В комнате было тихо, где-то вдалеке слышался шум множества людей, но сейчас все это было неважным. Сканд нерешительно замер перед Лексом и, казалось, не знал, с чего начать. Эта растерянность была очень непривычна для него. Рыжик самодовольно улыбнулся, нифигасе он запугал здоровяка, что он сейчас глазками хлопает, как девственник на сеновале. Поэтому он протянул руку и поймал мощный загривок почти голого мужчины. Хорошо, что он сейчас стоял на кровати и был несколько выше новоиспеченного мужа, не так часто удавалось посмотреть на амбала сверху вниз…

- Подожди… - Сканд придержал рыжика и немного отстранился, - прежде, чем мы начнем, я хотел бы попросить у тебя прощения и услышать, что ты не держишь на меня зла…

- …хм…

Лекс отстранился и, увидев упрямо сведенные брови, уселся на кровати, свесив ноги, и похлопал по одеялу, предлагая Сканду сесть рядом. Но тот опустился на колени перед рыжиком и положил руки ему на бедра, при всем этом заглядывая в глаза, как преданная собака, которая таки сгрызла любимые хозяйские туфли, но не со зла, а от большой собачьей любви, и теперь не знает, как объяснить это любимому хозяину.

- Прости меня, - сказал пес и сложил брови домиком, - прости за все, я так тебя люблю, что даже не знаю, как объяснить, насколько ты для меня важен.

- Да, важен, - Лекс кивнул головой, - как боевой трофей, как та белая шкура на полу, - Лекс хмыкнул, увидев удивление в глазах своего МУЖА. - Я понимаю, что таким трофеем можно гордиться перед другими.

- Ты считаешь, что для меня только трофей, и все равно пошел со мной? - возмутился амбал, - тебе что, все равно, с кем?

- Нет, не все равно, - Лекс вздохнул, - но ты всегда был со мной честен, и всегда был злобным ящером, и никогда не пытался казаться мягким и пушистым. И, кроме этого, из всех претендентов ты единственный, кто знает меня на самом деле и готов с этим смириться, и, кроме этого… - Лекс вздохнул и улыбнулся, - ты здорово целуешься, у тебя к этому просто талант.

- М-м... - обрадовался Сканд и следом сразу нахмурился, - какие такие претенденты? Кто посмел? - рыкнул ящер, сверкнув зубами.

- Те, что Кирель мне подпихивал, - усмехнулся рыжик, умилившись такой детской ревности, - уж очень он не хотел, чтобы я Тили-мили достался… можно подумать, он бы позволил мне из города выехать… живым… кто же согласится расстаться с ящером, несущим золотые яйца?

- Нет, - Сканд присел на свои ноги и рассмеялся, хотя руки с бедер рыжика так и не убрал, - порой мне кажется, что ты изменился и уже другой человек, но нет, ты все тот же самовлюбленный и очень наглый младший. Ну, просто все с ума сходят, чтобы заполучить такую занозу, как ты! Меня, наверное, по голове сильно приложили, раз я согласился стать твоим мужем.

- Но, сознайся, - Лекс положил руки поверх рук Сканда и провел ими дальше по предплечьям, ехидненько улыбаясь, - в моей наглости есть свое очарование, и если бы я был маленьким, серым и неприметным, то ты на меня второй раз даже бы не глянул. А ты, сознайся, очарован именно тем, что я не боюсь выбешивать тебя.

На самом деле Александру неожиданно льстило, что такой сильный и красивый мужчина влюблен в него настолько, что перед смертью мог думать только о том, чтобы защитить его. И сейчас сидит перед ним на коленях и смотрит, как побитая собака, вымаливая прощение. Похоже, генерала на нем серьезно переклинило, и это рождало в душе легкую эйфорию. Совсем как первая юношеская влюбленность, когда первая красавица в школе сама приглашает на свидание и при этом ужасно краснеет. Хотя, если быть до конца перед собой честным, то Сканда он не променял бы ни на кого другого. Что-то в этом здоровяке задевало за живое, с ним не надо было притворяться и хитрить, пытаясь что-то из себя изображать.

С ним можно было быть самим собой и не притворяться. А еще, с ним было почему-то очень спокойно, и хотя Александр понимал, что именно сейчас произойдет, он окажется снизу и не факт, что Сканд хоть когда-нибудь допустит его к собственному заду, но все равно, с ним не было страшно, а скорее любопытно, просто до чесотки в яйцах. И он действительно очень классно целовался, просто фантастически, так что Лекс каждый раз выпадал из реальности. Лекс поерзал, с удовольствием рассматривая, как зрачок у Сканда расширяется, превращаясь из узкой змеиной щелочки в самый обыкновенный человеческий глаз, и дыхание сбивается, как у нецелованной девочки перед первым поцелуем. Лекс потянулся к нему, но Сканд в последний момент отпрянул, в лучших традициях динамо-девиц.

- Нет, пожалуйста, скажи вначале, что простил меня, - Сканд смотрел глазами собаки, которую гонят на ночь из теплого дома в ледяную будку. - Прости меня, Лекс, я так виноват. Я так виноват. - Сканд уткнулся носом в колени, и рыжик не удержался и погладил лохматую голову. Генерал довольно заурчал и потерся носом о Лексовы штаны, пробираясь руками под тунику, - но я больше никогда! Клянусь! Я так люблю тебя, ты такой… такой необыкновенный. Когда ты рядом, я как будто пьяный или объевшийся лакриц. Когда ты уехал тогда из таверны, я думал, с ума сойду от боли, я думал, что ты уедешь к брату и я тебя больше никогда не увижу. Ты со мной больше и разговаривать не захочешь. Я даже отправился в погоню, но потом вернулся. Я бы принял твое решение никогда не видеть меня и стать свободным. А когда Тургул вернулся и сообщил, что ты у меня дома, я… - Сканд так счастливо улыбнулся, как ребенок, получивший наконец долгожданный подарок, - я такую попойку закатил там! Чуть не сдох с похмелья!

- Как романтично! - Лекс засмеялся, а потом задумался, стоило подстраховаться на будущее. Ведь пока Сканд был на войне, то его почти украли, и стоило на всякий случай запастись индульгенцией на будущее. - Сканд, давай договоримся, мы забудем и простим друг другу все, что было раньше, и не будем выставлять претензии за то, что было до брака. Согласен?

- Да! Да! Лексик, любимый, конечно, простим, забудем… - Сканд судорожно начал расстегивать поясок у рыжика дрожащими руками и, не справившись с застежкой, попросту разорвал кожаный ремешок, как будто он был из картона. - Солнышко мое, радость моя, ящер…. змейка моя радужная. Ты самый лучший!

Сканд споткнулся на страшном слове, вытряхивая рыжика из одежки, но быстро выровнялся и, решительно толкнув рыжика на кровать, навис сверху.

- Мой, наконец-то, сладкий мой, как сахарочек, сейчас я тебя съем!

- Э-э, - у Лекса теперь при слове сахар возникала одна ассоциация, о взрывчатке в бочках во дворе, - я как бы три дня не мылся, - рыжик уперся в Сканда руками и коленями, - это я тебя обтирал полотенцами три дня, а вот сам как-то не добрался до рукомойника, может, я помоюсь для начала? Зачем есть грязное?

- Ну уж, нет! - Сканд угрожающе рыкнул, - я сейчас тебя выпущу из кровати и ты опять куда-то удерешь! Так не пойдет! Скажи, где ты считаешь себя грязным, я тебя вылижу! Но из рук не выпущу!

А потом длинно лизнул поджавшийся живот. Лекс задохнулся от такого, это было неожиданно нежно и приятно. А потом Сканд добрался до груди, поцеловал, прикусил и опять понежил языком, и Лекс опять потерялся в ощущениях. Он тонко вскрикнул, не зная, то ли оттолкнуть, то ли прижать покрепче, а ящер воспринял это как разрешение к более откровенным ласкам, он гладил, нежил и изучал рыжика, как новую игрушку, пытаясь разобраться, как извлечь из нее больше звуков. Если вначале лизнуть, потом подуть, а потом проложить дорожку из поцелуев, то рыжик вскрикнет? Томно застонет? Или его выгнет неведомой загогулиной в попытке сдержаться и не кончить от ласковой муки…

Рыжик понял, что оказался распят на кровати, и Сканд его изучает, как неведомую карту, открывая все новые сладостные местечки языком, губами, легкими касаниями пальцев. Это было, как колдовство, и Лекс совсем потерялся в ощущениях, и ему стало все равно, что они оба мужчины, это стало совершенно неважно, только жар горячей кожи, чувственные прикосновения, поднимающееся откуда-то из глубины тела отчаянное желание. Когда уже не соображаешь, чего хочется больше, чтобы это никогда не кончалось, или, наконец, получить разрядку и перевести дух, наконец-то расслабившись. Как восхождение на гору, когда вершина так рядом, но все тело уже дрожит от усталости, но вот сейчас, еще шажочек, еще чуть-чуть…

Когда первый палец, наконец, проник внутрь, то не было боли, только облегчение, что вскоре все закончится, внутри пылал пожар и рыжик уже сам насаживался, подаваясь навстречу, почти не соображая, что он делает. Но этот садист даже и не думал ускоряться, он наслаждался его дрожью и вскриками и тем, как он сжимал простынь, дергая ее, пытаясь сдержаться. В какой-то момент стало больно от всей этой прелюдии, и рыжик, собрав остаток воли в кулак, оттолкнул своего палача и, развернувшись на четвереньки, выпятил зад и злобно рыкнул: - или ты мне сейчас вставишь, или, клянусь, я сам тебя трахну первым!

