Если я буду красиво одеваться и носить дорогие туфли, на высоком и остром каблуке, тогда, что-то изменится? Буду-ли я выглядеть менее постыдно, жалко и ничтожно? Не такой маленькой, не такой беспомощной.

Как повезло счастливой и такой глупой Белле. Легко быть красивой и любимой всеми, богатой — родной дочерью Паркеров. Но, почему на темной стороне жизни — я?

Девочка для битья.

— Белла красавица-принцесса, а что со мной? — Книга в моих руках громко закрылась, ударяясь об книжную полку корешком. — Разве мне легко быть ущербной? Уродиной на веселье публики и приемным родителям?

В коридоре слышался стук каблуков. Это была экономка, словно в каком-то старом фильме. Настолько старом, что застал эпоху рабства в Америке. Только вот рабом в этом доме была я, с самого первого дня удочерения.

— Мисс Ева, — кудрявая женщина поклонилась, — так и думала, что найду вас в библиотеке.

— А я так и думала, что ты придёшь за мной сегодня, — еле улыбнулась, — меня вызвали?

— Да, я должна провести вас в кабинет мадам.

Как бы хотелось, чтобы закрытая книга в моих руках, оказалась верным другом или живительной мазью. Я живу в этом доме, как собака, которой не падает даже кость со стола.

— В чем провинилась Белла? — Сделав шаг вперёд, обошла женщину. — Вышла из магазина с ювелирным колье, забыв заплатить? Не выучила новые слова на испанском? Разбила фарфор?

— Мисс Белла съела за обедом три куска хлеба, вместо одного. Вы же знаете, как это калорийно.

— Моей дорогой сестре нужен психолог или любовь к себе, а не диета, — остановившись возле кабинета матери, прикусила нижнюю губу. — Ты можешь идти, дальше я сама.

— Как прикажете, мадам.

Темная дверь из столетнего дуба. Дверь в кабинет приемных родителей. Отца семейства не было дома, почти никогда. Он был в вечных разъездах по Италии, занимаясь дизайном. Совершенно другое дело матушка. Исчадие ада.

— Матушка, — с улыбкой постучала в дверь.

— Входи, дорогая, — изящный голос, что звучал с четким звуком "р". — Белла сегодня меня изрядно расстроила.

— Слышала, что сестра съела лишнего.

— Ох, милая, накануне скорой свадьбы? — Женщина поправила рыжие волосы, что были ей по плечи. Накинула красный пиджак от костюма, причмокнула алыми губами в дорогой помаде.

— Разве до свадьбы не целый год? Отец ещё не вернулся, к тому же, предвыборная компания лишь началась.

— Каждый килограмм веса, дорогая Ева, может стать причиной недуга.

Виктория Паркер — властная женщина, что была монстром в красивом обличье. Настоящей вороной или адской нечистью. Не знала она ни любви, ни пощады.

— Раздевайся, милая.

Раньше, когда я была маленькой, каждый раз мое избивание заканчивалось слезами. Мне казалось, что жизнь несправедлива. Ведь в чем моя вина, когда виновата Белла? Это было не важно. Белла порвала колготы? Изобьют мои ноги. До крови. Белла разбила телефон? Изобьют мои руки. До синяков. Белла съела лишний кусок хлеба, не сдержалась на диете? Изобьют мой живот.

— Ммх! — Простонала, сжимая зубы.

Матушка ударила первый раз. Своим любимым атрибутом — кнутом. Виктория была прекрасной наездницей, но до жути строгой. Ни одна её лошадь не прожила больше двух лет. Каждая погибала от кровотечения.

— Выпрямись! — Потребовала Виктория.

Больше, чем бедность, она ненавидела слабость. Раньше ей было мерзко от меня, ведь каждый раз я плакала и это раздражало её. Сейчас же, наши отношения, практически стали нормальными. Если не считать, что по моим ногам стекает кровь с живота. И третий резкий удар по коже, был таким близким, что капли слетели на лицо мадам. Не зря матушка любит красную одежду, легче скрывать кровь.

— Мама! — В кабинет ворвалась Белла.

Я была готова самой схватить кнут и ударить сестру. Даже сейчас, её выходка и несоблюдение манер, может обойтись мне новым ударом по спине. Матушка считала, что спина — олицетворение сдержанности и этикета.

