Дарк всегда был одиночкой. Но для странствующего торговца это большая проблема. Как обеспечить себе безопасность в дороге? Пришлось усиленно и в разные стороны развивать свою итак не совсем обычную магию. Но это помогло. Уже лет десять Дарк не боялся путешествовать совершенно один хоть через весь континент. Как он при этом умудряется справляться с многочисленными лошадьми, тянущими повозки — загадка. Сам мужчина уверяет, что главное — подобрать правильные слова, а договориться можно с кем угодно.

Даже с вулканом. Что Дарк и демонстрировал прямо сейчас.

И отец, и брат в два летуна убеждали его заложить крюк, дабы не нарваться на неприятности. Всё же извержение вулкана — штука серьёзная. И именно поэтому Дарк не послушал их. Уж слишком жирный крюк пришлось бы совершить, не выгодно. Да и ветер в другую сторону, чего бояться?

Подобная логика и привела одинокого торговца, управляющего небольшим караваном в восемь крытых кибиток, к окраине леса, что тянулся от подножия огромного вулкана по пологому склону к самому его жерлу. Оттуда вовсю валил густой дым вперемежку с пеплом, летели в разные стороны горящие камни. Но Драка не задевали, потому что сила вулкана выталкивала их на слишком большие расстояния. А послушный ветер уносил дым подальше.

Но это только торговцу не было дела до извержения, жители же горы реагировали куда живее. Когда вулкан только начал волноваться, происходили частые землетрясения, что напугало многих крупных существ. А первый выброс так вообще сотряс всю гору до основания, мотивировав их покинуть насиженные места.

Ещё издалека, с соседнего холма, Дарк понаблюдал за истеричным потоком живности, несущейся прочь из облюбованного ими густого, древнего леса. Магу было жаль потерявших дом, но это лучше смерти от потоков лавы, живописно заливающих сейчас всю вершину. Он дождался, когда беженцы освободят дорогу, и, как ни в чём не бывало, двинулся дальше по своим делам. Помочь никому из них не можешь, чего корить себя, в таком случае? Только нервы тратятся.

Спустя полдня безостановочной езды время близилось к закату. Торговец сидел на облучке ведущей кибитки и задумчиво грыз травинку. Он решил не останавливаться на ночь, ибо дал лошадям до того отдохнуть аж полтора дня, пока ждал завершения бегства лесных жителей. Выдержат ночной переход, ничего страшного, а рядом с действующим вулканом лучше бы надолго не задерживаться. Даже такому везунчику, как Дарк.

Движение на опушке он заметил издалека. Наблюдал, ждал дальнейших действий. Думал, посмотреть внимательней, когда подъедет ближе, ведь это просто ещё одно животное… Но потом внимательней присмотрелся и не выдержал. Сорвался, спрыгнул на траву и побежал вперёд, обгоняя караван. “Оборотень? — крутилось в его голове. — Но откуда здесь?.. И почему сейчас?”

Сначала торговцу почудилось, что это медведь, судя по телосложению, но при ближайшем рассмотрении выяснилось, что перед ним большая кошка, только… очень необычная. Животное оказалось сильно ранено, одна половина обожжена до мяса, даже кость в одном месте торчит, пятнистая шкура в кровавых пятнах и разрывах, дышит бедняжка еле-еле, но упорно ползёт прочь. И горестно подвывает, но как будто вовсе не из-за боли. Точнее, не физической боли.

И всё же больше всего привлекла внимание мага одна особенная черта этой странной мощной кошки, которая в холке, должно быть, могла ростом сравняться со взрослым мужчиной.

— Тело медведя, шкура ягуара, кошачья морда, — быстро перечислял взволнованный Дарк, осматривая раненную, — и огромные клыки с моё предплечье… Почему ты не оборачиваешься, девочка? — обратился он к кошке, безошибочно определив в ней женское начало.

Животинка взглянула на человека, казалось, только сейчас заметив его, и… заплакала. Так потрясающе, до глубины души, по-человечески, что торговец кинулся к опасному созданию, забыв об осторожности. Дарк стал гладить кошку по загривку, приговаривая, что пора оборачиваться, что полегчает, нужно только постараться.

— Давай, милая, ты сможешь! Да, что ж такое? Ну же, у тебя получится, красавица моя...

Он не мог понять, что не так, почему кошка медлит, почему недоуменно хмурится и раздражённо отталкивает его успокаивающую ласку. Вон уже задняя обгоревшая лапа перестала слушаться, тащится безвольно за телом, одно ухо вообще на волоске буквально держится.

