Шотландское королевство, 860 г. н.э

— Что тут  происходит? — огромный мужчина врывается в шатер и тут же закрывает нос ладонью. Но это не очень помогает не чувствовать запах. Он хватает за грудки тощего мужичонку, судя по одежде, лекаря.

— Что за запах?

Не дожидаясь ответа, швыряет тощего через весь шатер, как ненужное тряпье. И подходит к сколоченному наспех столу, где на грязной тряпке лежит человек.

— Почему Маркас до сих пор без сознания? — он уже почти рычит на лекаря, ощущение, что сейчас просто убьет того.

— Я… не знаю. Мы все сделали, что могли. Он уже давно должен был очнуться, но, видимо, вражеский меч был отравлен ядом, — быстро и  заискивающе говорит тощий, нервно шевеля пальцами.

Мужчина тяжелым взглядом смотрит на лежащего друга. Маркас выглядит плохо, гораздо хуже, чем вчера. Видно, что у него жар, глаза ввалились, губы потрескались до крови. Смачно выругавшись, мужчина, вдруг, кричит:

— Ведьма! Пропустите сюда ведьму!

В то же мгновение, в шатер входит сгорбленная фигура, одетая в непонятные лохмотья.

— Слушай сюда, ведьма, — говорит мужчина, грозно над ней нависая. — Если спасёшь моего друга, отдам тебе участок земли возле реки и издам указ, чтобы никто не смел тебя беспокоить. Если же он умрет, ты будешь молить меня о смерти, но очень долго ее не дождешься! Попомни мои слова!

— Не серчай, воин. Все сделаю, — совершенно спокойно отвечает та, кого он назвал ведьмой.

Неспешно подходит она к лежащему мужчине, приподнимает тряпку, которой тот укрыт, презрительно фыркает. Осматривает голову, заметив в волосах сгустки крови. Удовлетворенно выдыхает.

Все это время за ней настороженно следит воин, готовый в любую секунду вмешаться. Он видит, как ведьма снимает со своей шеи медальон и надевает на Маркаса. Потом достает откуда-то из-за пояса маленький нож. На этом моменте мужчина крепче сжимает руку на эфесе меча, но сдерживается, наблюдая за дальнейшими действиями ведьмы. А та, полоснув ножом по ладони, макает в свою кровь палец и чертит какие-то символы на лбу лежащего, одновременно с этим что-то нашептывая.

На долю секунды воину кажется, что рисунки вспыхивают красным цветом, но, скорее всего, ему просто показалось в неверном свете факелов. В следующий момент все тело Маркаса вспыхивает красным, затем хлопок и вонючий туман закрывает от его глаз лежащего мужчину и ведьму, разъедая глаза.

Выхватив меч, воин делает рывок к столу, но там никого нет.... Только куча тряпья на том месте, где только что лежал его названый брат.

— Ведьма! — в злобе он хватает женщину за грудки, приставляет меч к шее.

— Не горячись, воин, — все так же спокойна ведьма. — Твой друг гнил заживо, ему нужна помощь, которую мы дать не можем. Я отправила его туда, где лекари получше наших. Он вернется, нужно только подождать. Я никуда не ухожу, убить меня ты всегда успеешь.

И она абсолютно бесстрашно уставилась в разъяренное лицо мужчины. А тот опешил, потому что на какое-то мгновение с лица старухи на него глянули древние и мудрые глаза Богини Бейры.

Шотландия, наше время.

Я бегу по полю. На мне длинное платье, оно путается в высокой траве, цепляется за вереск. С распущенными волосами играет легкий ветер, а заходящее солнце согревает кожу. Смеюсь, но сердце взволнованно стучит, а адреналин в крови заставляет всё чувствовать ярче. 

Нет, не бегу, а убегаю, полная радостного предвкушения и азарта. Кто-то гонится за мной. Это мужчина. Я слышу, как хрустят сухие стебли под его ногами и шуршит земля. Бегу быстрее, хочу спрятаться в небольшой лесок, скрыться. Но преследователь все ближе, я слышу его дыхание.

Делаю резкий поворот, в надежде укрыться среди деревьев и уже довольно выдыхаю, радуюсь, что получилось, когда со всего размаха врезаюсь во что-то твердое. Меня тут же подхватывают сильные руки, разворачивают, прижимают грудью к теплой коре дерева.

— Попалась!

Всего одно слово, сказанное почти шепотом мне в ухо, заставляет встать дыбом все мелкие волоски на теле, посылает разряд электрического тока по позвоночнику вниз. Не сдержавшись, я вскрикиваю и с удивлением слышу, не столько испуг в своем голосе, сколько томление и… страсть?

