Шотландия 861 год

Огромный мужчина слез с девушки и поправил килт. Девица капризно надула губки.

- Мой лорд, ты позволишь мне остаться?

- После того, что ты тут только что вытворяла, я буду глупцом, если не разрешу. Но учти, Юна, командовать ты тут не будешь. Я твой нрав вижу, замечу, что опять возьмешься за козни – изгоню, как и Маркас.

- Ну что ты, мой повелитель. Я буду ласковой и горячей, ты не пожалеешь.

- Ладно, посмотрим. Иди к себе! Вечером еще встретимся.

Юна была недовольна, но постаралась это скрыть и, быстро накинув платье на голое тело, шмыгнула за дверь спальни. 

Воин встал во весь свой могучий рост и потянулся, рыча, как медведь. Ох, и хороша эта девка! Горяча сверх меры. Никогда у него еще не было такой жадной до ласк любовницы. Крейг довольно осклабился, выпил кубок браги за один глоток и, крякнув, решил выйти во двор, проследить за отстройкой крыла замка. 

Едва выйдя на порог, столкнулся с невысокой и тощей фигурой, одетой в тряпье.

- Ведьма?! Опять ты? Я ж тебе дал землю и дом, как договаривались. Чего пришла? 

Это была та самая женщина, которая помогла вылечить его лучшего друга и побратима, Маркаса. Ведьма владела настолько сильной магией, что смогла с помощью обряда и артефакта отправить его раненого друга в будущее, где тот не только выздоровел, но и нашел себе жену. Не иначе, как Боги помогают ведьме, одарив такой силой!

Старуха с ненормальной для нее скоростью метнулась к воину, повесив на его шею медальон. 

- Любовь – словно мост через вечность.

Это были последние слова, которые Крейг услышал, прежде, чем все в глазах потемнело, а потом он рухнул на землю всем весом своего могучего тела. 

Шотландия, наше время.

Прохладное раннее утро, август. Лето с его аномальной для этих мест жарой, подходит к концу. По утрам и вечерам прохладный воздух с гор заставляет местных жителей кутаться в пледы и заваривать горячий чай, недовольно бурча под нос. 

С чего меня сегодня подняло так рано – не понятно. Первый день отпуска, можно спать хоть до обеда, но нет же, проснулась. Какое-то время поворочалась, надеясь, что сон вернется, но, увы. Желудок жалобно завыл. Это вообще любимое его дело последние две недели, с тех пор, как я села на низкокалорийную диету. 

Вот врут, что тяжело переходить на урезанный рацион только первые пять-семь дней! Четырнадцать дней прошло! Но румяная курочка гриль все также вызывает у меня почти сексуальное томление!  По ночам мне снится бутерброд с ветчиной и майонезом, а хрустящая картошечка фри виновата в том, что по утрам угол моей подушки выглядит каким-то пожеванным и слюнявым. 

С тяжким вздохом слезла с кровати и пошла в душ. Быстро завершив водные процедуры и застелив кровать, одетая в легкий сарафан, отправилась на кухню. С недавних времен эта комната навивает на меня грусть-тоску. Вместо запаха сдобы и шашлычка в ней витает дух обреченности и зелени. Открыв холодильник, достала ненавистное куриное филе и овощи. Очистив морковку, откусила от нее кусок и остервенело сгрызла. 

Печально разглядывая филе, задумалась. Как бы его так приготовить, чтобы оно не вызывало желания зарыдать и поехать в супермаркет за чипсами? И тут у меня в голове неоном вспыхнуло слово «кабачок». Да! Это будет даже съедобно! 

Воодушевленная мыслью приготовить на обед что-то, от чего меня не будет воротить, накинула теплую кофту и вышла в гостиную. Мельком мазнула взглядом по своему отражению в зеркале, отчего настроение упало на несколько градусов. Вот, блин! Две недели истязаю себя голодом, а толку? Только щеки меньше стали! Откусила морковь и вышла на улицу.

Во дворе жалобно блеяла коза, доставшаяся мне от подруги в наследство вместе с домом. 