Маг запаниковал. Если животное погибнет, оборотень останется калекой. А мир останется без смилодона — саблезубого тигра, которых, вообще-то, среди оборотней и не должно бы существовать… Но раз Дарк встретил одного, то обязан, во что бы то ни стало, спасти. Нет, особой любви к оборотням он не питал никогда, и всё же… И всё же…

Однако что бы торговец не делал, как бы не уговаривал, оборотница не поддавалась. Она злилась, рычала, истекала кровью, но не оборачивалась. Тогда Дарк в сердцах схватил её морду прямо за огромные клыки, острым задним ребром тут же порезавшие кожу мага, развернул к себе, уткнулся лбом в лоб и заорал:

— Оборачивайся сейчас же! Не верю, что такое сильное животное способно сдаться вот так просто! Чего ты стоишь, как оборотень, если даже не можешь укротить своего зверя?! Борись! Сражайся за свою жизнь! Никто, кроме тебя, не сможет это сделать!

И его слова неожиданно подействовали. Кошка рыкнула, боднула мужчину огромной головой и вымученно завыла. Но вой этот постепенно переходил в протяжный женский крик. А в руки ошарашенному торговцу свалилась плачущая обнажённая блондинка такой ослепительной чистой красоты, что у Дарка перехватило дыхание.

— Ну-ну, милая, больше не болит, успокаивайся. Всё хорошо, — он осторожно прижимал всхлипывающую девушку к себе и нёс в кибитку. Караван своим ходом уже почти приблизился. “Какая же красавица, — думал Дарк, — глаза большущие… Да-да, глаза, хотя и грудью природа её не обделила...”

Маг ловко запрыгнул на уступ телеги сзади и нырнул внутрь. Положил девушку на свою походную постель и укрыл покрывалом. Заворочавшись, она поудобней устроилась, укуталась, подрагивая от вечерней прохлады, и подняла голубые озёра вместо глаз на своего спасителя. Дарк задумчиво хмыкнул.

— Что ж за проблема-то у тебя такая, — пробурчал он, — с оборотом-то…

Девушка встрепенулась, прислушалась, разволновалась и, наконец, заговорила:

— П… пр-р-ропль-е-эма? У ть-ебя?

— У меня всё хорошо, — покачал головой мужчина, — проблема у тебя.

— Проплема... у меня? — С каждым словом речь давалась ей всё лучше.

“Неужели давно не обращалась? — задумался торговец. — Это бы объяснило сложности…”

— Проблема? — голос девушки стал совсем уверенным, но взволнованным. _ Проблема?! — требовательно спросила она, даже привстав на локтях, чем оголила изящные плечи, обтянутые светлой, почти белой, совершенно не загоревшей кожей.

— Спокойно, спокойно, — попытался урезонить Дарк. — Уже ничего страшного, получилось. Видишь? У тебя всё на месте, руки ноги, голова, нечего волноваться. Проблема решена, — и он тихонько приподнял край её покрывала повыше, к самой шее, от греха. Итак приходиться не слабо сражаться с возбуждением рядом с такой конфеткой, а она ещё и провоцирует. Пусть и случайно.

Девушка от слов мага затихла, глаза её забегали, словно размышляла о чём-то. Потом она взглянула на Дарка, откровенно приглядываясь. Сначала изучила его бородатое лицо, затем руки — две единственные части тела с открытой кожей. Повертела головой, стараясь осмотреть мужчину со всех доступных сейчас сторон. И вдруг серьёзно спросила, делая вопросительное ударение на первом слове:

— Всь-ё в порядке? Всё-всё? У меня… — теперь она перевела изучающий взгляд на себя, быстро прошлась ладонями по телу под покрывалом, вызвав судорожный полувздох у Дарка, и обратила на мага полную недоверия мордашку, упрямо замотав головой. — Не всё в порядке.

— Н-нет, — осторожно начал Дарк, — в порядке, я уверен. Эм, что ты...

Оборотница не стала больше убеждать, решила показать. Она потянулась к его бороде одной рукой, второй хватаясь за свой подбородок. От этого действия покрывало окончательно оголило её грудь. У торговца подскочил пульс. Он задышал тяжелее, но в руках себя держать ещё мог. Но уже очень не хотел. “Хех, почему нагота особенно возбуждает, когда она вот так, чуть прикрыта или случайно выскальзывает?” Да, Дарку никогда не нравились девушки, выставляющие себя на показ умышленно, ради восхищения и публики. Словом, белые вампирши ему по душе не пришлись.

Касание женской ручки к бороде вернули мужчине способность говорить. Мягкие тёплые пальчики коснулись кожи его губ, пуская маленький, неловкий разряд электричества по телу. Давно Дарк не встречал столь чистой, невинной красоты. Может, вообще никогда.

— Я мужчина, милая, — сказал он, убирая её руку. Хотя Дарку скорее хотелось потрогать её, чем прекратить почёсывание бороды коготками. — Для меня это нормально. У нас есть отличия. У тебя такого быть не должно.