Мучитель только довольно рассмеялся и опять лизнул его между лопаток, покрытых бисером пота, - я ждал тебя дольше, торопыжка, ну, раз ты сам этого хочешь и так настойчиво просишь, то я не могу тебе отказать…

Сканд прихватил ненаглядного поперек груди и, мазнув несколько раз членом между разведенных ягодиц, наконец толкнулся внутрь и замер, и толкнулся глубже, так медленно, что рыжик невольно подался назад, пытаясь ускорить движение, но его отвлекли, укусив за ухо, и пока рыжик махал головой, отгоняя лезущие везде волосы, Сканд прижал его к себе, практически усадив к себе на ноги. Лекс замер. Он сидел на Сканде, ощущая ягодицами его живот и это странное, распирающее изнутри чувство, и было не столько больно, сколько странно. И вдруг он понял фразу «едины телом». Часть Сканда была внутри него, он четко понимал и ощущал ее, но по всему телу прокатывалась дрожь удовольствия, и это было необычно и сладко.

Упершись руками в бедра мужа, он попытался соскользнуть, но Сканд притянул его назад, насадив еще глубже, и рыжик вскрикнул, потому что это было слишком. Слишком много, слишком сладко, слишком ярко, дыхание прерывалось и его выгибало и потряхивало от переизбытка впечатлений. Сердце, казалось, сейчас остановится, и член болел от желания кончить. Сканд прижал его к своей груди и уронил на кровать, так и не разорвав контакт. Просто впечатал его в кровать, целуя плечи и шею, и шептал что-то горящими губами, то ли просил, то ли молился.

Лекс окончательно утратил контроль над собственным телом, он терся членом о простынь и только стонал, когда Сканд раскачивался над ним, невольно двигая его по простыне, а потом его накрыло жаркой волной, и он бился как в судороге от самого яркого и неистового оргазма в двух своих жизнях. Сканд замер, удерживая его за бедра, пережидая окончание, а потом отпустил себя и закричал с последними толчками, которые забрали последние силы.

- Мой… - Сканд довольно принюхался и наконец улегся рядом, как сытый хищник возле загнанной добычи.

Лекс валялся на кровати и слабо дышал. Сердце билось где-то в горле, ноги и руки дрожали, как после долгой тренировки, но вот в душе было тихо и благостно, как и положено после классного перетраха. В голове ворочались вялые мысли, типа мух на клейкой ленте, крылышки вроде еще жужжат, но лапки-то уже увязли… Произошедшее было так ярко и сильно, что поневоле приходили дерзкие мысли, что, наверное, стоило попробовать себя в подобной ипостаси и в прежнем теле. Хотя, кого он пытается обмануть, раньше бы он голову оторвал за одно только предложение подобного. Или все эти ощущения, это как дополнительный бонус хлипкого тела? Ну, должно же быть хоть что-то приятное в подчиненном положении младшего мужа?

Сканд лежал рядом и так довольно улыбался, что хотелось или гадость какую сказать, чтобы не лыбился, как идиот, или поцеловать за отличный секс. После недолгих совещаний со своими тараканами, было принято решение все же похвалить, чтобы и дальше старался с тем же усердием для нашего удовольствия. Рыжик хмыкнул и перевернулся на бок.

- Ну, ладно, разрешу тебе заплести мне, любимому, косу. А еще покормить меня и отнести покупаться, - Сканда с кровати как сдуло, он бережно поднял рыжика и прижал к груди, за что сразу же было решено его похвалить. - Правильно. Молодец. Привыкай носить меня на руках, баловать и заботиться. - Сканд сделал вид, что хочет уронить свою ношу, поэтому Лекс на всякий случай ухватил его за шею и прошипел, - но, но, но, сам уронишь, сам поднимешь, а потом сам лечить будешь! Будешь?

- Буду, - мечтательно улыбнулся Сканд, а потом сразу поправился, - ну, то есть, лечить и баловать буду, а ронять нет. Ты мой хороший! Мой! Лапочка моя вредненькая, как бы ты ни кусался и ни вредничал, все равно мой.

Сканд от восторга потискал немного рыжика и резво затрусил в хозяйскую купальню с бассейном. Там уже девушки выливали горячую воду в любимую Лексову медную ванну. Сканд попробовал бедром, насколько теплый бок у ванны и бережно положил туда свою ношу. Водичка была теплой и пахла какими-то травками. Сканд подхватил черпачок и, набрав в него воды, осторожно полил рыжика.

- Всегда хотел тебя помыть, - вздохнул здоровяк и довольно улыбнулся.

- Лучше залазь ко мне, - рыжик подвинулся от края ванны, - она большая, мы вместе поместимся. Иди ко мне, тебе понравится.

Сканд не заставил себя уговаривать и сразу же осторожно забрался в ванну позади рыжика. Вода подпрыгнула до края ванны и девушки с кувшинами горячей воды замерли, не зная, что делать. Лекс сразу все взял в свои руки и начал командовать.

- Оставьте кувшины и принесите нам лучше поесть, а то я такой голодный, что сейчас кусаться начну. - Девушки с улыбочками поставили кувшины неподалеку от ванны и побежали на кухню, а Лекс им вдогонку крикнул, чтобы они позвали Тиро.

Тиро не заставил себя ждать и, обнаружив в ванне вместе с рыжиком и крайне довольного Сканда, расплылся в удовлетворённой улыбке. А Сканд тем временем очень сосредоточенно поливал рыжика водой.

- Гости ушли? - Лекс отфыркивался от воды, попавшей в рот, и пытался отстраниться от Сканда, пока тот от усердия его не утопил.

- Ушли, - Тиро кивнул головой, и сложил руки на животе, как купец, нахваливающий товар, - но они вернутся с подарками. И потом, завтра император сделает сообщение о вашей свадьбе и начнутся народные гуляния и празднования. Будут игры в Колизее, и надо будет накрыть столы для гильдий. Завтра надо будет решить, как все организовать и кто за это будет платить – Сканд или из императорской казны? Празднования будут после парада победителей или праздники совместят? Стоит ли приглашать на свадьбу соседей и, в первую очередь, Чаречаши. Или все же не приглашать, ведь на арене боги освободили Лекса от былых обязательств и семейных уз. Но в то же время, король Теланири вышел со своим войском, не зная о грядущем событии, и теперь неизвестно, он вернется обратно, или продолжит путь, чтобы поздравить с браком или потребовать развода. И если на свадьбе будет Теланири, то крайне неучтиво, если не будет Чаречаши…

- Все, все, хватит! - Лекс зажал уши и застонал, - все именно так, как я и боялся.

- Чего ты боялся? - Сканд насторожился и, откинув ковшик, вцепился в рыжика, - не бойся. Я не дам тебя в обиду. Теланири не посмеет требовать развода, или я ему голову оторву, и он это знает. Он мне еще ответит за расстрел в лесу, и если он думает, что сможет все спихнуть на лесных разбойников, то я сохранил на всякий случай в соли головы его командиров. И с твоим братом я договорюсь. Хотя, о чем там договариваться? Я думаю, он поздравит нас со свадьбой. Мы с ним раньше дружили… Ну, в смысле, до того как…

Сканд замолчал и почесал буйную головушку. Тиро выразительно похмыкал, но тут девушки принесли подносы с едой, следом мальчишки притащили латунный столик и поставили возле ванны. Сверху на столик водрузили блюда и Лекс, решив, что страдать лучше на сытый желудок, принялся за еду. Сканд скептично посмотрел на сосредоточенно жующего рыжика, но все же решил уточнить.

- Так чего ты боишься?

- Я не столько боюсь, сколько хотел избежать всей этой кутерьмы, - Лекс прожевал кусок мяса и, увидев, что Сканд ждет пояснений, вздохнул и вернул недоеденный кусок на тарелку, - неужели вся эта кутерьма со свадьбой обязательна? Я так надеялся, что получится все сделать тихо. Ведь Кирель засвидетельствовал брак, неужели нельзя на этом остановиться?

- Ты что, меня стесняешься? - удивился Сканд, - ты не хочешь, чтобы о нашем браке узнали люди?

- Хочу, - Лекс нашел ногу Сканда под водой и ласково погладил, - очень хочу, и я тебя не стесняюсь. Я, наоборот, горжусь, что самый сильный и храбрый самец в этой империи – мой, - Лекс нашел член мужа и погладил, тот в ответ заинтересованно дернулся, а Сканд предвкушающее улыбнулся, - просто, я не люблю шумиху и столпотворение. Появятся аристократы, будут фальшиво улыбаться, говорить льстивые вещи, а сами будут завидовать - мне, потому что у меня самый сильный муж, а тебе, потому что тебе удалось заманить такое золото, как я!

- Это точно, мне повезло, - Сканд прихватил рыжика и довольно потискал, - пусть завидуют, они все равно на большее не способны. И пускай все видят, что ты мой! Надо обязательно поблагодарить богов и принести жертвы на алтарь, и устроить игрища на арене. А если не накрыть столы для людей, то все обидятся и скажут, что Сканд не уважает народ и жадничает. А это неправда, я не жадина. И богам я очень благодарен, у меня самый лучший младший! Настоящий подарок богов. Я даже не мечтал, что у меня все будет – и муж, и свадьба. Я всегда думал, что проживу всю жизнь одиноким воякой и буду приходить в пустой дом, где меня никто не ждет. И вот теперь, когда у меня все есть, ты хочешь, чтобы я молча сидел дома и делал вид, что ничего не произошло?

