2017 год…

В зале царил полумрак. Я стояла около сцены и ждала своего выхода. Идеальное место, чтобы, не привлекая внимания, рассматривать участников аукциона. Высший совет вампиров, собрались только избранные. Было забавно сравнивать описания, узнавать и идентифицировать каждого. Ни разу их не видев, я уже могла назвать поименно практически всех.

Адреналин бегал по венам, приближался волнительный момент. Кто меня купит? Кто раскошелится и заплатит самую высокую цену? Неизвестность будоражила кровь, по телу пробежала дрожь предвкушения. Чьей собственностью я стану?

Фаворитов у меня не было. Только не хотелось попасть в руки к длинноволосому белобрысому, худосочному вампиру. Если я правильно сопоставила описания, звали его Фарад, глава совета. По рассказам самый жестокий из присутствующих. Вот с ним придется туго. Хотя я в любом случае справлюсь, другого выхода нет.

Охранник-вампир бесцеремонно подтолкнул меня к сцене. Руки связаны, из одежды на мне, только кружевное белье белого цвета, все прикрыто золотистым длинным плащом. Сейчас торг шел за маленькую чуть полноватую волчицу, после нее моя очередь. Нас сегодня пятеро, и я последняя. Приближался мой звездный час, росло волнение, облизала вмиг пересохшие губы. Интрига меня заводит, от переизбытка самых разнообразных эмоций бешено колотится сердце. Аукцион мне нравится все больше и больше.

- Уважаемые гости, позвольте представить звезду нашего вечера! – вампир в черном смокинге, указывает на меня.

Поднимаюсь по ступенькам, на ходу с меня слетает золотистый плащ. Стараюсь двигаться грациозно, насколько позволяют связанные руки, улыбаюсь своей самой обольстительной и идеально отрепетированной улыбкой каждому в зале и никому конкретно. Становлюсь посередине, дышу прерывисто, рот приоткрыт, от волнения соски сжимаются, их контуры отлично видно под тонкой тканью лифчика.

Ловлю на себе заинтересованные взгляды, впитываю их вожделение, наслаждаюсь вниманием. Нет сомнений, я произвела нужный эффект. Девчушки, мои предшественницы, боялись, плакали, а я ощущаю, как шаг за шагом приближаюсь к своей цели.

Начинается аукцион. Пользуюсь спросом. Не удивительно, ожидаемо. У вампиров в руках таблички с неизвестными мне знаками. Расплачиваются не деньгами. Услугами. Но понять, кто что предлагает, не могу. Борьба идет оживленная, одни таблички сменяют другие. Волнительно. Возбуждающе. Ток пробегает по нервным окончаниям, по коже мурашки, коктейль новых, таких острых ощущений. Экстаз.

Постепенно вампиры сходят с дистанции. Ставки поднимаются. Белобрысый не сдает позиции. Неужели выиграет? Неужели удача решила повернуться ко мне пятой точкой? Выгибаюсь грациозной волной, подталкиваю других вампиров не сдавать позиции. Только не белобрысый! А Фарад и не думает уступать. Настырный.

Когда я уже мысленно смирилась с его выигрышем, появляется новый участник. Он просто возникает в зале. Вот не было, а тут раз – и появился. Перебивает ставку белобрысого. Но кто он? Не член совета, это точно. На всех высших у меня информация есть. А этот как тень, возник из неоткуда, а ведет себя, как домой пришел. Как бы незваный гость не нарушил планы. Насчет него у меня инструкций нет.

Выглядит необычно. Довольно высокий, напоминает аристократа из прошлого века. Белая кружевная сорочка и, как ни странно, он в ней выглядит мужественно. Худой, и одновременно ощущаю его силу, невольно хочется увидеть его без сорочки. Длинные черные волосы забраны в хвост. Около висков несколько прядей завились в колечки. Но все меркнет, когда смотрю в его глаза. Они нереальные, манящие, завораживающие, фиалковые. Кажется, я на несколько минут утонула в них. Нет. Нельзя так. Надо держать себя под контролем.

А незнакомец меж тем продолжает за меня борьбу с белобрысым. Меняет табличку за табличкой. Фарад уже нервничает. Эмоции вырываются из-под его контроля и отражаются на лице. Он сдается. В глазах ненависть. Странный вампир победил, а по нему не скажешь. Остается таким же невозмутимым.

Вот и мой новый хозяин. А я к такому варианту не готова. Как себя вести? Что делать? Не принадлежит к совету, но его опасаются. Это сразу бросается в глаза. Кто же он такой? Узнаю. Все равно докопаюсь до истины.

