Шел девяносто пятый год летоисчисления Флавии. Эра наведения порядка - через кровопролитие. Завоевания семьи Грейв показывали саму суть этой эпохи. Покорение мира, которое начал мой дед и продолжил мой отец, длилось уже больше восьмидесяти лет.

Мое первое сражение на поле брани я провел в возрасте четырнадцати лет на равнинах моего родного континента Акилос.

В возрасте шестнадцати лет, к великому сожалению всей огромной империи, погиб мой отец - великий воин и полководец. По законному праву наследия я занял предназначенный мне трон; управление армиями и землями перешло в мои юные неопытные руки. К двадцати трем годам я смог искоренить последние очаги восстания оккупированных территорий всех обширных земель Акилоса, на котором располагался наш фамильный замок, который со временем перерос в большой город-столицу.

Пять лет без сражений, наведения порядка и установки законов. Период мира дал возможность залечить раны, построить корабли, воспитать новых воинов, основательно подготовиться к вторжению на суровый континент Сикон. По истечению срока приготовления были завершены. Самый большой флот за историю империи отправился покорять неприветливые заснеженные земли.

Свой двадцать девятый день рождения я уже праздновал среди трупов на новой земле, которую начал порабощать. Сикон имел суровый климат и площадь втрое меньше моего родного континента. Раздробленные и небольшие племена не давали слишком большого сопротивления, и к своим тридцати годам я уже владел всем известным миром.

Империя Гревиденс, которую моя семья создавала почти девяносто лет, была огромна и богата. Я наладил торговлю, земледелие, скотоводство, активно развивались науки, не было угнетений, все имели работу, кров и хлеб. Империя была на пике своего могущества. У меня было желание объединить земли под единым знаменем. Возможно, это было и не мое желание вовсе. Наследие моих предков давило на мои плечи. Хотя первопричина этих войн - это жажда битвы и сражений, поиск цели, неизведанный путь, на который я только планировал взойти.

Мне не нужны были мелкие разбросанные острова по двум океанам. Но в океане Микон был остров, о котором ходили разные легенды, мифы и суеверия. Все, проходящие рядом с островом, суда пропадали, и никто их больше не видел. Говорят, что там живут самые опасные монстры мира, что сам Бог Хаоса Блегскол живет там и создает их. Это, конечно, полная чушь. В то, что там живут люди-дикари, каннибалы, которые никого не оставляют в живых, я поверю больше. Но совсем недавно, на традиционной охоте с народом орисани в их родных лесах Марифет к нам в лагерь пришел старик с историей про таинственный остров. Я призвал его к себе в шатер, чтобы он поведал мне историю своего путешествия. Могла ли быть она правдой или очередной пройдоха промышляет сказками?

История старика

"Господин, позволь я начну свою историю? Спасибо. Я был картографом на одном из кораблей его величества. Мы плыли из разведки Сикона, когда начался великий шторм. Чудом нам удалось уцелеть, но намеченный курс был утерян бесповоротно. Я понял где находится наш корабль по звездному небу, но было уже поздно… Мифический остров уже был на горизонте. Неведомая сила завлекала корабли к побережью. Ни рулевой, ни штурманы не могли изменить курс. Нам не оставалось ничего, кроме как отдаться в руки провидения. По мере приближения к берегу становилось понятно, что он больше напоминал кладбище кораблей: все побережье было устлано деревянными скелетами, сгнившими досками и догнивающими парусами. Сев на мелководье, было решено высадится на берег. Других вариантов нам просто не оставили.

На берегу, не успели мы заметить груды человеческих и не только костей, на нас сразу же напали дикари. Они были жестоки и беспощадны в бою, никто из воинов корабля и в подметки им не годился. Они били молниеносно и мощно, каждый удар достигал цели и вскоре из нас остался лишь я. Не знаю почему, но меня они не убили. Они забрали некоторые трупы и ушли вглубь острова, оставив меня одного на берегу среди кладбища скелетов, свежих трупов и кораблей...