- Для начала, - Лекс немного отстранился, ровно настолько, чтобы было удобно прихватить Сканда за член, - я не младший. У нас равный брак! И потом, ты никогда не приходил в пустой дом, здесь тебя всегда встречал Тиро, который заботился о тебе, как о родном сыне. Я не против праздника и угощений для народа, просто это все сейчас так не вовремя!

- Не переживай, маленький, - Сканд притянул рыжика и поцеловал влажные губы, - мы все успеем: и наряды сшить, и украшения купить. Ты будешь самым красивым на этих праздниках.

- Вот о чем я никогда не переживал, так это об одежде, - фыркнул Лекс и отстранился, - просто мне надо доделать одно дело. Мы договорились с Кирелем, когда он отдал мне мою четвёрку, и мне надо как можно быстрее довести до ума задуманное. Я пообещал, а я свое слово всегда держу. - Лекс увидел стоящего в дверях человека и позвал, - Бэл, иди сюда.

- Что ты пообещал, и о какой четверке идет речь, - Сканд ревниво посмотрел на сухощавого невысокого мужчину с коротко стрижеными волосами, - что я пропустил?

- Ну, ты, главное, не сердись и не переживай, все не так плохо, как кажется на первый взгляд. Главное, сделать все быстро, в идеале, до того времени, как сюда приедет Тили-мири и начнет строить из себя важного человека.

- Так, - Сканд встал в ванне и упер руки в боки, - при чем здесь Теланири и что здесь происходит?

- Оу, - Лекс игриво посмотрел на Сканда, тот, может, и выглядел бы грозно, если бы не был голым, с торчащим членом, - муж-ж мой, смею напомнить, что мы с тобой договорились не выяснять отношения из-за того, что произошло до свадьбы. Так вот, ДО НАШЕЙ СВАДЬБЫ я дал обещание Кирелю и обязан его сдержать. Для этого мне придется уехать на несколько дней, но желательно так, чтобы в городе об этом никому не было известно.

- Куда уехать? - Сканд явно злился и уже не выглядел милым, - я поеду с тобой!

- Нет, не получится, - Лекс недовольно смотрел, как Сканд выбрался из ванны и закутался в тогу, он сразу стал выглядеть важно и воинственно. - Если завтра объявят о нашей свадьбе, то кто-то должен остаться в городе и изображать радость перед народом. Тебе надо разобраться с войском, которое вернулось без тебя, тебя должны увидеть люди – живого и здорового. И потом, кто-то должен заниматься подготовкой к свадьбе. Если будут спрашивать где я, то ты можешь изобразить, что запер меня дома накануне праздников, пока наряды мне нашьют и тому подобное. А я быстренько смотаюсь туда-сюда и примчусь к началу праздников.

- Что ты пообещал Кирелю? - Сканд зло смотрел на Лекса, который невозмутимо подхватил с тарелки кусок мяса.

- Я ему пообещал развернуть реки у Тили-мили, - Лекс откусил кусок и довольно жевал, наслаждаясь тем, как лицо у Сканда проходит по всему спектру ярости и злости. Но молча! Нет, все же, дрессировка – это наше все! Когда муж перестал скрипеть зубами, рыжик решил пояснить мысль. - Но, вообще-то, все не настолько радикально. Мы договорились, что я лишу Тили-мири стратегического превосходства на реках.

- Я тебе запрещаю! - Сканд зло сверкал глазами.

- Минуточку, - Лекс отложил мяско и вылез из ванны, запахнувшись в простынь. Он коротко скомандовал, - все вон отсюда и двери закрыть, у нас сейчас будет первая супружеская ссора.

Все бросились к двери, Тиро только недовольно зыркнул на Сканда, но без возражений захлопнул дверь. Сканд насмешливо возвышался посреди купальни и, сложив руки на груди, ждал воплей и обвинений со стороны рыжика. Но Лекс помнил по себе, бабские истерики малоэффективны и разрушительны скорее для самой орущей и рыдающей дамы, нежели для твердолобого мужика, уверенного в своей правоте. Хочешь, чтобы тебя услышали? Поступай нестандартно! Он с мягкой улыбкой подошел к Сканду и резко прихватил его за яйца. Сканд явно не ожидал такого поворота и удивленно хрюкнул. Лекс сжал покрепче, но Сканд постарался не выдать, что встревожен, только глаза стали такие внимательные-внимательные…

- Мой дорогой и любимый муж, - Лекс пожамкал в руке богатство, яйца у мужа стремительно поджимались, поэтому рыжик перехватил поудобнее сам член, - для начала, мы с тобой равны и ты не можешь мне ничего запрещать в таком приказном порядке. Ты можешь попросить меня быть поаккуратнее, как вот сейчас, например. Я понимаю, что ты волнуешься обо мне, поверь, я тоже волнуюсь о твоем благополучии. Я же не кричу: «Бросай армию, тебя там могут убить!». А ведь тебя там реально могут убить, нам повезло, что тебе стало плохо возле самого дома, и я успел тебя выходить. А если бы нет? Ты представляешь, как я волнуюсь о тебе?

- Э-э…- Сканд попытался отстраниться, но Лекс шагнул за ним следом, не отпуская из рук добычу. Сканд положил руки рыжику на плечи и сглотнул, когда маленькая ручка сжалась вокруг самого ценного, как тиски, - давай поговорим?

- Да! - рыжик довольно улыбнулся, но хватку не ослабил, - как хорошо, что ты понял! Надо разговаривать! Криком и угрозами ничего не добьёшься. Если бы ты выслушал меня вначале, то понял бы, что все хорошо и волноваться не о чем. Давай, я тебе все подробно расскажу, и ты сам одобришь мой план, или внесешь в него свои коррективы, ты все же опытный военный и сможешь дать мне пару дельных советов. Хорошо?

- Хорошо, - Сканд кивнул головой, и маленькая ручка теперь ласково погладила то, что поймала ранее, - так действительно лучше… Так что там за план?

- Минуточку, - Лекс обворожительно улыбнулся и похлопал ресничками, - я дам пару распоряжений, которые надо исполнить незамедлительно. Подождешь? А потом мы продолжим к нашему всеобщему удовольствию.

Сканд хотел поцеловать обворожительные губки, но рыжик отклонился и крикнул в сторону двери.

- Тиро, Бэл, зайдите, я же знаю, что вы далеко не ушли… - дверь распахнулась, на пороге стояли взволнованные Тиро и Бэл. - Итак, Бэл, отправляйся к Кирелю, передай ему, что груз готов и его люди должны отвезти его в положенное место и там дожидаться нашего появления. Тиро, найди Тургула, он поедет со мной вместо тебя, и не спорь со мной, ты останешься здесь делать вид, что я дома, и помогать Сканду с приготовлениями к свадьбе. Тургула приведи сюда тайно, ночью, мы должны быть готовы выехать на рассвете, как только стражники откроют городские ворота. Вещи для поездки я уже собрал, осталось оседлать ящеров и закрепить нашу часть груза. Тургул должен будет поехать в гражданском, и поэтому надо собраться и обсудить предстоящие планы.

- Почему Тургул? И ты еще не объяснил мне, что ты задумал, - Сканд опять начал злиться.

- Любимый! - рыжик прижался к мужу всем телом и обворожительно улыбнулся, - ты же знаешь Тургула? Он человек чести и не полезет к чужому мужу. А Тургул знает меня и поэтому будет послушным, и опять-таки, будет точно знать, что ко мне лезть бесполезно, у меня удар по яйцам отработан лучше всего! Он надежный человек во всех смыслах, и ты сам не найдешь лучшей кандидатуры, чем он. Пока люди Киреля заберут то, что для них приготовлено, пока Тургула приведут в дом и мы начнем обсуждать план предстоящей кампании, у нас есть пара часов, и если ты не хочешь кушать, то я вполне мог бы доказать тебе, как сильно я тебя люблю, и как тебе повезло со мной!

Глаза Сканда потеплели, а руки из жёстких опять стали нежными. Сканд подхватил своего ненаглядного рыжика и прижал к себе в весьма страстном поцелуе, ноги у Лекса подломились от шквала эмоций и он обнял мужа за шею. Амбал довольно хмыкнул, увидев, как мелкий задира "поплыл", и потащил свою добычу обратно в спальню. Лекс тем временем вылизывал и страстно прикусывал ухо мужа, мало кто знает, насколько чувствительны уши на самом деле, и если подойти к ним с фантазией, то они вполне могут стать самой удачной эрогенной зоной.

- Хочешь попробовать снизу? - Лекс прихватил зубками мочку и потянул слегка, а потом лизнул внутри, - это будут совершенно улетные ощущения, ты даже не представляешь, насколько это приятно! Мне вот очень понравилось, и ты, поверь, тоже будешь в восторге! Обещаю!

- Сволочь! - Лекс стукнул Сканда по плечу, тот в ответ довольно рассмеялся, - растер все! Как мне теперь в седло сесть?

- А ты не садись, оставайся дома, пока все подживет, - Сканд донес рыжика до купальни и в этот раз спустился со своей ношей в бассейн. Лекс вывернулся из объятий и попытался сполоснуться от семени и пота, - а я тебя потом ещё раз или два «разотру». Ты же еле на ногах стоишь, ну куда тебе ехать?