Подходит ко мне. Нет, он не идет, плывет. С какой-то невероятной бескостной грацией. Это был наш первый раз, неповторимое мгновенье, когда глаза нашли друг друга. В тот момент исчезли все, мир сомкнулся вокруг нас, и для меня существовали только его фиалковые глаза.

Потом, спустя годы, я больше всего скучала по той самой первой секунде, тогда ничего не было важно только мои глаза в его глазах, самый наш искренний момент, не изуродованный тайнами, не пропитанный ненавистью. Тогда я впервые услышала щелчок сердца «зацепил».

- Поздравляю с приобретением меня! – смотрю дерзко, с вызовом, так проще спрятать смятение.

- Здравствуй, Эмбер, - голос, лучше бы я никогда его не слышала. Не может он так ласкать кожу, не может пробираться внутрь меня и трогать так дерзко, так проникновенно, то, до чего не могут дотронуться руки. Только спустя несколько секунд мой мозг начинает работать, правда, в замедленном режиме. Откуда он знает, как меня зовут?

- Можно узнать имя моего хозяина? – он сокращает расстояние между нами, ощущаю его запах, странный, сладковатой свежести, запах лета, полевых цветов, еще одна странность. Вампиры так не пахнут.

- Рафаэль, - он слегка улыбнулся, идеально очерченными губами. Его улыбка была оценивающей, в чем-то надменной, словно он знал обо мне то, о чем я сама не догадывалась. Что в корне подорвало мой самоконтроль. И к моему стыду, в тот момент я больше всего хотела узнать, каковы его губы на вкус.

***

2014 год…

Я опаздывала на день рождения сестры. Никогда до конца не понимала традиции оборотней. Зачем отмечать в лесу? Еще и в конце перекидываться? Как по мне, так лучше бы в каком-то ресторанчике или, на худой конец, дома, в кругу семьи. Но нет, должна собраться вся стая, нужно вытерпеть нудные ритуалы. И так каждый месяц, обязаловка. Старшая дочь альфы должна во всем поддерживать родителей.

Каждого волка нужно уважить вниманием, поздравить, и стоять как статуя с дежурной улыбкой на лице. Но если некоторые праздники могла пропустить, где-то приврать, то к сестре не пойти нельзя.

Было лето, вечер, а солнце все еще не спряталось. Не выношу яркого света и прямых солнечных лучей, но кому это объяснишь, волкам этого не понять. Укрыться не удалось, к лесу вела прямая открытая дорога. Поморщившись от ужасной головной боли, ощутив слабость во всем теле, решила спрятаться под деревом и дождаться, когда солнце соизволит уйти в закат.

Я, конечно, очень люблю младшую сестренку, но если приду разбитая и обессиленная – это никому будет не нужно. Потому спокойно дождавшись сумерек, я продолжила путь. Вошла в лес, в нос ударили разнообразные запахи, восторга это у меня не вызвало. Я точно какой-то не правильный оборотень, равнодушна к лесу, не люблю дневное время, еще и обращаюсь в своего зверя медленно и со скрипом. Словно мою волчицу надо клещами из меня вытаскивать. Но я давно привыкла, что я сплошное недоразумение, и стараюсь не обращать на это внимания.

У стаи было свое особое место, где мы всегда собирались, освященное колдунами нескольких поколений. Спрятанное в глухой чаще леса. Чем ближе я приближалась, тем сильнее меня охватывала беспричинная тревога. Когда я подошла ближе, раздались непонятные шорохи и сдавленные крики.

Передвигаясь осторожно, стараясь не создавать шума, я стала приближаться. Пахло бедой, сильно, невыносимо. Было страшно, но я продолжала идти вперед. Чем я могла помочь? Не знаю. Но стоять в стороне или убегать как заяц – тоже не вариант.

В конечном итоге я уже ползла по земле. И чем ближе была поляна, тем громче были крики. Я узнавала голоса некоторый волков из стаи. При входе на поляну росли густые кусты, притаившись там, я осторожно выглянула, и тут же закрыла себе ладонью рот, подавив возглас ужаса.

На поляне орудовали чужаки в масках, одетые во все черное, похожие на призраков. Различить их из-за однотипной одежды было невозможно. Человек тридцать, если не больше, у некоторых было оружие. Они хладнокровно убивали мою стаю. Отец и мать были ранены, они лежали на земле придавленные черными тушами. Кто-то из наших пытался убежать, кто-то перекидывался и пытался дать отпор. Но неизменно чужаки оказывались быстрее.

