Последнюю принцессу Дракон похитил очень давно, году этак в 1918. Больше века прошло с той поры, но он прекрасно помнил, какое это было забавное приключение. Грозный Ящер до сих пор ощущал, как трепетала в когтистых лапах живая, юная плоть. Жаль, но это было так давно. Потом всё стало другим, мир поменялся

«Да-а, времена нынче не те. Скучные пошли времена: принцессы перевелись, рыцари вымерли. Ни сразиться, ни поесть толком.

То ли дело раньше. Все было просто и стабильно: турниры по понедельникам, плененные принцессы, и рыцари, спешащие им на выручку. За спасение любимых дочерей, безутешные монархи направо и налево раздавали Царства и Королевства. И это не считая разного сорта авантюристов, рискующих жизнями, чтобы завладеть несметными богатствами Дракона.

В общем, было весело. Я был занят огромным количеством дел, трудился без выходных, отгулов и отпусков. Даже, как следует, дыхнуть огнем времени не было» - грустно размышлял Дракон, глядя на тусклое пламя, мерцающее в очаге

Итак, последнюю принцессу он похитил в 1918 году. Это была Анастасия – дочь российского императора. Он до сих пор помнит, как летел над вечерним городом, расправив сильные крылья. Принцесса читала книгу в тесном дворике, под надзором маргинального вида охранников. Дракон снова ощутил восторг, вспоминая, как он ювелирно подхватил принцессу прямо из кресла-качалки на глазах у изумлённых церберов. Те пытались стрелять в него из своих револьверов. Но чего стоят эти человеческие игрушки против его бронированной кожи?

Дракон благополучно принес Анастасию в свой Замок. Нет - он её не съел: она осталась в Замке его компаньонкой. Грозный Ящер был бы рад, уйди она со своим рыцарем "по любви и в согласии", как написано в Законе, Кровью его Предка. Только всех рыцарей, готовых освободить принцессу, истребили. В те времена остались только бомбисты, террористы, диверсанты, да революционеры еще. Толку от них не было никакого. Принцесса и сама не хотела возвращаться назад. Говорила, что там сейчас голод, бардак и стреляют, а её семью заперли в подвале в Екатеринбурге.

Если бы дракон не забрал тогда её, то быть Анастасии, расстрелянной вместе со всей своей роднёй и прислугой в подвале Ипатьевского дома. А так, принцесса прожила долгую, спокойную жизнь и умерла в глубокой старости легко и безмятежно. Говорят, историки до сих пор не знают, куда пропала Анастасия, и придумали массу легенд, объясняющих ее исчезновение.

В 1997 году, когда его компаньонка доживала свой век, Дракон собирался украсть ещё одну принцессу. Не то, чтобы она сильно была ему нужна, но Анастасию было грустно в последние дни, ей необходим был кто-то, способный её развлечь.

Выбор Ящера пал на Диану Спенсер. Он тщательно спланировал похищение, выверил все до мелочей. Операция должна была пройти без сучка и задоринки, но везший принцессу, пьяный идиот-шофер не разобрался что к чему, до смерти испугался и дал по газам. Машина врезалась в опору моста, все погибли. Совесть до сих пор гложет его за тот случай. Особенно сильно горевала Анастасия, хотя её больше беспокоили переживания своего друга и компаньона, чем смерть далёкой принцессы. Но делать нечего, пришлось принцессе доживать свои последние дни в компании скучающего Дракона.

А сейчас? Сейчас он остался один. Его никто не беспокоит, и никто не боится. Все вокруг стали прагматиками: не верят в сказки, поклоняются гаджетам и боятся только обвала доллара. Люди заявили, что драконов не существует, признали их пережитком прошлого и выдумкой средневековых фантазеров.

Да что там говорить! Иногда, Дракону самому казалось, что он плод чьей-то странной фантазии. Кровожадный Ящер до того привык к размеренной, тихой жизни, что забыл когда, в последний раз, принимал своё грозное драконье обличье.

Да и зачем оно ему? Ведь огромные перепончатые лапы не помещаются в уютные тапки с собачьими мордами, а гигантский, чешуйчатый зад – в любимое кресло, стоящее рядом с теплым камином. Дракон стал таким же скучным и ленивым, как то время, в которое он вынужден был жить, хотя жить ему уже не особо хотелось. Но деваться некуда - к сожалению, он – бессмертен.

Неожиданно, у входа что-то загрохотало. Дракон медленно повернул голову и удивленно уставился на груду железа, которая скача и перекатываясь, двигалась по какой-то странной траектории. Через несколько минут до Дракона дошло: это – доспехи, а в них, видимо, должен был быть рыцарь.