- Я должен, - Лекс выбрался из бассейна и подхватил простынь, которую бросил здесь в прошлый раз, - и потом, кроме шуток, я голодный!

Живот у рыжика согласно выдал трель, в животе у Сканда заурчало, как видно, из солидарности. Сканд рассмеялся и выбрался из бассейна следом. Пока они обтирались, кто-то из девушек принес им одежду. Красивые белые туники с полосой одного цвета по подолу. Кроме этого, девушка принесла две ленточки.

- Похоже, Тиро очень верит в меня, - Лекс хмыкнул и, приняв ленточки, протянул одну Сканду, - умеешь косу плести? Или могу показать, как это делается…

- Я знаю, как плести косу, хотя раньше не пробовал, но надеюсь, что у меня все получится, - Сканд очень сосредоточенно схватился за волосы рыжика и даже нахмурился от усердия.

- Давай, мой муж, - Лекс хмыкнул, - я в тебя верю! Осторожней, не дергай! Ой! Может, расчесать их вначале?

- Угу, - Сканд высунул кончик языка, пытаясь приладить ленту и завязать бантик в конце. - Получилось! Хорошо! А вот волосы отрастут и еще красивее будет! Даже не думал, что это настолько непросто, но я научусь!

Лекс потрогал свою косичку. Она была маленькая, толстенькая и, наощупь, кривенькая, по всей видимости, пряди были разные по толщине. Ну да, у него после арены волосы отросли, но не сильно, не сравнить с косой Зюзи. Зато узелок на ленточке был завязан намертво!

- А теперь кушать! - Лекс рванул на кухню первым. Поскольку ужин уже закончился и наступила ночь, то на кухне почти не было народу. Только Тиро и двое мальчишек, которые принесли дрова и заканчивали мыть посуду, - Тиро, нам оставили поесть?

- Конечно, - домоправитель хмыкнул, - только сразу много не ешьте, а то живот разболится. Мои поздравления, дети, я за вас очень счастлив, вы действительно пара друг другу – ящер и ящерка. Будьте счастливы. Лекс, я передам тебе все дела по первому требованию.

- Ты куда-то решил уехать? - Лекс уже запихивал в рот мясо с лепешкой и схватился за яблоко, рассматривая, что еще лежит на тарелках. - Хочешь жену завести с выводком?

- Нет, - Тиро печально покачал головой, - стар я для этого. Но теперь у Сканда есть младший муж, а значит, мое время в этом доме закончилось.

- Э-э…- у Лекса аж челюсть отвисла, - Тиро, ты чего? Решил нас бросить? Свесить все на меня? А сам на солнышке пузо греть? Тиро, ну куда мне еще и хозяйством заниматься? Мне бы со своими задумками разобраться, ну куда мне все это хозяйство – как гирю на ногу! Не бросай нас, ты нам теперь еще больше нужен!

- Тиро, действительно, не уходи, - Сканд встал и подошел к другу и наставнику, - я не представляю свой дом без тебя, прошу, останься. Я сколько себя помню, ты всегда был рядом. Если бы ты хотел свой дом с женой и своими детьми, то я бы без слов отпустил и денег дал, сколько скажешь, и больше того, но куда ты один пойдешь? В храм к одиноким старикам? Да у меня сердце разорвется от боли. Тиро! Выкинь эти глупости из головы, мы без тебя не справимся. Прошу, останься!

Тиро отвернулся и смахнул слезу с щеки, а Сканд крепко обнял его и похлопал по спине, как будто Тиро не плакал, а подавился.

- Ну, ладно, ладно, останусь, помогу еще, сколько смогу. Дел с этой свадьбой действительно много будет, лишние руки понадобятся. Вы кушайте, кушайте, - Тиро постарался незаметно вытереть лицо, и, похмыкав, сразу приступил к главному, - Лекс, те бочонки, что были отложены, уже забрали. Сказали, что выедут сразу же. Поэтому привязали все у нас во дворе и уехали в сторону городских ворот. Я послал мальца следом, он подтвердил, что монахи выехали из города и пристроились к каравану, который шел в сторону города Теланири.

- Монахов столько же, сколько и бочонков? - поинтересовался рыжик и увидев, что Тиро кивнул головой, довольно прошамкал полным ртом, - хорошо. Еду нам в дорогу собрали? Ящеров хватит? Нас будет шестеро, и еще бочонки и поклажа, мы будем двигаться быстро, поэтому лучше взять больше ящеров, чтобы они от груза не уставали. И еды побольше, мы не будем останавливаться в тавернах. Надо торопиться.

- Не переживай, мы с Бэлом и Крином уже все продумали и подготовили. И еду сложили, и одежду на смену, и мази на всякий случай.

Тут как раз ворота открылись и вошел Тургул, закутанный в плащ. Когда он зашел на кухню, где наперегонки ели Сканд с Лексом, то восхищенно свистнул.

- Так это правда? - Тургул с восторгом смотрел на замершую парочку в одинаковой одежде и с кусками в руках, - весь город шепчется, что Сканд таки обломал неприступную крепость и заполучил себе младшего.

- У нас равный брак! - Лекс недовольно стукнул кулаком по столу, - и это еще вопрос, кто кого обламывал. А что, в городе уже знают?

- Ну, пока это только слух, - Тургул скинул плащ и довольно улыбнулся, - мало кто верит. В казармах даже спорят на деньги. Я, кстати, поставил на то, что это пустые бредни и Сканду не обломится.

- Считай, что ты продул спор! - Сканд важно приосанился, - Кирель сам засвидетельствовал брак и завтра будет официальное объявление.

- Поздравляю от всего сердца! И сочувствую тоже! С таким младшим под боком о покое можно будет забыть навсегда! Но зато и скучно не будет… - Тургул рассмеялся, - Тиро сказал, что вам нужна моя помощь. Что, собираете группу поддержки на брачную ночь? Или хотите видеть, как я слюной подавился под дверьми вашей спальни?

- Нет, - Лекс отстранился от стола и, взяв полотенце, вытер лицо и руки и сделал знак девушкам, чтобы убирали все со стола, - надо, чтобы ты сопровождал меня и изображал моего старшего.

- Что? - хором спросили Сканд и Тургул, и недоуменно переглянулись.

- Э, ты что, смерти моей хочешь? - Тургул первый отмер от шока, - Сканд за одно только предположение подобного мне голову оторвет и еще кое-что, не менее ценное!

- Расслабьтесь оба, - Лекс недовольно перекривился, - для начала, мне понадобится опытный в походах человек, и потом, младший с четырьмя рабами вызовет ненужное любопытство. А если будут старший, младший, рабы и груз, якобы для продажи, то в нашу сторону второй раз и не посмотрят. Подумают, что военный решил стать караванщиком и поехал с мужем в первый поход. А если кто-нибудь все равно позарится на наш товар, то его будет ждать неприятный сюрприз в виде шестерых бойцов вместо ожидаемого одного.

Лекс махнул рукой, подзывая свою великолепную четверку. Он указал им место за столом, и когда девушки убрали последнюю тарелку, расстелил карту, которую принес Тиро.

- Для начала познакомьтесь, - Лекс показал на замерших бывших монахов, - это Бэл, Мэл, Пин и Крин. Теперь это мои телохранители и помощники.

- Это те, которых ты от смерти спас, когда они тебя в порту упустили и позволили пиратам поймать тебя? - Тургул скептично осмотрел поджавшихся мужчин. - Говорят, что ты Кирелю что-то отдал на откуп, что-то такое, что он впервые казнь отменил и из монастырского ордена отпустил. Насколько я знаю, из монастырей живыми не выходят, и если кто-нибудь надевает сутану, то это уже до смерти.

- Пираты, договор с Кирелем, бывшие монахи! - Сканд зажмурился, чтобы не заорать, а потом не выдержал и стукнул кулаком по столу: - ЧЕГО Я ЕЩЕ НЕ ЗНАЮ?

За столом подпрыгнули все, кроме Лекса. Тот невозмутимо поправил карту и улыбнулся мужу.

- Дорогой, не нервничай, это все было в прошлом, это все было до свадьбы! А мы с тобой, кажется, договорились, что оставим наше прошлое позади. Считай все произошедшее частью моего приданого, вроде того золота, что я отдал Тиро на сохранение. Было и было.

- Я хочу знать подробности, - Сканд недовольно сжал губы и зыркнул на рыжика, - немедленно.

- Хорошо, - покладисто согласился рыжик. Сканд, ожидавший возражений, только удивленно хлопнул глазами, - мы здесь собрались для того, чтобы обсудить предстоящий поход, который и является окончанием всех моих приключений. Ну, хорошо, не злись, я начну с самого начала. Итак, с чего бы начать?

Лекс потер подбородок и подумал, о чем стоит умолчать, но потом решил, что все же придётся рассказать все как есть, а иначе он подставит Тиро, или то, о чем он умолчит, вылезет потом через третьих людей, перевернутое с ног на голову, и лучше Сканду узнать обо всех событиях непосредственно от него, в нужной интерпретации…

- Итак, начну с того, что когда мы обстреливали город Теланири, то использовали смолу и деготь, весь, который был под рукой, не обращая внимания на то, что он является чьим-то имуществом, - Лекс пожал плечами и дождался кивка от Тургула, который подтвердил, что все так и было. - А потом появился моряк, капитан корабля, который, оказывается, оставлял на сохранение корчмарю часть груза. Он потребовал возмещения ущерба, но мне не понравилось, как он разговаривал со мной, и я ему отказал. Тургул свидетель.