Что делать? Кого звать на помощь? Если все наши были тут? И перевес сил был явно не на нашей стороне.

- Ищите белую волчицу! – раздался хриплый окрик.

Чужаки ринулись к нашим девушкам. Хотелось закрыть глаза, не видеть этого кошмара, но глаза упорно продолжали смотреть. Тем более я поняла, кого они ищут.

- Нашел! – раздался чей-то грубый голос. И следом за ним жалобный писк моей сестры. Только не она!

Сестра в человеческом облике была блондинкой. Но в образе зверя имела серую шерсть. Единственной белой волчицей была я. Притом, что волосы у меня от природы были каштановые, с красноватым отливом. А вот перекидываясь, я становилось белоснежной. Только зачем я им понадобилась? Я сама-то себя в шутку называла белой вороной. Не оборотень, а не пойми что. Ничего от родителей не унаследовала.

А меж тем они приволокли мою сестренку на середину поляны. Я уже хотела вмешаться, все равно, что со мной будет, не дам им издеваться над ней! Девушке было всего двадцать два, жизнь только начиналась. Но лезвие чужака оказалось быстрее. Из горла Нателлы хлынула кровь, она издала хрип и затихла… навсегда.

За что они так? Что им нужно от нашей мирной стаи? А ведь сестра приняла мою смерть, это я там должна была стоять. Не она, только не она! Я сделала еще один трусливый поступок, стала убегать, не видя дороги, спотыкаясь, пытаясь перекинуться в зверя. В приступе паники у меня ничего не получилось. В обычном состоянии принять облик волка было тяжело, а уж сейчас и подавно.

Споткнувшись, упала лицом в грязную большую лужу. Хотела подняться, но чья-то сильная рука удержала меня за затылок и снова окунула в грязь.

- Не рыпайся, если жить хочешь…

2017 год…

- Сколько тебе стоило приобретение моего тела, Рафаэль? – я не знала как себя с ним вести. Был бы на его месте любой вампир из совета, я назубок изучила их слабости и предпочтения. А тут я действовала наугад. Еще меня смущало, как он влиял на меня. Рядом с вампиром сохранять холодный рассудок с каждой минутой становилось все проблематичнее. А ведь мы только познакомились! Страшно подумать, что будет дальше!

- Это не твои заботы, - бросил небрежно.

- Мне любопытно, какова моя цена, - я слегка выпятила грудь вперед, и провела кончиком языка по верхней губе. Реакции не последовало, ни один мускул не дрогнул на его лице.

- Любопытство бывает губительным, - он зашел мне за спину и развязал руки. Едва уловимое мимолетное прикосновение к коже, словно и не было ничего. Но даже эта призрачная ласка вихрем пронеслась по всем моим нервным окончаниям.

- Не боишься, что убегу? – резко поворачиваясь, встречаю его взгляд, снова как загипнотизированная дура хочу утонуть в фиалковом омуте его глаз, хочу узнать, как они наполняются желанием. Что у меня за мысли? Первый раз в жизни вижу его, и вместо того чтобы думать о деле, предаюсь глупым мечтаниям, которых у меня сроду не было. Ни с кем.

- Нет, - поворачивается и направляется к выходу, - Пошли.

Иду следом, смотрю на его спину, прямая осанка, попка так аппетитно выпирает, а волосы, черные, блестящие, глаз не оторвать, так и хочется распустить их, запустить руки и проверить, каковы они на ощупь.

Я шокирую сама себя. И не верю, что после нескольких минут знакомства, рассуждаю о подобных вещах, еще и хочу воплотить их в жизнь. Кто он вообще такой? Надо выяснить и как можно скорее. Надо лучше себя контролировать, нельзя забывать о цели.

- Рафаэль, мое почтение! – дорогу нам преграждает белобрысый вампир, вблизи он выглядит еще ужасней, особенно его глаза, бесцветные, стеклянные, пугающая пустота. Голос, как наждачная бумага режет по барабанным перепонкам.

- Фарад, - мой хозяин едва уловимо кивает головой.

- Давно не имел чести созерцать тебя в наших краях, - в стеклянных глазах промелькнула ненависть и тут же спряталась.

- Я тут ненадолго, - я подошла чуть ближе, стала рядом с Рафаэлем. Получается, он приезжий. И тут постоянно не обитает. Но ведь его допустили на аукцион избранных, хоть он и не член совета. И белобрысый говорит с ним осторожно, словно опасается. Мало, пока катастрофически мало информации.

