Золотая Орда. Освобождение

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Апрель, 2007 год, Центральная Россия.

Камила.

Я услышала оглушающий, разрывающий тишину предродовой палаты на осколки, крик. Дернувшись, я поняла – это кричу я. Тело, горящее огнем, разламывающееся от боли, уже не принадлежало мне, не слушалось моего разума. Агония, разрывая, выкручивая всю меня, поднималась, все выше и выше. Я, вцепившись в края металлической кровати, снова закричала – умирая от боли. Все эти подготовки к родам – позитивное мышление, настрой на благополучный исход, правильное дыхание, гимнастика – все разбилось в пух и прах. Боль была слишком сильна, а я, судя по всему, слишком слаба. В короткий момент передышки между схватками, я устремила затуманенный взор в окно – там начинался рассвет.

- Тимур, где же ты, - еле выдохнула я, а потом, боль снова накрыла меня, заставляя еще сильнее закричать…

За два дня до этого.

Я с трудом поднялась с кровати – о да, с таким выдающимся животиком, делать это было непросто – кажется, он основательно примагничивал меня к постели. Накинув халат, я тихонько пошла на кухню. Стояло раннее, прохладное утро. Наш уютный дом утопал в мягкой полутьме. Я шла аккуратно, не торопясь, оберегая себя и то чудо, что было под моим сердцем. С кухни доносился приглушенный шум. Я прислушалась – кто-то делал чай. Охрана так рано приехала? Или же, муж поднялся ни свет ни заря? Для этого были, вероятно, особые причины. И в этот раз – не тренировки.

- Привет, - произнесла я, открывая дверь и заходя в комнату. Мой нос уловил приятный аромат чая с бергамотом – во время беременности, как ожидалось, мои вкус претерпели изменения, и я просто влюбилась в этот напиток. А ведь раньше предпочитала либо кофе, либо любой чай в пакетиках. Теперь подавай мне – настоящий, как говорит Тимур, чай – крупнолистовой, и непременно, свежий.

- Привет, - Тимур, обернувшись, послал мне теплую улыбку. Он, одетый в джинсы и темный джемпер, что-то ловко резал ножом и я, присмотревшись, поняла, что муж делает бутерброды с конской колбасой.

- Давай, я сварю еще кашу? – предложила я, застыв на месте и ожидая ответа. А хотелось сесть и начать завтрак. Очень. Я не была из тех беременных, которые поглощали пищу по ночам, поэтому утром я была особенно голодна.

- Давай сегодня без каши, садись завтракать, - Тимур поставил бокалы с чаем и бутерброды на стол, и, дождавшись, когда я сяду, сел справа от меня.

- Спасибо, ты, как всегда, заботлив, - испытывая искреннюю благодарность, прошептала я, поднося ко рту чай и делая медленный глоток сладкого напитка.

- Мне несложно, - муж приподнял уголки своих губ, одаривая меня теплой улыбкой. Удивительно, но я сразу почувствовала, как согреваюсь, и дело было тут не только в чае.

- Есть причина, почему ты так рано встал? – скорее утверждая, нежели спрашивая, произнесла я. В сердце уже успела закрасться тревога – каждая поездка Тимура, особенно, теперь, давалась мне нелегко.

- Да, мне нужно отлучиться на 3 дня в соседний регион, - Тимур окинул меня внимательным взглядом, - ты справишься? Что врач вчера сказала на осмотре?

- Она сказала, что мне точно еще недельки две ходить, - я грустно улыбнулась, - справлюсь ли я?

Вопрос повис в воздухе. Муж прошелся по мне задумчивым взором. Зелено-карие глаза источали принадлежащую лишь мне, нежность. И я мгновенно стала таять от нее. Тимур протянул смуглую руку и провел ей по моим распушившимся, после сна, волосам.

- Я не хочу уезжать, - произнес муж своим глубоким, властным – даже сейчас, голосом. – Но есть такое слово «надо», и я обязан поехать.

- Ясно, - я опустила взор, пряча от любимого свои глаза. Если раньше я была чувствительна, то теперь стала еще больше такой. Слезы уже были близко, но мне не хотелось расстраивать Тимура – тем более, перед дорогой.

