Тяжёлые свинцовые тучи заволокли небо — сама погода олицетворяла состояние моей души, мгла отчаянья стала частью меня, и только искры ярости освещали эту тьму. Я стояла у могилы отца и не могла до конца поверить в происходящее, казалось, что это всего лишь страшный сон. Сейчас я проснусь, и всё будет как прежде, пусть не радужно, но мой отец будет жив. Но, увы, реальность ужасна, а я бессильна что-либо изменить. Хотелось кричать, но я держалась, слёз не осталось, только боль и жажда мести. Я отомщу им, не верю в его естественную смерть, уверена, ему помогли. Подняла взгляд и посмотрела на мачеху и её дрянь дочь. Верно говорят: от осинки не рождаются апельсинки.

«Папочка, как же ты мог на такой твари жениться? Как ты не увидел её чёрную душу?» — задавалась вопросом, смотря на свежий могильный холм. А эти твари стояли и изображали вселенскую скорбь. Боже, как можно быть настолько лицемерными и алчными?! Неужели жажда денег убила в них всё человеческое? Мне кажется, у этих женщин вместо души вонючая болотная жижа. Ненавижу их! Костьми лягу, но отомщу за отца, за Мишку.

— Люд, поехали домой, — услышала я глухой голос друга, он тоже не мог поверить в произошедшее.

По иронии судьбы я потеряла маму рано, а он никогда не видел своего отца, и мой папочка заменил его. А сейчас у нас осталась только Альбина Сергеевна — мать Миши. Я вижу по его плотно сжатым губам, что ему больно так же, как и мне.

— Миш, не провоцируй Светку, мне для полноты картины не хватает её сцен ревности, я сейчас в таком состоянии, что могу не сдержаться и придушить эту гадину, — в этот момент жена Миши смотрела на нас с перекошенным от злобы лицом.

— Люда… — начал он.

— Миш, отойди, пожалуйста, — с мольбой посмотрела на него, а он напряжённо смотрел на меня, и я чувствовала, как ему нелегко исполнить мою просьбу.

Мишка правильный во всём, для него уйти в сторону и оставить подругу детства в момент, когда она нуждается в помощи, сродни удару кинжалом в сердце.

— Хорошо, я сделаю, как ты просишь, но нам нужно поговорить… — я замотала головой, мол, незачем. — Барби, отрицательный ответ не принимаю, я устал от недомолвок, хватит, пора с этим завязывать.

Он резко развернулся и отправился к автомобилю, где его уже ждали жена и свекровь. Окинув их брезгливым взглядом, Мишка открыл дверь автомобиля и вновь посмотрел на меня, по его взгляду поняла — от разговора мне не отвертеться. Возможно, он и прав — пора заканчивать со шпионскими играми. Отца уже нет, им эти твари шантажировать не смогут. Остаётся только Миша, и, судя по его лицу, он начал догадываться о причине, по которой я держала его на расстоянии.

Мы с ним в прямом смысле с пелёнок, наши мамы были лучшими подругами, и мы с Мишей росли вместе как брат и сестра. А потом случилась трагедия — моя мама умерла из-за разрыва аппендикса и перитонита. Отец после её смерти буквально через месяц после похорон тоже попал в больницу — сердце не выдержало. Благо вовремя скорую вызвала — всё обошлось, но не без последствий. Четыре года он был сам не свой, а затем у него появилась женщина и он стал радоваться жизни. Они через год поженились, и у меня появилась сводная сестра, которая возненавидела меня за то, что бог наделил меня красотой.

Какая же она глупая! Внешность — это оболочка, и она не гарантирует счастливое будущее. Больше скажу, некоторых красота сделала несчастными, их жизнь превратилась в ад. Но ведь зависть никто не отменял? Были у новых родственников попытки меня сломить, но только зубы пообломали — я не Золушка, которая всё терпела, я им давала достойный отпор, чего они явно не ожидали. Затем они поменяли тактику, и на этот раз у них всё получилось.

На тот момент Миша учился в Москве, мы с ним только созванивались, а когда он окончил институт и открыл свой бизнес, дела у него пошли в гору. Я помню, как он приехал ко мне и, не скрывая гордости, рассказывал о своих достижениях, но, как назло, привлёк к себе внимание Светки. Поначалу она пыталась мягко его обработать, но он всячески пресекал её поползновения. И эта тварь, жадная до денег, узнав о том, что у него они водятся, открыла настоящую охоту. Он отбивался, как мог, пока его не развели, как последнего идиота.

На Новый год Светлана опоила нас с Мишей. Я уснула у себя, а Мишу, пока он ещё на ногах мог стоять, отвели с её мамашей под белые ручки в Светкину комнату. Ну а дальше поступили как в бульварных любовных романах: раздели, а утром обвинили в совращении. Это не помогло — Миша отказался жениться, возможно, он правильный, но не дурак, секс — не повод для брака. Тем более где доказательства, что он у неё первый? Да и девочка она совершеннолетняя. Но на этом всё не закончилось — через месяц Светка заявила, что забеременела от него, а так как он сам рос без отца, не смог поступить со своим ребёнком так же. Вот и женился. Правда, до этого успел быстро перевести свой бизнес на друга и устроиться на работу. Ведь чувствовал, что она на его деньги позарилась. Если она рассчитывала, что мой Мишуня лопух, то её постигло разочарование. Правильный парень — это не тюфяк.

Да и записку он мою прочёл, так что к свадьбе подготовился. Но ребёнок так и не родился — у Светки случился выкидыш.

