Я часто смотрю в окна, наблюдая за прохожими, за многие годы понял лишь одно — всему приходит конец: будь то любовь, надежда, вера, радость или печаль. Даже день сменяется ночью. Но почему мне так тяжело воспринимать этот день, этот мир, который стал мне до боли отвратен. Непреодолимое желание что — то изменить съедает меня изнутри.

Давно уже в этих окнах я не вижу счастливых взглядов. Лишь пустые глаза прохожих, обременённые тяжестью этой тусклой жизни, в них тонет даже жажда перемен. В них погасло всё. Осталась лишь боль остывших желаний. Неизбежность смирения и исход, исход который неотвратимо приближается — смерть. Осталось лишь в ожидании бороться за возможность хоть на миг вырвать у этого серого плена частичку счастья. И в этом противостоянии каждый в итоге проигрывает. Как результат, мы потерялись в пылу этого сражения, позабыв о человечности, а люди стали оправдывать свои действия высшим благом. Блядство — любовью, предательство — важностью своих целей, а эгоизм — ранимостью души; жестокость тем, что таков этот мир. И эти люди требуют к себе уважения, они считают себя достойными любви, понимания. Уверившись в том, что этот мир жесток и в нём нет и капли справедливости, они решили идти по головам, презирая всё человеческое.

Я смотрю в эти окна, и пытаюсь понять, как всё изменить. Как не сойти с ума.

Снаружи сиял пейзаж зимнего города. Виктор, не отводя взгляд, вдохнул тяжёлый дым сигареты и на момент задержал дыхание, чтобы сполна ощутить, как никотин расходится по его венам. Закрыл глаза, поднял голову вверх и тяжело выдохнул дым, который, оставив яд в крови, устремился вверх наполняя комнату. Он снова глянул в окно, оперевшись ладонями на подоконник.

— И как же так жить… Как...

Раздался стук в дверь. Виктор уже знал, что это его брат пришёл к нему, ведь он со дня на день должен был приехать в город, но всё же спросил:

— Кто там?

— Открывай давай, это твой старший братан пришёл! Ты чего там, не узнал меня? Бу-га-га.

Виктор, открыв дверь, закричал:

— Санёк, братааан, здаровааа!!! — На его лице появилась улыбка.

— Лови пятюню! — прокричал Александр.

Хлопок ладоней разнёсся эхом по подъезду.

— Привет, Саня, давно не виделись.

— Виктооор, ну наконец то.

— Как работа у тя?

— Да, вернулся вот. Ты как к психологу ходишь, не пропускаешь?

— Да, хожу, конечно, но толку мало.

— Почему мало, ты явно чувствуешь себя лучше, чем раньше.

— Есть немного, но всё же... Ты надолго в город?

— Насовсем.?

— О как, это уже хорошо, а то сколько можно, пора жить на одном месте уже.

— Чтооо, ты меня поучать будешь? Ты же младший — ты должен слушаться меня, это я должен советы давать.

— Это почему я младший, ты родился на три минуты раньше всего-то!

— Вот-вот, я на целых три минуты старше! — Александр улыбался, не скрывая радости встречи. — Три ,три, трииии минуты, Витёк!

— Саня, что-то ты уже надоел. Обратно не хочешь уехать в командировку?

— Нет-нет-нет, с ними покончено.

Виктор тоже, не скрывая радости, закричал и с разбегу ударил Александра подушкой. — Добро пожаловать домой братанчик! — Завязалась ребяческая потасовка, сопровождавшаяся бешеным смехом и криком, который вызывал недоумение соседей.

— Всё -всё, Саня, мне на работу надо, и вообще, кто в такую рань приезжает!

— Ну, прости, решил сразу зайти, пока отосплюсь и всё в этом духе. А так уже увиделись. Я тоже пойду, пока что. Давай на связи. Придёшь, позвони.

— Хорошо, Сань.

Александр пошёл домой. Виктор же, собравшись на работу, выкурил ещё одну сигарету и отправился в путь. Промелькнула в голове мысль: ”Ветхий подъезд — первое, что я вижу по утрам, и он однозначно не внушает оптимизма.” Как только Виктор вышел из здания, его ослепило солнцем морозного утра.

“Дышать достаточно тяжело.” — Виктор, окутав лицо шарфом, продолжил путь. Он сел в маршрутке возле окна и снова окунулся в свои мысли.

— “Разве этот мир может быть столь плохим, как я его вижу, почему все они мне так отвратны? Вроде обычные люди. И в тоже время, все они — лжецы и лицемеры, неспособные принять своих изъянов, вечно оправдывающиеся...” Поток мыслей оборвал внезапный крик.

Резкий удар и скрежет металла вернул Виктора обратно в реальность. Осколки разлетевшегося разбитого стекла, рассекая одежду, словно лезвием, рвали плоть на его лице. Глаза пронзило болью, которую он ощутил каждой частицей своего сознания. Крик пассажиров заглушил звон в ушах. Окровавленный Виктор кричал, но не слышал своего голоса. Пытаясь открыть глаза, он вопил:”Я не вижу ничего, вашу мать!“ — разрывая горло на хрип, хватая руками пространство, пытаясь нащупать хоть кого-то рядом… Многие люди были без сознания, другие же просто не слышали его, как и он их. Не выдержав боли, он также потерял сознание.

На перекрёстке в них врезался куда-то спешивший КАМАЗ. Маршрутку от удара смяло словно карточный дом. Водитель Камаза вышел наружу, не получив никаких увечий, лишь машину помяло, и еле держась на ногах, поплёлся к разбитой маршрутке. Осмотрев её, он достал из кармана чикушку. Резким движением, открутив крышку и подняв бутылку вверх, прокричал: “Да и похер, все там будем!” — И без капли сострадания и страха, жадно выпил алкоголь. А после разбил пустую бутылку об асфальт, сопроводив это всё лёгким вздохом.

Послышался вой сирен.

Виктор очнулся уже в больнице. Рядом сидел его брат.

— Очнулся, слава те Господи.

— Сань, ты тут? Я не вижу ничего. Что произошло? — Виктор панически заметал руками, хватая пустоту..

— Какой-то пьяный алкаш врезался в вашу маршрутку...

Виктор резко вскочил с кровати и ринулся вперёд, но, споткнувшись о тумбочку, упал.

— Успокойся, Вить. — Александр подхватил его, помогая подняться.

Виктор сорвался на крик:

— Да, как тут успокоиться?!! Как?!! Я нихера не вижу!!! — Его хриплый рёв разнёсся по стенам больницы. Александр с тревогой сказал:— Вить, успокойся, я понимаю, что ты в растерянности, но возможно врачи всё исправят.

Послышался скрип двери, который раздражением ударил по сознанию Виктора.

— Ну неужели нельзя сделать нормальные двери?! — Гыркнул Виктор, ошеломив врача. Александр, не дожидаясь, когда врач войдёт, спросил:

— Доктор, что там, можно что-то исправить? Он будет видеть?

По его лицу было видно, что ответ неутешителен. На мгновение воцарилась тишина. Виктор, не выдержав, снова спросил:

— Ну, что там?

— Нет, восстановление сетчатки невозможно, мы сделали всё, что смогли. Выход был лишь один. — Ответил доктор.

— Какой? — Занервничал Александр.

— Что за выход-то ещё?!! — С дрожью в голосе, срываясь на крик, прогорланил Виктор.

— Осколки посекли глазные яблоки, урон был слишком велик. Пришлось их удалить.

— Что, — Виктор схватился за перемотанные глаза руками и снова закричал. — Какой нахер удалить, я теперь больше не увижу ничего и никогда! Вы чего натворили?!

Александр же пытался его успокоить:

— Врач-то ни при чём, они сделали всё что было возможно. Иначе бы...

— Иначе бы что!

— Иначе бы ты умер!

— Да лучше бы умер!!!

— Рот закрой! Брат...