- Не страдай! Сейчас перекушу и подою тебя, подождешь!

Беру корзинку для овощей. Пожалуй, сорву еще парочку томатов, если они еще есть и перец. Обошла дом, мыслями опять возвращаясь к своей фигуре. Откусила очередной кусок моркови едва ли не со слезами. Что там говорят о пользе аутотренинга?

 - Лили, представь себе четырнадцатый размер одежды (наш 54), вместо твоего шестнадцатого. Он же стоит того, чтобы поесть немного морковки? Или не стоит? Кто вообще придумал эту моду на тощих девиц?!! Гадство! Ничего, сейчас сорвешь кабачок. Это куда вкуснее моркови. Крепись, девочка! Ты ведь хочешь выйти замуж за Кевина?

Приободряя себя таким образом, зашла за угол дома, открыла невысокую калитку, зашла на огород и офигела. 

Прямо передо мной, среди морковки и томатов, огурцов и капусты, некрасиво выпятив зад навстречу летнему солнцу, лежал огромный мужик. 

Морковка вывалилась из рук.

- Ни фига себе тут кабачок поспел!

Обошла мужика по кругу, чтобы убедиться, что тот уже созрел и пора его выдергивать. Судя по объемам тушки, «кабачок» уродился на славу. Огромные ручищи передавили не один рядок поздних томатов, а ступни сорок четвертого размера, не меньше, взбили в пюре несколько баклажанов. Н-дааа, таких огромных вредителей на своем огороде я еще не находила. 

Вроде дышит. Значит, живой. Лица не видно, мужик встрял ним в землю. Зато отлично видно и широченную загорелую спину с выпуклыми, красивыми мышцами человека, привычного к физическому труду, и бледную кожу весьма упругой задницы, торчащую навстречу солнцу, как патиссоны в огороде соседа, почтенного мистера МакНаба. И кое-что интересное, чисто мужское. Чем этого мужика в детстве кормили, что все выросло таким…ммм… выдающимся? 

Ладненько. Полюбовалась и хватит. Пора этого «кабачка» вытаскивать с насиженного, или лучше сказать, налёженного места. Подошла поближе. Оглянулась в поисках какой-нибудь подходящей палки, чтобы ткнуть этот овощ, глядишь, сам выскочит. Увы, ничего подходящего нет. И что делать? Не хотелось бы, чтобы кто-нибудь тут застукал меня, воспитателя детского сада, рядом с абсолютно голым и незнакомым мужиком. Разговоров потом будет – не отмоешься. Хватит того, что о нас с Кевином вечно что-то судачат. 

Немного подумав, отважилась на весьма рискованный шаг. Рассмотрев свои кроксы, решила, что они все-таки грязноваты для того, что я придумала, поэтому вытянув из обуви свою ножку со свежим педикюром, аккуратненько тыкаю в … зад лежащего овоща. 

- Эй, мистер? – сказала негромко, но и не шепотом. – Солнышко встало, и вам пора вставать!

Никакой реакции. Тогда я чуть смелее толкнула пальчиками ног торчащий среди овощей зад. Один-два-три. Безответно. Уже положила всю ступню на не загорелые ягодицы любителя подрыхнуть на чужих огородах. Пихаю. И снова раз-два-три. В ответ мне раздается густой и заливистый… храп! Мужик что, принял мои попытки его разбудить за укачивание и пожелание спокойной ночи?!

- Эй! Мистер!! Пора вставать! – уже теряя терпение, довольно громко говорю надоедливому вредителю баклажанов. 

И в ту же секунду мою ступню хватает крепкая мужская ладонь. Рывок. И я лежу на томатах, одним движением превратив этот замечательный овощ в сок своей спиной. От неожиданности у меня сбилось дыхание, я могла только хватать ртом воздух, не в силах ничего сказать. А подобное со мной редко бывает: чтобы я не знала, что сказать. А дальше – больше. Нагло и бесцеремонно, мужик подмял меня под себя, прижавшись лицом к груди, и сообщил низким, рокочущим голосом:

- Юна, детка, ты так хорошо сегодня пахнешь. Давай быстро, как ты умеешь, а потом принеси мне эля, а то что-то мне нехорошо.