- Вот не знаю даже, злиться на тебя за свой проигрыш или радоваться как ты сам на себя долг повесил, - Фарад улыбнулся улыбкой, насквозь пропитанной злом. Скользнул по мне взглядом, и я увидела в зеркальном отражении его пустоты весь ужас того, что он собирался со мной сотворить. Он хотел пытать, истязать, и это был его кайф. Мурашки страха, подобно червям поползли по коже, я невольно вздрогнула.

- Мне без разницы, - Рафаэль пожал плечами, и даже это мимолетное движение меня завораживало.

- Ты теперь должен Лауре, а она шанса не упустит, - вампир засмеялся, и мне стало холодно. – Предвкушаю занятное представление твоей расплаты, Рафаэль.

- Наблюдай, это все, что тебе остается, - Фарад в мгновение ока позеленел, открыл было рот, намеревался что-то ответить и закрыл его, не произнеся ни звука. Одной фразой Рафаэль смешал белобрысого с грязью. – Приятного вечера, - и даже не посмотрев на меня, хозяин обогнул вампира и пошел в направлении двери. Он был уверен, что я пойду следом. И пусть я злилась, но и тут он был прав.

И снова я задавалась вопросом, кто этот Рафаэль, если позволяет себе так говорить с главой вампирского совета? И что еще за Лаура? У меня о ней информации тоже не было. А ведь я была уверена, что отлично подготовилась, просчитала все ходы, и проиграть, казалось, невозможно. А теперь я вообще не понимала, на каком я свете и что мне делать! Мысли снова вернулись к Лауре. Она меня уже бесила заочно. И это была еще одна странность в моем собственном поведении.

Рафаэль шел молча. Нет, он плыл, грациозно, завораживающе, я шла следом. Бежать глупо, и делу точно не поможет. А где-то на поверхности сознания блуждала мысль, что мне и не хочется. Он подогревал мой интерес и мне это нравилось.

Шли мы с полчаса, может чуть больше, свернув в темную узкую улочку. Мы прошли в ее конец, и передо мной предстал трехэтажный дом, небольшой, аккуратный, с причудливой архитектурой. Таких сейчас уже не строят. Вампир пропустил меня внутрь, включил свет. Внутри антикварная мебель, картины и неживой запах. Так пахнут заброшенные дома, где нет человеческого тепла, нет эмоций. Да, он был бездушным, и никакая изысканная обстановка не могла этого скрыть. Хотя пыли не было, все вокруг блестело идеальной чистотой.

- Чей это дом? – решила все же прервать молчание.

- Мой, - Рафаэль не обернулся и пошел к лестнице.

- Ты ведь тут не живешь? – что мне оставалось делать, пошла за ним следом.

- Иногда останавливаюсь, - по ступенькам он поднимался с той же скользящей грацией, так что я опять зависла, пялясь на его пятую точку.

На втором этаже все было точно также, идеальная чистота и никакого уюта. Вампир прошел по коридору, открыл одну из дверей.

- Проходи, - голос тихий, бархатный и отстраненный.

Я послушно вошла внутрь. Большая кровать, над ней картина с изображением древнего замка, та же старинная мебель, в углу комнаты еще одна дверь, скорее всего в ванную комнату.

- Я теперь тут буду жить?

- Временно…

- Пока не наиграешься со мной? – я прошлась по комнате, на мне все еще был только комплект нижнего белья и плащ, который я накинула на себя после аукциона. В комнате было жарко, потому я без раздумий сбросила плащ, с вызовом посмотрев на него.

- Нет, - он замер в одной позе, казался расслабленным и отстраненным. Никакой реакции на мои прелести, и меня это начинало бесить. Он что, любит мальчиков? Или у него там внизу ничего не работает? Нет, последнюю мысль я отмела сразу, слишком соблазнительный запах у вампира, чтобы поверить в его мужское бессилие.

- Зачем ты тогда купил меня? – я не понимала его, вот совсем, ни капли, и от этого в моем голосе сквозила неприкрытая злость.

- А ты так хотела стать вампирской подстилкой? Так старалась, выставляя себя, - он хлестнул меня голосом, как дал пощечину, обидную, болезненную.

- И вот он рыцарь, спасший меня от позора и незавидной участи! Мне как тебя благодарить за избавление, в колени упасть, ноги целовать? – в глазах предательски застыли слезы. Он затронул те чувства, которые я старалась похоронить навсегда. Есть цель, а способ неважен. Иного выхода для меня не существует.

- Где ты пропадала три года? Ты знаешь, что родители тебя до сих пор оплакивают? – внезапная смена темы резанула еще сильнее. Сейчас я видела в нем безжалостного палача, умевшего найти самую болезненную точку и планомерно бить туда, давить, пока окончательно не сломает.