В палату вошли медики, скользнули быстрым движением к Виктору и вкололи ему успокоительное. Он тут же уснул. Врач произнёс, — Меня зовут Пётр Ираев.

— Вы что творите!

— У него шок, будет сложно принять факт отсутствия зрения, тяжело с этим смириться. Поддержка родных ему поможет.

— Из родных остался только я, — сказал Александр. Тяжёлый вздох разнёсся по комнате.

— Ничего страшного, главное, что они есть. Даже если один. Это больше чем ноль. Пройдёмте за мной, я вам дам список лекарств и врачей, с которыми придётся иметь дело.

— Психолог у него уже есть. Думаю, он поможет ему справиться с этим. — Александр последовал за врачом. Взяв список лекарств, впопыхах устремился за лекарствами, напоследок спросив, когда выпишут Виктора.

— Завтра, можно завтра, но только, если под вашу ответственность.

Александр без колебаний согласился.

Виктор очнулся на следующий день. Врач с утра уведомил его о том, что брат его завтра заберёт домой. Сегодня же он не успевает, слишком много лекарств и врачей нужно найти. Но он сегодня со всем этим справиться.

Лёжа в палате в полном одиночестве, Виктор, окунувшись в свои меланхоличные мысли, вёл разговор с самим собой.

“Вот значит как — я так не смог понять этот мир, а он, видимо, не смог понять меня. Судьба! Непредсказуемая ты сука. Ну почему я так сожалею о том, что не смогу теперь видеть мир, который мне до рвоты неприятен. Как так, твою же!..”

Пульсация в глазных отверстиях усилилась, разорвав вески сильной болью и звоном в ушах. Виктор, схватившись за голову, закричал.

Дверь резко распахнулась, вошедший врач вернул Виктора в реальность. Боль отступила.

— Кто тут?

— Спокойно, Виктор, это Пётр. Тут к вам посетитель.

— Кто?

— Григорий Краев.

— А, Краев, пусть заходит.

Григорий, закрыв за собой дверь, вошёл в палату.

— Как вы, Виктор?

— Краев, а ты как думаешь, я даже не вижу тебя. Вот, как я по-твоему.

— Спокойно, Виктор. Расскажи, просто расскажи, что чувствуешь.

— Краев, ты психолог такой себе, честно говоря. — Виктор рассмеялся.

— Что, не смей сомневаться во мне.

— Ты мне, Краев, больше друг, чем психолог. Что я чувствую. Безысходность, боль, отчаяния, непонимание. Мне просто нужна помощь.

— Помощь в чём?

— Да во всём.

— Виктор, ты же понимаешь, что твоя жизнь теперь другая.

— Нет, это не моя жизнь.

— Не начинай, Виктор. Снова про — изменить мир? Ты не можешь его изменить, ты лишь живёшь по правилам этого мира.

— По правилам мира, какого мира, мира, в котором бухие камазисты летают за рулём, а потом пропадают в неизвестном направлении?

— Ты откуда узнал про камазиста?

— Новости по телевизору вчера. Да, теперь я смотрю телек, представляете, как смотрю — слушаю. — Пустой взгляд Виктора метался по комнате.

— Знаешь, это неизбежно, тебе придётся принять факт этой аварии и смириться с потерей зрения. Так же, как и с миром. Пора избавиться от юношеского максимализма. Отрицание мира не приближает тебя к социализации в этом самом мире. Иногда стоит и помолиться.

— Краев, ты с ума сошёл. Молиться? Ты серьёзно? — Смех Виктора разнёсся по комнате. — Ну, Краев, мы и есть боги, а ты предлагаешь молиться, кому, самим себе?

— Это уже интересно. Такое я слышу от тебя первый раз, Виктор. Мы боги?

— Да. Жизнь сохранил мне врач. Переживает за меня мой брат. А ты пытаешься привести в порядок моё сознание. Не бог, а ты.

— Но тебе не помешает хотя бы чуть-чуть веры.

— У меня она есть.

— И во что же ты веришь. Раз настолько хочешь изменить мир, что, даже потеряв зрение, мы обсуждаем совершенно не то, что должно тебя волновать.

— А меня это волнует, волнует, что я не увижу то, что я должен изменить в этом мире. Самое первое, что нужно изменить, это наличие в сознании ангелов и демонов, бога и дьявола. Вера лишь оправдывает, но не спасает. Мы сами в состоянии творить что-то большее, чем просто ставить свечки и молиться, прося прощения.

— Стоп, Виктор. Это сейчас не важно. Ты должен думать о себе.

— Думать о себе, о том, что я стану обузой для брата? Об этом мне думать?

— Виктор, как гласит одно кольцо, всё проходит. И это тоже. Боль отступит. Главное не падай духом.

— Краев, ты как всегда.

— Да, Виктор.

— Думаю, я научусь жить с этим, когда-нибудь научусь. А пока что, давай оставим этот разговор на другой раз, хорошо?

— Хорошо. Скажу одно, ты на удивление спокоен.

— Нет, я не спокоен, просто ещё растерян. Ладно. На сегодня хватит разговоров. Нужно отдохнуть.

Краев без лишних слов покинул палату. Хлопок двери сопроводило скрипом, и вновь наступила тишина. Виктор не успел уснуть, когда сквозь полудрём, раздались хлопки ладоней. Виктор вскочил словно ошпаренный.

— Кто здесь? — Стук шагов по палате вызывал тревогу. — Я спрашиваю, кто здесь? — Прокричал Виктор, но звук словно застрял в стенах здания, не выходя за пределы палаты. Хлопки становились всё громче и громче.

— О да, я тебе аплодирую. — Раздался голос.

— Кто ты такой?

— Хм, кто я такой?

— А, точно, ты же не знаешь меня, не успел увидеть, хе-хе.

— Что, закрой рот!

Виктор попытался позвать врачей, но крик снова не вышел за пределы стен.

— Да, успокойся ты, слепошарый.

— Как ты меня назвал?

— Ой. Виктор. Хе-хе.

— Ещё раз повторяю, кто ты такой?!

— Ооооо, кто я такой, а может вначале по стакашке лупанём?

— Я вот не пойму, тут рядом, наверное, псих-больница? По какой стакашке?

— Ну по обычной, как принято, за знакомство.

— Я что-ли разумом тронулся в итоге, что галлюцинации по ночам теперь являются.

— Да нет же, я не глюк. Я Енисей Осипов, тот самый камазист.

— Какой тот самый? Что за шутки? — Виктор замер в ужасе.

Енисей с грубостью в голосе произнёс, — Тот самый, который снёс твою маршрутку. — И подошёл впритык.

— Что? Ты тот бухой мудак, и как ты попал сюда?

“Точно глюки” — подумал Виктор. Снова хлопанье ладоней разнеслось по комнате.

— Итак, начнём всё сначала. Мои овации тебе, Виктор. Твоя речь Краеву, отрицание мира, а часть про “мы боги”. Оооо, вдохновляет!

— Что, как ты узнал, о чём мы говорили?

Скрип стекла разнёсся скрежетом.

— Ой, прости, Витянь, продолжай, эт я просто чикушку открываю. Ох уж эти крышки железные, скрипят порою, как ржавые колодки.

— Что ты тут делаешь, как попал сюда, и что тебе нужно?

— Хочу дать тебе возможность изменить этот мир.

— Да неужели, и как же ты мне поможешь?

— Слушай, сынок, я демон, демон желаний. А твоё желание изменить мир невероятно велико. Ты изменишь мир, планету, в прямом смысле, ты изменишь всё, даже устройства мира.

— Демон? Вы меня за дурака держите что ли. Какой демон? Видимо антибиотики сильные мне вкололи. — Виктор рассмеялся в истерическом смехе. — Демон значит. Ну класс, меня сбил не просто камазист, а бухой демон-камазист. И что же демон делал за рулём камаза?

— Чё-ты ржёшь?