Его горячее дыхание опаляет мою шею, а затем губы выжигают клеймо на нежной коже, чуть ниже мочки уха. Я непроизвольно прогибаю спину, теснее прижимаюсь к нему, чувствую ягодицами его возбуждение, и от этого загораюсь сама. Губы мужчины спускаются ниже, к тому месту, где шея соединяется с плечом. Здесь он останавливается и легонько прикусывает кожу. Откуда он знает все мои слабые места?

Большими ладонями он накрывает мою грудь, только слегка задевает пальцами торчащие соски и медленно поглаживает. Словно некуда спешить, словно вся жизнь у нас впереди. А я изнываю от желания и хочу большего…

— Только попроси, — говорит он, зажимает между пальцев  мой сосок и прокручивая его, заставляет трепетать всем телом.

— Скажи это! — он настойчиво прижимается ко мне, даёт почувствовать, что возбужден и жаждет меня не меньше, чем я его.

И я… просыпаюсь.

Ого!

Ничего себе приснилось. Думала, что уже вышла из возраста эротических снов, тридцатник не за горами, а тут такое. И до чего ж реально, до сих пор истома в теле. 

Сладко потягиваюсь. Солнце ярко светит, пытается пробиться сквозь плотные шторы на окне. День обещает быть знойным. Лето в этом году, похоже, будет аномально жарким. Сейчас, в июне, стоит жара, больше подходящая для середины июля. Старожилы говорят, что давно не было такого лета.

Хорошее утреннее настроение немного портит головная боль. Так и знала, что не надо было вчера столько пить. Нужно позвонить Лили, узнать, как её самочувствие, она вчера выпивала вдвое больше меня. Эх, судьбинушка женская! Изначально планировали просто развеяться, посидеть, послушать музыку в местном маленьком пабе. И надо ж было начать разговоры о мужиках. У нас с подругой на данный момент неустроенная личная жизнь. Я давно разведена, а ей постоянно попадаются какие-то мудаки, с завидным упорством мешающие с грязью её мнение о себе.

И вот как раз вчера, после очередной порции горячительного, зашёл разговор о нашей непростой женской доле и о том, что мужики нынче обмельчали. Даже здесь, в маленьком шотландском городке, прежде славящимся настоящими горцами — несгибаемыми и волевыми мужчинами, сейчас — поди их поищи.

Впрочем, я здесь не за этим. Это место, где я планирую зализать раны и начать жизнь заново, без оглядки на мужчин. Сама по себе.

Ох, как же болит голова! Надо срочно вставать, позавтракать чем-нибудь и выпить аспирин, а то это становится невыносимым.

Потягиваюсь в последний раз, широко развожу руки и не менее широко зеваю, до хруста в челюсти. И вдруг, моя ладонь во что-то упирается. На секунду у меня останавливается сердце, а потом резко начинает стучать, отзываясь шумом в ушах. Медленно поворачиваю голову и утыкаюсь взглядом в мужское плечо. 

Э-э-э??? Кто это???

Подскакиваю и отпрыгиваю подальше от кровати, не сводя глаз с незнакомца. Смотрю и не верю глазам. Что вообще происходит? Неужели я вчера так напилась, что притащила не пойми кого к себе в дом? От ужасной догадки мгновенно опускаю взгляд вниз и с облегчением выдыхаю. Фух, я одета, как обычно, в пижаму. Можно надеяться, что мы просто вырубились и… поспали. Но кто этот мужчина? Всматриваюсь в его лицо, пытаюсь вспомнить, видела ли я его прежде? И понимаю, что нет. Здесь, в этом городе, я его не встречала. О, Боже! Надеюсь, он тут проездом.

Мои судорожно мечущиеся мысли прерывает мужской стон. Я замираю, как олень перед фарами. Мамочки!

Бочком, бочком, по стеночке, медленно выползаю из спальни и бегом к телефону. Схватив трубку, прячусь в туалете и звоню Лили.

— Алло! — раздается знакомый сонный голос.

— Лили, это Лиз, — громко шепчу в трубку.

— О, Лиззи! Кажется, я умираю. Что мы вчера пили? По  сегодняшним ощущениям — ракетное топливо.

— К сожалению, после пятой рюмки со всеми новыми названиями, я запуталась. Лили, мне нужна твоя помощь. Напряги, пожалуйста, память и вспомни, как мы вчера добирались домой?

 — Сейчас, секундочку - в трубке что-то шелестит. - Выпью водички и смогу нормально разговаривать.

Терпеливо жду, пока подруга придет в чувство.

 —Так, ладно. Как добирались… А, точно! Вспомнила. Нас подвез твой сосед, мистер Макнаб на своем ржавом драндулете.

Хорошо, уже что-то. Но по-прежнему не понятно, откуда взялся в моей спальне мужчина.

 — Лили, следующий вопрос может показаться тебе странным, но я должна спросить. Мы возвращались втроем? В смысле ты, я и мой сосед? Больше с нами в машине никого не было?