Мужик поворачивается набок, додавив бедром остатки баклажан и пихает моя голову вниз. Надо быть совсем неопытной, чтобы не понять, чего он от меня хочет. Только я не Юна! А потому нечего тут всяким «кабачкам» пихать мне свои хвостики! Я вообще… морковку люблю! 

А потому, пользуясь случаем, что мужик расслаблен и не ждет подвоха, бью коленкой по его корнеплодам. Сильно и с удовольствием! Заодно заорав на ультразвуке ему прямо в ухо:

- Маньяк! Насильник! Отпусти!

Предполагалось, что я отскочу от мужика, пока он будет держаться за свое хозяйство. Но, увы. Спортсменка из меня никакая, а потому, когда я почти поднялась, чтобы бодренько сбежать, мужик, очумевший от моей свето и шумовой атаки, придал мне экстренного ускорения, хорошенько пихнув рукой под зад. 

Пробежав по инерции несколько шагов, я поскользнулась на очередном раздавленном томате и с размаху вгрузла лицом в хорошо удобренную землю, застыв в точно такой же позе, в какой нашла мужика на своем огороде. Причем, ветерок бесстыдно задрал подол домашнего сарафана, явив белому свету мои весьма объемные ягодицы. К счастью, на этом моменте у меня почему-то потемнело в глазах, и я вырубилась.

Пришла в себя быстро. Надеюсь. Потому что, будь я в обмороке подольше, все могло бы закончиться еще веселее. А так я очнулась от ощущения мозолистых мужских ладоней на своем теле. Одна наглая пятерня мяла мою свежевыглаженную грудь, а другая – проверяла, не отросли ли волоски на интересных местах после эпиляции. 

Морщась и охая от головной боли, резко и с оттяжечкой ударила по обеим мужским рукам. В ответ раздалось какое-то ругательство, но зато никто никуда больше не лезет. Открыла глаза. На меня смотрел, нахмурив брови, мужик. Надеюсь, этот тот же, что и утром. Лица же я рассмотреть не успела, в отличие от ягодиц. А то обхохочешься, если у меня тут разные голые мужчины будут дефилировать. 

- Ты ведьма? – спрашивает «кабачок».

Н-да…, похоже, не зря я его так назвала, интеллект у мужчины и выше названного овоща, на одном уровне. 

- Конечно! – подтверждаю, надеясь, что мужик со страху сбежит. 

- Я так и думал. У нормальных женщин там, внизу, растут волосы – сообщает он мне новость. 

- А у меня выпали. Это признак очень злой и крайне ядовитой ведьмы!

«Мааамочки, мужик, ты уже задерживаешься! Пора подскакивать и убегать, виляя голым задом». 

- Раз ты ведьма, то должна знать, где я! – говорит этот эрудит месяца.

- У меня дома!

- Это я уже понял. Местность какая?

- Данкелл. Шотландия. 

- Не знаю такого поселка.

- Вообще-то это не поселок, а маленький городок. 

- Городок? – смотрит на меня, а в глазах «система дала сбой, срочно переустановите Винду». 

- Угум. Слушай, может, ты уже слезешь с меня? Неудобно, знаешь ли. Ты толстый, а потому тяжелый.

Вру, конечно, все, что я успела рассмотреть у данного экземпляра, было мышечным и рельефным, крайне здоровым и аппетитным, но признаваться в этом я не намерена даже под страхом быть раздавленной. 

«Кабачок» тут же с меня скатился и обиженным тоном заявил:

- И ничего я не толстый. Мужчина должен быть в теле. 

Ожидала, что он сейчас пройдется и по поводу моих весьма объемных бедер, но тут мужик удивил:

- А женщина должна быть аппетитной, как ты.

И пользуясь тем, что я от неожиданности открыла рот, быстренько залез пятерней в декольте. И лицо такое довольное, словно голодного накормили, даже жалко стало бить его.