«Ну, хоть какое-то развлечение» – подумал он и тихонько свистнул.

Куча железа подпрыгнула, завертелась вокруг своей оси, согнулась пополам и грохнулась оземь. Дракон решил, что место сгиба является пятой точкой неизвестного храбреца, и именно ей он и присел на каменный пол подземелья.

«Ну, хоть какая-то определенность» – снова подумал он и зевнул.

Рыцарь с трудом нащупал забрало и открыл его, издавая ужасающий скрежет, от которого у Дракона оскоминой свело зубы.

- Дракона не видел? – пропищал гость, неожиданно, тонким голосом.

Хозяин замка пришёл в ужас! Перед ним, Драконом, Грозным Кровожадным Ящером, Грозой Десяти Морей и Двадцати Земель, на каменном полу в проржавевших доспехах и с тупым мечом сидела девчонка, пришедшая сражаться с ним. Куда катится этот мир?

- А вы, собственно, кто? Рыцарь или Принцесса? – почти как в старом анекдоте, вопросом на вопрос ответил Дракон.

- Рыцарь...ка. – донеслось из глубины доспехов, - Ненавижу принцесс. Они все плаксы, – безапелляционно вылетело следом.

Дракон хмыкнул. Он не знал феминитивов и был далек от такого гендерного разделения. Как закоренелый консерватор, он признавал только девочек-принцесс и мальчиков-рыцарей. И этот неизведанный вид сказочного супергероя ввёл его в ступор и поставил в тупик.

- Я – Дракон, приятно познакомиться. Что будем делать дальше? – галантно осведомилось чудовище.

- Как что? Конечно, драться! – решительно заявила неугомонная рыцарька и попыталась вскочить на ноги.

Но куча ржавого железа, по странному стечению обстоятельств именуемая доспехами, снова показала, кто главнее и потянула ее вниз, не дав шанса сохранить равновесие

- Но что-то я устала. Вы не будете возражать против переноса поединка на завтра? - девушка с трудом стянула с головы шлем, обнажив, усыпанное веснушками круглое, простоватое лицо с вздёрнутым носом и зелёными глазами. Картину довершали мокрые от пота, рыжие волосы, мелкими кудряшками, рассыпавшиеся по плечам.

- Конечно-конечно! – заверил её Дракон, - Куда нам спешить? Примите душ, переоденьтесь, отдохните с дороги да покушайте, наконец! А то завтра и меч-то поднять не сможете.

Ранним утром рыцарька вышла из своих покоев в полной амуниции. Дракон невольно улыбнулся: в своих доспехах девчонка была больше похожа на ржавое ведро на ножках, чем на средневекового рыцаря. Но... «Безумству храбрых поём мы песню!» И Дракон принялся напевать что-то, напоминающее «Марсельезу», предвкушая вкусный и сбалансированный обед, после быстрого поединка.

Ящер удовлетворенно посмотрелся в зеркало: всё-таки для своих трехсот с хвостиком лет он неплохо сохранился. Правда, немного заплыл жирком, в последнее время (нужно скинуть пару килограммов), и кровожадный блеск в глазах потускнел. Но день обещал быть интересным, а настроение – праздничным, и всё что касается глаз, сейчас исправит адреналин.

«Уж я, как-нибудь обойдусь без вас, раз дело касается серых глаз» - Дракон сменил «Марсельезу» на полузабытую песню одной красивой девушки. Его взгляд затуманился от нахлынувших воспоминаний, возвращающих в то время, когда эта песня была посвящена ему, влюблённому и беззаботному.

Ящер потряс головой, словно стряхивая с себя будоражащие воспоминания. Нужно было принимать драконье обличье, но ему очень не хотелось этого делать. Дракон отвык от больших размеров и огнедышащей пасти. Ему хотелось надеть халат, любимые тапочки и сесть с книгой у камина, а не драться под дождем с полоумной девчонкой. Но... К сожалению, таков Закон, Написанный Кровью Предка.

Драконьи прислужники проводили рыцарьку на Лобное место. Именно там по Закону должен состояться турнир. Было заметно, что девчонка очень боялась, хотя старалась не показывать вида. Дуэлянтка дрожала так, что доспехи слегка позвякивали даже тогда, когда она стояла без движения. Дракон забыл поинтересоваться, как её зовут. Но рыцарька подозревала, что у еды не спрашивают имя. Она смотрела на высокие зубчатые скалы, обрамляющие площадку для поединков, и понимала: скорее всего, это последнее, что она видит в своей жизни.