— О, милая моя, я немного занята.

— Мама, это срочно! — Белла взглянула на меня с отвращением, а затем забралась на край стола. — Вышла статья в блоге, что создал Нью-Йорк Таймс!

— Очередные сплетни?

— Нет! — Девушка открыла сайт на ноутбуке, переворачивая к матери.

Пока две сумасшедшие стервы разговаривали, мне удалось схватиться руками за маленький столик. Ноги дрожали, икры сводило в судорогах, ступни сгибались в желании упасть на колени. Кровь все стекала, пачкая ковер. Черт, сколько раз экономна отстирывала его от моей крови? Можно было напоить стаю гиен.

— Это не больше, чем сплетни дорогая, — голос Виктории звучал неуверенно, а глаза вновь перечитывали новость. — Ева.

— Да, матушка?

— Ты была на том вечере. Скажи мне, — женщина передала ноутбук, — что ты можешь сказать об этом?!

Стараясь не реагировать на боль, пыталась прочитать содержание:

"Доброе утро, Нью-Йорк! Особенно Манхэттенская Элита. Недавно прибывший в верхнее общество Дариан Голд, был замечен с незнакомкой на вечере посвященном будущему браку! Неужели наша маленькая звёздочка Белла, совсем не в силах удержать такого мужчину при себе? И да, Нью-Йорк, между нами... Новоиспеченный король города, вроде бы, подарил незнакомке не только свое внимание, но и поцелуй."

Как?... Кто-то увидел наш поцелуй?!

— М-матушка, — нельзя было молчать, каждая секунда была на счету доверия. — Я видела Дариана Голда лишь один раз, когда мужчина разговаривал с партнёрами из Китая. Никакой девушки рядом с ним не было на моей памяти.

— Ты все врешь! — Закричала Белла, спрыгнув со стола и направившись ко мне. — Ты ненавидишь меня и хочешь, чтобы мой брак был разрушен! Ты точно видела ту мерзавку и решила умолчать?!

Ревностная агрессия пришлась на мою щеку, звонким ударом. Золотой браслет на руке ненавистной сестры прошёлся вдоль, вырывая немного волос. С одной стороны, я была даже благодарна. Боль с живота сменилась болью на лице. Единственное разнообразие в этом доме — это различие ударов.

— Милая, успокойся. Мамочка обязательно узнает, кто это был, — Виктория обняла дочь, поглаживая по спине и слегка покачиваясь на месте. — Есть у меня одна догадка, как можно поскорей найти смертницу.

— Простите, матушка? — В ушах звенело от удара, желудок скручивало в голодных спазмах. — Смертница?

— Падшие женщины, как больные лошади. Их нужно высечь, пока те не заразили других, — женщина поцеловала Беллу в носик, — как только мы найдем любовницу Дариана, я покажу ей, что значит переходить дорогу Паркерам.

— Матушка, это ведь все слухи! — Голос звучал излишне нервно, но это свели на мое избиение, нежели панику. — Не стоит ли отменить свадьбу, раз Дариан не любит Беллу? Как же её счастье?

— Ха! Не любит, так полюбит. Мы что в сказке живём, идиотка? — Белла ударила двумя пальцами по моему лбу, — бедным никогда не понять, что значит любовница в мире богатых.

Белла была права. Если любовь и правда существует, это чувство пустяк.

— И что же значит?..

— Значит, что пока об этом никто не знает, этого нет, — Виктория забрала ноутбук. — Но раз новость разошлась по всему городу, придется вмешаться. Ступай, Ева, надеюсь увидимся не скоро.

— Да, матушка.

С Викторией мы видились только тогда, когда на то была причина. В последнее время Белла поумнела, поэтому встречи происходили не чаще раза в месяц. Можно сказать, что моя жизнь идеальна, если бы не Дариан Голд! Черт!

Пока не появился этот мужчина: не было никакой диеты, ревности, строгости. Меня избивали реже. Намного реже, когда я научилась сдерживать слезы при Виктории.

— Мисс Ева, ванная с лечебными травами уже готова, — возле кабинета стояла экономка в поклоне.

— Спасибо. Меня не будет пару дней дома, поэтому не заходи ко мне в комнату.

— Вы отправляетесь в путешествие?