Сразу за яркой вспышкой боли пришел ужас – откуда ему известно про моих родителей, про меня? Что этот вампир еще знает? К кому в лапы я попала?

- Откуда… ты знаешь? – бесполезно даже пытаться скрыть мое удивление.

- После нападения на твою стаю, ты исчезла. Где ты была, Эмбер? – он был по-прежнему невозмутим, задавал болезненные вопросы, таким тоном, словно интересуясь, что я ела на завтрак.

- А не ты ли был в числе нападавших? – жуткая догадка заставила меня попятиться назад.

- Нет. Не я, - тихий, короткий ответ. И я поверила, сразу. Или просто хотела в это верить. Подсознательно боялась, что он может быть причастен. Как же он спутал все мои мысли и чувства, взял и перемешал все, без каких-либо усилий. Так, что я теперь сама себя не понимала.

- Тогда все остальное не твое вампирское дело. Не суй свой нос, куда тебя не просят! – выкрикнула слишком эмоционально. Снова ошибка, нельзя показывать свои тревоги, нельзя даже на долю секунды обнажать душу.

- Ты права. Я могу просто отвезти тебя домой, и разбирайся со своей семьей сама, - в фиалковых глазах промелькнул холодный блеск, он злился. Все же даже его идеальная маска имеет уязвимые места.

- Нет, Рафаэль. Просто не лезь. Не втягивай их в это! Купил меня, пользуйся, - я развела руки в стороны, давая понять – доступ открыт.

- Почему ты хочешь оставаться для них мертвой? – доля секунды, и он оказался около меня. Даже для вампира немыслимая скорость. Он схватил меня двумя пальцами за подбородок, не сильно, даже нежно, но в пальцах пульсировала сила, которая может в мгновение ока раздавить. Абсурд, но даже сейчас мне нравилось его прикосновение, даже коленки подогнулись и ноги задрожали. Вампир поднял мою голову и заставил посмотреть себе в глаза. – Зная, как они ежедневно убиваются по погибшим дочерям, седеют от горя, даже не догадываясь, что одна из них жива? – в фиалковых глазах появились шипы, колючие острые, они резали, терзали, кромсали.

- Так будет лучше… для них… – предательская слеза скатилась по щеке, а я стояла, продолжая смотреть в его глаза, не в силах пошевелиться.

- Дело твое, - он резко отпустил меня, так, что я даже пошатнулась. На лице непроницаемая маска спокойствия.

- Кто ты такой? Откуда знаешь моих родителей? – что он еще знает про тот день, про меня? Рафаэль все больше пугал меня и притягивал. В одну секунду я ненавидела его, а в другую снова заворожено смотрела.

- Неважно, - бросил равнодушно.

- Тогда не лезь! Не говори им про меня! – я хотела попросить, а вместо этого со злостью выплюнула слова.

- Договорились, - грациозное пожатие плечами, холодный взгляд. Он совсем непредсказуем.

- Так зачем ты меня купил? – повторяю свой изначальный вопрос, надеясь хоть что-то для себя прояснить.

- Фарад бы тебя растерзал, - черная бровь изогнулась дугой, лицо по-прежнему непроглядная маска.

- А ты решил поиграть в спасителя? – не верю я в добрые побуждения. Нет, в мире нет искренности, и ему от меня что-то надо. Это факт, и не нужно обманывать себя, просто принять.

- Думай, как тебе угодно, - сейчас он отстранился еще сильнее, безразличный, далекий.

- И что дальше? – упираю руки в бока, смотрю с вызовом.

- Одежда тебе нужна. Поешь. Отдохни, - голос стал мягче, теплее. И все равно я себя ощущаю бродячей собакой, которую подобрали на улице, не пойми зачем.

- Там на аукционе остались некоторые мои вещи.

- Хорошо. Принесу. Завтра я куплю тебе все необходимое, - кивает головой продолжая следить за мной взглядом. Ощущаю себя как под прицелом.

- Не утруждай себя! – зло фыркаю.

Он не обращает на меня внимания, подходит к двери, кого-то зовет. Через минуту в комнату входит вампир, среднего роста, русые волосы по плечи, уложены так, что виден только один серо-голубой глаз.

- Это Рэджи, он поможет тебе обустроиться в доме, принесет еду. Обращайся к нему по любым вопросам, - я не ощутила присутствия в доме еще кого-то. Неужели мои способности еще хуже, чем я о них думала?