- Да так и было, - Тургул кивал головой, как китайский болванчик, - он пытался угрожать, но Лекс пригрозил ему тобой, Сканд, и наглец уплыл на своем корабле.

- Вот, - Лекс довольно улыбнулся. - А потом я вернулся домой, здесь была свадьба - Тарис взял младшим Зюзю и Милку женой. Когда свадьба закончилась, Тарис повез свою семью в порт, к старшему брату, а я уговорил Тиро поехать вместе с ними, мне было очень интересно посмотреть на корабли. А в порту я совершенно случайно попался на глаза тому самому капитану, который затаил на меня злобу. Он устроил на пристани пожар и хаос. Моя охрана пыталась вытащить меня оттуда и у них это получилось. Они рисковали собой, чтобы защитить меня, и не их вина, что подлый капитан оказался более ушлым.

Капитан Ширахх захватил меня, чтобы продать, кому будет выгодней, и тем самым поправить свои дела. В порту из-за пожара и правда было настоящее столпотворение, но опять-таки, мои люди сообщили Тиро, что меня украли, и Тиро, мой герой! - Лекс послал смущенному Тиро воздушный поцелуй, - Тиро быстро сориентировался, нашел старшего в порту и отправил в погоню две галеры. Я думаю, об этом он тебе расскажет сам более подробно несколько позже…

- Даже не сомневаюсь, - Сканд все еще сжимал губы, явно злясь.

- Если бы не погоня, организованная Тиро, меня увезли бы негодяи, но сейчас речь не об этом. - Лекс вздохнул и продолжил, - когда мы вернулись в порт, я узнал, что Кирель решил казнить монахов, которых приставил ко мне для охраны. Я, естественно, вмешался, потому что посчитал, что это было несправедливо. И чтобы вызволить невинных людей, заключил с Кирелем договор, что лишу Теланири самого дорогого – его рек.

- Разве это возможно? - удивился Тургул, - это же реки, их в карман не спрячешь…

- Но их можно заставить течь иначе, - улыбнулся Лекс. - У Тили-мири две реки, и я поступлю с ними по-разному. Одной реке я укажу новое русло, - Лекс провел пальцем по карте, - которое было, скорее всего, у речки раньше. Смотрите, видите эти овраги? Похоже, раньше река была без этого изгиба, и была ровной, а потом что-то ее перегородило, и она стала извиваться рядом с городом Тили-мири, ну, вернее, там и города-то не было. Его построили позже.

Лекс показал череду оврагов, которые были на месте предполагаемого русла, линия получалась ровной и в конце впадала в то же устье, что и сейчас.

- А вот со второй рекой такое не получится, и мы просто сделаем канал между двух петель реки. Вот здесь, - Лекс показал две петли, которые почти сходились вместе и разбегались в разные стороны. - Вот здесь будет новый канал и суда смогут плыть, минуя город Теланири.

- Ты говоришь, как будто это так просто, - Тургул с сомнением посмотрел на рыжика, - ты придумал какой-то хитрый механизм, который сделает все это?

- Нет. Непросто. И это будет не механизм, это будет взрывчатка, - Лекс посмотрел на притихших людей. Монахи и Тиро, который маячил за спиной, поняли, о чем речь, а вот Тургул и Сканд нет. Поэтому Лекс решил пояснить, - это будет взрыв, вернее, несколько взрывов. БАХ! - Лекс растопырил пальцы и попытался изобразить, что такое взрыв. Сканд и Тургул смотрели с сомнением, как кривляется рыжик, но тут Тиро поставил на стол разорванный оловянный стаканчик, - ну, как-то так.

- Это как? - Сканд покрутил в руках разорванный и местами оплавленный предмет, похожий на бумажный фонарик, которые Лекс делал с сестрой из цветной бумаги в далеком детстве.

- Долго объяснять, проще показать… - Лекс пожал плечами, - но только, показывать ночью, как это будет - это значит переполошить спящий город, а нам надо выехать тихо, чтобы никто не знал об этом. Я могу тебе только пообещать, что все покажу, объясню и растолкую, когда приеду обратно. А пока тебе придется просто отпустить меня и ждать моего возвращения.

- А ты вернёшься? - Сканд выглядел крайне недовольным.

- Вернусь, - Лекс постарался беззаботно улыбнуться, - ну, куда я от тебя денусь? Ты все же мой муж. И так просто тебе от меня не отделаться. И потом, мне понравилось заниматься с тобой любовью, поэтому я обязательно вернусь… к тебе. Обещаю. И я свои обещания всегда выполняю. Именно поэтому мне надо уехать, чтобы вернуться и чувствовать себя честным человеком, а не жалким обманщиком.

- Хорошо, - Сканд попыхтел немного, а потом первый склонился над картой. - Получается, что вначале вам надо добраться вот сюда…

- Да, и как можно быстрее. Поэтому мы будем ехать не вместе с караванами, а сами по себе, на максимальной скорости. Будем ночевать под открытым небом, и есть на ходу. Главное, чтобы ящеры выдержали такую гонку.

- Ящеры выносливее людей, это для тебя будет очень тяжело, - Сканд недовольно покачал головой, - если бы я знал, что у тебя впереди такая тяжелая дорога, я бы тебя не тронул…

- А вот я за себя такое не могу сказать, - Лекс ухмыльнулся, - я так долго на тебя облизывался, и когда ты, наконец, попал бы мне в руки, я бы не смог так просто упустить тебя из своих жадных лапок.

Сканд довольно похмыкал, но продолжил рассматривать карту. Вскоре он показал пальцем на пунктир, обозначающий заброшенную дорогу, и разговор начался непосредственно вокруг предстоящего пути. Лекс порадовался, что решил взять с собой Тургула, он был военным и привычным к подобным походам. Он легко ориентировался на местности, рядом с ним не надо было переживать, что они будут плутать по неизвестным местам. Монахи, они, конечно, опытные бойцы, но иди знай, есть ли у них навык ориентироваться на местности. И, кроме того, он действительно доверял Тургулу, опытный боец в таком деле явно лишним не будет.

Они просидели на кухне несколько часов, выбирая и обсуждая лучшие пути следования и пути возможного отступления. Сканд переживал о мелких поселениях в лесах. Слухи о «вольных стрелках» ходили самые зловещие. Теланири задавил налогами и поборами крестьян возле своего города и те, побросав хозяйства, отправились грабить в леса. И слава о них, как о Шервудских стрелках, шла самая лихая. Караванщики объединялись, чтобы проехать опасные места, и нанимали большую охрану, лишь бы остаться в живых.

К утру план похода был готов. Когда девушки, зевая, зашли на кухню, чтобы готовить завтрак, то увидели людей, сидящих в кружок возле очага, и пылающий камин. Лекс старался запомнить карту на случай, если вдруг останется один или с Тургулом, не дай боги, что-либо случится, и он останется за старшего. Когда на кухне появились еще и мальчишки и началась привычная домашняя суета, маленький отряд начал собираться в дорогу.

Тургулу принесли одежду, которую носили караванщики, когда на привычную одежду надевались легкие полудоспехи. Точно такая же одежда, только меньшая по размеру, досталась и Лексу. А вот четверке пришлось надеть туники со штанами и рабские ошейники. Лекс отказался ставить печать им на застежки. Ему было неприятно даже думать, что по его вине четверо людей могут потерять свободу и стать игрушкой в чужих руках. Во дворе седлали ящеров и закрепляли на них груз и вещи. Лекс ещё раз мысленно перепроверил, все ли он предусмотрел в дорогу. Ведь в пути отсутствие какой-либо малости могло стать настоящей катастрофой. И в итоге он взял еще один комплект огнива и растопки и припрятал их вместе с фитилями, которые вез сам.

Сердце дрожало, как заячий хвост, но на душе было радостно и в голове эйфория, как накануне отпуска, когда запланировано увлекательное приключение и вещи сложены, и вот сейчас уже надо подхватить чемодан и отправиться в аэропорт, а там горы или море, или просто компания веселых людей, и ты точно знаешь, что все будет хорошо, но вот в последний миг застываешь над закрытым чемоданом и пытаешься вспомнить, что мог забыть. Лекс сидел на кухне и наворачивал свежесваренную кашу, наблюдая, как по двору мечутся люди, увязывая и проверяя в последний раз ящеров и крепление груза.

- Ну конечно, где тебя можно найти, как не с ложкой во рту, - Сканд заскочил на кухню, явно кого-то разыскивая, - все собираются, а ты все трескаешь? Ты что, совсем не переживаешь перед дорогой?

- Поверь, если я начну нервничать, то все в ужасе просто по углам разбегутся. А так я делаю всем большую услугу, - Лекс отложил ложку и погладил сытое пузико, - когда я сыт, то я мил, благодушен и на все согласен.

- Обжорка. Я запомню это на будущее, - Сканд сел рядом и уткнулся носом в волосы рыжика, - у тебя запах немного изменился, ты уже не пахнешь одиноким младшим, но и моего запаха на тебе пока маловато. Вот вернешься домой, и мы займемся этим вопросом более плотно.