- Эй, уважаемый! – пытаясь выпихнуть его ладонь, услышала характерный треск ткани. – Руки убери! Не твое – не трогай!

Треск усилился. Блин! Он сейчас мне сарафан порвет! Выпихнув захватническую руку, поднялась во весь рост. 

- Так! Раз мы уже прояснили местонахождение, то попрошу освободить мой огород от своей нудистской фигуры. 

Пальчиком показала ему на выход. А! Надо еще ножку красиво поставить. Блин! Вляпалась в помидор. Но строгую мину не меняю, пусть знает незваный гость, что ему пора уходить. Нетерпеливо постукивая пальцами «томатной» ноги и с противным чавканьем разбрызгивая вокруг сок, хмуро ждала, когда у мужика проснется совесть, и он удалится.

Но откуда совесть у «кабачка»?

- Ведьмааа, – лениво улыбается мужик, разлегшись на овощах, закинул руку за голову, - я же знаю ваши повадки. Мне нужна услуга и я готов удовлетворить твои желания, в обмен на нее. 

Это он мне сейчас натуру предлагает? Внимательно присмотрелась. Таки да! Только сейчас рассмотрела довольную физиономию мужика. Ну что сказать? Она под стать красивому телу. Не смазливые черты, как у мальчиков в журналах, а истинно мужская красота, немного резкая.  Твердая линия подбородка, прямой нос и высокий лоб, острый взгляд стальных глаз. Сейчас в них горят лукавые огоньки, но морщинок в углах глаз нет, только между густых бровей. А значит, смеялся мужчина нечасто. Навскидку, ему лет тридцать – тридцать пять, не больше. 

Изучающе прошлась взглядом по щедро демонстрируемому мужскому телу. Высокий рост и широкие плечи, бугры мышц на руках, рельефная грудь и кубики пресса, внушительный и, кхм, боеготовый, «хвостик». Но даже не он привлек все мое внимание, хотя мужик явно на это рассчитывал. А большое количество всевозможных шрамов на теле незваного гостя. Какие-то совсем маленькие, бледные, а какие-то и длинные, грубо зашитые, красные. Военный? Возможно… Это объясняет и внутреннюю силу, которая буквально сразу бросается в глаза, и внимательный, острый взгляд. Я такой взгляд уже видела прежде. У своего старшего брата – капитана военно-морских сил. Кто же ты, «кабачок»? Теперь мне еще меньше верится в твое “случайное” попадание ко мне в огород.

И тут, словно до этого не видела, обратила внимание на кожаный шнурок, обвивающий могучую шею мужика. Присела рядом и потянулась к его груди рукой, вызвав у мужчины довольную улыбку. Рано обрадовался, похабник, не для того я так сделала.  Потянула за шнурок, чтобы тот со спины весь лег на грудь. И пораженно замерла, увидев точно такую же, как у меня подвеску. Мое украшение досталось мне в подарок от подруги, Элизабет Мар, вместе с этим домом, козой и странного вида шкатулкой, внутри которой лежали разные мелочи и шнурок с подвеской. 

- Откуда он у тебя? – спросила на выдохе. 

- Что? – непонимающе переспрашивает сероглазый. 

- Этот медальон – слегка подергала за шнурок, чтобы обратить внимание на обсуждаемый предмет. 

Мужчина какое-то время, недоумевая, смотрит на подвеску, потом пожимает плечом.

- Первый раз вижу. Наверное, та ведьма на меня надела. Поэтому я проснулся тут и не узнаю эту местность. 

- У тебя вообще нормальных женщин не бывает? Только ведьмы? 

- Почему же, бывают. Но, говорят, с ведьмами интереснее – для усиления эффекта, мужик играет бровями и, уложив тяжелую ладонь на мою ягодицу, смачно ее сжимает, вызывая во мне противоречивые желания: двинуть ему коленкой, или же, воспользоваться щедрым предложением и взять натурой.

- А что за услуга тебе нужна? – спросила, отодвинувшись и встав во весь рост.

- Мне нужно знать в какой стороне находится замок лэрда МакДугалла? 