Прошло дня три как я не ел, благо, рядом я нашел питьевую воду, так что с водой проблем не было... На четвертую ночь ко мне пришел один из варваров, но он был без клинка и доспехов. На нем была легкая накидка и кожаные штаны с ботинками. Варвар заговорил со мной и рассказал о природе острова, о его людях и монстрах, которые когда-то населяли его. Я спросил: «Почему населяли?» Он объяснил это тем, что человек - самый опасный монстр, который может приспособиться к чему угодно... Люди попали на этот дикий остров очень давно, и уплыть с него не смогли по причине того, что все корабли притягиваются к нему. Оставшись здесь, они с годами дичали и дичали, и лишь немногие смогли сохранить трезвость ума и передать историю и науку в поколения. Со временем люди поняли, что раз в год на этом острове происходит "что-то" (что он не сказал), сила острова пропадает, и с него можно уплыть, но на это есть всего пара дней и скоро они наступят. В течение трех месяцев мы строили лодку вдали от всех на побережье острова, и, наконец, в день упадка силы, мы распрощались. Ночью я отплыл от него и прибыл на материк. Составить путь по звездам мне не составило труда. После этого я стал странником, рассказывающим о том острове и о его жителях – непревзойденных воинах, хоть и дикарях".

Мы напоили и накормили старика. Переночевав, он отправился в свое долгое странствие.

Трудно было верить в слова полоумного старика, мало ли какие фантазии могли быть в его голове. Да и у страха глаза велики. Но все равно, мысли об острове не покидали меня…

Эти раздумья не давали мне покоя ни днем, ни ночью. Днем я не мог не думать о походе в мифические земли, а ночью мне снились битвы, в которых я еще не бывал. Не в силах больше жить с этим, я направил гонцов во все провинции и страны своей империи и приказал собрать всех лучших воинов.

Прошло два года

После долгого ожидания вся элита имперских войск собралась в портовом городе Ксатлиф. Там уже были подготовлены корабли к отплытию и мой личный флагман «Король Алмаз». Построенный уже в послевоенный период, он не участвовал в походе на материк Сикон. Его изготовление длилось больше года. Лучшие мастера своего дела приложили руку к его созданию. Он был подготовлен специально для похода на таинственный остров.

Войско состояло из пяти тысяч пехоты, тысячи конницы, тысячи лучников, двухсот человек колесничих и четырех отрядов токриотов по тысяче двести человек. На флагмане был я и мой первый советник, и друг – Малек. Корабль был полностью укомплектован солдатами и матросами численностью семьсот человек. Основное же войско расположилось на двадцати приготовленных кораблях для армии и одиннадцати грузовых кораблях с провизией, водой, конями, повозками, колесницами и тому подобным. С приливом армада держала свой курс к неизведанному.

Бессмертные Аквария и Виндор благоволили нашему походу. Двухмесячное плаванье было истинным удовольствием. Попутный ветер и спокойный океан. Что еще нужно мореходам?

Каждый вечер мы с Малеком проводили на верхней палубе, наслаждаясь приятным морским бризом, коротая путь за веселой беседой, предаваясь воспоминаниям детства, хвастаясь победами в былых военных кампаниях. В один из таких вечеров, ставший уже каждодневным ритуалом, один из матросов выкрикнул: «Земля!». И вот он - остров на горизонте, цель нашего плаванья.

Как только мы начали приближаться к острову, истину слов старика нельзя было поддавать сомнениям - неведомая сила притягивала корабли с невероятной мощью. Так как я был не готов расставаться с лучшими своими кораблями, а тем более со своим флагманом, я приказал снабдить их дополнительными якорями, которые были бы больше и тяжелей. Они давали возможность для маневров среди такого скопления кораблей, а также давали способность противостоять таинственной силе. Требовались нечеловеческая сила и выносливость для проделывания таких маневров. Но сомневаться в силе людей своей армады не было повода.

Быстрое приближение к острову ознаменовалось кардинальным изменением погоды. Чистое голубое небо затянуло штормовыми облаками. Океан бушевал и пенился, вздымая волны, бросающие корабли из стороны в сторону.