Вампир поклонился, поздоровался, улыбнулся. Так радушно, что стало тошно. Буркнула что-то в ответ. И пока я отвлеклась на русоволосого, Рафаэль просто исчез, растворился. А вот его отсутствие в доме я ощутила отчетливо. Сразу стало так пусто, и дом показался еще более неживым.

Перевела взгляд на нового знакомого. Может, он окажется более разговорчивым, и я смогу выудить из него хоть какую-то информацию?

Рафаэль шел по пустынным ночным улицам города. Один вечер и все планы пошли кувырком. Все из-за нее. На аукцион он пришел по своим делам, и никак не ожидал там встретить ее. Девчонку он узнал сразу. Она была поразительно похожа на мать. Только стройнее, деликатней, черты лица нежнее, но та же энергия жизни, жажда авантюризма и соблазн в каждом движении, дурманящий запах желания. Покойная Шанталь, мать девочки, принесла ему немало бед, разрушила не одну жизнь. От ее плоти и крови вампир не ждал ничего хорошего. Хотя и не мог заставить себя относиться к ней с той же неприязнью и отстраненностью, как к Шанталь.

И по той информации, которой он владел, Эмбер уже успела натворить делов. Не просто ведь прячется от приемных родителей, которых считает родными. Разбираться в ее жизненных перипетиях у Рафаэля не было желания. Он уже итак порядком влез, куда не следует. Придется расплачиваться за ее освобождение. И это тогда, когда у него и своих дел по горло, когда с советом вампиров отношения не однозначные.

Но увидев ее изумрудные глаза, еще там, на аукционе, еще более сочные, яркие, чем у ее отца, он не смог остаться в стороне. Рафаэль разглядел в них печаль, наивность, боль, что-то затронуло его в ней.

Изначально он знал о ее существовании. Следил издалека, не приближаясь. Девчонка жила обычной жизнью, работала переводчиком, а после нападения на стаю бесследно исчезла. Все считали ее погибшей, но вампир был уверен, не та в ней кровь, чтобы так просто сгинуть. И он боялся того момента, когда ее способности расцветут в полной мере. Даже надеялся, что этого не произойдет.

Он решил для себя разобраться со всем как можно скорее. Обеспечить безопасность Эмбер и уехать из ненавистного города, с которым его связывали не слишком приятные воспоминания. Да, и жить рядом с советом вампиров – это как ходить по краю пропасти, никогда не знаешь, кто тебя толкнет в спину, а кто мило улыбаясь, подставит подножку.

Рафаэль приблизился к ярко освещенному особняку. Помедлил с минуту. Подниматься по ступенькам не хотелось. Видеть хозяйку дома – тем более. Но выбора нет. А из-за Эмбер этот визит загонял его в капкан, и Рафаэль даже не представлял, через сколько лет сможет выпутаться. Если бы не девчонка, он мог бы выйти с минимальными потерями, а так он уже изначально обречен на провал. Долг связывал сильнее любых цепей.

Охрана пропустила вампира, дворецкий проводил в зал. В доме все кричало роскошью, сверкало, так, что глазам становилось больно. Столько десятков лет прошло, и ничего не изменилось, все та же показуха в каждой детали.

Хозяйка дома задерживалась. Играла на нервах. Она любила заставлять себя ждать. А уж его так и подавно. Впрочем, Рафаэль и не надеялся, что с ней будет легко.

Только спустя час, в коридоре раздалось неспешное цоканье каблучков. Лаура величественно вплыла в зал в сопровождении двух вампиров. Она редко появлялась без свиты. Рыжие шелковистые волосы спускались до талии, на алых губах играла самодовольная улыбка, яркое синее платье спереди открывало бесконечно длинные ноги, сзади по полу тянулся шлейф. Украшений на ней было столько, что вампирша светилась как новогодняя елка. И все же ярче всего блестели ее глаза, серебристое мерцание, манящее и околдовывающее.

- Рафаэль, дорогой друг, приветствую тебя! – в голосе слышался хрустальный звон, помимо воли хотелось улыбнуться, открыться. Но нет, прошли времена, когда ее дешевые фокусы действовали на него.

- Доброй ночи, Лаура, - он слегка склонил голову.

- Я польщена, через столько десятилетий ты удостоил меня своим визитом, - в хрустальном звоне голоса читалась неприкрытая ирония. Вампирша величественно прошла в середину зала и уселась в кресло, больше напоминавшее трон, жестом указав гостю присесть рядом на кожаный диванчик.

- Время для нас течет иначе, - он присел, ощущая на себе ее оценивающий взгляд.

