Пребывая в глубокой скорби, юную принцессу положили в красивый хрустальный гроб и поместили в фамильный склеп. Где вскоре выяснилось, что ее тело не подвластно тлению. И вот через много месяцев могилу Франчески Бланш пришел навестить Эдвард Блейд, король соседнего государства Арчесар, чей младший брат и был помолвлен с покойницей. Именно он и был тем мужчиной, которого я увидела, открыв глаза.

Вот только о том, что проснулась уже другая девушка, никто не знал, а рассказывать я не спешила, потому что понимала: ничем хорошим разглашение такой информации для меня не закончится. В лучшем случае посчитают, что бедная принцесса рехнулась после долгих месяцев литургического сна, в худшем — нарекут какой-то злой ведьмой и казнят. К счастью, воспоминания прошлой хозяйки тела остались в моей голове. И пока я в них не разобралась, полностью осознав что к чему, у меня было немного времени под поводом: «я не в себе после пробуждения».

Но что самое главное, раз я очнулась, то должен был состояться и мой брак с принцем Ричардом Блейдом, ради которого мне предстояло отбыть в королевство Арчесар. Которое, к слову, было той еще сексистской помойкой! Да-да, Мейрес тоже не отличался особыми правами для особей женского пола. Но даже здесь было относительно неплохо по сравнению с тем, какие устои царили в Арчесаре. Там женщина буквально была не человеком! Просто вещью, которая полностью принадлежала мужчине, в собственности которого пребывала. И если у этого мужчины не было желания проявлять доброту к своей жене, сестре, дочери или девушке, правами на опеку над которой он владел, то единственное, за что его могли бы привлечь к суду, это намеренное убийство той женщины. Все остальное было для него полностью законно, в том числе побои, унижения, изнасилования и торговля ее телом. Даже знатным лордам не было особо зазорно ставить в карты невинность своей дочери или сестры, а то и вовсе ночь с собственной женой.

Что примечательно, азартные игры были вторым бичом Арчесара. Потому что кто угодно мог поставить в них на кон что угодно, насколько ему позволяло собственное безумие, и в случае проигрыша обязан был выплачивать долг, каким бы абсурдным он ни казался — от имущества до собственной свободы. И именно второй бич Арчесара опять перевернул мою судьбу вверх дном!

Потому что контракт на брак со мной принц Ричард проиграл, причем не кому-нибудь, а своему старшему брату, вдовствующему главе державы. К слову вдовствующему потому, что больше года назад казнил за государственную измену собственную жену. А вместе с ней — и причастного к таинственному заговору несовершеннолетнего кронпринца, своего единственного ребенка. Стоит ли говорить, что от перспективы брака с этим человеком меня, мягко говоря, покоробило?

Вот только права на расторжение помолвки у меня не было. И все, что оставалось, это сесть на корабль, который повез меня к моему новому дому.

Но даже это было не последнее издевательство судьбы надо мной. Потому что обычным браком мне, невесте Эдварда Блейда, было не отделаться.

Главной загвоздкой оказалось то, что я должна была стать не просто королевой, а второй королевой. Той, что принимала титул после смерти своей предшественницы, от которой у дома Блейд в результате не осталось наследника престола. И согласно традициям, прежде чем самой родить оного, вторая королева должна была пройти особое благословение.

Их было ровно семь. Мужчин от девятнадцати до тридцати двух лет, получивших дар оборачиваться в благословенных богами существ, драконов. Каждый — второй сын одного из великих домов, обитавших в разных концах света, и созванных в Арчесар ради того, чтобы пройти Отбор. Тот из них, кто пройдет все испытания и победит, добудет для своего рода щедрую награду, а сам станет официальным фаворитом второй королевы и останется с ней в этой роли до конца ее жизни. Купаясь в роскоши и пользуясь всеми возможными привилегиями придворной жизни, будучи в статусе наивысшим среди обитателей дворца... не считая короля, естественно. Но главное — благословит зачатого в ее теле наследника престола, проведя с королевой первую ночь после того, как по завершении отбора придворными магами-медиками будет подтверждена ее беременность.