Оглушающее молчание было мне ответом и, когда я уже подумала, что сейчас просто сойду с ума, подруга ответила:

 — Ээээммм… да, странноватый вопрос. Ты вообще в порядке? Ты же доктор. Может у тебя токсическое поражение мозга, вследствие отравления спиртным,  или как там еще это называется?

 — Пожалуйста, ответь - стараюсь говорить спокойно, но прекрасно слышу противные визгливые нотки приближающейся истерики в своем голосе.

 — Лиззи, что случилось?

Видимо, подруга начала понимать, что я неспроста завела этот разговор.

 — Просто ответь, на мой вопрос!

 — Насколько Я помню, нас было только трое - выделив “Я” голосом, ответила Лили.

 — Тогда я не понимаю. Лил, у меня в кровати лежит мужик. И я понятия не имеею, кто он и откуда там взялся.

После секундной тишины, мне в трубку несется просто лошадиное ржание.

 — Ну, блин, - сквозь смех смогла выдавить из себя подруга, - я думала, там что-то страшное. Он что, урод? Или старый? Боже, только не говори, что это твой сосед, почтенный мистер  МакНаб…

 — Что? Нет! С такой фантазией тебе не в детском саду работать, а романы писать. Я не успела его хорошо рассмотреть, но вроде, молодой.

 — Не хочу тебя пугать, но он хоть живой? Твой бывший - не подарок и несколько раз доказал, что хочет и может делать гадости. Это, конечно, крайности, но, если услышишь, как подъезжают наши полтора констебля с сиреной и мигалками - уходи огородами. А на допросе я уже что-нибудь совру.

И тут я слегка окосела. Похоже, токсическое поражение мозга все-таки случилось, но не у меня. А потом я поняла, в чем дело. Моя подруга обожает читать любовное фэнтези и мистические детективы, видимо опять мешает реальную жизнь и вымысел, фантазёрка. 

 — Лили, тебя опять понесло. Но на счет жив ли мужчина, это дельная мысль. Нужно проверить.

 — Потыкай его палкой - следует очередной перл от подруги.

 — А почему именно палкой? - пытаюсь уловить её логику, отработанную на мистических детективах.

 — Швабра тоже подойдет!

Поймала свой дикий взгляд в зеркале над раковиной. Волосы всклокочены, в глазах безмерное удивление, отчего брови грозят окончательно переместиться на затылок.

 — Ээммм…??

 — Это чтобы отпечатков твоих на трупе не было - выдает гениальную фразу подруга.

Все, бровей у меня больше нет, ушли. Теперь придется рисовать их карандашом.

 — Так мы ж еще не знаем, может, он живой? А ты его уже в трупы записала. И кстати, холодильник у меня занят, так, на всякий случай, говорю.

 — Только дураки прячут труп в холодильник, - успокаивает эта любительница фэнтези, - а мы его зароем… у соседа.

 — Все, я заканчиваю разговор, перезвоню - и я положила трубку. 

Тихо открыла дверь и выглянула в коридор, все-таки взяла с собой швабру, мало ли. Осторожно, крадучись, прошла в спальню. Резко выглянула из-за угла и опять спряталась. Сердце стучит просто в горле, руки дрожат из-за выброса адреналина.

Снова заглянула в спальню. Мужчина, как и до моего звонка Лили, все еще лежит в кровати. Судя по всему, он огромного роста, потому что его ноги упираются в изножье кровати. И немалых габаритов, остается открытым вопрос, как я могла его не заметить сразу, как проснулась? Это же почти слон!

Ладно, сейчас об этом не время, нужно собраться с духом и подойти к мужчине. Сделав глубокий вдох, я одновременно с этим шагнула к кровати. И замерла, рассматривая своего неожиданного гостя.

Крепкий, крупный. Его тело до самых плеч было укрыто покрывалом, которое я вчера, видимо, забыла нормально снять и сложить. Светлая кожа, русые с легкой рыжинкой длинные волосы, щетина. Всматриваясь более внимательно в незнакомое мне лицо, я сделала два вывода: первый - мужчина все-таки жив, второй - он явно болен.

Я отбросила швабру и подошла совсем близко, заметив признаки лихорадочного состояния у моего внезапного гостя: нездоровый румянец, учащенное, но неглубокое дыхание. Поборов нерешительность, взялась рукой за покрывало и резким рывком сорвала его с мужчины.

Н-да, а под покрывалом меня ждал сюрприз. Оказалось, что мой гость совершенно без одежды. Вот вообще. Я, конечно, не девственница, голых мужчин видела всяких, тем более, работая доктором. Но тут немного зарумянилась, потому что подобных экземпляров лицезрела только в кино, а уж пощупать даже не мечтала. Присела на край кровати, рассматривая доставшегося мне Аполлона.