— Рабочая поездка в пределах города, — я знала этот подлый взгляд, молящий. — Пятнадцать процентов твои. Держи рот на замке.

— Да, юная госпожа, — улыбнулась экономка, следуя позади.

Хотя, может быть, не так и плохо, что вышла статья? Матушка и Белла в жизни не подумают, что такая мышь, как я и есть таинственная незнакомка. История забудется, суматоха уляжется. Дариан Голд вовсе уже не помнит моего имени. Значит, тот несчастный поцелуй, станет лишь проблемой моей дорогой сестрёнки.

— У меня к тебе просьба.

— Да?

— Отправь букет лилий, — хитрый смешок раздался из уст. — От нашего дома к уважаемому Мистеру Голду. Белла с радостью примет его в гостях.

— Но, мадам, Мистер Голд уже отказал на первый букет с приглашением. А настырность...

— Нет. Это будет не настырность, а надоедливость от лица семьи Паркер.

Ревнивая Белла, что бегает в поисках незнакомки, вскоре получит письмо от Голда с просьбой не доставать его глупостями. Боже, как прекрасны лилии в Нью-Йорке!

— Я мог бы сказать, что все прошло хорошо, но не стану, — объяснялся Тайлер с планшетом в руках. — Честно сказать, то, что Дариан отреагировал на приглашение Мисс Беллы — странно.

Экономка сжимала в руках полотенце, выглядывая через стекло гостиной на пару. План Мисс Евы не сработал. Вместо письма с озлобленным ответом, мужчина явился на приглашение.

— Кажется, Мистер Голд не в настроении, — шептала прислуга.

Тайлер взглянул на своего лучше друга и начальника, усмехнувшись.

— Нет, сейчас он даже в хорошем состоянии. Вы ещё не видели Дариана не в духе, — мужчина заблокировал планшет, заводя руки за спину. — Дариану и Белле суждено пожениться. Но вы только посмотрите на них. Каждую их встречу я нервничаю настолько, что мне самому необходим психолог.

— Мисс Белла...

— Да, ваша юная госпожа очень резкая и ведёт себя, как ребенок. Мой же господин, абсолютный холод и сдержанность.

— И все же есть улучшения, — экономка указала пальчиком на спину Голда. — Он пришел в ответ на приглашение.

Тайлер грустно свёл брови, кивнув в их сторону.

— Присмотритесь, мадам экономка, присмотритесь получше.

Экономка смотрела, прищурив взгляд. Идеальный мужчина, от которого появлялось одно желание — бежать и кланяться. Аккуратно уложенные волосы на левый бок, выбритая щетина до хрустальной гладкости, монотонные, как у робота, глаза. Смотря на Дариана, хотелось мгновенно спрятаться. Даже Белла, что боготворила его образ, сидела с нервным постукиванием ногтей вдоль чашки с чаем. Была у мужчины какая-то аура, словно живая. Воздух вокруг него имел зелёный оттенок леса, а парфюм, заставлял чувствовать себя скованным в деревянном стволе.

Какая девушка в здравом уме подойдёт к нему? Скорее всего, слухи в новостном блоге и правда не более, чем слухи!

— Изабелла, — строго и пусто, произнес Дариан. — Мне всегда трудно контактировать с детьми.

Его слова звучали так, словно он сравнивал девушку со зверьком.

— Дорогой Дариан... — пыталась с улыбкой вмешаться Белла, чувствуя неуверенность. — Причем тут дети? И почему ты так неожиданно пришел в гости? Я была немного, как бы, не готова.

— Изабелла, — её имя звучало в его устах, как оскорбление. — В нашу первую встречу, ты напомнила мне мою старую школьную знакомую. Которая не знала разницы, между: одеть и надеть. Ты была в моих глазах ребенком, которого можно перевоспитать и требуется лишь терпение.

— Дариан! — Вскрикнула с обидой хозяйка дома.

— Я был готов терпеть твои юные выходки, ведь не может у семьи Паркеров быть глупой дочери, — резкий взгляд, хуже удара об камень. — Но, оказывается, ты никогда не была глупой маленькой девочкой. Изабелла, ты оказалась просто человеком, что со скрежетом зубов от злости, не может контролировать свое поведение.