Заиграли невидимые трубы. Начался поединок. Дракон появился эффектно, впрочем, как всегда. Он взмыл высоко над скалами и красиво спикировал вниз. Хорошо, что соперница не догадалась: пике произошло не по его воле, а из-за недостатка полетных тренировок в последнее время. Она с открытым ртом наблюдала за его полётом. Девушка была в шоке. Еще бы! Ведь не каждый день видишь живого Дракона.

Дракон удачно приземлился на все лапы и встал в выжидающую позу, готовый к отражению атаки. Рыцарька, с трудом подняв тяжеленный меч, изо всех сил рванулась в нападение. Крупными зигзагами она подбежала к чудовищу и стала его штурмовать.

Глупые люди! Неужели они думают, что Дракона можно победить этими зубочистками?! Ящер с досадой вздохнул, но немного не рассчитал силу своих лёгких. Задумавшись, он совсем забыл, что сменил обличье и нечаянно дыхнул огнем. Вздох получился не особо мощным, но его хватило, чтобы отбросить соперницу на несколько метров, и слегка закоптить ей доспехи.

Сначала Дракон решил, что этого достаточно: полоумная девчонка навсегда отстанет от него со своими дуэлями, и можно будет спокойно уйти домой. Но упрямица и не думала сдаваться! Она поднялась и снова понеслась на таран. Дракон легонько взмахнул лапой. Рыцарька завертелась волчком и снова упала, серьезно погнув доспехи. На этот раз, нанесенный ущерб был сильнее: правый рукав перестал сгибаться, а шлем разлетелся в щепки.

Но девушка была цела, и к ужасу Дракона, не собиралась признавать поражение. Покачиваясь, она снова встала на ноги и подняла меч над головой.

Дракон начал тихо звереть. Ему порядком надоел весь это спектакль в слякотный, промозглый день. Его лапы уже заледенели на холодной брусчатке, что грозило обернуться обострением хронического синусита. Взмахом крыльев, он сбил девушку с ног, и выдыхая искры, наклонился над ней, чтобы покончить раз и навсегда с этой неугомонной сумасбродкой.

Рыцарька замерла, как крошечный кролик перед огромным хищником. Прощаясь с жизнью, она понимала, что сама во всем виновата, потому что своими ногами пришла к Дракону в логово. И на что только идиотка рассчитывала, когда собиралась с ним драться? Дракон уже открыл гигантскую пасть. Сейчас он огромными зубами растерзает её и сожрёт на обед.

Девушка пеньком сидела на земле, не в силах пошевелиться и, как зачарованная, смотрела на огромного ящера, изрыгающего пламя. Жаркое, зловонное дыхание опаляло ей лицо, доспехи накалилась, и жгли кожу. Желтые глаза рептилии кровожадно смотрели ей прямо в душу, заставляя внутри всё сжиматься. Бежать бесполезно. Жизнь закончена. Поединок проигран.

Приготовившись принять неизбежное, девушка зажмурилась и приготовилась к неминуемой смерти: сейчас её сожрут, как глупого голубя, случайно залетевшего в кошачий питомник. Но вместо острых клыков, вонзающихся в тело, она вдруг ощутила, что... Дракон уходит! Его тяжелая, гулкая поступь с каждой секундой удалялась от нее, сотрясая древнюю брусчатку Лобного места.

***

Дракон курил на балконе одной из комнат второго этажа, где когда-то были покои Анастасии. Он давно бросил курить и уже лет тридцать, как не поднимался сюда. Но сегодня почему-то потянуло.

Он не собирался убивать девчонку, хотел просто напугать её и прекратить поединок. Но, полёт в небе, дыхание огнем и пребывание в драконьем обличье дали неожиданный результат. Дракону это понравилось и в нем, так некстати, проснулась природная кровожадность, сотни лет подавляемая хорошими манерами и самоконтролем. Ящер сам испугался того, что едва не растерзал соперницу. Не смотря на то, что Древний Закон, Написанный Кровью Предка, строго-настрого запрещает убивать женщин, ему с трудом удалось остановиться в последнюю минуту, На этот раз, он сдержал себя. Но что случиться, если ещё какому-нибудь злополучному герою тоже придет в голову сразиться с ним?

Дракон тряхнул головой, отгоняя от себя дурные мысли. Остается надеяться, что никто больше не вспомнит о его существовании. Иначе насмарку пойдут все долгие годы тренировок и работы над собой.