Люди вступили в бой против стихий. Капитаны громко раздавали приказы, пытаясь перекричать гул шторма. Мгновенная реакция опытных матросов спасала корабли от затопления. Вовремя спущенные паруса предотвратили неизбежное столкновение с рифами вокруг побережья. Сильные волны заливали палубы, пытаясь сбить людей с ног и смыть их за борт. Но опытность и выносливость морских волков поражала. Это был не первый шторм на их веку. И он будет не последним.

Уже не один час морские стихии не давали возможности перевести дух. Тучи сгущались все сильней, под их черными тенями день превратился в ночь. Лишь яркий отблеск молний давал возможность видеть и противостоять бедствию.

Волны все ближе подталкивали нас к кладбищу кораблей, которыми было усеяно все побережье. Пора было прибегнуть к дополнительным якорям, приготовленным специально для минования той же участи, что постигла тех несчастных, которые побывали здесь до нас.

Резкие броски якорей на разных кораблях то по левым, то по правым бортам хоть и причиняли немалый урон, но все же были эффективным способом оставить их на плаву.

Когда до острова оставалось небольшое расстояние, я приказал опустить якоря на всех кораблях одновременно. Цепи якорей громко зазвенели. Грохот от их натяжения заглушал бушевавший шторм. От падающих в воду якорей накатывали волны, и без того доходившие до шести метров высотой, бьющиеся о борта кораблей, и раскачивая их еще больше. От нагрузки фок и грот мачта начали ужасно скрипеть, клонящееся дерево жалостно стонало, еще немного и, не выдержав нагрузку, могли сломаться и упасть на ближайшие корабли.

Через время корабли были крепко зафиксированы. Их хоть и тянуло к берегу, но якоря не давали им сдвинуться с места. Теперь была возможность переждать бурю и высадиться на берег.

Проливной дождь не переставал идти вот уже день и ночь. Ветер не намеревался утихать. Цепи все также были натянуты под весом галеонов, которые нещадно тянуло к проклятым землям.

Находясь на носу корабля, укутанный в теплую накидку, я смотрел на этот мифический остров, описанный в стольких рукописях. История про него была страшней и кровавей предыдущей. И могу сказать, что он очень подходил под эти описания. Все мелководье, как описывал старик, было усеяно останками кораблей разных эпох. От мелких бригов и торговых судов до военных галеонов, на которых красовался герб моей империи. Часть из них уже трудно было назвать кораблями - лишь торчащие прогнившие доски, напоминавшие некогда о величии и размерах кораблей. Но некоторые были еще в превосходном состоянии, которые лишь по злому року этого острова сели на мель и не могли выйти в море. Очень гнетущая картина…

На второй день непрерывного дождя из-под серой мглы пробились лучи яркого солнца. Я был безумно рад, как и все люди, вымотанные и промокшие. Они радовались каждому прикосновению теплых лучей. Наконец Аквария и Виндор утихомирили свой гнев. Во мне горело желание высадиться на берег сию же минуту, как Фертус осветил нам путь. Но людям требовался отдых. И столь желанные земли все еще были недосягаемы.

- Спустить шлюпки на воду! Сразу пойдет тяжелая пехота, полностью вооруженная, без провизии. Основная ваша задача - защитить пляж от нападающих, пока следующее войско будет высаживаться.

- Демитэр, - обратился к капитану тяжелой пехоты, - проследи, чтобы потери были минимальны. И оцени силу противника.

- Да, император!

- Лучники, прикрывать пехоту, стреляйте по готовности! Не давать этим варварам ни шанса на прорыв к высаживающимся войскам!

Лодки едва успели коснуться белого песка побережья, как Демитэр уже командовал отрядами, становя их в боевые позиции. Выстроившись в три шеренги шириной по триста человек, они заняли оборонительную позицию в форме полумесяца, выдвинутый авангард и оттянутые фланги, солдаты, находящиеся по краям построения, были по колено в воде, предотвращая возможность зайти противнику с тыла. Еще сто человек стояло позади всех и подавало оружие или щиты, которые могли прийти в непригодность в бою.

