Положив меня на стол, он с интересом начал разглядывать мое тело. Кажется, остался вполне доволен. Я лежала на его столе, практически голая, в одной рубашке, которая была расстегнута полностью. Я была в предвкушении, меня просто разрывало от возбуждения. Секунды казались минутами. Я то и дело смотрела на него и не понимала, почему он так медлит.

Мой учитель стоял рядом и просто мастурбировал, глядя на мое лоно. Затем подошел ближе и без колебаний вошел в меня одним рывком. Мне стало больно, и я взвизгнула.

– Тише, детка, сейчас будет приятно.

Голос Петра Ивановича звучал для меня как успокоительное, я расслабилась. Он закинул мои ноги себе на плечи и стал входить и выходить из меня с такой силой, словно у него не было секса уже очень давно.

Он двигался мощно и грубо, я чувствовала боль и сильное растяжение, но через минуту эта боль прошла, сменившись на чувство блаженства.

Я чувствовала, как пустота внутри меня заполняется чем-то большим и твердым. Меня возбуждала одна мысль о том, что я сейчас занимаюсь настоящей любовью с самими Петром Ивановичем. Мне хотелось, чтобы он никогда не выходил из меня, будто бы мы одно целое. И мне даже на миг показалось, что я уже без этого члена не смогу жить.

Нет, я не влюбилась в учителя, я не так глупа. Я понимаю, что между нами огромная разница в возрасте. Но думаю, что его образ навсегда останется в моей памяти. Как и воспоминания о его великолепном члене, который я взяла в рот. Это мой первый член, который я увидела так близко. Первый член, который я поцеловала, и надеюсь, он не последний. Я планирую развиваться и научиться сосать так, чтобы мужчины выстраивались в очередь и мечтали сделать мне предложение, лишь бы почувствовать снова тот кайф, который я смогу подарить.

Закрывая глаза, я вижу перед собой его большой соблазнительный прибор. Так и хочется, пососать его снова. Но сейчас учителя интересует моя промежность, не стану же я просить его дать пососать снова...

Он продолжает насаживать меня на свой мощный ствол, и я чувствую, как наши тела сливаются в одно целое. Пока член учителя бурит меня с такой интенсивностью, его рука теребит мои соски. Я изгибаюсь от накатившего на меня сильнейшего в моей жизни возбуждения.

Петр Иванович просит меня прислушиваться к ощущениям, возможно, я еще не до конца осознаю, что происходит, но мне это нравится. На какое-то время он выходит из меня, обходит вокруг, ощупывая соски, трогая рот, уши, словно изучает строение моего тела, а потом снова ощущаю головку члена в районе моей промежности.

Еще миг и в мою вагину входит его могучий жезл, я сама не успеваю осознать, что происходит – слышу только свой пронзительный крик.

– Тише, не кричи. Нас услышат! – шепчет он.

Это почти невозможно. Когда тебя изнутри разрывает такой агрегат, хочется кричать! Петр Иванович начинает долбить меня в промежность, и уже через несколько секунд мой грозный мучитель превращается в швейную машинку! От невообразимых ощущений темнеет в глазах, и я снова перестаю понимать, где нахожусь и что происходит вокруг. Внутри тела твориться что-то фантастическое – не поддающееся никакому объяснению.

Мой учитель сжимает мою грудь напоследок, сделав еще пару толчков, а потом его восхитительный член начинает сдуваться прямо во мне. Я снова чувствую пустоту, когда он выходит из меня.

Ощущаю, как его сперма течет из меня прямо на пол. Мой разум медленно проясняется. Я снова обретаю контроль над своим телом.

– Вставай, девочка, тебе пора идти на занятия.

Что? Как можно учиться после такого секса. Мне нужно время, чтобы прийти в себя. Я встаю, нахожу трусики и начинаю их натягивать, поправляя юбку.

– И вот еще что, не носи лифчик в университет.

– Это приказ? Или вам не нравится нижнее белье?

– Нет, конечно, мне нравится нижнее белье. Просто твои милые груди достойны большего. А эти чехлы лишь скрывают красоту. Тебе он точно не нужно.

– Спасибо. – Смущено произнесла я, сворачивая лифчик.

Мой учитель шлепнул меня по попе и указал рукой на дверь. Я улыбнулась и зашагала на выход. Как вдруг услышала его снова.