- Разрушенный замок? Зачем он тебе? – в моей голове уже несколько раз щелкнула нехорошая догадка, но я думала, что просто выдумала. Теперь же она снова засвербела в мозгах. 

- Ну почему разрушенный? Да, он не в лучшем виде, но рабочие уже приводят его в порядок – слегка обижено сказал мужчина, рождая во мне еще больше подозрений. 

Разрушенный замок – это наша местная достопримечательность, благодаря которой городок до сих пор не исчез с карты Шотландии. Тысячи туристов приезжают сюда, чтобы посмотреть на один из домов, сохранившихся лучше других, легендарного воина и известного повесы Крейга МакДугалла, прославившегося не только ратными подвигами, но и многочисленными постельными утехами. Наш местный экскурсовод рассказывал, что у лэрда было несколько любовниц, что-то типа гарема, которые часто сопровождали неуемного Крейга МакДугалла даже в военных походах, иначе могло так случиться, и часто случалось, что воин привозил еще девиц, захваченных во время сражений. Поговаривали, что к моменту трагической гибели лэрда, к тому времени уже военного советника короля Маркаса Первого, его личный гарем насчитывал более сотни женщин. Но точная цифра не известна, скорее всего, экскурсовод беззастенчиво врал доверчивым туристам, чтобы подстегнуть интерес и срубить побольше денег. 

Внимательно посмотрела на «кабачка». Мне сразу показалось знакомым его лицо, подумала, что возможно, видела где-то в окрестностях, теперь же, особенно после того, как разглядела медальон, идентичный моему, во мне родилась оооочень пугающая догадка. Но нужно ее подтвердить, а потому, искренне надеясь, что ошибаюсь, я задала следующий вопрос:

 - Ты до сих пор не представился, а, между прочим, перед тобой дама. Стало быть, с кем имею честь разговаривать?

- О, прекрасная дама, – начал паясничать по-прежнему лежащий среди раздавленных овощей мужчина, - простите, что я без поклона, не одет, как видите. Маркас Доннхайд, к вашим услугам.

И делает жест рукой на свой гордо стоящий отросток. Типа, пользуйся на здоровье. Чего я вообще до сих пор с ним разговариваю? Послать бы подальше и пойти в дом. Заодно вызвать констеблей, пусть они разбираются с этим придурком! Одно НО. Этот паяц лежит ГОЛЫМ на моем огороде! Наверняка это спровоцирует громкую ссору у нас с Кевином. А мне подобного совсем не хочется. В прошлый раз любимый ушел, и я его не видела три недели. А потом еще неделю заглаживала вину, позволив то, на что обычно не соглашалась. До сих пор вспоминаю с каким-то липким чувством. 

И потом, если мои подозрения не беспочвенны, то…

Врет огородное пугало, что он Маркас. Я знаю, как выглядит Доннхайд, даже разговаривала с ним и помогала Лиз вернуть горца в его родной век. Ладно, пока сделаю вид, что поверила, все равно правда вскроется. 

- Вот и отлично, мистер Доннхайд, рада знакомству. Я  - Лилиан Дорвуд. И да, я согласна на нашу сделку. Я покажу дорогу к замку, а ты – окажешь мне сугубо мужскую услугу. 

Оооо, надо видеть, какая пошлая улыбка расползлась на физиономии этого душителя и давителя всея баклажанов! Глаза масляно заблестели, осматривая меня со всех сторон, а руки опять потянулись в мою сторону. 

- Вставай! Не думаешь же ты, что я буду просить об услуге здесь, на огороде? Мы же не животные.

Одним резким и быстрым, как для такого крупного мужчины, движением, «кабачок» подскочил и, продолжая усмехаться, явно довольный жизнью, сделал шутливый поклон. 

- Прошу, прекрасная дама, проводи туда, где я смогу оказать услуги в полной мере.

- Следуй за мной – ответив, повернулась спиной, обула кроксы и пошла к дому. 

