголяющем плечи. Все достоинства, которые Поля так усиленно прятала под безразмерными футболками и балахонами — дома и под стандартной формой офицера Следственного комитета — на работе, в один миг открылись. Пышная грудь, четко очерченная линия бедер — все это казалось чем-то новым даже для самой Полины, такой себя раньше она еще не видела.

Вероника выбрала для себя красное платье, которое ей тоже невероятно шло, и в котором она себя чувствовала очень уверенно, как и подобает роковой красотке, умеющей сразить наповал любого мужчину.

— А теперь, девочки, мы с вами отужинаем в лучшем ресторане города, не прятать же такую красоту?!

— Ника, мне кажется, что я совсем раздета, — прошептала Полина, непроизвольно прикрывая рукой зону декольте.

— Я все предусмотрела. В машине у меня для тебя есть меховое манто. Как же я такую скромнягу могу поставить в неловкое положение. Но знай, ты сногсшибательно выглядишь в этом платье. Не прячь свои достоинства.

— Вероника, у меня нет слов, меня переполняют эмоции, я о таком и мечтать не могла, — радостно щебетала мама. Это, пожалуй, лучшая мотивация, чтобы жить дальше и дышать полной грудью.

— Вот и отлично, я рада, что мой сюрприз удался! В ресторан!

Трио из красоток покорило всех посетителей ресторана. Семейство Лихолетовых разместилось за центральным столиком и притягивало внимание абсолютно всех гостей заведения. И Ника, и Полина, и Вера чувствовали себя на высоте, от них веяло уверенностью, невульгарной раскованностью. Они мило щебетали о своих девичьих делах, как вдруг к столику подошли сразу два официанта. У них в руках были три потрясающих букета роз.

— Велено вручить вам, дамы, — промолвил один из парнишек и отдал букет белых роз Вере.

— А это вам и вам, — преподнес букет нежных розовых роз второй официант Полине и букет из алых роз — Веронике.

— О Боже, какая красота! Просто потрясающе! — защебетала от восторга Вера.

— Они прекрасны, — вдохнула аромат Полина. — Кажется, я знаю, чьих рук это дело.

— Чьих? — искренне любопытствовала Вера.

— Будьте добры, унесите, пожалуйста, букеты до окончания ужина, — попросила Вероника официантов, будто бы и не слышала, что у сестры есть версия насчет внезапного появления цветов, а после того, как официанты удалились, Ника испепеляющим взглядом посмотрела на Полину. — Букеты от тайных поклонников.

— От каких? — искренне не понимала мама, что происходит.

— Ника, не вводи маму в заблуждение. Мамуль, это все проделки Вероники, она сегодня решила удивить нас по максимуму. Но мне кажется, что дамочки в этом зале уже нас тихо ненавидят и запрещают своим спутникам смотреть в нашу сторону. Как бы выбраться отсюда после ужина подобру-поздорову?..

— Полин, не обязательно было объяснять происхождение цветов. Главное, что они подарены с душой и с любовью. А от тайных поклонников одни проблемы могут нарисоваться после таких сюрпризов. Так что признаюсь, это я нам заказала цветы, — прошептала Вероника.

Вечер был насыщенным, ярким и потрясающим. Даже Полина, которая изначально скептически отнеслась к затее Вероники, поняла, насколько важно выходить из зоны комфорта и из рутины будней, а самое главное, она радовалась, глядя на свою счастливую маму. Столько эмоций сразу они испытывали очень давно, а если вспомнить детальнее, то всего дважды: когда готовились к выпускному балу в школе и вручению дипломов в университете. Сегодня все было на высоте, а в завершении вечера случился еще один незапланированный сюрприз для мамы. На нее обратил внимание мужчина ее возраста и пригласил на медленный танец. Вера сначала засмущалась, даже зарделась пунцовым румянцем, но потом все же согласилась, оставив своих девчонок наедине.

— Полин, хотела тебе предложить кое-что, но никак не решусь, — начала издалека Ника.

Полина резко перевела взгляд с танцующей мамы на сестру и замерла в ожидании.

— Говори.

— Как ты смотришь на то, чтобы сейчас отвезти маму домой и отправиться в ночной клуб... в тот самый ночной клуб, где пропадают люди? — нерешительно произнесла Ника и уставилась, не моргая, на сестру.

— Я же тебя просила не лезть в это дело! И что ж тебе на месте ровно не сидится?

— Полин, ну что тебе стоит? Мы просто съездим посмотреть, и все. Кстати, я и так хотела бы развеяться: потанцевать, выпить какой-нибудь коктейль. Неужели тебе не интересно, что происходит в том самом заклятом месте ночью? Я за вчерашний вечер исчесалась вся от любопытства, а ты, хладнокровная, даже не была там сама ни разу за все время! Ведь полгода уже все продолжается!

В какое-то мгновение Ника заметила едва уловимое сомнение в глазах Полины. Было такое ощущение, что она смогла до нее достучаться и надавить на болевую точку, и та замешкалась с предполагаемым категорически отрицательным ответом. В этот миг Ника продолжила свою «терапию».

— Мы всего одним глазком! Осмотрим место, публику, может, заметим что-то странное, это же очень важно. Да и сами попутно отдохнем. Посмотри на нас, мы уже готовы зажигать!

— Ладно, уговорила, давай съездим. Только я тебе дам установку, которой ты должна будешь неукоснительно следовать, хорошо?

— Да, конечно, давай, я слушаю, — приосанилась Ника.

— Как только я или ты столкнемся с тем, что может создать нам хотя бы маленький намек на опасность, мы тут же должны будем покинуть клуб. Никаких приключений! Я не при исполнении, у меня нет опергруппы под боком, это может закончиться плачевно для нас обеих, понимаешь? С таким декольте и длиной платья мне вряд ли удастся применить даже один из тех немногочисленных приемов карате, которыми я владею, а больше защитить нас некому.

— Я согласна. В таком случае сразу сматываемся, поняла тебя, — охотно согласилась Ника, внутри уже празднуя победу.