- Эй, джаным, - чувственно протянул муж, и я лишь шумно вздохнула, выдавая свое состояние. Теплые пальцы коснулись моей прохладной щеки. Эти пальцы бережно прошлись по моему лицу, обрисовали контур губ и опустились на мою ладонь. Я подняла на Тимура грустный взгляд. Мой муж смотрел на меня с любовью.

- Три дня пролетят незаметно. Лучше решить дела сейчас, нежели потом, когда наш ребенок родится, - Тимур наклонился ко мне, целуя в висок. Я сомкнула веки – в который раз от нахлынувших чувств. Во мне боролась рассудительная, взрослая женщина и та пугливая девочка, нуждающаяся в заботе. Я заставила себя улыбнуться и, из последних сил сдерживая слезы, произнесла:

- Езжай спокойно. Я понимаю, что это ты делаешь для всех нас.

- Спасибо за понимание, - муж благодарно улыбнулся мне и поцеловал в губы – долгим, полным нежности, поцелуем. Я наслаждалась этой лаской, впитывая ее в себя, пытаясь запомнить этот благословенный миг. Увы, он был прерван звонком на телефон. Нехотя, Тимур отстранился от меня и ответил.

- Братья уже здесь, - сообщил муж, поднимаясь на ноги. – С тобой останутся Наиль и Ильнур. Я еду с Рустемом.

- Хорошо, - я начала медленно подниматься из-за стола, и муж придержал меня за предплечье, - спасибо, Тимур.

Теплая ладонь опустилась на мой животик. Я замерла, наблюдая за мужем – он наклонился, целуя меня в живот, что-то шепча. Как я любила эти мгновения! Тимур погладил его, а затем, выпрямившись, обнял меня – бережно, чтобы не причинить дискомфорта. Я всхлипнула. Ну, вот, пожалуйста, все-таки расплакалась.

- Все будет хорошо, - произнес муж, и я, как и прежде, верила ему. С тяжелым сердцем, но любящей улыбкой, я провожала его в путь. Застыв на пороге, я, кивнув братьям, не сводила глаз с любимого мужчины. Тимур что-то приглушенно сказал Ильнуру и Наилю (видимо, очередной приказ относительно меня), затем, распахнув дверь внедорожника, начал, было усаживаться. Но, внезапно, остановившись, обернулся, бросая мне взгляд. Сперва, я почувствовала, и лишь потом разглядела его – в нем была любовь к нам: ко мне и нашему ребенку.

Тимур

- Ты все взял? – произнес я, обращаясь к Рустему.

- Да, порядок.

- Я думаю, надо пару подарочков захватить, что скажешь? – я посмотрел на брата.

- А того, что мы взяли, маловато? – Рустем приподнял брови, показывая этим недопонимание.

- Давай захватим, на план «ч», - ответил я, меняя курс джипа, и съезжая с трассы на грунтовую дорогу – прямиком в лес.

В нескольких километрах от города у нас имелась своя «турбаза», на которой мы отдыхали и тренировали новобранцев. Здесь имелся неплохой тир – под открытым небом, полоса препятствий и несколько домиков. Территория принадлежала нам и хорошо охранялась. Один домик охранялся больше других – это был штаб. Круглосуточная охрана, видеонаблюдение и склад с «игрушками» для взрослых мальчиков.

Спустившись в подвал, который больше был похож на бункер, мы взяли несколько ручных гранат и дополнительные магазины с патронами. Мне вспомнился эпизод из армейской жизни, как один чудак засунул гранату под каску и встал на нее. Видимо, он хотел сыграть в супермена, но ноги разъехались, и каска воткнулась ему в пах. Больше я его не видел. Грустно улыбнувшись, я подумал, что я тоже любил чудить, и хорошо, что до такого не додумался.

- Яры, пошли, - сказал я.

- Это все? – удивился Рустем.

- Да, я хотел показаться перед нашими, чтобы не расслаблялись, - я пошел на выход. Рустем остался закрывать толстую, железную дверь, замаскированную под ламинат в полу.

Через полчаса мы уже были на трассе, и даже Рустем не знал, куда мы едем. Он, как всегда, не задавал лишних вопросов. А я мог спокойно подумать о грядущих переменах, которые обязательно должны были случиться.