— Не должно? — хлопнула девушка глазами. — А… — она опустила глаза на свою грудь. Это же сделал Дарк, снова сглотнув загустевшую слюну. Одна рука девушки опустилась на её “восхитительную, подтянутую округлость”, а вторая легла на грудь Дарка. — Должно?

— Эм… Д-да, тут тоже всё правильно, — мужчина протёр рукавом выступивший на лбу пот. “Если она продолжит в том же духе…”

Руки девушки заскользили вниз: одна по её стройному девичьему телу, а вторая — по напрягшемуся животу мага. Дарк лихорадочно всматривался в глаза своей новой знакомой, пытаясь найти там желание, похоть, вожделение, но не видел этого. Только волнение и любопытство. Она словно не понимала, как её действия отражаются на мужчине, не чувствовала, что ходит буквально по лезвию меча. “Ага, меча… Жезла моего!” — спошлил про себя Дарк, едва слышно хихикнув.

И вот ладошка красавицы добралась до того самого места, где уж точно между ними было весьма заметное различие. Её глаза расширились, ротик приоткрылся… Торговцу почудилось, что вот сейчас она припадёт этими сочными губами к его возбуждению и мигом снимет его. Но девушка подняла на Дарка глаза и невинно поинтересовалась:

— Тут тоже?

Её ладонь накрыла сквозь ткань брюк окаменевший ствол, подушечки пальцев прошлись по головке, вызывая рефлекторное подёргивание. Но ответить Дарк был уже не в состоянии, просто смотрел на её непосредственную мордашку, которая вдруг оказалась очень близко к его лицу.

— Тут, — сказала она требовательно, — тоже? Тоже правильно?

— Да, вот так потрогай, очень правильно, — не выдержал Дарк и, накрыв её ладонь своей, повёл вверх-вниз, вызывая у себя волну удовольствия.

— Да? — мурлыкнула обрадованная оборотница. — Правильно?

“Вот пропасть, — подумал маг, — на её лице ни грамма желания, только любопытство и интерес, как к игрушке. Но почему это не помогает сбросить моё возбуждение?” О, любопытство только набирало обороты. Девушка целиком выбралась из-под покрывала, взгляд Дарка зацепился за изящно изогнутую спину и отставленную кверху попку, которую красавица оттопырила, подползая ближе к своему спасителю на четвереньках.

— Что? — спросил маг с пошлой ухмылкой в ответ на забегавшие по его телу руки. — Проверяешь, в порядке ли я?

— Проверяешь? — она замерла на мгновение, хлопнула глазищами и счастливо заулыбалась. — Проверяешь! Проверяешь! — закивала одевушка и встала перед Дарком на колени, полностью демонстрируя себя. — Проверяешь, ты, меня, — требовательно сказала она и, взяв мужскую руку, легко опустила её себе на грудь.

Накатившие ощущения выбили мозг из головы Дарка. Мягкая, гладкая, словно визийский шёлк, кожа юной прелестницы пела под ладонью мужчины, искрилась энергией. Горячая и живая, такая соблазнительная...

Пальцы мага нежно скользнули по округлости, очерчивая её. Большой палец несколько раз нагло задел розовую затвердевшую горошину. Быстрый взгляд на лицо девушки подсказал, что она… удивлена новыми ощущениями. Прелестница часто моргала, её ротик беззвучно приоткрывался, выпуская быстрые вздохи.

“Ты сама просила, милая”, — с некоторым ехидством подумал Дарк и, подавшись вперёд, накрыл призывно топорщащийся сосок губами. От этого девушка непроизвольно дёрнулась, рефлекторно положила руки на плечи мужчины, но вырываться не стала. Внимательно прислушивалась к своим ощущениям. И они ей настолько понравились, что оборотница замурчала, едва-едва слышно, но для Дарка это стало знаком.

Одной рукой он притянул девушку к себе, ощущая, насколько лишняя сейчас его дорогая рубашка, что разделяет их тела, а вторая рука опустилась на свободную грудь, пальцы сжали сосок — кошечка взвизгнула и хихикнула. Мужчина наслаждался ощущениями, его язык порхал вокруг налившегося желанием розового бутона, ладони блуждали по юному горячему телу, обрисовывая плавные, изящные изгибы и томно напрягающиеся под кожей неожиданно тугие мышцы.

— Тут… всё? — с предыханием от накатившего возбуждения через силу прошептала девушка. — В порядке?..