Так как доспехи и оружие тяжелой пехоты были очень массивными и тяжелыми, долгий бой для одного был невозможен физически. Только Демитэр мог сражаться часами, не отвлекаясь на отдых. Он был отважным и очень сильным воином, его уважали и любили, признавая его исполинскую силу и мастерство владения тяжелый оружием. Записавшись в армию еще во времена жизни моего отца, будучи рядовым солдатом, он своим упорством прошел путь до командира.

Тяжелая пехота в основном использовалась для удержания позиции или защиты. Выстраиваясь в три шеренги, вплотную друг к другу, они могли менять переднего сражающегося воина и дать ему время на передышку. Такая позиция выматывала противника и не давала ему места для маневра. Тяжелая пехота так же была хорошо вооружена - от всевозможных молотов и топоров до двуручных мечей и огромных щитов.

Первый налет противника ударил в самый центр построения. Быстрые и резкие атаки дикарей не имели никакого эффекта. Оружие нападавших лишь слегка царапало тяжелые железные щиты. Имперские воины неустанно размахивали топорами и молотами, круша черепа и кости врагов. Кто-то умирал сразу, а кто-то - в ужасных мучениях и агонии от переломов и внутреннего кровотечения. Были слышны крики и стоны дикарей, лежавших на земле с переломанными костями, с пиками, торчащими из-под разодранной кожи и мяса. Тех, кому повезло меньше всего, втаптывали в землю их же соплеменники, или их накрывало телами убитых; они задыхались или захлебывались в их крови.

Лучники прекрасно справлялись со своими обязанностями, находясь на кораблях. Они закидывали врагов градом стрел. Те несли серьезные потери. Не намереваясь сдаваться, они безумно, как дикие животные, защищая свой дом, атаковали и атаковали, разбивая свои тщетные атаки о щиты тяжелой пехоты. Но вот, все же пришел конец их безумству, один из воинов дунул в свой рог, что впоследствии означало их отступление. Все, кто мог стоять на ногах или сидеть на животном, ушли прочь - в лес, оставив своих мертвых или еще полуживых соратников дожидаться своей участи.

Бой окончился, и отряд Демитэра мог пойти на заслуженный отдых. Тем временем, другие люди занялись переправкой снаряжения и припасов на берег, и обустройством лагеря для армии.

- Малек, отправь развед-отряды, пусть прочешут ближайший лес и берег на наличие еще отрядов!

Малек молча кивнул и пошел давать указания: «Трупы собрать и сжечь!»

- Тяжелая пехота, молодцы! Вы отдыхайте! Остальные, разделиться на отряды по сто человек и вырубить ближайший лес. Строим укрепленную крепость. Неизвестно, сколько времени мы будем на этих землях, и кто нас еще может ждать.

Неделю спустя

Лагерь уже набирал очертания: дозорные башни для лучников через каждые двадцать метров, стена шириной в полметра, что позволяла спокойно стоять человеку и нести свой дозор. Частокол с обратной стороны стены не позволял близко подойти противнику. Внутри лагеря уже вовсю горели костры и готовилась пойманная дичь. Солдаты травили байки и громко смеялись. Те, кто нес свою вахту, завистливо косились на них, а отдыхающие только подкалывали завистников кружкой эля. К тому времени как Фертус спрятал свой щит, лагерь был очень оживлен. Дозорные несли службы, а остальные кутили после долгого плаванья и постройки крепости.

Традиционно, вечером я созвал совет, на котором присутствовали командующие отрядов: Малек - командир ударного отряда и командующей армиями в мое отсутствие, Мефисто – командир токриотов, Демитэр - командир тяжелой пехоты, Сареф - командир лучников, Тифтон - командир легкой пехоты, Тристан - командир конницы и колесниц, а также старшие офицеры и их заместители.

- Ну что же… Наконец мы здесь. Мы укрепились, и, скажу, что нам не особо сложно было отбить берег у этих "легенд", - не скрывая иронию в голосе, сказал я, - а сейчас, Демитэр, так как ты был в самом эпицентре событий в последней битве, расскажи нам о противнике.