- Верно, мой старый, добрый, холодный друг, - смех ее заполнил зал, веселый, густой, соблазнительный. – А все пути, так или иначе, ведут ко мне.

- И ты сделала все, чтобы они привели меня раньше, - он улыбнулся, отстраненно, слишком небрежно.

- Ну, право, не стоит преувеличивать моих заслуг. Ты вполне справился сам. Рафаэль, ты всегда полон сюрпризов, даже для меня, - серебристые глаза заискрились еще сильнее.

- Запрет для Дария на посещение практически всех земель, и на аудиенцию у совета – твоя инициатива, - его слова прозвучали обманчиво мягко, окутав вампиршу, заставив вздрогнуть.

- А ты все еще верой и правдой служишь тому, кто этого не достоин. Рафаэль, - она с сожалением покачала головой, отчего рыжие волосы заиграли в свете ламп, - Ты ведь мог стать членом совета, мог иметь такую власть. Но ты отверг мои дары, - Лаура склонила голову набок, серебро лилось из ее глаз, пробиралось под одежду, ласкало и обжигало.

- Это мой выбор, - фиалковый свет схлестнулся с ее серебром, молчаливое состязание двух воль, желание пересечь границу души друг друга, добраться до сокровенного. Они одновременно отвели взгляд, ничья, пока что ничья.

- А я продолжаю хранить твои тайны. Но, Рафаэль, даже у моей благосклонности есть предел, - пухлые алые губки изогнулись в эротичной улыбке.

- У твоей благосклонности всегда есть цена.

- Думаешь? - она снова засмеялась, с оттенком грусти и едва скрытого разврата.

- Уверен, - одно слово, сказанное тихо, так непристойно, что кожа у нее покрылась мурашками.

- Почему же ты тогда не платишь по счетам? – она плавно поднялась со своего кресла, выгибаясь, умело подчеркивая достоинства совершенной фигуры, плавно продефилировала к диванчику и села рядом с Рафаэлем.

- Все уплачено с надбавкой, - он даже не шелохнулся, продолжая сидеть неподвижно, замерев как статуя.

- Старые, да, кое-что. Так новые… растут, - вампирша провела кончиками длинных утонченных пальчиков по его руке. – Свеженький долг за волчицу на аукционе. Зачем она тебе, Рафаэль? – последние слова она прошептала, нагнувшись к его уху, повеяло силой, морозной, леденящей и притягательной.

- Это мое дело, - он повернулся, и губы вампира оказались в нескольких миллиметрах от ее слегка приоткрытого алого ротика.

- Твое, конечно, твое, - Лаура прикрыла газа, грациозно взмахнув ресницами, потом резко их распахнула, и серебристая россыпь звезд полилась из ее глаз. – Только аукцион мой, и ты сам назначил ставку, сам себя принес мне на блюдечке, да, дорогой, - она медленно, кончиком языка облизала нижнюю губу.

- Я не отказываюсь. Чего ты хочешь? – он не отодвинулся, и ее аромат окутывал, неприкрытая сила струилась по коже, исследовала, ласкала, зазывала.

- Вот так по-деловому? Со мной? – она запрокинула голову, засмеялась, тягучим сладким смехом, заполняя собой воздух, пространство. – И если я скажу, - вампирша пробежала рукой по пуговицам на его белоснежной рубашке, - Прямо сейчас подарить мне греховное наслаждение? – перестав смеяться, склонила голову, в глазах играла дьявольская смесь похоти и искушения.

Рафаэль перехватил ее руку.

- Ты права, не смогу отказать, - приблизился вплотную, пробежал ребром ладони по скуле Лауры. – Только я не верю, что ты позволишь себе опуститься так низко. Та, кто вертит советом, как хочет, затягивает в ложе насильно? – его голос был мягче перины, а слова резали сильнее ножа.

Она исчезла, слилась с обстановкой, только по-прежнему сила ее присутствия наполняла воздух. Через несколько мгновений, Лаура возникла за спиной вампира, стояла позади диванчика, положила руки ему на голову, пробежалась по волосам, очень чувственно нежно.

- Так хорошо меня знаешь, Рафаэль? Уверен, что просчитал все наперед? – она издала мурлыкающий звук, ласкающий слух, заставляющий расслабиться и забыть про проблемы. Потом резко вцепилась в его волосы, и потянула голову на себя, возвышаясь над вампиром, заставляя смотреть себе в глаза. – Только не забывай одну маленькую деталь, я твой мастер, и всегда буду сильнее. Как бы ты не убегал, радость моя, ты связан со мной навек. Обращенный мной, непокорный, холодный, ты сам придешь в мою постель.