Лекс принюхался, от Сканда пахло теплым древесным запахом, а еще ящерами, которых он седлал вместе со всеми. Он отогнул ворот туники и понюхал… от него, похоже, ничем не пахло… это привычно удивляло. В этом мире все ориентировались по каким-то запахам, и нюх у этих ящеро-людей был более острым, чем у Лекса, хотя это несколько удивляло. У него ведь было тело местного аборигена, а значит, и обоняние должно соответствовать… Может, обоняние ему досталось вместе с мозгами от Алекса? Лекс вздохнул и решил, что подумает об этом позже, а пока он встал из-за стола и проверил, как выходит нож из ножен и не развяжутся ли завязки кожаных лат. Тиро протянул ему платок и Лекс быстро намотал его на голову наподобие тюрбана.

- Пора.

Во дворе, казалось, сразу все притихли. Они вышли, Сканд подсадил рыжика в седло и погладил его по бедру.

- Ты это… - Сканд тяжело сглотнул, сделал бровки домиком, но потом взял себя в руки и, нахмурившись, пробубнил, - устрой им всем! Чтобы знали!

- Угу, - Лекс погладил мужа по плечу, - я тоже тебя люблю, и рад, что ты в меня веришь. Все будет хорошо. Ты, главное, не забудь заказать мне обувь к туникам. А еще подушечку под попу, потому что чувствую, я на ней долго не смогу сидеть…

Сканд засмеялся и хлопнул ящера Лекса по крупу. Тургул первый выехал в открытые ворота, Лекс направил своего ящера вдогонку, следом за ними ехало четверо рабов, которые управляли гружеными ящерами. Они выглядели как маленький караван начинающего торговца. Они тихо проехали по пробуждающемуся городу и оказались перед воротами первыми.

Стоило только стражникам, позевывая и потягиваясь, неторопливо открыть ворота города, как маленький караван выскочил навстречу восходящему солнцу. Как только они выехали из городских окраин и оказались на проселочной дороге, ящеры прибавили скорости и побежали широким, стелющимся шагом, проглатывая милю за милей. Лекс откинулся в седле и довольно засмеялся. Дорога, свобода, плавное покачивание ящеров и Большое Приключение впереди – что еще надо для счастья?

Примечания:

https://pp.userapi.com/c840337/v840337496/4e9df/ZXFV2K6aN2g.jpg

К концу вторых суток Лекс уже был вымотан и держался за поводья ящера больше от упрямства, не желая сдаваться первым. Темп был набран очень сильно, в планах так и значилось – гнать на полном пределе ящеров. Только вот о собственном пределе он совсем не подумал. Его тело, хоть и не было слабым и немощным, как у других младших, но от подобного марафона к концу вторых суток его откровенно «клинило». Ноги не сгибались и руки будто одеревенели, и каждый шаг ящера, каждое его покачивание вызывало чувство онемения в позвоночнике. Лексу казалось, что еще немного, и он просто потеряет сознание.

Никогда Лекс не ждал заката, как в этот день, но упрямое солнце настойчиво цеплялось за небосвод и отказывалось прятаться за горизонт. Они уже целый день мчались по проселочным дорогам, вдалеке от торговых путей, если им и попадались по дороге путники, то это, как правило, были рабы, которые шли от плантаций к баракам или по другим хозяйственным делам. Место для сегодняшнего ночлега было выбрано еще дома, на кухне Тиро. Они должны были остановиться на границе Зеленых лесов, неподалеку от каменистой гряды.

Там должна хорошо просматриваться территория и можно будет спокойно переночевать, не опасаясь нападения из высокой травы. Лекс был благодарен и четверке, и Тургулу, что они не заставляли его вести грузовых ящеров и дежурить в охране по ночам. Когда показалась каменистая вершина, Лекс только что не всхлипнул от облегчения. Скоро эта пытка закончится и можно будет слезть с ящера и размяться.

- О, да ты совсем раскис, - Тургул осторожно снял рыжика с ящера и бережно поставил скрюченное тело на землю, - почему раньше не сказал, что устал? Мы бы остановились, ты бы размял ноги, и все было бы легче.

- Нет, - Лекс схватился за поясницу и попытался выровняться, - о боги, как хорошо! Просто экстаз! Нам надо поторопиться. Мы же сами выбрали место для ночевки. Если бы останавливались в пути, то мы бы не успели.

Лекс показал на небо, которое стремительно темнело. Они едва успели добежать до намеченного места. Сегодня они тоже будут ночевать без костра и без горячей еды, не стоило привлекать к себе ненужного внимания. Они обустроили лагерь за укрытием каменной гряды и выставили дозорного на вершину. Лекс осторожно подобрался туда и осмотрел окрестности. Недалеко начиналась громада лесного массива. Неизвестно, есть ли там люди, так вдалеке от торгового тракта, но все равно стоило поберечься.

- Ложись сюда, - Пин указал рыжику на несколько сложенных пледов, - я тебя разотру и тебе будет легче. Ты молодец и хорошо держишься, но в следующий раз, если почувствуешь, что плохо, то лучше скажи и мы остановимся. Поверь, лучше немного задержаться в пути, чем упасть с ящера и побить руки и ноги. И это при условии, что те ящеры, которые бегут позади, успеют тебя заметить и перепрыгнут. Это боевых ящеров учат, как перепрыгивать препятствия, эти же домашние самочки умеют только бежать плотной кучкой и держаться старшего в группе. Они вполне могут затоптать упавшего им под ноги человека.

- Хорошо, - Лекс снял тунику и с кряхтением опустился на пледы. Хоть они и были сложены в несколько слоев, но камни снизу все равно ощущались, - ох. Сейчас разогнусь, сейчас…

А потом Пин растер по спине масло, которое пахло пряностями и ощутимо грело, как горчичник. Руки Пина вначале ласково разгладили сведенные судорогой мышцы, а потом прихватили без всякой жалости и пощады. Это было здорово и больно одновременно. Лекс закусил угол пледа, чтобы не заорать, но на его мычание примчался Тургул. Он было решил, что рыжика пытают, но увидев его блаженную мордашку, сразу успокоился и ушел к ящерам, чтобы помочь их расседлать и накормить после тяжелого дня. Лекса долго растирали, разминали, после дня судорог и боли это было лучше любого секса. От массажного масла по телу разливалось тепло, и рыжик не заметил, как уснул.

Проснулся он из-за того, что продрог. Натянув на себя плед, он неожиданно понял, что солнце подозрительно высоко. Сон как рукой сняло. Он уселся на ворохе покрывал и посмотрел на небо. Время приближалось к полудню.

- Почему меня не разбудили? - разозлился рыжик.

- Нечего здесь геройствовать, - Тургул засунул в рот последний кусок лепешки и принялся пить из фляги, - впереди тяжелый участок дороги и надо, чтобы ты был в силах смотреть по сторонам и нормально двигаться, в случае, если придется бежать на своих двоих. Так что просыпайся, спокойно ешь, и мы отправимся в путь. Если все пойдет хорошо, то мы окажемся на нужном месте не к обеду, а к вечеру. Главное, чтобы ты был в состоянии нормально двигаться и думать.

- Но сроки… - начал недовольный рыжик, натягивая на себя тунику и разводя руки, позволяя завязать ремешки на кожаных доспехах.

- Сроки станут еще дольше, если ты свалишься с ящера или что-то перепутаешь в своих этих «бах и бум», - передразнил Тургул и помахал в воздухе растопыренной пятерней, совсем как рыжик, когда тот объяснял о взрывчатке, - и вообще, не спорь со старшим.

- Бе-бе-бе, - передразнил рыжик и вцепился зубами в кусок лепешки. Действительно, глупо ругаться из-за задержки в полдня, тем более, что сроки они определили себе сами.

Вскоре с едой было покончено и Лекс самостоятельно взобрался на свою самочку, он чувствовал себя отдохнувшим и полным сил. Тургул махнул рукой, и маленький отряд отправился в дорогу. Травы в этом месте почти не было, наверное, из-за каменистой почвы. Только под лапами ящеров пересыпался толстый слой то ли узких листьев, то ли широких иголок. Стволы деревьев были толстыми и высокими, и поэтому казалось, что они едут в каком-то гигантском храме, среди колонн-великанов. И хотя не было травы, но все равно вдаль смотреть не получалось, настолько часто стояли деревья. Звуки опять стали тихими и глухими, хотя и шуметь совсем не хотелось, прямо как в храме.

Тургул уверенно вел свой отряд, как будто у него в голове был компас. Непонятно, как он здесь ориентировался, но вскоре Лекс увидел широкий овраг, который, наверное, век тому назад был руслом реки, а сейчас зарос кустарником и сравнительно небольшими деревьями. Лекс постарался вспомнить карту, где-то справа должно было находиться поселение смолокуров. Вскоре они выскочили на неширокие просеки, которые вели куда-то вглубь леса, скорее всего, к смолокурням. Лекс посмотрел на ящеров, самочки вели себя спокойно, а значит, чужих рядом не должно было быть, хотя, возможно, самочки не реагировали на посторонних. Тургул остановил отряд и все напряженно прислушивались, но стука топоров не было слышно, и он махнул рукой, позволяя двигаться дальше.

В одном месте Тургул все так же молча дал команду остановиться и Крин, соскочив с седла, бросился вперед, осторожно вглядываясь среди деревьев. Вскоре он пропал между стволов, самочки устало переводили дыхание и флегматично обнюхивали чахлый папоротник, который пробивался между камней и ковра упавших иголок. Лекс крутил головой по сторонам, пытаясь сориентироваться, где находится солнце и где примерно они находятся. Крин, появившись, показал жестами, что все в порядке и можно двигаться дальше.