— Дариан, как ты смеешь такое говорить? Мне?! Своей будущей невесте! — Девушка вскочила с дивана, нависая над мужчиной.

Однако, даже сидя и не двигаясь, Голд преобладал в любой ситуации. Доминировал одним голосом.

— Разочарование, — безразлично ответил. — Худая, истеричная, нервная, не обученная выживанию в жестоком мире. Мне любопытно, что ты вообще можешь предложить, кроме денег семьи?

Белла еле сдерживалась, чтобы не заплакать, ради театрального выступления. Ведь после слез её обязательно пожалеют, да? Если бы. Хоть слезинка спадет с её глаз, как Голда стошнит. Это было написано на его лице.

— Зачем тогда ты пришел сюда? Зачем?! — Ноздри девушки вздымались в глубоком и частом дыхании.

Голд поднялся с лёгкостью, попутно застегивая пуговицу на пиджаке. Одарил никчемную Беллу взглядом, хуже удара кнута и улыбнулся. Как обычно улыбаются детям, которые спрашивают: "Санта Клаус существует?"

— Более, я не намерен спускать тебе с рук подобные выходки. Нелепые приглашения, звонки, поиски меня для встречи. Тебе нечего предложить, Изабелла.

Дариан поднял чашку девушки, что стояла возле специального блюдца и поставил, как положено.

— Научись себя вести, — мужчина слегка повернул голову в сторону выхода. — Экономка.

Женщина тут же вышла навстречу в поклоне.

— Да, господин?

— Передайте Виктории, что сделка под угрозой, — с насмешкой осведомил Голд. — Её драгоценный бриллиант, оказался обычным углем. Пусть, что-то сделает с этим.

— С этим? — Белла собиралась начать скандал, но умолчала.

Она ещё покажет ему, кто здесь бриллиант, а кто камень! В конце, именно Дариан приползет к ней на коленях!

Тайлер вышел в коридор, протягивая другу пальто. Можно было сказать, что подобное поведение к леди, весьма грубое, и все же. Для Голда подобное обыденно, можно сказать даже с добротой. Если бы не цель и выгода, которую принесет слияние двух фирм — Белла мусор. Как впрочем все люди, которых встречал Дариан.

— Эх, женщина без любви, равносильна свече, что зажгли в бурю, — иронично усмехался Тайлер, присаживаясь в машину. — Твоя невеста, как огонь. Пламенный характер.

Дариан захлопнул дверь, одним взглядом отдав приказ водителю. Колеса прорезали асфальт, на всей скорости направляясь за пределы города.

— Изабелла действительно, как огонь, — согласился мужчина. — Огонь в пустыне. Такая же бесполезная и только больше раздражающая горло, когда умираешь от жажды.

— Эта девушка то, что тебе необходимо, Дариан, — Тайлер напоминал о важности, сидя вполоборота. — Мы не можем забыть о такой важной семье в городе. Поэтому, скажи мне, что новостная статья — блеф?

Голд улыбнулся, так, словно сейчас порвет губы в приятном воспоминании.

— Эта женщина... Ледяное пламя. Её напуганные глазки, сморщенный маленький носик, и такие отважные действия на фоне пугливости, — смешок без иронии, над самим собой. — Должно быть и слезы у неё, как синее пламя, что хочется зажигать и самостоятельно тушить.

Тайлер тяжело вздохнул, впервые не понимая юмора друга. Что ещё хуже, на шутку это вовсе не походило.

— Ты о ком, Голд?!

— Я слишком заинтересован этой женщиной, и меня это пугает.

— Беллой? Ты заинтересован Беллой? — Тайлер ничего не понимал.

— Я говорю про ту, что ты называешь блефом, — Дариан поднял планшет, возвращая его в руки помощника. — Поцелуй с незнакомкой. Я заинтересован ею.

Тайлер был готов утопиться в воздухе, или выпрыгнуть из машины, чтобы спастись от безумия. Какие ещё интересы к обычным девушкам?! Сколько незнакомок разной красоты подходили к нему, с чего вдруг поцелуй? С чего вообще он не злится за сплетни в новостной строке?!

— Дариан, я сейчас обращаюсь к тебе не как к другу, а как к Альфе стаи...

Голд поднял ладонь, веля замолкнуть.

— Найди её.

— Кого?

— Незнакомку. Приказ Альфы.