Дракон не хотел быть жестоким, кровожадным убийцей, и прилагал массу усилий, чтобы подавить в себе древние инстинкты. Но кровавый зов предков всегда сильнее новоприобретенного благообразия. Анастасия говорила, что все мы – внутри дикие первобытные звери, даже рыцари и принцессы. Что уже говорить о драконах?

Как поступить с рыцарькой он тоже не знал: убить её Дракон не мог, отпустить тоже. Осталось только поговорить с девчонкой. Может быть, она согласится стать его новой компаньонкой?

Рыцарька, чудом избежавшая клыков Дракона, с трудом стянула тяжелые доспехи и кольчугу. Встав обнаженной перед зеркалом, она внимательно осмотрела себя: все её тело покрывали синяки, но появились они не от драконьих выпадов. Доспехи, вместо того, чтобы защищать от ударов, сами не оставили на ней живого места.

Дракон победил её, и теперь ей не светят его несметные богатства. Да какие там богатства? Хорошо еще, что не съели! Но нужно уносить отсюда ноги. Она придумает какой-нибудь другой способ помочь Гертруде Петровне.

Гертруде Петровне давно перевалило за тридцать. Она носила очки, гульку из волос на затылке и работала директором Краеведческого музея. Пылкая молодость осталась в прошлом, наступила рассудительная зрелость. Но годы шли, а счастья в личной жизни не было. Все её подруги и ровесницы давно уже вышли замуж, а некоторые и не один раз. Они няньчили детей и внуков, по выходным ездили с мужьями на дачу, вместе готовили там шашлыки и вместе же отходили от похмелья.

Сначала семейные подруги звали с собой Гертруду Петровну, но вскоре ей надоело созерцать их мещанское счастье, и она всё чаще стала отказываться от совместных вылазок на природу. Потом созвоны с подругами стали случаться все реже. А со временем их общение и вовсе свелось к обмену официальными пригласительными на свадьбы и юбилеи.

Нет, природа не обделила Гертруду Петровну ни внешностью, ни самооценкой. На праздники и корпоративы она распускала волосы, надевала платье по фигуре и запросто пленяла неокрепшие мужские сердца. Но всё было – не то. После разговоров о Гоголе, Гегеле, Бабеле и средневековой Европе, большая часть кавалеров галантно растворялись в плотных слоях атмосферы, и Гертруда Петровна снова оставалась одна. О чём ни капли не жалела, потому что лучше жить одной, чем иметь неотёсанное бревно на диване в гостиной, которое к тому же постоянно просит есть и хочет секса.

А до секса у Гертруды Петровны доходило совсем уж редко. И он тоже не имел того качества, на которое она рассчитывала. Поэтому, после ночи любви она, как правило, отшивала и тех отчаянных, которые не испугались интеллектуальной беседы. И когда девушка совсем уже разочаровалась в противоположном поле, как из ниоткуда, появился он! Нет, не так! Появился ОН!

Роберт Олегович представился археологом, искавшим на местах предполагаемых средневековых сражений сохранившиеся артефакты. Гертруда Петровна питала слабость к средневековой истории и к умным мужчинам. А Роберт, к тому же, был еще и чертовски красив: высокий, спортивный брюнет, с правильными чертами лица и смуглой кожей, выдававшей его испанское происхождение. В общем, девушка решила, что она выиграла миллион по случайно купленному в переходе билету.

Секс с ним тоже был умопомрачительным. До этого Гертруда Петровна считала, что оргазм – это выдумка сочинителей дамских романов, а в реальности его не существует. Но Роберт Олегович с легкостью доказал ей обратное. Он руками, губами и языком вдоль и поперек исследовал её тело и творил с ним такое, что ночи до рассвета она извивалась и кричала, в порыве страсти кусая губы до крови.

После встречи с ним Гертруда Петровна преобразилась. Она чаще стала распускать волосы, надевать красивые платья и улыбаться. Коллеги не узнавали ее, и завистливо шушукались за спиной. Подруги плакали от радости: « Наша Герка наконец-то мужика себе нашла». А сама Гертруда порхала от счастья.

Со свадьбой влюбленные решили не спешить, но через две недели знакомства, Роберт Олегович переехал жить к своей возлюбленной, и сексуальная жизнь Гертруды Петровны приобрела регулярный характер. Но больше всего ее радовало, что любимый проявляет живой интерес к её работе.