— Ну знаешь, этих демонов не поймёшь, у них свои приблуды. Иногда и поработать охота. — Енисей жадно пил алкоголь глоток за глотком, ведя диалог и не стесняясь в выражениях. — Вот скажи , что ты хочешь изменить?..

— Всё. Я изменю всё. — Не дождавшись окончания вопроса, в спешке дал ответ Виктор.

— Оооо, это то, что нужно. Сумасшедший, что поверил в свои силы всё изменить, дурак, который не растерял эту веру с годами. Мне нужно лишь твоё согласие.

— Согласие на что?

— Одобрение и принятие моей силы. Я вижу, в твоих пустых глазах загорелся огонь. Это радует.

— Так, я не знаю, что ты за идиот, но лучше уходи. Какие демоны, ангелы...

Енисей перебил:

— Ангелы? Очнись сынок, люди не в состоянии их породить. Есть только мы.

— Кто мы?

— Демоны, что когда-то были порождены человечеством. А ты станешь первым из нового поколения. Наше уже не справляется со всем этим. У нас старое восприятие, понимание, да и устали уже многие. Нам нужно создать новый пласт, который сможет продолжить или завершить наше дело. А на тебя я ставлю все надежды. Ты точно изменишь мир.

— Я его не просто изменю. Я избавлюсь в конечном счёте от демонов и ангелов. Останутся лишь люди.

— Глупый ты, Виктор, но я верю в тебя, я видел будущее, и поверь, оно не радужное для тебя. Но в итоге ты достигнешь того, что я хотел когда-то сотворить, но не хватило смелости.

— И что же это?

— Трансформация мира.

— Что? Ты о чём?

— Ты поймёшь со временем. Набирая силу и впитывая желания и жажду других, ты достигнешь такого уровня силы, что сможешь трансформировать этот мир в нечто другое. Но вот, что я скажу тебе, деление на свет и тьму, на добро и зло всегда будет присутствовать в том или ином виде. Многие говорят, что мир не делится на чёрное и белое, но это не так; вечная серая зона — это неопределённость, и она губительна.

— Заинтересовал, — Перебил его Виктор.

— Ты подожди, самое интересное — ты вернёшь зрение. Только вот про брата придётся забыть.

— Забыть про брата? Ты в своём уме?

— Зато он сможет жить в другом мире. Это жертва оправданная. Разве не так?

— Камазист — демон, это однозначно мой бред. Но если ты реален, то я согласен. Что нужно от меня?

— От тебя требуется умереть, спасибо за согласие.

Виктор услышал звон стекла, не успев сказать и слова на вдохе.

Енисей, разбив пустую бутылку об быльцу кровати, грубой силой прижал Виктора и лишь сказал, — Помни, чтобы что-то изменить нужно отдать всё. Впоследствии вновь переродившись, ты увидишь мир, который будет совершенно иным. — Резким движением руки, Енисей вонзил осколок стекла в сердце Виктора. Режущая боль на долю секунды разорвала тело, и он закрыл глаза, выдыхая остатки воздуха. Енисей стоял над телом, его лицо расплылось в улыбке.

— Начало положено, новое поколение начинает своё основание с тебя, Виктор, демон желаний.

В палату вошла медсестра, обезумевшим взглядом она встретила окровавленного Енисея с осколком стекла в руках, стоящего над бездыханным Виктором. Крик пронёсся по больничному отделению.

— Ну вот, — Подпитый Енисей, окинув её взглядом недоумения, прокричал в ответ, —

— Ну, что ты орёшь, как резаная! Пусть и случайно, но ты стала свидетелем рождения нового демона. Запомни этот день, хе-хе. — И положил руку на Виктора.

Раздался резкий треск разорвавший воздух, подобно снаряду. Они исчезли, оставив после телепортации осколки стен, разлетевшиеся по сторонам, что вонзились в кожу медсестры. Та от болевого шока потеряла сознание. Всё отделение было погружено в панику. Полиция прибывшая на место происшествия так и не восприняла слова медсестры всерьёз.

Утром Александр пришёл за братом, найдя лишь осколки стен и стекла запачканные его кровью. Только он поверил медсестре, и это сыграет потом с ним злую шутку.

Виктор очнулся в непонятном месте.

— Где я? — Подорвавшись, он с удивлением обнаружил, что зрение вернулось. Краски мира воспринимались совершенно по другому, но на глазах и сердце остались шрамы от осколков, как напоминание о пережитом. Енисей был прав, Виктор ощупывая своё лицо не мог поверить в то, что он жив.

— И где же я, — он оглянулся кругом и увидел лишь пустое пространство. — Что это за место? — Каждый его шаг сопровождался лёгким сиянием под его ногами. — Хм, интересно.

Воздух вновь разорвал треск, сопровождавшийся вспышкой света, что на секунду ослепила Виктора и мгновенно погасла. Перед ним стояло двенадцать стариков, с уставшими глазами, что переполнены были то ли болью, то ли сожалением или же осознанием чего-то большего, чем они сами. Один из них шагнул вперёд.

— Приветствую тебя на твоём посту, Виктор, демон желаний. Имя мне, Евгений Мирный, демон суицида.

— Здравствуйте. — Виктор, с долей стеснения, ответил. — Простите, демон чего? Суицида?

— Да.

— Даже такой есть.

Евгений ухмыльнулся,

— Да, представляешь, и в будущем ты удивишься мощи, что приносит сей титул.

— А это рядом с вами кто?

— Тоже демоны, но их ты ещё узнаешь. Мы обучим тебя пользоваться силой которую ты обрёл.

— Силу.. Енисей говорил что-то об этом, почему-то я слабо помню... И где он сам?

— Его нет с нами уже, он передал всё тебе. Отныне его пост твой. Но пока что ты слаб.

— И что это за место?

— Это обитель демона. Твоя обитель.

— А чего тут пусто так, что за измерение такое?

— Ты прав лишь отчасти, это измерение, а буквально место на карте. Но такое вот у него отличительное свойство — внутри больше, чем снаружи, до тех пор, пока не сформировалось до конца.

— Так, а пустота кругом.

— Да, здесь всё обнулилось под нового хозяина, это плен обители. Теперь она будет трансформироваться под тебя со временем. А пока что, пусто, ведь все желания появляются из пустоты, не так ли. В скором времени ты впитаешь достаточно желаний человеческих, чтобы попасть в саму обитель. Ты словно батарейка на жажде что-то изменить. Енисей был сильнейшим, ты станешь таким же. И каждый из этих демонов, что перед тобой стоит сейчас, в скором времени передаст свой пост новому преемнику. Енисей запустил формирование нового поколения. Пока что, осваивайся на новом месте без нашей помощи, некоторые вещи ты должен понять инстинктивно. А после, дней через десять, когда ты хоть примерно поймёшь что-то об этом месте, и своём новом положении. Мы начнём обучение, как быть демоном, о правилах и устоях...

— Подождите! — Перебил Виктор. — А брата я могу увидеть?

— Думаю твой предшественник тебе сказал об этом. Нет, хотя в будущем, возможно, сможешь. Но за время, что мы находимся в этом месте, в реальности проходит на порядок больше. Помни об этом, когда захочешь задержаться тут на долгое время. Это, конечно, твоя обитель, но твоя главная задача — поглощения надежд, желаний, сбывшихся и несбывшихся. Всё, чего люди жаждут — это энергия для тебя, и меньше работы для нас.

— Не понял.

— Поймёшь со временем. Всё, на данный момент разговор окончим. Смотри, не сойди с ума за эти десять дней.

— В смысле. Я буду здесь один?

— А ты как думал?

Хлопнув в ладоши и даже не попрощавшись, сопроводив меня взглядом с долей презрения, Евгений с остальными так же исчезли под звук рвущегося воздуха, как и появились, оставив после себя слабо заметную прозрачную волну. Так я провёл около трёх дней блуждая по пустоте, наматывая круги в ожидании, когда обитель сможет поглотить хоть немного энергии жажды и желаний. Я заметил, что она реагирует на всё: на мои мысли, настроение и даже хотелки. Обитель, как воплощение или продолжение меня самого. Сейф, в котором я в абсолютной безопасности.