Лекс совсем не ожидал, что они добрались до намеченного места. Они оказались у каменного обрыва, который уходил вниз почти отвесно. Лекс спешился следом за Тургулом и осторожно глянул вниз. Высота была сравнительно небольшой, метров десять, и то скорее из-за того, что внизу был широкий овраг, который зарос кустами и сравнительно небольшими деревьями. По всей видимости, это было место прежнего русла Шустрика. Овраг перегораживала каменная насыпь, точно так же заросшая всевозможной чахлой зеленью, как и овраг. Скорее всего, когда-то здесь был большой каменный обвал, который перегородил речку и заставил ее искать новое русло.

Сверху открывался интересный вид. Река неистово билась в преграду и, недовольно шипя каменистыми порогами, разворачивала в сторону города Теланири. До поворота реки была деревянная пристань, где стояло небольшое судно, а далее было привязано несколько плотов, возле которых ходили люди. После поворота, значительно ниже по течению, там, где река переставала пениться, была похожая пристань, и там стояло еще одно судно.

- Интересно, как по такой реке можно плыть на кораблях? - Лекс недоуменно пожал плечами. - Ну ладно, плоты сплавлять, тут не очень-то и страшно. Даже если плоты рассыплются, то их всегда можно увязать по-новому, но суда?

- Здесь есть один достаточно хитрый маршрут, и местные жители проводят суда на длинных веревках, - Тургул хмыкнул, - мало кто решается заплывать выше. Но там дальше есть широкое озеро, откуда и начинается Шустрик. И на берегу озёрного края живут искусные охотники, там добывают красивейшие меха и, кроме того, там есть мастера по работе с кожей. Они делают и мягкие накидки, и твердые доспехи, и работа тех мастеров хорошо известна. Только вот из-за этого поворота по Шустрику добраться до них купцам тяжело, а властители Озерного края давно разругались еще с дедом Теланири, и поэтому Теланири не пропускает их торговцев по реке ни за какие деньги, заставляя продавать свои товары у него на базаре.

- Так мы освободители, получается! - развеселился рыжик. - Это, конечно, все хорошо, только нам надо как-то спуститься и оказаться на берегу Шустрика. Нам потом по тому берегу добираться до города Теланири.

- Ящеры смогут спрыгнуть с обрыва на насыпь, для них это допустимая высота, - Тургул показал рукой на верхушку завала, до нее оставалось четыре-пять метров, - мы спустимся отдельно. Если бы мы были на боевых ящерах, то могли бы прыгать прямо в седле, но самочки и слабее, и не приучены к такому, и поэтому они будут спрыгивать на насыпь сами и без груза. Не хотелось бы травмировать их, нам еще долго ехать. Мы спустим груз отдельно, и спустимся сами, так будет безопаснее.

- Дождемся ночи? - Лекс смотрел на людей на берегу, они привязали канаты к корме и носу судна и растягивали их над водой. - Что это они собираются делать?

- Переводить судно через пороги, - Тургул тоже смотрел за людьми, - посмотри, это будет интересно. Только сильно не высовывайся, чтобы случайно не заметили.

Тургул хлопнул Лекса по плечу и пошел в лес, туда, где стояли ящеры и четверка, спешившись, ожидала дальнейшей команды. Тургул с ними поговорил и ящеров стали расседлывать, складывая груз и седла в отдельные кучки неподалеку от обрыва, но так, чтобы их не было видно снизу. А Лекс тем временем смотрел, как одномачтовый баркас тащили по реке. Команда была на борту и, вооружившись веслами, помогала бурлакам, отталкивая веслами борта судна от торчащих камней. Команда бурлаков работала достаточно слаженно. Они и правда проводили судно по достаточно сложному маршруту, заводя поочерёдно нос и корму то в одну сторону, то в другую. Казалось, что корабль исполняет сложный танец на воде, среди белых барханов пенной воды и торчащих камней, потом они развернули судно практически в одном месте под прямым углом и начали энергично тянуть его вверх по течению. Когда стало смеркаться, баркас пришвартовали у верхнего причала возле судна, несколько меньшего по размеру.

- Лекс, отправляйся поесть и отдохни, - Тургул тихо подошел со спины, - ты уже знаешь, что делать дальше?

- Я хотел бы подойти ближе к насыпи и посмотреть, что там с другой стороны.

Тургул кивнул и махнул рукой, приглашая следовать за ним. Они прошли метров двести и остановились возле сложенных бочонков и седел. Центурион подхватил одну из попон и, пригнувшись, добежал до края и сразу же лег, расстелив рядом попону, похлопал по ней, приглашая Лекса лечь рядом. Тот так и поступил, также на полусогнутых добежал до края и лег на расстеленную попону. Он спокойно смотрел вниз с обрыва. И поскольку его рыжие волосы были замотаны серовато-зеленым пледом, то он был уверен, что его не заметят люди, которые заканчивали сматывать канаты и ходили по берегу, занимаясь своими делами.

- Они нас не услышат, - Тургул говорил спокойно, - я бывал на этих порогах и знаю, что там настолько шумно, что приходится кричать друг другу, чтобы хоть что-то услышать, но вот увидеть они нас вполне могут. Поэтому дождемся темноты, прежде чем будем уговаривать самочек прыгать с обрыва. Я вначале спущу Бэла и Крина, потом груз, потом Мэла и Пина, и только потом тебя, я буду спускать всех на канате, а последним спущусь сам. Не побоишься спускаться вниз в полной темноте?

- Нет, - Лекс рассматривал каменную запруду внизу. - Ящеров надо будет отогнать в лес подальше и хорошенько привязать, чтобы они от испуга не убежали. И еще оставить кого-нибудь с ними, чтобы успокоить перепуганных животных и не дать им покалечиться. У нас три бочонка взрывчатки и два с сыпучим порошком, из которого я на месте сделаю порох. Я отберу в котелок нужное количество, а остальное надо будет оставить возле ящеров с другими вещами. Я собираюсь взорвать два полных бочонка вот тут и тут, - Лекс показал на насыпь, - а третий взрыв будет возле того большого камня, вон, смотри, видишь? - рыжик вытянул руку и показал на громадный камень, лежащий на самом повороте реки. - Я надеюсь взрывом сдвинуть его так, чтобы он перегородил русло Шустрика.

- Он такой большой… - усомнился Тургул, - ты уверен, что твой порошок сможет сдвинуть его с места?

- Сдвинуть, возможно расколоть. Хотелось бы, чтобы получилось его столкнуть с места, но так чтобы он остался целым… - Лекс задумался. - Я не уверен, что смогу точно рассчитать, сколько взрывчатки понадобится, но у нас все равно останется половина бочонка, если что, можно будет попробовать повторить попытку. В любом случае, будем действовать в два этапа. Вначале сдвинем камень, чтобы он перегородил русло, а потом подорвем насыпь и помолимся, чтобы у нас все получилось за один раз.

- А если не получится? - Тургул почесал нос и уставился на рыжика.

- Что-то все равно произойдет, - Лекс вздохнул, - даже если просто получится перегородить старое русло и хотя бы обозначить для реки другой путь, то она рано или поздно сама проложит себе дорогу. Когда река поймет, что оказалась в ловушке, то она найдет выход. Главное, чтобы она согласилась течь туда, куда мы укажем.

- Ты так говоришь, будто она живая и может думать, - Тургул сделал охранный жест рукой.

Лекс только глубокомысленно хмыкнул и отполз назад. Как объяснить ящеру, что законы физики никто не отменял, и река действительно, как живое существо, будет искать выход. Тургул скорее поверит в духов огня и воды, чем в первый закон Ньютона. Рыжик присоединился к четверке, которая уселась на сложенных вещах и неторопливо кушала. Они, в отличие от Тургула, не сомневались в успехе операции, они видели демонстрацию, которую Лекс устроил для Тиро, и примерно представляли, какая мощь хранится в небольших бочонках, так невинно стоящих возле сложенных вещей. Но самое главное, они не сомневались в словах Избранного, если он сказал, что камень загородит запруду, значит так и будет. И река, безусловно, потечет в другом русле, боги помогут, чтобы все так и было.

Лекс проинструктировал четверку и Тургула, что именно и в какой последовательности все должно происходить. Тургул, недоверчиво похмыкав, пока четверка с рыжиком отдыхали в ожидании ночи, пополз опять к обрыву, посмотреть на предполагаемое место действия. Зато когда стемнело, вся неуверенность с Тургула слетела, как шелуха. Он опять стал властным командиром. Он спустил на веревке Бэла и Крина, хотя те уверяли, что могут спуститься и без помощи центуриона, но Тургул на них только рыкнул и подвязал им конец веревки под грудью, чтобы страховать их при спуске в полной темноте.

Потом они осторожно спустили вниз бочонки, а вот седла и остальные вещи попросту побросали сверху. Потом пришла очередь самочек. Бэл и Крин призывно свистели и размахивали куском мяса, но ящеры упирались и не хотели прыгать в ночной темноте. Они перепуганно шипели, а когда Тургул начал спихивать старшую силой, то самочка исхитрилась укусить его за руку, но в ответ получила по морде и была сброшена вниз. Когда внизу раздалось довольное похлопывание по спине и счастливое чавканье, то остальные самочки, пусть и с опаской, но без излишних возражений спрыгнули следом, за что им сразу вручили по куску мяса, которое захватили специально для подобного случая.