- Ты ни на секунду не даешь об этом забыть, - он не делал попыток вырваться, фиалковые глаза напоминали спокойное море, и только где-то там вдалеке, едва заметно, виднелись раскаты грома.

- Ну-ну дорогой, я очень терпелива и благосклонна. Позволила тебе истончить нашу связь, уехать, служить Дарию, свободно жить, как тебе хочется. И ни капли благодарности в ответ, - она провела языком по его щеке. – Вкусный! Только отстраняясь, ты теряешь силу. Слабеешь без своего мастера. А стоит ведь только попросить…

- Оставь свои дары при себе, Лаура. У них слишком высокая цена,- он прикрыл глаза, словно пряча то, что могло в них отразиться.

- Она приятна, милый, весьма приятна, - она шептала с придыханием и терлась щекой о его волосы. - Наследный принц, любимый сын короля, я дала тебе вечность, в обмен на призрачные несколько лет правления на троне. И ведь у наших возможностей нет предела.

- Обратила меня ты только для себя, а никак не из благородных и добрых побуждений. Соитием ты восстановишь связь и получишь еще один ресурс для силы. Не стоит играть в добрую фею, Лаура.

- Секс, Рафаэль, божественное единение, когда наша связь достигнет апогея. Ты даже не представляешь, от чего оказываешься, - она приблизилась к его рту, - Попробуй, - и выдохнула ему в губы. Энергия полилась внутрь вампира, учащая сердцебиение, насыщая кровь, водопадом струясь по венам. Лаура заполняла его, дарила эйфорию, он парил в невесомости, кружил в сиянии ее глаз. Она пьянила, разрушала барьеры, удовольствие охватило тело, сила играла на кончиках пальцев. Его тело принимало мастера, судорожно поглощая энергию и не желая останавливаться. Наркотик, дурманящий, вкусный и опасный. Он вызывал зависимость с первого глотка, и заставлял жаждать еще и еще, больше и больше.

Он встал с диванчика, пошатываясь. Вампирша не удерживала, только смотрела с легкой ироничной улыбкой на лице. Рафаэль ощущал себя пьяным, одурманенным, и только нечеловеческая сила заставляла его оставаться стоять на месте. Сила мастера взывала в нем, связь становилась прочнее.

- Нет, - он вложил в одно слово всю твердость, на которую был способен.

- Пока, нет, милый. Как ты сам заметил, время для нас течет иначе. Я подожду. Играйся со своим новым приобретением. А долг, хм, – она закатила глаза и плавно направилась к своему креслу, - Ты все равно уплатишь, когда я скажу, - села, откинувшись на спинку и выпятив грудь вперед, она дышала возбужденно, прерывисто, соски вызывающе выпирали, мимо воли приковывая к себе взгляд.

- У меня к тебе письмо от Дария, - он засунул руку в карман и извлек оттуда запечатанный сложенный вдвое конверт. Подошел и протянул вампирше. Она открыла его, бегло просмотрела, скомкала и выкинула на пол.

- Нет. Вход на наши земли для него закрыт. Пусть пока остается главой клана. Но видеть его не желаю, - она нахмурила идеально очерченные бровки. – Тут дело даже не в тебе, Рафаэль. Он позволил себе убивать наших собратьев. Учинил войну с оборотнями, на которую не было дано разрешения. Только благодаря тебе он заслужил от меня поблажки, - тут она просияла, озарилась внутренним светом, - И в твоих силах попытаться изменить мое решение, милый. Скажем так, добиться для него еще некоторых послаблений.

- Я тебя услышал, - вампир едва заметно кивнул головой.

- Думай. Не тороплю. Но раз уж ты почтил меня своим визитом, позволь, пригласить тебя разделить со мной трапезу, - она подала знак, и в зал ввели одурманенного парня. Он глупо улыбался, пребывая в гипнотическом вампирском трансе.

Рафаэль невольно попятился. Снова ловушка. Приглашение мастера, по этикету нельзя отвергнуть. Это считалось высшим знаком благосклонности. Отказ расценивался, как оскорбление и унижение. За подобное Лаура будет мстить жестоко и на показ. И бить она будет по самым уязвимым местам, по тем, кто ему дорог.

- Ментальное единение, - прошептал Рафаэль, сохраняя внешнее спокойствие.

- Компромисс, - вампирша склонила голову и облизала губы в предвкушении – она никогда и никому не позволяла уйти просто так. Тем или иным способом Лаура всегда получала свое.