То есть да, фактически мне грозил не только брак по принуждению, но еще и полагающийся к нему в довесок законный любовник по принуждению! Что меня, девушку пусть и не пуританских нравов, но довольно консервативных взглядов, мягко говоря, немного напрягало.

На протяжении всей королевской свадьбы Эдвард Блейд практически не смотрел на меня, а когда наши взгляды все же пересекались, по моей спине пробегали мурашки.

Едва праздник закончился, служанки сняли с меня роскошное платье, вымыли и переодели в ночную сорочку, оставив ожидать своего жениха.

Но самый главный «приятный» сюрприз ждал впереди. Потому что явившись наконец в мои роскошные покои из восьми богато обставленных комнат, войдя в мою спальню с шикарной огромной кроватью… король Арчесара фактически изнасиловал меня. Грубо, злобно и остервенело. И да, пускай я сама не была невинной девой — злополучный декан даже не стал моим первым мужчиной. Но и с учетом этого опыта, после которого я чувствовала себя грязной и использованной вещью… Даже так я не могла морально подготовиться к ТАКОЙ первой брачной ночи. Потому лишь плакала, оттирая свою кожу мочалкой в горячей ванной, пахнущей душистыми травами.

О причинах я, немного придя в себя, начала смутно догадываться. Полагаю оной была та самая девушка, которая изначально и должна была бы стать женой короля, не выиграй его брат тогда ту карточную партию, ставкой в которой был обмен невестами. Причем исходя из слухов, которые до меня дошли, эта женщина была только рада такому исходу азартной игры.

Мне же теперь оставалось только одно: попытаться не сойти с ума и придумать хоть что-нибудь, чтобы улучшить свое положение. К сожалению, пока никаких идей в голову не приходило.

Поскольку наследника следовало зачать позже (после Отбора, когда уже будет известно имя фаворита, делом которого станет этого наследника в моем лоне благословить), первая брачная ночь проходила с перстнем, в камень которого было вплетено противозачаточное заклинание. Так что эта ночь, увы, однозначно не стала бы последней, в которую король будет спать с ненавистной женой. От чего я испытывала еще меньше радости и веселья.

Но по факту все оказалось еще хуже! Потому что Эдвард Блейд взял себе за привычку наведываться в мои покои, чтобы… сорвать злость? К счастью, это происходило не часто — лишь три раза за последние пару недель. Вот только даже этого было достаточно, чтобы я хотела придушить себя подушкой! И что хуже всего, не было похоже, чтобы он собирался останавливаться.

Потому сейчас мне оставалось лишь одно: ждать прибытия всех семи драконов в столицу Арчесара, после которого официально начнется злополучный Отбор фаворитов.

* * *

«Я понимаю, как этот мир несправедлив к тебе, — шептал гулкий, отдающий эхом голос, напоминающий низкое шипение змеи. — Я один это понимаю, Эдвард».

— Заткнись! — злобно выпалил король, разъяренным ударом сметая со стола изящную вазу с весенними цветами.

«Но ведь это в самом деле несправедливо, — продолжал голос, раздаваясь словно из ниоткуда. — Ты так любил ее, а у тебя ее отняли. Причем дважды! Ты не заслужил такого. Ведь ты король, самый могущественный человек в этой стране. Все, чего ты захочешь, обязано принадлежать тебе. Но вместо этого тебе вот уже второй раз подсунули в жены какую-то непонятную принцессу вместо женщины, которую ты так сильно желал! Разве тебе не кажется, что это неправильно? Что так не должно быть с тобой?».

— Я сказал, заткнись! — яростно крикнул Эдвард Блейд, со всей силы впечатав кулак в стену.

«Ты же хочешь этого, Эдвард? — лукаво прошептал голос мужчине с помутневшими от безумия глазами. — Хочешь, чтобы твоя Катарина вернулась к тебе? В моей власти будет сделать что угодно, как только откроется дверь...»

Резко открыв глаза, я напряженно дышала. Обручальный узор на запястье жег кожу, словно химический ожег. Хотелось схватиться за него, потереть, побежать и подставить под холодную воду. Но я понимала, что это ничего не даст. Да и тело словно парализовало.

Лишь несколько минут спустя мне удалось сесть и потереть ладонями лицо. Что это вообще был за сон?