Дарк оторвался от лакомого кусочка и взглянул в её лицо. Щёчки красавицы мило заалели, ресницы дрожали, дыхание было основательно сбито. “О чём она говорит?.. — словно сквозь вату подумал мужчина. — Ох, точно!” Вслух хмыкнул:

— Сейчас ещё вот тут уточню… — И припал к другой, обделённой до этого ласками языка груди. Громкий удивлённый вздох стал ему наградой. Пальчики девушки крепко сжали плечи мага, кажется, даже коготки проступили. — Да, в порядке. Теперь можно переходить дальше...

Дерзко сдавив зубами сосок, вырвав этим слегка возмущённое, но благосклонное “Мря!”, он провёл языком к шее и вверх по ней до самого подбородка. Не давая задрожавшей кошечке опомниться, прикусил нежную тонкую кожу. В ответ она в порыве чувств ловко обхватила мага ногой за талию. Посчитав это желанием принять горизонтальное положение, Дарк за талию прижал её плотнее, давая почувствовать каменное возбуждение, упёршееся в плоский девичий живот, и выгибая так, чтобы девушка потеряла равновесие и мягко, придерживаемая его сильной рукой, опустилась на покрывало.

Она по прежнему даже не помышляла о сопротивлении. Что-то мурлыкала, восторженно фырчала, но послушно улеглась на спину и даже потянулась, выгнувшись, разгоняя скопившееся в теле напряжение. О, Дарк такого подарка не упустил! “Вот так, хорошая моя, расслабляйся…” С энтузиазмом он облобызал грудь, активно помогая в процессе руками, вызывая что у себя, что у партнёрши волны постоянно накатывающего удовольствия. А когда прелестница застонала в голос и стиснула в кулачки ткань покрывала, пальцы мага проскользили по её животику, чуть задержавшись вокруг впадины пупка, и нырнули между стройных девичьих ног, накрыв набухшие складочки.

Кошка даже привстала на локтях и с любопытством, смешанным с восторгом, посмотрела вниз. А Дарк улыбался, наблюдая за её реакцией. Он сместился чуть в сторону, давая ей возможность полностью видеть происходящее, ребрами ладони надавил на ноги с внутренних сторон, намекая, что неплохо бы раздвинуть их пошире, и хищно оскалился, когда она послушно сделала это.

Ох, такой мордашки он точно ещё не встречал! Ни одна из его любовниц не вела себя вот так. У него даже были две девственницы, которые, правда, пришли вместе, потому как очень боялись, а родители строго-настрого наказали лечь с заезжим магом, чтобы, может быть, понести от него одарённое потомство. Так вот даже те две стесняшки были не так невинны. И наивны.

На миг Дарку даже стало непосебе от мысли, сколь далёкое от разврата существо он сейчас совершенно беззастенчиво соблазняет… Но прелестная блондинка с такой готовностью открывала для себя мир интимный ласк, что останавливаться совсем не хотелось, это даже выглядело сущим кощунством. Мужчина играл на ней, как на музыкальном инструменте, наслаждаясь издаваемыми кошечкой звуками: стонами вперемежку с мяуканьем, рычанием и даже повизгиванием, когда он особенно остро касался её клитора или зажимал его между пальцами.

“Сейчас бы языком добить, но глаз от её лица оторвать не могу…” — подумал Дарк и, прикусив легонько ближайший сосок, нырнул одним пальцем глубже, с трепетом услышав звонкий “хлюп”, означающий, что красавица уже вся истекает от желания, её сок залил мужскую ладонь. О, да! Покрывало будет насквозь! Она даже сама подалась бёдрами вперёд, нетерпеливо насаживаясь на палец. “Тогда держи два…”

Девушка снова выгнулась всем телом, то ли рыча, то ли мурлыкая, в порыве потянула Дарка за одежду на плече, случайно срывая пуговицы с его рубашки, и отчаянно дрожала. Плоть под ладонью мага пульсировала, как его собственный, готовый взорваться, член.

Но тут…

— Девственница?! — выдохнул мужчина, замирая. “ Чего ещё ты, дурак старый, ждал от этой наивности? Вот же пень бесчувственный!”

— Мря? — возмутилась кошечка, обиженно глядя на неподвижного мага, и призывно дёрнула бёдрами.

Когда ошарашенный не таким уж внезапным, но всё же открытием, Дарк, никак не отреагировал, она положила свою руку на его и надавила. Это привело его в чувство.

Осторожно, совершая круговые движения в её лоне, отвлекая, маг вытащил руку из сладкого плена разбухших нижних губ девушки, не забывая при этом наворачивать круги вокруг дрожащего комочка удовольствия.

— Милая, прости, я не буду твоим первым, — прошептал он ей в ушко, прихватив мочку зубами. — Это должно быть по любви. Но оставить тебя таком раздрае тоже не могу… — И ругая себя всеми словами на свете, продолжил, обласкивая шею красавицы, доводить её пальцами до пика. Но старался глубоко “не вдаваться”.