На третий день пространство стало лучше реагировать на моё сознание, и я смог материализовать из ничего еду. Хоть и не знаю нужно ли мне есть, но голода я не чувствовал.

На шестой день пустота пропала. Оказалось, я нахожусь в здании, построенном на краю какого-тото леса. Видимо, оно скрыто от глаз людских. Потому как строение оказалось довольно крупным, под стать небольшому замку.

На десятый день старпёры — демоны вновь появились из ниоткуда, и начался кошмар. Книги, история, я слушал их планы на будущее, и для чего им понадобилось новое поколение. Как им надоело существовать, что вызвало у меня недоумение. Бессмертие, чем же оно им так не угодило...

Вот так вот я стал первым из нового поколения, тем, кто должен был исправить всё. Демоном с ангельскими порывами или всё же... Я этого ещё не знал и не понимал. Пока я находился в пустоте, к моему удивлению, прошло около трёх лет. Мне понадобилось три года, чтобы обитель приняла нового хозяина.

Я всё думал о брате, и как он там, но увидеть мне его просто не дали. Истинный сказал, что пока рано. На это нет времени, ведь один из них уже передал пост преемнику.

Я становился сильнее с каждой секундой, и к встрече с одним из нового поколения, я однозначно готов. “Теперь нас двое” — Подумалось мне. Не так уж и плохо быть демоном.

Лёгкий подзатыльники вернул меня в реальность из мыслей. Истинный что-то там рассказывал про кодекс и правила. Зачем, я и так всё помню!

Я готовился к встрече с новеньким.

Шум шагов бегущего человека разорвал тишину ночного города, который был окутан страхом и покоем. Александр преследовал его не спеша. Словно знал исход этой встречи. Жертва же окутанная паникой безрезультатно пыталась скрыться от своего преследователя. Убегающий споткнулся, со всего маху ударившись о брусчатку переулка. Оставив трещины от столкновения, он резко вскочил, смахивая кровь с лица, и упёрся в тупик.

— Твою, вот же тварь. Что тебе нужно, кто ты такой! — Крик утонул в стенах, не нарушив покой жителей.

Александр, подходя всё ближе и ближе, с нависающей угрозой, произнёс:

— Кто я такой? Лучше бы спросить, кто ты такой? Не правда ли?

— Я, да я обычный человек. А вот ты сумасшедший. Какого хрена ты гонишься за мной.

— Если ты обычный человек, то почему так рьяно убегал?

— А кто- бы не убегал, когда за ним гонится придурок с мечом. Ты чё, косплеер чтоле?

Переворачивая в руках меч, Александр усмехнулся и указал лезвием на собеседника.

— Эээ, неее, всё до боли просто. Ты знаешь, почему я здесь, ты знаешь, зачем я пришёл.

— Оставь меня в покое! — Прокричал собеседник и тут же, протянув руку вперёд, поднял и расправил ладонь вверх, затем, резко сжав её в кулак, он прошептал:

Потерянный душою и сердцем среди цепей боли.

В кругу безумия собираю осколки ваших сломанных душ.

Да обернуться они искрою.

Воздух вокруг него на мгновение стал словно осязаем. Кулак над головой после слов засиял жёлтым светом. Он сверху вниз, будто молотом, ударил пространство. Сверкнувшая молния с примесью чёрных элементов рассекла воздух, ударив Александра сверху, и осветив переулок. Тот успел достать меч, заблокировав сокрушительную атаку. Брусчатка взмыла вверх, запах озона наполнил лёгкие. Пытаясь сдержать энергию заклинания, он попятился назад. Закрыв глаза, которые чуть не посекло осколками, Александр с трудом выдерживал натиск. Он упёрся в рукоять меча в противовес, его взгляд вспыхнул белым светом, и подобно батарее меч впитал в себя разряд. Свет пропал. Переулок вновь погрузился в ночь, лишь брусчатка слабо отражала свет ламп, который мерцал в зрачках Александра. Его взгляд был переполнен злостью.

— Вот значит как, обычный человек?

Пугающая ухмылка, проявившаяся на лице Александра, которую слуга разглядел даже во мраке, скрывала боль порванной плоти. Раненый сдерживал гнев, и с виду казалось что он скорее безумен. Медленно качаясь из стороны в сторону, он продолжил:

— Два, два с половиной года я слышу одно и тоже: “Я обычный человек. Я не виноват.” И никто, представляешь, ни один из вас мудаков так и не хочет рассказать, где мне найти хоть одного демона. Как же это бесит.

Александр повернулся спиной, расправил руки в стороны, затем снова устремил свой взгляд к слуге, указав наконечником меча на руку.

— А печать на твоей руке говорит, что ты знаешь, где их искать. — Бас Александра, точно рык зверя, внушал страх.

Слуга без страха встал, словно другой человек явился перед Александром. Он без сомнений сделал шаг вперёд и протянул руку внутренней стороной наружу, указав на неё второй рукой.

— Что, печать, ну скрывать уже не имеет смысла. Ну Да! Это печать демона.

— О нет, это печать слуги демона. И каково было моё удивление, что она даёт владельцу только кроху способностей демона, который её дарит.

— На кой хрен тебе искать демона? Чокнутый совсем?

— Ищу одного человека, которого у меня забрал один из твоих хозяев. Ты же нашёл, как-то одного из них, и он оставил на тебе печать. Так что говори, каков твой демон, и где его искать. Иначе …

Договорить Александр не успел. Слуга рассмеялся, глядя на Сашу, как на полоумного.

— Ты серьезно? Думаешь, если выжил после одного моего удара, то сможешь противостоять следующему? На ногах-то стоишь уже с трудом. Ещё один разок, и все — мои проблемы решены. А я боялся, подумал, что уж всё. Люди такие тупые. — Смех безумца звонко разлетелся эхом по переулку. — Ну ведь правда.

Печать на его руке вновь начала сиять, в этот раз красным светом. Руку объяло пламенем, переулок окрасило кровавыми бликами.

— Где тебе искать демона? Ха. Не ты ищешь их, а они тебя. Глупый человек.

Пространство становилось всё тяжелее с каждой секундой. Ощущая превосходство, слуга, подобно зверю, предвкушая решающий удар, скользнул в сторону Александра. Дрожь земли волной прошла по переулку, оставив за собой растрескавшиеся стены и пыль. Он замер за мгновение до того, как осознал. Колющая боль с боку в районе ребер пронзила тело ещё до того, как он понял, кровь устремилась по холодному лезвию к рукояти.

— Что? Не ожидал? — Сплюнув кровь, сказал Александр.

Слуга повернул голову и встретил яростный взгляд.

— Ты телепортнулся, как? Ты же обычный человек.

— Хм, ты видимо возомнил себя богом, но забыл, что ты лишь слуга.

Александр упёрся в рукоять меча, его глаза снова вспыхнули. Холодный металл пронзил врага насквозь, раздался хруст растреснувшегося черепа. Кровь хлынула в стороны, обрызгав Александра. Он одним движением, разорвав плоть, рассёк его надвое и пнул ногой. Бьющееся в судорогах тело упало на пол, оставив под собой лишь внутренности, вывалившиеся наружу и лужу крови на земле.

— Эх, вот не мог ты просто сказать мне, где искать демона. Надо было лезть в бой. Вы все такие. Даже удивительно.

Александр закурил сигарету, и, втянув в себя весь дым за раз, смотрел на падающий пепел. Выдохнув дым, он направил меч, словно указательный палец, на уже бездыханного прислужника демонов.

— Эх ты...

Его речь прервала резкая боль от ран.

Из ниоткуда чёрно-красная молния ударила, ослепив на мгновение. Александр, прикрыв лицо мечом, приготовился к бою. Но вдруг резко воцарилась тишина. Молния исчезла вместе с телом слуги. Он стоял посреди разрушенного переулка, не понимая, что произошло. Удивление сменил гнев.