- Они довольно умелые воины, хоть и дикари. Сразу было видно, они ни разу не видели тяжелую пехоту и не знали, как ей противостоять. Потому мы и так легко взяли побережье. Но нельзя их недооценивать, на открытой местности варвары будут грозным противником. Они пренебрегают своими соплеменниками и презирают смерть, вы и сами могли видеть как эти звери втаптывали в землю своих соратников.

- Но все же, дикари отступили, - прозвучал звонкий голос молодого офицера, стоявшего за спиной Тифтона.

- Скорее они отступили для того, чтобы рассказать о чужаках повелителю или лорду этих земель, - продолжил Демитэр, - это было не трусливое бегство, а тактическое отступление. Они будут ждать. Соберут все силы и встретят нас!

- Пускай ждут, скоро к ним придет смерть, - вступил в разговор Тристан, - эти варвары не знают слова «дисциплина». Что они могут противопоставить нашим отборным войскам?

- Сколько можно каждый вечер задавать одни и те же вопросы? - резко спросил Малек, - пора уже воевать!

- Командующий дело говорит! – сильным высоким голосом поддержал Малека, Тристан.

- Я тоже так думаю, господин, - добавил Демитэр.

- Ну что же, в таком случае, завтра с утра выдвигаемся. Малек, отберешь пятьсот бойцов - они останутся в лагере. Все свободны!

- Да, император! - в один голос сказали командиры отрядов и, поклонившись, покинули шатер.

Утром, проснувшись, я умыл лицо холодной водой, и почувствовал, как сон покидает сознание. Еще пару раз повторив процедуру, сон совсем пропал. И я был полон решимости и бодрости. Иногда мне казалось, что лишь в военных походах я могу выспаться. Я все никак не могу привыкнуть к своей огромной кровати во дворце. Выйдя из палатки, я сделал глубокий вдох, наполнив легкие влажным прохладным воздухом.

Уже привычный густой белый туман окутывал остров поутру. Бывали дни, когда туман не оседал и до полудня, но чаще он все же рассеивался через несколько часов. В лагере уже вовсю кипела жизнь, солдаты подготавливали все для похода. Грузили повозки дополнительным оружием и доспехами. Грузили тюки с водой, заранее подготовленное вяленое мясо. Кто знал, будет ли охота успешной во время пути.

Командующие отрядов говорили со своими старшими офицерами, решая всевозможные вопросы. Мефисто со своими токриотами уже был готов к выступлению, расположившись вблизи главных ворот лагеря. Токриоты были независимой военной единицей и всеми приготовлениями занимались лично. Они сами определяли количество провизии, воды и экипировки.

Привилегированность токриотов была принята по инициативе Мефисто и в силу их непосредственных обязанностей. Так как они были моей личной охранной, охранной моего города, столицы империи, подчиняться они могли только мне и моему другу. Мефисто аргументировал это тем, что люди, которым ты доверяешь свою жизнь, должны быть преданными и выполнять приказы лишь одного человека. Ибо другие могут своими высказываниями посеять зерна сомнения в своем правителе.

Заметив, что я вышел из палатки, командующий токриотов подъехал ко мне на своем черном чистокровном жеребце, которого он нашел еще жеребенком во время войны в пустынях Тхакар.

- Тебе не холодно? – поинтересовался старый друг.

- Очень бодрящее утро, Мефис! А ты, я смотрю, уже в полной амуниции?

- Не все так любят спать в походах, как ты. Мне лично ничто не заменит ложа со своей женой. Только с ней я могу крепко спать.

Выпряв спину в седле, капитан токриотов выпустил поток теплого воздуха в руки и потер ими, осматривая своими темными глазами лагерь.

- Не люблю я такую погоду, Райнар. Как ты можешь стоять полуголый при такой сырости?

- Просто ты слишком нежный, как девочка. Что бы подумали твои дочери, узнай они, какой у них ворчливый отец? – смеялся я над старым другом.

Мефисто проигнорировал вопрос, подышав еще раз на руки.

- Давай уже, собирайся! Холодно на тебя смотреть. Скоро выдвигаемся.

- Хватит мне приказывать! Без меня не отправитесь, – мое веселое настроение не могло испортить бурчание друга.