Уже десять лет, как она служила директором Краеведческого музея, в который никогда никто не приходил, не интересовался его экспонатами, и экскурсии не заказывали – не Третьяковка, поди. Денег на содержание музея тоже почти не выделяли, ведь что там нужно содержать, кроме старого тряпья и деревяшек?! И совершенно напрасно! Под темными сводами музея, среди грозных фотографий передовиков производства и макетов тракторов, существовали поистине уникальные экспонаты: доспехи средневекового рыцаря; украшенный уникальной гравировкой и драгоценными камнями меч, по слухам принадлежавший самому Сигурду; и старинная карта с загадочными надписями на древнескандиавском языке. За меч и карту коллекционеры обещали Гертруде Петровне тысячи долларов, но она была непреклонна в своём желании оставить раритеты в собственности у государства.

Роберт Олегович каждый день приходил в музей, читал письма фронтовиков, бережно вытирал пыль, скопившуюся на швейных машинках и полевых котелках, и ласково причёсывал чучела животных. Доспехи рыцаря жених директрисы начистил так, что они едва не сожгли подшивку журнала «Работница» за 1978-ой год, отразив лучи солнца от сияющей брони. Делал он это с неизменно счастливым видом. И всем окружающим было понятно без лишних слов: этот человек предан своему делу почти так же, как и любимой Гертруде Петровне.

Два месяца Гертруда летала на крыльях счастья. А в сентябре наступила кульминация их с Робертом отношений: он приготовил шикарный ужин, купил шампанского и сделал ей предложение, надев на пальчик кольцо с бриллиантом. Дальше была бурная ночь с многочисленными оргазмами. А наутро любимый исчез. Вместе с ним исчезли меч и карта: к счастью это были копии, оригиналы хранились в запасниках музея.

Гертруда Петровна долго не могла поверить, что ее возлюбленный причастен к краже экспонатов. Она пыталась вычислить настоящего вора по записям с камер видеонаблюдения, но они в ту ночь почему-то не работали. Несколько дней она безуспешно искала его сама, и совершенно отчаявшись, обратилась за помощью в полицию. То, что она там узнала о своем любимом, повергло в шок неокрепшую психику провинциальной интеллигентки. Оказывается, ее жених никакой не археолог с испанскими корнями, и даже не Роберт Олегович, а необразованный цыган Андрей Романов, дважды судимый за кражу и мошенничество.

Гертруда всё еще не верила в это. Ее не убедила даже фотография Роберта в базе данных местного отделения полиции. В голове у неё выстроилась своя версия исчезновения возлюбленного: он пытался спасти кубок и карту от воров, но бессердечные грабители похитили героя вместе с музейными экспонатами. Скорее всего, они его замучили и убили, а красивое, бездыханное тело Роберта Олеговича выкинули где-нибудь в придорожной канаве. Но вскоре Гертруде Петровне пришло оповещение из банка, где говорилось об оформленных на её имя и под залог её квартиры кредитах, общей суммой десять миллионов рублей. Тогда-то ей и пришлось поверить во все, что рассказали о Роберте в полиции.

Гертруда стойко перенесла и эту новость. В конце концов, у неё есть дорогущее кольцо с огромным бриллиантом: оно покроет все долги. Но через пару дней кольцо стало оставлять зелёную полоску на пальце. С нехорошими предчувствиями женщина понесла его к оценщику: кольцо оказалось простой бижутерией, а бриллиант таким же фальшивым, как их с Робертом отношения.

Гертруда Петровна впала в уныние. Ничего не привлекало её и не радовало. Пару раз она собиралась шагнуть за парапет моста по пути на работу. Она подходила к самому краю и, не мигая, всматривалась в тёмную воду. Казалось, стоит только сделать шаг, и все проблемы окажутся позади, а останется лишь покой и умиротворение. Гертруда уже заносила ногу над бездной, но каждый раз что-то останавливало её. Наверное, какие-то незаконченные дела ещё оставались на этом свете.

Через месяц у Гертруды пропал аппетит, и, взяв больничный, она перестала выходить из дома. Сутками она лежала на кровати без еды и воды, не в силах пошевелиться. Всегда сияющая чистотой квартира, превратилась в приют для бомжей, а когда-то любимые хозяйкой комнатные растения, теперь пожухли и пожелтели. Ещё немного, и наша героиня окончательно довела бы себя до голодной смерти или другого серьёзного диагноза. Но, когда казалось, что жизнь закончена и не видно проблеска света в конце тоннеля, в её захламлённую квартиру ворвалась Антошка, как пример того, что добрые дела не проходят бесследно.