17:10

Я встретился с коллегами, узнал у них всю интересующую меня информацию. Шибанова Ольга Дмитриевна, сорок два года. Живёт с мужем, он старше её на пять лет. Есть дочь, учится на третьем курсе медицинского в другом городе. Жертва ничем примечательным не занималась. Кому понадобилось её убивать? Да ещё эта римская двойка не выходила у меня из головы. Бред какой-то. Я понимал, что, возможно, притягиваю всё за уши. Но… директор Центрального дома культуры. После всего, что я пережил ранее, мою паранойю можно было понять. Чтобы продолжить расследование, мне нужен был кто-то более опытный.

Мне просто нужно собраться с мыслями. Я достаю из кармана телефон и звоню ему. Как всегда, он здоровается со мной прежде, чем я успеваю произнести «алло».

– Привет, Мих, как дела?

– Здрасьте, Андрей Сергеевич, да нормально…

– Какими судьбами, случилось что или просто соскучился?

– Да… тут ваш совет нужен.

– Ну так приезжай, какие проблемы? Я дома.

– Да-а, я хотел по телефону проконсультироваться.

– Миха-а-а… Ты же знаешь, хочешь совет – выходи на живой диалог.

– Хорошо, я тогда через полчаса подъеду.

– Ну, отлично, я и виски ждём тебя.

Видимо… он был уже пьян.

17:45

– Ну, садись, не стесняйся. Бурбон будешь?

Я снова ничего не успел ему ответить.

– Хотя, что я спрашиваю, конечно будешь.

Мне казалось, что после того случая Андрей Сергеевич немного изменился. Стал чуть более приветливым, но всё это выглядело как-то наигранно, словно он носил маску дружелюбия. Каждый раз, общаясь с ним, я будто чувствовал, как он пытается удержать в себе непомерное чувство печали. Да что и говорить, я тоже изменился, повзрослел, стал более спокойно относиться как к повседневным личным проблемам, так и к расследованиям на своей работе. Время и опыт – они закаляют. Как знать, не произойди тогда со мной такое, возможно, я и дальше бы продолжал беспокоиться по всяким пустякам. Но, разумеется, на фоне Андрея Сергеевича я понимал, что ещё юн и неопытен. Андрей умел читать жизнь между строк. Но тем не менее весь его внешний вид указывал на то, что «старику» тяжело и грустно, и он пытается скрывать эти эмоции крайне неумело. Он всё так же прихрамывал, но уже обходился без трости.

– Я смотрю, уже без трости обходитесь. В последний раз, когда я к вам приезжал, вы ещё ей пользовались.

– Да это просто вошло в привычку. Да и врач говорит, что в трости больше нет необходимости, нужно понемногу привыкать обходиться без неё.

Андрей Сергеевич садится напротив меня и ставит на стол два стакана с бурбоном. Льда, как всегда, он не пожалел. Уж и не сосчитать, сколько раз я был у него в гостях. Это обычная квартира, в которой до сих пор сохранился дух Советского Союза: довольно старенькая мебель, шкафы, которым по меньшей мере лет двадцать, на полу и стенах ковры.

Андрей Сергеевич достаёт из кармана штанов упаковку с таблетками, выдавливает в ладонь две штуки, затем запивает их бурбоном.

– Долго вам ещё таблетки принимать?

– Врач говорит полгода.

– И часто вы их с алкоголем мешаете?

– Так… стоп. Не нужно сейчас начинать рассказывать, как мне принимать мои таблетки. Давай лучше говори, с чем пожаловал?

Я беру стакан с бурбоном, отпиваю, сделав глоток, ставлю стакан обратно на стол. Честно говоря, я даже не знал, с чего начать. Но сделав паузу и собравшись с мыслями, рассказал Андрею Сергеевичу всё, что мне удалось узнать от Вити и своих коллег.

18:20

– Директор Дома культуры… центрального района. Давай ещё налью.

Он забирает мой стакан, выливает растаявший в нём лёд. Через пару минут передо мной обновлённая порция бурбона, и себя Андрей Сергеевич стороной не обошёл. Сделав глоток, он наконец-то задал мне вопрос:

– А сам что думаешь?

– Честно говоря, мне кажется, что у меня паранойя, вряд ли как-то связано с предыдущими делами. Возможно, просто совпадение.