— Так-так, а вот это что-то новенькое. Демон забрал слугу.

Но времени на размышления не было. Послышался вой сирен. Александр рванул быстрее из переулка.

Много шуму в этот раз наделал. Ещё и столько ран получил. Твою же! Посечённое осколками тело дрожало от боли, лишая возможности ясно мыслить. Небо содрогнулось от раскатов грома. Ливень, затопивший город, в момент превратил его в лужу грязи, окрасив всё в серые тона. В предвкушении нового дня, шум голосов заполонил рассвет, говоря о том, что дело идёт к утру.

“Избавиться бы только от боли” — думал Александр. Быстрее в больницу нужно. Кровь сочилась из ран, растворяясь в каплях дождя. Он укутавшись в плащ направился в больницу к Ирине.

Боль отступила на время. Тёмный день помог скрыть кровь и меч. “Серые джунгли современности” — подумал он, без переживаний ступая в лужи, будто наслаждаясь сыростью этого дня, затерявшись в толпе сотен похожих. Хорошо хоть больница недалеко, не так уж и тяжело было добраться до неё.

Александр зашёл в здание с черного входа, несмотря на то, что скрываться в самой больнице не было смысла. Его вид изрядно напугал Ирину. Она издала звонкий крик, который ударил по ушам Александра.

— Привет, Ир.

— Саша, привет, напугал, блин.

Она смотрела на Александра и с каждой секундой приходила во всё больший ужас. Глаза были не в силах скрыть её тревогу.

— Что произошло с тобой, Сань? Кого поймал на этот раз? Наконец, смог поймать Демона?

— Нет, Ир. Но был близок. — Ирина без промедления принялась обрабатывать в раны. — Попался странный слуга.

— О как, я уже вижу, потрепал он тебя хорошо.

— И то правда. — Александр ухмыльнулся, медсестра прижгла очередную рану спиртом.

— Просто не хотел использовать меч на полную.

— Что в нём странного? В этом слуге.

— Этого забрал демон. Точнее, его бездыханное тело или то, что от него осталось.

Ирина выглядела уже воодушевленной.

— Вот видишь, Саш, мы уже близко! Но тебе стоит быть осторожнее, а то мы так и не дойдём до финала.

— Да, ты права. Я не ожидал, что этот окажется столь сильным… — Александр сцепил зубы от боли.

— Сейчас зашьём и будешь, как новенький.

— Вообще — то больно.

— А с мечакой бегать по городу не больно? Вот терпи теперь. — Ира стукнула его по спине, раздался звонкий хлопок.

— Ай, ай, ты чего, говорю же больно.

Она замолчала, насупилась.

— Саш, почему ты мне тогда поверил?. — Он не дал возможности договорить ей до конца.

— Ты единственная, кто хоть что — то видел.

— Но ведь меня чуть в дурдом не отправили. Все думали, что я сошла с ума. Но не ты. Почему?

— Это не важно, я просто поверил тебе, и не зря. Ты видела брата перед исчезновением. Мы нашли уже много слуг. Гляди и демон не за горами.

Ира выглядела расстроенной, с её глаз полились слёзы, которые она не могла сдерживать.

— Но, что если он тебя убьёт, этот демон или другой какой-нибудь слуга, что тогда?

— Успокойся, всё будет хорошо. Никто меня не убьёт. — Александр обнял её. Она уткнувшись в него ревела.

— Да успокойся ты, жив я буду. Мне меч поможет.

— Но в этот раз не помог же!

— Очень помог! Кстати, этот меч невероятен, поверить не могу, что он просто лежал в музее никому не нужный, ещё и продали за бесценок. Меч Велеса, звучит же. Легенды оказались правдивы. Ха.

Александр указал на меч , Ира же поторопилась его поправить.

— Ты совсем дурной, радуешься тому, что легенды правдивы!

— Да, это значит, что я смогу найти брата.

Она улыбнулась. На её лице уже не осталось слёз.

— Да, ну а пока что, иди домой и отдохни. Пару дней придётся поваляться в кровати. И, Саш...

— Что?

— С тех пор, как к тебе попал этот меч, ты стал немного странным.

— То есть до этого мы оба не были странными?

— Возможно, но ты становишься совсем другим. Вначале всё было безобидно, но теперь... ты убиваешь людей.

Александр с долей возмущения поторопился оправдаться:

— Людей, которые убивают других людей, людей, которые и не люди вовсе — они служат демонам, разве они люди?

— Вот я и говорю, ты стал другим. — Он замолчал, подавляя желания возразить ей что-то.

Ирина же томно вздохнув продолжила.

— Впрочем, мы всё равно в одной лодке, уже нет пути назад.

Она поглаживала шрамы на своих руках, которые остались в ночь исчезновения брата Александра устремив свой взгляд в окно сказала:

— Иди домой, и Саш, раны не очень глубокие за недельку заживут, шрамы останутся правда.

— Спасибо, Ир, уже бегу.

— Да, и постарайся пока что не делать лишних движений, а то швы разойдутся. И держи зонт.

— Зачем?

— Ну там же дождь, смотри ливеняка какой. Не видно ничего дальше, чем на метр.

— Вот чтоб я делал без тебя.

— Иди уже!

Александр отправился домой. Дождь лил словно из ведра, не прекращаясь, будто стеной закрывая весь обзор. В далеке заметив проблеск сирен, он отправился на свет.

Подойдя ближе, оказалось, что толпа окружила место какого-то происшествия, бурно обсуждая что-то. Александр не долго думая вклинился в беседу толпы.

— Что тут случилось, чего за столпотворение-то?

Один из толпы поспешил объяснить, и с придыханием ответил.

— Да сосед мой с крыши спрыгнул, всё было хорошо же. А он вот так вот поступил. Идиот, блин.

Невооруженным взглядом было видно, что собеседник подвыпивший.

— Воу-воу, погоди, почему идиот-то?

— Да всё же хорошо было: работа, девушка, перспективы. Талантливый молодой человек, с обустроенной жизнью. Чего ему только не хватило?

На лице Александра проявилось недоумение, он с неким укором спросил:

— А вам-то откуда знать? — Собеседник моментально возмутился, с долей гнева ответив:

— Я его с детства знал!

Александр почувствовал дискомфорт .

— Прошу извинить меня. Я вмешался не в своё дело.

— Вот именно! Собрались тут! Всем интересно!

Гром вновь разорвал небо, сопроводив шум яркими вспышками молний, озаряя всё вокруг. Александр решил, что не стоит задерживаться и мешать людям, у которых и без его вопросов проблем в данный момент хватает, и хотел было уйти, но краем глаза заметил человека, который прикрывшись зонтом стоял возле тела погибшего.

Народ начал постепенно расходится. Тело погрузили в скорую, и увезли. Но человек всё ещё стоял, словно чего-то ждал.

Александр подойдя к нему спросил:

— Вы кого -то ждёте? — Тот слегка приподнял зонт, из под которого проявился взгляд исподлобья, ухмыльнулся.

— Ты меня видишь?

Александр насторожился, резко отскочив назад. Рука уже рефлекторно схватилась за рукоять меча, который испускал ярко-белое свечение.

— Кто ты такой? Назови себя!

Неизвестный даже не шелохнулся. Спокоен, подобно морю во время штиля.

— Так всё-таки ты меня видишь, да? Тут скорее мне нужно задать вопрос, кто ты такой.

Треск разорвал воздух чёрно-красной молнией, и собеседник телепортировался к Александру, сопроводив своё появление перед ним молниями, ослепив, и на время дезориентировав его. Он попытался схватить его за плечо, но как только коснулся, его тут же отбросило в сторону, ударив о стену, в которой после удара осталась вмятина.

Зрение Александра вернулось, он смотрел на поднимающегося, который отряхиваясь матерился.

— Какого хрена, это что только что было?!