– Ты была очень хороша, хоть ты и считаешь себя профаном. Зато ты быстро учишься.

Я не обернулась, лишь сделала покорный жест плечом. Если бы здесь где-то был душ, это было бы потрясающе. Но пришлось довольствоваться обычной уборной. Зато теперь я знаю точно одно, носить в сумочке салфетки будет очень полезно.

Два дня пребываю в жуткой депрессии. Никого не замечаю в универе. Подруга предлагает пойти с ней на вечеринку, но я ничего не хочу.

Из-за переживаний я не ела с пятницы и меня дико тошнит от голода. За короткое время, я превратилась в призрака.

Скупой на эмоции во время лекций, он абсолютно перестал обращать внимание на меня. Сухое приветствие в коридоре. Сложно объяснить, но меня начинает ломать от дефицита общения с ним. Жажда объятий и юная страсть рвутся наружу. Не сойти с ума помогает мастурбация.

И вот в пятницу, Петр Иванович, наконец-то, соизволил обратить на меня внимание.

– Маша, как насчет уединиться в пустой аудитории?

– Прямо сейчас? – мое сердце сделало кульбит.

– А тебя не устраивает прямо сейчас? – удивленно и строго просил он.

– Нет, что вы, конечно же устраивает! – запротестовала я, испугавшись его обидеть и спровоцировать на негативную эмоцию.

– Пойдем скорее, – поманил меня учитель и улыбнулся. А я сразу же загорелась и заулыбалась в ответ.

Его улыбка действовала на меня, магнетически, стоило только ему посмотреть, как я таяла и уже не могла себя контролировать. Не отдавая себе отчета в своей детской влюбленности в учителя, я стояла, словно окаменев и просто смотрела на него, не смея больше сказать ни слова.

Как только мы закрыли дверь, Петр Иванович обнял меня, прислонившись всем телом. Я почувствовала, как бьется его сердце и как его набирающий силу зверь, просыпается и упирается в меня.

Учитель нежно целует меня в шею, а затем еще и еще раз. С каждым поцелуем, по моему телу пробегает сладкая истома, я поднимаю голову вверх и закрываю глаза. В голове все закружилось, а ноги начали подкашиваться. В какой-то момент мне кажется, что сейчас я потеряю сознание.

– Ты как? – шепчет мне на ухо учитель.

– Я в порядке, Петр Иванович, мне очень хорошо с вами.

Я чувствую сильнейший прилив нежности к своему учителю. С радостью предаюсь наслаждению от близости моего орального репетитора. Он тем временем начинает осторожно целовать меня, и я тихонько начинаю стонать, переминаясь с ноги на ногу, не в силах себя сдерживать.

– Готова дальше учиться сосать? – спросил мужчина.

Я привычно киваю, он берет мою голову и давит на нее, чтобы я опустилась на колени. Как только я представляю, что сейчас снова буду в полной власти учителя, у меня перед глазами все поплывет.

– Слышала когда-нибудь про горловой минет?

– Что?

– Не прикидывайся наивной девочкой, сосать хочешь научиться?

Я молчу, не зная, что сказать.

– Почему молчишь? Ты хочешь стать профессиональной соской? – снова спрашивает он.

– Хочу...

– Значит так, если хочешь стать профессиональной соской, то ты должна научиться брать член глубоко. Поняла? – он строго смотрит на меня и тянет к своему члену. Он сжимает мою голову и наклоняет к члену.

– Вы хотите прямо в горло его засунуть? – неуверенно спрашиваю я.

– Маша, давай сделаем так. Ты просто откроешь рот, я все сделаю за тебя.

Я послушно открываю рот и закрываю глаза.

– Раз уж я твой личный репетитор, ты должна полностью доверять мне, ты же мне доверяешь?

Я киваю, но меня все это смущает. Страшно представить, что он затолкает свой член прямо в мое горло.

– Я знаю, что ты любишь сосать. Я с горем пополам научил тебя азам. Теперь хочу посмотреть, способна ли ты двигаться дальше.

Петр Иванович водит членом по моим губам и чуть приоткрытому рту, пытаясь осторожно протиснуть свой инструмент между моими зубами. Я не спешу ему помогать. Теряя терпение учитель хватает меня за шею и насильно тянет мои губы еще ближе к своему паху.

– Шире открывай рот! И вытащи язык! – командует мужчина.