Под мой громкий смех от гримасы друга, к нам подошел командующий армиями.

- Смею предположить с чего ты так весел, Райнар! – хлопнув меня по плечу, весело сказал Малек, – издеваешься над Мефисто? Ты же знаешь, что он всегда ворчит по утрам! – приступ смеха нахлынул на командира ударного отряда.

- Как хорошо ты знаешь нашего ворчуна! – и нас обоих захватил смех.

- Смейтесь-смейтесь. Два оболтуса! Что в детстве за вами глаз да глаз нужен был, что сейчас… - с некой усталостью и поникшим голосом, глава токриотов произнес свои слова.

- Такова твоя судьба, как старшего. Подчищать за младшими, которые на целых четыре года младше, – ироничным тоном подметил я.

- Да и не так много мы тебе хлопот доставляли, – поддержал меня Малек.

- Так, все, хватит разглагольствовать. Собирайтесь! – скомандовал Мефисто.

- Слушаюсь! – в один голос выкрикнули мы с Малеком с неизменной улыбкой на лице.

- Идиоты… - последнее слово, после которого старший брат поехал к своим воинам.

- Я тоже пойду к своим, Райнар. И ты тоже поторопись. Хватит без рубахи разгуливать, иди одевайся.

Молча кивнув, я вернулся к себе в шатер и стал надевать доспехи. Комплект доспехов: нагрудник, наручи, поножи, наплечники и шлем, были изготовлены из иннорийского металла. Лучшая сталь, которую можно было изготовить на равнинах моей родины. Она, конечно, уступала по прочности и легкости снаггонскому или квасиону. Но в таких же доспехах воевали мои дед и отец. Я не хотел прерывать традицию. Характерный темно-красный цвет металла привлекал все внимание врагов на меня, что неоднократно бесило моих командиров. Но я всегда ссылался на то, что в них я еще не проигрывал, они приносят мне удачу.

Надев доспехи, я прикрепил меч к поясу, выполненному из того же металла, что и броня. Взяв шлем под руку, я вышел из шатра, где меня уже ждал подготовленный конь.

Вся армия уже была готова. Боевые построения отрядов готовы отправиться в очередной военных поход.

Как солнце было в зените, армия маршем выступила вглубь острова. Дороги были выезжены как раз под телеги и колесницы, по ним они шли с легкостью. Но листва деревьев едва давала возможность дневному свету проникнуть сквозь них. По пути изредка встречались недавно брошенные деревни и поселения. Некоторые были довольно внушительных размеров, с каменными домами и вымощенными улицами. Но такие поселения были редким явлением. Чаще же встречались просто несколько домов с соломенными крышами и тропинками между ними.

Не было ни полей, ни садовых деревьев. Здешний народ питался исключительно за счёт охоты. Подтверждением этому служили коптильни, растяжки для обработки кожи, оставленные разделочные ножи.

Уже несколько недель продолжался поход. Неожиданные атаки небольших отрядов дикарей не приносили никакого успеха. Наши войска несли минимальные потери среди солдат, и никаких потерь среди командующего состава.

Разбив лагерь на редкой равнине посреди леса, мы ожидали восхода солнца для дальнейшего пути. В лагере было спокойно и тихо. Кое-где были слышны тихие шаги дозорных и приглушенные разговоры бодрствующих солдат. Жар костров утих, лишь изредка искрили еще теплые угли, танцевали языки пламени, отбрасывая тени на земле. Звездное небо было на удивление чистым и ярким – редкость в этой части мира. Я бродил меж палаток и потухших очагов, любуясь красотой ночных светил. Покой лагеря нарушили разведчики, которые пришли с донесением.

- Мой император! Разрешите доложить?!

- Да, давай. Что там такого срочного?

- Там дальше к югу от лагеря есть большая равнина.

- И что? - с удивлением спросил я.

- Вот он сам вам расскажет, - старший из разведчиков махнул рукой и ко мне подвели безоружного дикаря. Тучный мужчина с лысой головой и густой черной бородой.

- Говори! - скомандовал я.

- Ты главный этих воинов?