Александр достал меч, приготовившись к столкновению

— Ааа, вот значит что. Ты хоть знаешь, что делать с этим мечом, сосунок.

Александр с трудом дышал, пытаясь не показывать страха.

— Тебе какое дело? Демон. У меня к тебе есть пара вопросов.

— Что? Не-не-не. Вопросы потом. Меч Велеса. Им могут пользоваться лишь ангелы . Я наблюдаю зарождение ангелов. О, мой боженька! Вас уже полторы тысячи лет не появлялось. Я взбудоражен и удивлён. Какая же человеческая черта смогла породить тебя.

Он наматывал круги вокруг Александра, словно вокруг невиданного раритета.

— Так вот, кто занялся истреблением наших слуг. Я правда даже не мог предположить, что это зарождающийся ангел.

Меч Александра воссиял сильнее. Капли дождя на время замедлились, он ринулся в сторону демона, рассекая пространство, которое заполонила вода. оставив за собой след испаряющегося дождя, который паром окутал всё. Но атаковать не смог. Демон одним щелчком обездвижил его.

— Вахаха.

Демон рассмеялся, ему это доставляло удовольствие. Он не мог скрыть свой восторг и неподдельный интерес.

— Ты это, давай не нервничай. Слишком агрессивен, как для того, кто ещё не трансформировался.

И подошёл ближе к Александру.

— Так, трогать тебя пока что нельзя. Блин, Иисусе! Ты же первый, первый. Ух ты, и сильным должен стать. — Блеск в его глазах сравним лишь с блеском глаз ребёнка который открыл для себя что-то новое. Александр пытался издать хоть какой-то звук, но горло было сковано мягким давлением демона.

— Тихо-тихо. Убивать тебя не буду, так что улыбнись ёмаё. Кто бы мог подумать, что меч обретёт своё воплощение. Нужно сообщить остальным.

Демон оставив после себя лишь молнию, что мигнув погасла, исчез. Оцепенение Александра тут же прошло, и он рухнулся на пол, не в силах стоять на ногах, закричал:

“Твою мать! Какого ….!” Он валялся не в состоянии подняться. Дождь лил всё так же беспощадно. Александр нащупал руками брусчатку.

— Что, это же брусчатка, — Он осмотрелся вокруг. — Это тот переулок, где я шлёпнул слугу. Как я тут оказался? Видимо этот чёрт красно-черный перенёс, но когда? В момент когда почти дотронулся?

Александр достал из кармана сигареты и спички пытаясь закурить. Но они были промокшие насквозь. “Твою дивизию!” — Он выкинул сигареты и распластался по брусчатке. Провалявшись около трёх часов, пока смог хоть немного двигаться, он только поздней ночью смог встать на ноги и поплестись домой, по дороге размышляя о том, что ему наговорил демон.

“Итак, что это за демон я так и не выяснил. Но — нашёл раз, найду и второй раз. Меч нашёл своё воплощение, им могут пользоваться только ангелы, я один из них, первый, но ещё не трансформировался. Что это всё значит? В интернете ответов явно не найти. Придётся шастать по музеям и библиотекам. Ещё и по церквам наверное. Да уж…”

Так, потеряв счёт времени, он и не заметил, как пришёл домой. В двери торчали квитанции. Александр, просмотрев их, сказал: “Да задолбали эти квитанции, всё время плати за что-то, скоро уже и за то, что спишь платить надо будет.” Зашёл в квартиру, тишина? Кинув ключи на тумбочку, он включил свет.

— Саша, ты где был? — Александр не заметил, как схватил меч и лезвием упёрся в горло Иры.

— Ира? Напугала, блин. — Он опустил меч.

— Что “напугала”, ты где был? — Волнение Ирины не могло оставить его равнодушным.

— Демона встретил.

Ирина строгим тоном ответила:

— Какого демона, ты еле ходил с утра! Ты должен был быть дома, а попёрся демона искать?

— Да нет! Случайно встретил, не переживай, я же пришёл. Ты, кстати, как попала в квартиру?

— У меня ключ есть, ты же сам его мне дал. Забыл уже?

— Точно, прости.

Александр поставил меч в коридоре, тот издал свечение в этот раз бело-жёлтое.

— Что это? — Спросила Ира.

— Не знаю.

Александр взял его вновь в руки. Резкая боль прошла по тыльной стороне ладони, глаза вспыхнули белым светом, как и всё его тело. И моментом сверкнув, погасли. Он рухнулся на пол без сознания.

Крик Иры Саша так и не услышал. Она оттащила его на диван в зал, сняв с него мокрую одежду, обнаружила, что раны зажили. Проведя рукой по шрамам, она легла рядом с ним, и прижавшись поближе к холодному телу, уснула.

Свист чайника на кухне разбудил Александра, хмурое после дождливое утро было окутано тишиной, лишь где-то вдалеке были слабо слышны машины.

Ирина заварила чай.

— Саш, идём пить чай, я знаю, что ты проснулся.

— Уже бегу. — Он бодренько встал с кровати, боль ран как рукой сняло, и посмотрел в зеркало. — Ран нет? В смысле… Ира, раны пропали... или зажили, не знаю я.

— Это я вчера тоже заметила.

— Не-не, когда я пришёл домой, раны были.

— Видимо, с мечом связно, ты вчера сознание потерял, помнишь?

— Помню только режущую боль.

— Ещё и на руке знак у тебя появился.

Александр посмотрел на тыльную сторону ладони — на ней от костяшек до основания ладони красовался красный знак Велеса.

— На рукояти меча такой же.

— Вот тебе и встреча с демоном. Саш, я сначало подумала, что демон печать оставил.

— Хорошо, что не он.

Александр взял чашку, усевшись за стол с Ирой, они пили чай. На фоне шумел телевизор, срочный репортаж отвлёк их от беседы.

— За последние тридцать дней двести семьдесят два человека оборвали свою жизнь искусственным путём. Просим обратить внимания на состояние ваших родных, знакомых, друзей. Если вы сомневаетесь в состоянии ваших близких людей, звоните по номеру, который указан на экране, пока ещё не поздно, им можно будет помочь.

В сводках промелькнули фотографии людей, которые совершили самоубийства. В одной из них Александр узнал того самого парня, который прыгнул с крыши, над которым стоял демон. Видимо, он с этим связан.

— Саш, ау, ау, ты куда пропал, я тут, Ира махала рукой у него перед лицом.

— Я встретился с ним на том месте, где один из этих людей ушёл из жизни.

— Так, Саша, давай аккуратнее, блин, этот меч, да и ты, всё странно слишком.

— Хорошо, я пока что отдохну, мне как раз нужно сегодня сходить в музей и пару библиотек, да и в церковь тоже нужно заглянуть. Или к Язычникам. — Ирина рассмеялась

— А в церковь-то зачем, там же нет ничего, сколько искали.

— На всякий случай. Нужно выяснить, что за меч и при чём тут Велес. Демон вообще сказал, что с меня начинается зарождение ангелов.

— Ух, ты мой ангел.

— Сейчас не до этого, Ир.

— Ладно, мне на работу пора, Саш, я побежала. — Ира, быстро собравшись, ушла в больницу. Александр дальше пил малиновый чай.

— Блин, хороший чай она делает. — Он улыбнулся и сделал глоток. Просидев за столом около часа в своих мыслях, очнулся. — Нет времени, пора собираться.

В первую очередь он отправился в городскую центральную библиотеку. Не теряя времени, собрал всё языческое чтиво и принялся за поиски информации о мече Велеса и остальном.

“Эта библиотека не раз выручала меня, — подумал Александр. — Но уже как месяц я перерываю эти книги, а результата ноль. Церковь наотрез отказалась что-либо говорить о язычестве. А найти самих язычников не так и легко оказалось в наше время. Попадаются или фанатики, или тронутые головой люди.

Библиотекарша, увидев на руке знак, дала мне адрес непонятного старика, говорит он язычник до самых костей.”