Мы зашли во двор, сделала знак, чтобы мужчина ждал меня тут. Пошла в сарай, возле которого все еще жалобно блеяла коза. Порывшись в тряпье, нашла штаны – серобурые и растянутые на коленях треники. Взяла топор и пошла назад. Дала оба предмета мужчине и сказала, улыбаясь на все тридцать два зуба:

- Надень штаны и наруби дров, чтобы заполнить вооон тот сарайчик – тыкнула пальчиком в указанном направлении. – Спасибо, что предложил свои услуги.

И развернулась спиной, старательно скрывая рвущийся наружу смех при виде его растерянной физиономии. 

- Подожди, ведьма – остановил меня мужчина, при этом слово «ведьма» прозвучало как ругательство.

Повернулась, скрывая улыбку, и изобразила на лице безмерное удивление. 

- Что это ты дала и зачем? – «кабачок» держал двумя пальцами обеих рук штаны и топор.

- Это одежда и орудие труда. Ты же предлагал свою помощь? Мне нужны дрова. Вечера становятся холодными. Сейчас нет ничего приятнее, чем зажечь камин и сидеть возле него с горячей чашкой чая. 

Мужчина двумя шагами сократил между нами расстояние до минимального, бросил вещи на землю и обхватил обеими руками меня за зад. Причем все это за долю секунды, я даже не успела понять, что произошло. Прижал меня к своему телу так тесно, что между нами и тоненький альбомный лист не просунуть, мне осталось только положить ладони на его голую грудь, пытаясь сохранить хоть какое-то личное пространство.  Пальцы мимо воли отметили, какая гладкая у мужчины кожа, какие твердые под ней мышцы. Не сдержавшись, я слегка, только кончиками пальцев, погладила его грудь, совсем капельку, честно!

И никак не была готова к, последовавшей за моим прикосновением, реакции. Мужчина подхватил меня под ягодицы и приподнял так, словно у меня не 16 размер одежды и рост в сто восемьдесят сантиметров, а жалкий метр и бараний вес в пятьдесят килограммов. Ахнув я, малость испугалась, а потому сцепила руки намертво, обхватив мужика за шею, вдруг он, не рассчитав свои силы, грохнет нас обоих наземь. Я, знаете ли, такие травмирующие фокусы не очень люблю! 

НО! Удивительное дело! «Кабачок» даже не пошатнулся под моими объемами! Более того, прижав меня к своим железным мышцам, он самым наглым образом подлез руками под сарафан и шершавыми ладонями с явным наслаждением мял мои ягодицы. Откровенно говоря, я даже слегка завелась. В сексуальном смысле. Наверное, еще не совсем отошла от падения на огороде. Иначе чем можно объяснить тот факт, что я люблю Кевина, но вот в данный момент времени едва сдерживаюсь, чтобы не оседлать совершенно незнакомого мне мужчину. Хоть и оооочень сексуального. 

К счастью, мозги перестают пылать в то же мгновение, как раздается треск моего белья, а в разгоряченные места начинает задувать ветерок. 

- Пусти! – пытались когда-нибудь отодвинуть от себя стену? 

Вот примерно такое же у меня было впечатление, что я пытаюсь сдвинуть огромный трехстворчатый шкаф с антресолью. 

- Ведьмааа – мужик зарылся лицом в мою грудь, зубами разрывая хлипкое декольте. 

Мамочки! Некогда не думала, что можно одновременно испытывать два таких противоположных чувства: желание сбежать и желание, чтобы мужчина не останавливался. 

- Не надо, пусти! 

Но кто там меня слушает? Меня приподняли, словно я вообще из бумаги сделана, и я поняла, что сейчас случится непоправимое, а потому просто заорала что есть силы:

- Отпусти меня сейчас же, олух! Прокляну тебя и весь твой род до десятого колена!

Неожиданно, но это подействовало! Меня сбросили на ноги с такой скоростью, что я едва не упала. Тяжело дыша, мы смотрели друг на друга, с одинаковым выражением лица: «это что сейчас было?» Из тумана непонятных чувств меня вывел телефонный звонок. Достав трубку из кармана кофты, я увидела, что звонит Кевин. 

Веселенький день у меня намечается.