- Больше уважения, варвар, ты говоришь с твоим будущим императором, - с этими словами разведчик ударил его в бок и тот скривился от боли.

- Постой, пускай говорит.

С неохотой и злостью разведчик подчинился. Помог бородачу встать на ноги, выпрямившись. Когда боль от удара утихла тот продолжил:

- Мой господин, вызывает тебя на открытый бой на поле столетних сражений. Твои люди уже знают, где это находится. Он будет жать тебя там на рассвете.

- Это все? - спросил я.

- Да.

- Убейте его, - прозвучал мой приказ.

С молниеносной реакцией моих воинов, его голова, уже катясь по земле, пристала к моим ногам. И я смотрел в его мертвые глаза, в которых исчезал блеск жизни.

- Киньте его тело где-нибудь на равнине. Пускай гниет там, скоро к нему присоединятся его соплеменники.

После этих ночных событий я вызвал к себе командиров и раздал им подробные указания предстоящего боя.

- Мефисто, подойди.

-Да, Райнар, что ты хотел? – в империи было не так много людей, которые смело могли называть меня по имени. Мефисто и Малек, как мои самые близкие друзья, входили в их число.

- В этом сражении ты со своими токриотами будете резервными силами. Так что ни в коем случае не смей вступать в бой без моего приказа.

- Ты оставляешь лучшие силы своей империи позади сражения? Причина?! – с криков потребовал объяснений командир моей личной охраны.

- Хоть раз ты можешь со мной не спорить?! - на эти крики в шатер зашел Малек.

- Опять спорите? - с улыбкой спросил старый друг.

- Этот глупец хочет, чтобы я был в резерве! - высказался Мефисто.

- Ты же знаешь, что если он себе что-то вбил в голову, то его не переубедить.

- Вообще-то я здесь нахожусь! - с ухмылкой крикнул я, - и я, вообще-то, ваш Император! И мои приказы не обсуждаются!

- С каких это пор ты для нас император? - замахнулся кулаком командир токриотов, и удар пришелся мне прямо в щеку.

- Ах ты... - я ответил ему боковым ударом. Мы обменивались ударами, пока Малек пытался нас разнять. В самый разгар драки Мефисто ненароком ударил Малека в нос, и в итоге драка между двух некровных братьев, но братьев по духу, переросла в драку троих. Бой уже переместился из шатра на улицу на осмотр всему лагерю. Солдаты были уже привыкшие к такому. Все знали, что мы друзья, и знали наше отношение друг к другу. Потому никто не вмешивался и не обращал внимания.

После окончания драки, как всегда, не было ни победителей, ни проигравших.

- Вы бьете так же, как и когда мы были юнцами. Совсем никакой силы, - улыбаясь произнес Мефисто.

- Про тебя тогда вообще можно молчать, даже поцарапать не смог, девочка, - ответил я.

- Да, все как всегда. Я рад, что мы остаемся теми, кто мы есть, невзирая на наши чины и звания и несмотря на идущее время, - смотря в звездное небо, произнес Малек. Некоторое время мы молча смотрели на звезды, вспоминая детство, наши ссоры и драки, как мы сбегали из дома, как изводили своих отцов и заставляли переживать матерей.

- Ты уверен в том, что делаешь? – не отводя глаз от неба, спросил Мефисто.

- Не помню, чтобы он ошибался насчет сражения. Нам всегда сопутствовала удача во многом благодаря Райнару.

- Не всегда, - я опустил голову и мое лицо помрачнело.

- Ты снова вспоминаешь ту деревню? – спокойно и не глядя на меня, спросил Малек. В ответ я просто кивнул. Но, даже не смотря на меня, он понял, что я подтвердил это.

- Только мы трое знаем об этом, и мы поклялись об этом не вспоминать, так что забудем и живем дальше! - Мефисто встал, стряхнул пыль с одежды и продолжил, - я буду завтра в резерве, но не жди, что я буду стоять в стороне, если кто-нибудь из вас будет в опасности.

- Другого я и не ждал! - я тоже встал. Командир ударного отряда последовал нашему примеру. Мы по-братски попрощались и пожелали удачи в завтрашнем бою.