Я послушно вытаскиваю язык, и теперь учитель может просунуть головку члена в мой рот гораздо глубже, не опасаясь поранить свою нежную плоть об зубы.

Я инстинктивно вцепаюсь в ноги своего учителя, чтобы как-то контролировать ситуацию, но он ее резко прикрикивает на меня, чтобы я убрала руки.

– Работай без рук, только языком, – назидательно произнес он и начал делать поступательные движения навстречу мне.

Я с наслаждением заметила, как его член заскользил по моему языку и небу, а одно только беспокоило, что могу ненароком не выдержать и сжать непроизвольно зубы.

– Оближи его вокруг, – застонал учитель.

Я послушно начала водить языком вокруг головки члена, почувствовав во рту запах его выделений. Я обсасывала головку и осторожно нанизывала ее на свой рот. Петр Иванович громко дышал, и меня возбуждало его тяжелое дыхание. Через несколько минут он отодвинул меня и приказал лечь на спину. Я послушно легла, подумав, что он хочет войти в мое лоно, но у учителя были другие планы.

Навалившись на мое лицо пахом, он засунул мне в рот свой каменный член и начал жадно трахать. Он наращивал темп, а я чувствовала, что задыхаюсь.

В какой-то момент стало совершенно невозможно дышать, и я вцепилась в его ноги и замычала. Но Петр Иванович не хотел меня отпускать, вытащив член он дал немного возможность отдышаться и снова затолкал свой член, продолжая двигаться.

– Терпи. Это нужно просто привыкнуть. Учись дышать носом. – строго сказал он. – Еще немного осталось, я уже скоро кончу.

Петр Иванович двигался все быстрее и быстрее, я почувствовала сильный приступ тошноты, спазмы сдавили горло, и я в ужасе поняла, что вообще просто не могу дышать. Выпучив глаза, я смотрела на движущееся в безумном ритме тело надо мной и отчаянно барахталась.

Член проникал все глубже и глубже, я начала сжимать челюсть, но Петр Иванович зафиксировал свои пальцы на моих щеках и я почувствовала, что челюсть закрыть уже не смогу. Даже если сильно захотела бы этого. От пальцев мужчины, сдавливающих челюсть, становилось порой невыносимо больно и я снова начинала вырываться.

Вдруг учитель замер в мой рот выстрелила солоноватая густая жидкость. Спазмы сдавили горло и мне пришлось моментально все проглотить. Петр Иванович вытащил свой обмякший член и довольно потрепал меня за щеку.

– Уже лучше. – похвалил он. – Маша, ты делаешь успехи. Все же хорошо? Не умерла?

– Мне было не совсем комфортно слегка, – залепетала я. Было стыдно признаваться, что мне не очень понравилось.

– Ничего! Привыкнешь! Считай, я тебя научил по-настоящему удовлетворять мужчин. Будешь вспоминать меня еще добрым словом.

Я ничего не ответила, просто продолжала лежать с закрытыми глазами. Мне было безумно хорошо от этой близости. Пусть даже в такой извращенной форме.

– Чего разлеглась? – строго сказал он. Его голос выдернул меня из приятной дремоты. – Нам пора!

– Когда мы снов увидимся? – с надеждой спросила я.

– Не знаю… Дел очень много.

У меня после такого минета голос охрип и я никак не могла надышаться. А когда я приняла вертикальное положение, то начала кашлять как сумасшедшая.

– Ничего. Это пройдет со временем. Я сегодня познакомил тебя с очень интересным способом удовлетворять мужчин. Можешь не благодарить, не все сразу осознают ценность моих уроков. Одевайся, у меня сегодня еще много дел, нужно все успеть.

Петр Иванович вышел из аудитории, а я пошла в туалет приводить себя в порядок. Меня сильно тошнило после такого жесткого траха. Челюсть словно вывихнули. Она не слушалась меня.

Но я была рада, что он наконец-то кончил мне в рот. Казалось, этот вкус и запах пропитали меня изнутри, и я теперь могу смаковать его еще долгое время.

Однако, Петр Иванович поступил со мной не очень красиво, вытрахал в рот и сразу же свалил. Кто я для него? Неужели нельзя уделить больше внимания? Из-за этого на душе было скверно и гадко, одно я понимала точно, что мне нужно придумать способ, как сделать наши уроки минета регулярными.