Мэл и Пин, воспользовавшись всеобщей суматохой, стали сами спускаться по отвесной скале, и Тургулу оставалось на них только недовольно рыкнуть сверху. Но зато, когда пришла очередь Лекса, то Тургул только что не замотал его в веревку, прежде чем позволил подойти к обрыву. Спускаться в темноте только при свете звезд было достаточно страшно, хотя Александр раньше успешно лазил по горам и с альпинизмом был знаком не понаслышке, но он никогда не лазил в горы ночью, и подобный опыт был достаточно волнительным. Сам Тургул спрыгнул с обрыва, как настоящий боевой ящер, и очень самодовольно смотал веревку, которую сбросил впереди себя.

Лекс сразу после спуска взял руководство на себя. Были вскрыты бочонки с заготовкой для пороха, и нужная часть была отмерена в котелок, которым они еще ни разу не пользовались по прямому назначению. Тургул готовил факел из ветки и тряпки. Бэлу, как самому ответственному, доверили перемешивать порох рукой. Лекс указал Мэлу и Пину где надо сделать две выемки на насыпи, чтобы закрепить там по бочонку. Лекс вскрыл бочонки и сделал в каждом углубление на всю длину ножа, потом в углубление засыпал порох и укрепил фитиль. Надо было, чтобы взрывчатка сработала вся, как взрыв, а не как столб огня, выгорая слой за слоем.

Третий бочонок Лекс осторожно разломал и разрезал содержимое пополам. Оставшуюся часть он сложил в опустевший котелок, и только потом подхватил половину, и отправился с Тургулом и Бэлом к большому камню. Вблизи он был просто огромен и Лекс засомневался, что количества взрывчатки хватит на такую громадину. Но он знал, что первая ошибка неопытных подрывников, когда хочется взять больше намеченного. Он собирался взрывом сдвинуть камень, а не взорвать его на мелкие куски. Поэтому он разделил взрывчатку пополам и сделал две закладки под краем камня. Благо, он весь лежал на поверхности и не надо было переживать, что это скальный монолит.

Установив порох для запала и фитили, Лекс закусил в раздумьях губу. Если камень сдвинуть не получится, то тогда придется думать, как перекрыть старое русло при небольшом количестве взрывчатки. Пока план был «на бумаге», он выглядел более гладко, чем сейчас, когда он стоял возле валуна и слушал, как грохочет река на горных порогах. Лекс стукнул кулаком по камню и недовольно фыркнул – пока не сделаешь, не узнаешь, а как узнаешь, так и переделаешь. В любом случае, отступать уже поздно.

- Что-то не так? - Тургул в этой темноте все же разглядел сомнение на лице рыжика.

- Нет, все хорошо, - Лекс отослал троих бывших монахов подальше в лес, с ящерами и вещами, и остался у камня с Тургулом и Бэлом. - Поджигай!

Тургул защелкал огнивом и вскоре небольшой факел разгорелся. Лекс поджег фитили и троица рванула в лес на максимальной скорости. В темноте Лекс считал время, и на счете семь не заметил корягу, свалился, подвернув неудачно ногу, но Тургул в тот же миг подхватил его за шиворот и, закинув на плечо, как лось ломанулся в лес.

- …двенадцать Миссисипи! - обрадовался Лекс, молотя по спине Тургула, который после глухого взрыва на удивление добавил скорости. - С Т О Й! Стой, Тургул!

Они добежали до ящеров. Пин, Мэл и Крин связали ящерам лапы, чтобы они не убежали, и теперь успокаивали орущих с перепуга самочек. Там рыжик забрался к Тургулу за спину и велел держать его под коленки, после чего скомандовал, чтобы он так же быстро бежал обратно. Непонятно, что Тургул видел в полнейшей темноте, но он, как породистый жеребец, донес рыжика до места, где раньше стоял камень, и при этом ни разу не споткнулся. В воздухе пахло сладкой карамелью с легкой горчинкой, и две небольшие подпалины остались там, где раньше был запал. И больше ничего… Они уставились на небольшую вмятину там, где раньше стоял камень. Самого камня не было…

- Куда же он делся? - Тургул сделал круг по проплешине, пока не посмотрел на реку, - мать моя ящерица! - взвизгнул центурион и замахал головой, как будто в припадке. Лекс не сразу сообразил, на что он показывает. Но из воды торчало плоское как стол основание камня. Казалось, кто-то очень сильный перевернул камень и заткнул, им как пробкой, Шустрика в самом глубоком месте. Вода стала подниматься, и вскоре на плоское основание стали набегать волны реки, которые от взрыва и падения отскочили волной, а теперь возвращались обратно.

- Бочонки! - пришла пора верещать Лексу, - бочонки… зальет порох, на фиг! Фитили намочит! Быстрее!! Огня!!!

Бэл коротким жестом оторвал край своей туники и, намотав ее на палку, стал высекать искру. Тургул, как боевой конь, стоял рядом и бил копытом… ну, то есть в этом мире, вел себя, как боевой ящер: рычал, шипел и дрыгал ногами, невербально торопя Бэла. Вскоре искра подпалила ткань и троица помчалась к прикопанным на вершине и у основания вала бочонкам. Бэл стремительно подпалил первый фитиль и на счете «пять Миссисипи» подпалил второй. Тургул, едва дождавшись второго шипения, помчался в лес, перекидывая рыжика со спины на грудь.

На счете «двенадцать Миссисипи» ничего не произошло, и Лекс испугался, примерно так же сильно, как когда-то в прошлой жизни, когда на буровой начался пожар и врубили сирену прямо над головой молодого и самоуверенного практиканта. На счете «пятнадцать Миссисипи» было все также тихо, и рыжик припомнил все свои косяки в этой жизни… Но тут РВАНУЛО!!!

Взрывной волной Тургула толкнуло в спину так, что он впечатал рыжика в землю, как будто хотел его посадить на рассаду к весне. Но потом тренированный воин сгруппировался и прикрыл его своим телом. Земля вздрогнула дважды, а потом стали падать камни, сор и искры. Тургул вздрагивал, когда на него падали камешки, а Лекс понял, что едва может дышать от придавившей его тушки.

- Эй, вы там живы? - Бэл схватил Тургула и потормошил за плечи.

- Что это было? - здоровяк выглядел перепуганным.

- Это было БАМ и БУХ! - Лекс недовольно спихивал с себя вялого с перепугу центуриона, - слезь уже с меня, ящер, а то мужу пожалуюсь!

Похоже, угроза подействовала лучше оплеух и холодной воды. Тургул сразу стал выглядеть собранным и сосредоточенным. Лекс попробовал встать, но ногу стрельнуло, и рыжик скомандовал поднять его Тургулу на спину, и отнести обратно, «туда, где бабахнуло». Центурион обратно уже не бежал, а шел степенным шагом, наверное из-за того, что с неба до сих пор летели сор и мелкие камушки. В воздухе пахло жженым сахаром и серой. Запах был едким и в воздухе стоял белесый дым. Когда они вышли к прежнему завалу, то увидели две глубокие ямы, которые стремительно наполнялись водой. Лекс велел еще раз отнести его к камню и при свете звезд снова осмотрел результат первых взрывов.

Камень лежал на месте прежнего русла просто идеально. А еще, новые взрывы откинули в сторону камни и щебень, присыпав щели между здоровенной глыбой и бывшими берегами реки. Если не знать, куда именно упал каменюка, то его обнаружить было бы сложновато. Пока Лекс осматривал теперь уже бывшее русло, на новом месте две воронки от взрывов наполнились водой, и теперь вода текла по дну оврага, набирая скорости и мощи. Вода несла поднятую землю, срывала траву и выкорчевывала кусты, и все это вперемешку с камнями было похоже на грязевой сель в горах.

- Хорошо, что мы отвели ящеров, и нам не надо пересекать ЭТУ реку сейчас.

- Да уж, - Лекс смотрел на реку, она, как рачительная хозяйка, очищала себе дорогу от излишней грязи, - в ближайшие два-три дня она будет мутной и грязной, а потом опять станет чистой. В ближайшую неделю озеро несколько обмелеет, пока река наполнится, как положено, а потом, через пару-тройку месяцев, опять восстановится в объеме. Я думаю, властители Озерного края, когда увидят, что вода куда-то уходит, отправят своих охотников на разведку. Они увидят новое русло Шустрика, и поймут, что они теперь независимы от Тили-мили. А люди, которые работают в смолокурнях и на просеках, смогут продавать свои изделия и лес непосредственно в порту. Мне кажется, что все, кроме Тили-мили, этому порадуются.

- Надо уходить, - Бэл прислушивался к чему-то, - люди уже опомнились и идут посмотреть, что произошло.

Лекс приподнялся на плечах Тургула и увидел, как вдалеке мелькают факелы, похоже, люди с пристани пошли на разведку. Тургул развернулся на месте и потрусил обратно к ящерам.

- До рассвета нас никто искать не будет, - думал вслух Тургул, - а может, и вообще искать не будут. Это не похоже на… - центурион задумался, а потом фыркнул, - это вообще ни на что не похоже. Это – как гнев богов, неподвластно человеческому уму. Вот увидишь, найдутся очевидцы, которые будут рассказывать о молниях богов, которые изменили русло Шустрика. И камень этот пропавший. Как будто ребенок взял игрушку и заткнул в бочке дырку. Так ловко лежит камешек. Нет, люди так не могут сделать…

- Это точно, - хмыкнул Лекс, - мы тут ни при чем, это все боги…