Александр направился к старику. Вой сирен и столпотворение, которое он встретил по пути, уже его не особо удивили. Он подошёл к толпе.

— Что тут случилось?

Ответа он так и не услышал, но и он не нужен был. Возле многоэтажки валялось бездыханное тело, над которым стоял демон. День хоть и хмурый, но в этот раз он без зонта, грубые черты лица и борода придавали ему облик мудрого старика, мудрого и модного, чёрный костюм, шляпа и монокль явно не вписывались в антураж этого города, резко выделяя его среди остальных. Александр тут же рванул в его сторону. Но тот лишь с улыбкой успел сказать: — ”Нет-нет-нет, в другой раз” — исчез в пространстве, в этот раз даже не сопроводив это действие треском и молниями. Александр опешил от происходящего.

— Твою же мать! — Прокричал на весь район. Прохожие оборачивались глядя на него как на сумасшедшего. Полиция тут же попросила уйти с места происшествия.

Выхода нет, момент упущен, но к старцу идти нужно. Александр, успокоившись, отправился дальше. Сев в маршрутку, он устроился поудобнее. Дорога предстояла долгая, мужик живёт на отшибе области, добираться четыре часа. Шум дороги заглушал голоса в салоне. Александр уснул.

Суета в салоне разбудила его. Народ устремился на выход. Прозвучал голос: “Конечная”. Александр вышел из автобуса с опаской, пристально оглядев вокзал, спокойно выдохнул. Вдалеке стоял старик и махал руками, бодро перепрыгивая с ноги на ногу. Александр направился в его сторону. Библиотекарша говорила, что старик довольно энергичен, но чтоб настолько... Даже удивительно.

Жизнерадостная улыбка старика и блеск в его глазах порождали вопросы и настороженность. Тем не менее, Александру нужна была информация.

— Здравствуйте, меня зовут Алекса...

— Александр, вас зовут Александр. Меня зовут Андрей Викторович. Можно просто Викторович. Старику будет приятно снова почувствовать себя молодым. — После этих слов он протянул руку Александру. Тот не долго думая пожал её. Старик сжал ладонь в грубом рукопожатии и повернул его руку тыльной стороной ладони.

— Всё же знак Велеса. Да! — Александр было дело насторожился, но старик не нёс угрозы. Меч был спокоен.

— Да.

— Поехали ко мне домой, там всё и обсудим. Старик указал на машину — старенький москвич, который на ладом дышит, явно говорил о том, что дед далеко не фанат новых технологий. Но спорить не было смысла. Александр сел в машину.

“Хм, ну знакомство прошло, видимо, достаточно хорошо” — Подумал Александр.

Викторович пол дороги молчал, что-то перебирая у себя в голове. Было видно, что он всё же нервничает.

— Ну что, Саш, не буду томить молчанием. Знак Велеса на твоей руке сродни клейму ангела. Когда-то давно именно они обладали такими знаками, этот один из многих, но первый за многие сотни лет. Меч, который ты нашёл или ещё где взял, принадлежал скорее всего одному из таких существ.

— Так, стоп. Давай-ка, Викторович, не так быстро. Причём язычество к ангелам?

— Да неважно, какая Вера, суть одна — деление на добро и зло, хотя на добро и зло делит сам человек, не имея при этом достаточной информации в большинстве случаев. Все просто, шло время, религии смешивались, письмена терялись, а то, что передавалось из уст в уста в итоге приобретало иные формы. И теперь всё это существует в нынешних реалиях. Из того что мне известно, могу сказать не много. С тебя начнётся новая ветвь ангельского древа.

Александр относился скептически к словам Викторовича, но возражать не стал. Лишь добавил:

— Вот и поговорили дома, называется.

— Не переживай, разговор долгий, и на “поговорить дома” останется.

— Куда мы вообще едем-то?

— На окраину деревни, там находится мой дом, подальше от суеты и шума.

— Ну ты, старый, и забрался к чёрту на куличики!

— Слушай дальше. Кстати, по поводу чёрта и всего остального, всё наше привычное понимание добра и зла в большинстве своём ошибочно. И тех, и тех порождают люди, как такового бога и дьявола не существует в принципе. Давным-давно демоны истребили всех ангелов до последнего. И пожалели об этом. С тех самых пор, они безустанно искали людей, которые были бы способны возродить их вновь, чтобы восстановить баланс. Но все попытки оказались напрасными. Теперь же, когда появился ангел, пусть ещё и не трансформировавшийся, при этом начал ломиться в их мир, размахивая мечом, они уже явно насторожились.

— Откуда вы знаете про встречу с демоном?

— Я пристально наблюдаю за новостями и многим другим.

— С виду и не скажешь.

— Да, не уж то. Скажи, скольких ты слуг порешил? — Викторович ухмыльнулся с укором. Александр занервничал, его глаза забегали, он вцепился в рукоять меча.

— Около тридцати.

— То есть, ты даже не запомнил скольких. Ты серьёзно! Это же были люди, ты хоть понимаешь это?

Александр молчал, не зная, что ответить. Старик вздохнул.

— Эх, ты! Вот тебе информация, сынок. Ангелы. в большинстве своём, ничем не отличаются от демонов по своей сути. Просто и те, и другие продукт тех или иных эмоций, ситуаций. Всё зависит только от них. Поэтому, всё то же самое, и в то же время кардинально разное. Единственное, что одни позволяют себе больше, чем другие. От того вы, как гнев и счастье — изначально природные враги. И, несмотря на то, что они когда-то хотели возродить ангельскую сторону, вряд ли они смогут себе позволить случиться этому сейчас. Особенно, когда ты показал им, чем это грозит.

— Но ведь этот демон, которого я встретил, отпустил меня.

— Это пока что. Но скоро они придут за тобой. Так, что лучше бы тебе трансформироваться побыстрее.

— Да какая трансформация, вы о чём? Я даже не понимаю, что делать. И как на полную использовать меч.

— Мы приехали, Саш. Продолжим уже в доме этот разговор, вылазь давай.

Дом немного потрёпанный, кругом лес и свежий воздух, окутанный тишиной вечернего времени. “Небо, усеянное звёздами, в городе этого особо не увидеть” — Подумал Александр. Раздался скрежет разорвавший тишину, Саша тут же схватился за меч. Лай собак цепной реакцией пошёл по деревне. А следом смех Викторовича.

— Успокойся, Саш, эт ручник на москале моём заржавел, зараза. — И пнул машину ногой.

— Да ты издеваешься что ль, я чуть не обосрался! — Александр отпустил рукоять меча, выдохнув воздух, который тяжестью стал в лёгких. Викторович провёл его в дом, усадил в зале, и принёс чай.

— Ты не стесняйся, Саш, пей чай, он с травами.

Поставив чашки на столик, Викторович сел напротив, положив ногу на ногу.

— Итак, первое задание ты выполнил.

— Что? — Александр вновь насторожился, но меч в который раз не издавал никаких признаков наличия угрозы. Андрей изменился в лице, его тон стал на порядок серьёзнее.

— Начнём наше знакомство ещё раз?

Александр взяв чашку сделал глоток.

— Ну что же, почему бы и нет. Всё равно, выбор, как я понимаю, у меня не велик.

— Я, Андрей Викторович, ангел справедливости.

— Разве они не были истреблены?

— Слушал ты внимательно, я вижу. Придётся доказывать всё-таки, да! — Викторович ухмыльнулся, выпрямив руку в бок, приопустил голову и прокричал:

— Виктория!

Руку окутало ярко-белое пламя, устремившееся от ладони вперёд на полтора метра, превратившись в меч.

— Вот видишь, я — последний из ангелов, а это мой меч — Виктория.

Александр на время растерялся, не в состоянии и слова произнести. Он уронил чашку на пол.

— Что молчишь? Удивлён, да?

— Да не особо. Если есть ангел, то почему я первый, якобы? Да и вообще, ты чего сидишь тут, а не там с демонами бьёшься?