– Это ты так себя утешаешь?

– Почему?

– Ну ладно улики, ладно отчёты, давай даже опустим сейчас интуицию. Эта римская двойка на спине, про которую ты говоришь. Вот что стоит брать во внимание в первую очередь. Однозначно убийство, однозначно опять какой-то пришибленный театрал. Изнасилования нет, половые органы не тронуты. Подумай, почему отсутствует верхняя одежда? Должен быть мотив. Ты же не первый год в следственном, а до сих пор не научился быстро анализировать.

– Так, с чего тогда мне лучше начать?

– Как с чего? С опросов – как и всегда.

– Так ребята уже их провели, я ж говорил.

– Кто, Олег и Саша?

– Ну да.

– На этих тыловых крыс вообще полагаться не стоит, их работа – бумажки разгребать, а не опросы проводить. Знаю я, как они их проводят. Спросят всё в общих чертах, никаких деталей, никаких подробностей не узнают или, и того хуже, по телефону позвонят, и всё. Займись лучше сам, напарника подряди, как его там, всё время имя забываю.

– Гена сейчас в командировке. Вроде как через неделю должен вернуться.

– Ну тогда сам займись, что я могу сказать… Вообще, узнай для начала, существует ли ещё тот театр. С ним всегда было что-то неладное.

– Даже если и так, оба дела уже закрыты. Преступники мертвы, вопросов больше не осталось.

– И что? Я тебе говорю, подними дела, покопайся. Но сначала лично проведи опрос. Я всегда всё делал сам, никому не доверял опросы. Кому нужно вырезать цифру на спине у директора Дома культуры? Скорее всего, опять какой-то шибзданутый театрал, я ж говорю. К тому же, как ты сказал, это на двойку походит. Где тогда первая жертва, почему фотографию не принёс?!

– Я не знаю, забыл.

– Впрочем… это необязательно может быть порядковый номер.

Андрей Сергеевич продолжал свои рассуждения. Я понимал, вот он – следователь с опытом, увлечённый своей работой. Я решился перебить его:

– Может… поможете мне провести опрос, ну… неофициально?

Он усмехнулся и, сделав глоток виски, ответил:

– Нет, Мих, я отошёл от дел, ты сам прекрасно знаешь.

– Я же вижу, что вам интересно. Вам всё равно нечем заняться. Что вы делаете в ближайшие дни? Завтра, послезавтра, к примеру…

Андрей Сергеевич ничего не ответил мне, встав с кресла, прихрамывая, он ушёл в другую комнату. Неловкая ситуация сложилась, сначала я подумал, что обидел его. Но через некоторое время он вернулся в комнату с удочкой в руках.

– Вот, видишь?

– Удочка?

– Сам ты удочка, спиннинг! Пару недель назад купил. Рыбалкой занялся.

– И много наловили?

– Ну, так, не особо. Это больше для души. Это к твоему вопросу, что я буду делать завтра и послезавтра.

– Серьёзно? Вам это действительно нравится? Уходя со службы, вы говорили, что, возможно, восстановитесь через время.

– Во-первых, ключевое слово тут «возможно». Во-вторых, времени прошло ещё не так много. А в-третьих, у меня тут другие планы появились.

– Это какие же?

– Мне тут один знакомый предложил охранником на продуктовый склад устроиться. Зарплата, конечно, небольшая. Но при моих сбережениях мне хватит. И график хороший: сутки через трое.

Честно признаюсь, его заявление вызвало у меня лёгкий шок.

– Вы это серьёзно?

– А я когда-нибудь был несерьёзен?

Наверно, в жизни каждого человека наступает момент, когда мы разочаровываемся в своих наставниках, учителях. Теперь я уже не мог понять, действительно ли Андрей Сергеевич пал настолько, что готов уйти в охранники, будучи опытным следователем с большим стажем… Казалось, все мои прежние представления об этом человеке рухнули в одно мгновение. Да, в прошлом году я понимал, что ему нужно время, чтобы отдохнуть. Но я надеялся, я верил, что он восстановится на службе. Наш дальнейший диалог строился весьма неудачно и был натянут. Андрей Сергеевич пытался с энтузиазмом рассказывать про все «прелести» рыбалки и работы охранником. А я же делал вид, что слушал его.