Викторович опустил взгляд, словно почувствовав себя виноватым.

— Не всё так просто, молодой человек. Ты не трансформировался ещё, а уже жаждешь прийти к балансу. Но это лишь потому, что демонов в данный отрезок времени больше. Я сражался с ними две тысячи лет, а потом просто устал.

— Стоп, то есть тебе сколько? Больше двух тысяч лет?

— Да, я старше любого демона на этой грёбаной планете. — Викторович поставил чашку на стол.

— А чай всё же хороший, бодрит немножко.

— Соглашусь, но вернёмся к сути дела.

— А , да, конечно.

Викторович улыбнулся.

— Знаешь, как становятся ангелами?

— Нет, откуда мне знать-то.

— Так же, как и демонами, теряя, превозмогая, преодолевая, и в итоге — умирая. Когда-то Виктория пронзила моё сердце, и вот я уже должен был быть мёртв, но попал в обитель ангела. Именно в ней происходит основной этап трансформации. Но не с тобой. Тебе придётся создать свою обитель, потому как ты ангел, который появился природным путём, а не посредством обряда. Есть ещё один способ стать ангелом или демоном… — Договорить Викторович не успел.

Треск дерева оборвал разговор. Пробив стену из брёвен насквозь, среди осколков дерева парил он. Тот самый демон, который недавно избежал столкновения с Александром. Он кинулся в сторону Викторовича, Саша даже не успел достать меч.

Кровь хлынувшая в стороны обрызгала его. Меч даже не среагировал, почему? К моменту, когда Александр пришёл в себя демон уже парил перед ним, держа в руках голову Викторовича.

— Вот же чёрт, представляешь, я последнего ищу уже эдак тысячи две лет. А ты мне его на блюдечке преподнёс.

— Какого хера! — Александр схватил рукоять меча, его глаза вспыхнули ярким светом, по всему телу проявился светящийся узор. Голос стал грубым, подобно рыку зверя. Резким движением он ринулся в сторону демона, одарив его прямым ударом меча. Звон металла разнёсся по окраине. Демон не выдержал атаки и провалился под пол. Александр почувствовал преимущество. Знак на ладони воссиял ярко-белым светом с красными переливами, и он тут же оказался возле демона, не заметив, как телепортировался. Решающий момент: “Пробью ему череп колющим ударом! — Ударив мечём Александр понял, что пронзил просто землю. — Твою дивизию!”

Демон уже был за спиной. Легким движением рука, держащая меч, пронзила его в районе живота, хлынула кровь. Александр упал на колени. Вот значит как, да, Викторович. Преодолевая, теряя и умирая, вот же..

Демон смотрел на истекающего кровью Александра.

— Чё смотришь, Гандон!

— А для умершего ты достаточно бодр и разговорчив, не находишь? — Демон рассмеялся, подошёл поближе и схватил Александра за воротник.

— Ох уж эти люди, всегда напоследок строят из себя героев.

— Да неужели.

Александр дрожащей рукой, которая отказывалась реагировать. Пытался удержать меч.

— Что не получается?

Превозмогая боль, Александр вцепился пальцами, словно зубами, в рукоять меча. Время на момент остановилось. Лезвие пронзило сердце демона.

— Вот и получилось, утырок.

Демон смотрел на пронзивший его меч, от которого по его телу расходился белый узор.

— Что, в смысле, вот так вот всё и произойдёт? Меня одолеет недоангел… Эй, ты! Ты хоть Викторовича своего бы дослушал.

— Ну, если бы ты не вмешался, я бы дослушал, а теперь я заберу тебя с собой.

— Эх, нее, вот же ирония какая. Ты и впрямь подумал, что станешь ангелом? Но ты не успел им стать.

— Не важно. Скажи, где искать мне демона-алкаша.

— Очень важно. Чтобы стать демоном есть два пути: по обряду или убить демона или ангела. Поздравляю! Ты недоангел ставший демоном.

— Не понял!

Демон рассыпался в пыль. Александр же в попытках остановить кровотечение потерял сознание.

Шум ревущего ветра ударил по перепонкам. Саша вскочил, схватившись, за место в которое был ранее ранен. Но там был лишь шрам, который виднелся сквозь разорванную рубаху.

— Я всё же не умер.

Вокруг полумрак и круговорот чёрного ветра, словно бы Александр оказался внутри торнадо, которое сужалось с каждым моментом. Круговорот сужался поглощая пустое пространство. Как только ветер коснулся Александра, он почувствовал боль, его тело распалось на миллиарды частиц.

Он вновь очнулся. Вокруг всё так же шумел круговорот ветра.

“Что, я живой, снова?” — Александр не понимал, что происходит. Раз за разом он умирал в этом круговороте, который беспощадно рвал его плоть на части. Счёт времени потерял всякий смысл.

“Уже и не помню, какой раз я умираю.”

Александр наконец заметил знак Велеса на руке, который изменил свой цвет с красного на чёрный. Когда это произошло, меч тоже поменял свой цвет.

“Снова очнулся, вновь живой. Да когда же это кончится!” — С каждым разом им все чаще и чаще овладевало безразличие, уныние и безумие.

Александр вскочил, хватая воздух руками

“Вот опять, да когда это кончится!”

Вспышка ослепила на время и тут же погасла. Перед ним появилось одиннадцать стариков. Один из них шагнул вперёд.

— Приветствую тебя, Александр, демон суицида. Я — Валерий, демон справедливости.

— Демон чего, повторите-ка ещё раз.

Старик хлопнув в ладоши повторил.

— Демон Справедливости. Ты же убил демона суицида.

В голове пролетела мысль: “Так вот почему этот чёрт возле самоубийц ошивался”. Старик стоял в ожидании ответа. Александр, не думая особо, спросил:

— Я ищу демона, который забрал моего брата.

— Мы наслышаны об этом. Брата увидишь позже, если он покорит обитель.

— Какую ещё обитель?

— Свою ты тоже ещё не покорил, ангел ставший демоном. Сначала разберись с этим.

Валерий хлопнул в ладоши, и вновь вспышка света сопроводила телепортацию, они исчезли. Александр так и не успел спросить. Круговорот вновь сузился заполнив всё.

Снова очнулся посреди круговорота. Александр, недолго думая, достал меч.

— Да надоело. — Раздался крик сквозь скованное горло. Он кинул меч, который встрял в пол. Гул водоворота волной разнёсся в стороны, стих и исчез. Александр стоял в доме, где демон убил ангела.

— Что, что это было? Почему я здесь нахожусь? — Вспышка света принесла демонов.

— Поздравляем! Ты покорил обитель.

— Какого хрена обитель — это место, где убили Викторовича.

— Ну ты, почти ангел, стал демоном, вот ты и сам выбрал, где будет твоя обитель. Добро пожаловать в новый мир, демон суицида, надеюсь мы сохраним баланс и не станем противостоять друг другу. Ты второй из нового поколения. Мы тебя многому научим. Быть демоном не так уж и плохо.

— Что?

— Со временем, ты это поймёшь.

“Следующие дни, недели, были наполнены мучениями. Пользоваться силой оказалось слишком тяжело. Я умирал и вновь возрождался, до тех пор, пока не понял, что мой предшественник никого не убивал. Он лишь провожал их. Но в итоге его сгубила жажда охоты на ангелов. Он пошел против всех правил, убив Викторовича и несколько сотен людей. С течением времени, я уже достаточно хорошо научился пользоваться обителью, чай на травах отпечатался в моей памяти, как горький вкус наслаждения. В течение почти полугода я только и делал, что тренировался и читал кучу книг. И вот настал момент, когда я встречусь с братом. С первым из нового поколения. Так я стал демоном, который провожает тех, кто отрёкся от жизни.

Всё это время меня не покидали мысли об Ирине, как она там. Пока мне не хватает сил, чтобы увидеться с ней, а ведь так не хотелось уходить не прощаясь…”