Вот с этого всё и началось.

Вначале я думала, что у неё случился выкидыш на нервной почве из-за того, что она была разочарована — муж-то оказался обыкновенным программистом, и нет у него никакого бизнеса. Орала она, когда об этом узнала, как ненормальная. Потом через три дня случилась эта трагедия. Как бы я её ни презирала, но потерять ребёнка — это самое ужасное, что может произойти с женщиной. Но дальнейшие события меня ввергли в шок — меня вызвали для дачи показания в отделение полиции. Я тогда не понимала — зачем? Какие показания? И когда в кабинете следователя мне озвучили причину, потеряла дар речи. Следователь монотонно излагал, что Мишка якобы избил мою сводную сестру.

Мишка? Избил? Да это бред! Я знаю его, он бы никогда женщину не ударил, мужику может врезать, но в крайнем случае: если есть угроза жизни, или заступиться за честь женщины. Я так и сказала следователю, когда вернулась способность разговаривать. Он омерзительно усмехнулся и показал мне фотографии — на них Света, лежащая в лужи крови, а Мишка и папа рядом. Смотря на это, я всё равно не верила, чувствовала, что тут всё нечисто. Затем следователь стал допытываться, где я была в это время, намекая, что я тоже могу быть причастна. Благо, что в тот момент я находилась на работе, у нас случился аврал — очередная проверка инспекции по труду, так что у меня было железное алиби. А вот Миша ушёл раньше. До сих пор не могу забыть тот ужас, который испытала, когда услышала, что на друга возбудили уголовное дело. А когда следователь сказал, что мой отец тоже к этому причастен, чуть не потеряла сознание. Запугал меня до чёртиков, что я думать нормально не могла.

Помню, как уговаривала Свету забрать заявление, обливаясь слезами, и она сделала вид, что смилостивилась. Но вначале обвинила меня, что я разлучница, это из-за меня друг взбесился, что я косвенно виновна в происшедшем. Она выдвинула условие: я должна переехать на съёмную квартиру и прекратить общение с Мишей. И если я его выполню, то дело замнут. Разумеется, я согласилась — в тот момент я думала только о папе и Мише. Мне запретили говорить отцу, что я съезжаю из-за них, мотивируя тем, что у него и так проблемы с сердцем. Я согласилась: они были правы, у папы серьёзные проблемы со здоровьем, и лишние переживания ему ни к чему. Ему я сказала, что хочу пожить одна, чтобы испытать свои силы в самостоятельной жизни.

Мы с Мишей работали в одной организации, и, разумеется, его жена бесилась. Мне пришлось разыгрывать роль любовницы Петровича — нашего генерального директора. На радость мне, он любил мужчин, а я была лишь его прикрытием. Мне в принципе безразлично, что он делал не в рабочее время. После того, как я сказала мачехе «по секрету» о связи с генеральным, Света перестала меня ревновать к Мише. За это я была награждена почётным званием «шлюха», и мачеха при каждом удобном случае старалась очернить меня в глазах отца. Никогда не забуду его взгляд, полный боли и разочарования. Но и сказать правду я тогда не могла, а сейчас уже поздно. Я корила себя, что нужно было просто найти другую работу, но где в маленьком городке найти её, да ещё с такой хорошей зарплатой?

Я наняла детектива, стала искать доказательства виновности мачехи и сводной сестры: чувствовала, что для достижения своих целей они могут пойти на многое. Мне попался не детектив, а аферист — я так ничего и не узнала, лишь зря потратила деньги. Поэтому решила заочно учиться на юриста, хотела знать, как защитить себя и друга. Я собирала информацию по крупинкам и узнала, что мачеха с дочкой решили завладеть бизнесом отца — они долго уговаривали переписать его на них. Разумеется, он не сделал этого, за что и поплатился. Сейчас к мачехе ходит один тип, и что-то мне подсказывает, она старается провернуть это дельце сама, и большая вероятность, что у них с дочерью это получится: у женщин обширные связи, так что мне нужно найти профессионала, который сможет разобраться в их махинациях. Не то что бы мне хотелось драться за наследство — обойдусь, во мне говорила жажда мести, я уверена, они отца довели до сердечного приступа, и это сделала не я своим «беспутством», как утверждает мачеха.

Так сложилось, что наш завод купил Аверин — мужик высокого полёта, и его отдел кадров запросил дела сотрудников, чтобы те поехали в Москву для повышения квалификации. Я тут же подсуетилась — отправила свою анкету, Мишину и Лизы. Мне уехать отсюда просто необходимо, только там смогу заработать деньги и найти хорошего детектива, меня толкало вперед только одно желание — засадить тварей-родственничков за решётку. Тем более сейчас у меня нет сдерживающих факторов: Миша ушёл от Светки, завтра мы с ним встречаемся для задушевной беседы. Успокою его, что с Петровичем у нас всё кончено. Я, конечно, пострадаю перед коллегами, якобы он меня променял на молодку, как договаривались с директором, но другу всё-таки расскажу правду, а то он уже извёл меня ворчанием — не мог понять, как я могла так низко пасть. Для него я была хорошей девочкой, пусть и вспыльчивой, но никак не продажной. Так что пришло время его успокоить.

Завтра тяжёлый день — приезжает кнопка, и я её огорошу новостями. Даже и не знаю, как она на них отреагирует. Наш главбух — Зинаида Федоровна — сто двадцать килограмм грозы, любви и нервов, после этой новости пошла в разнос. Два дня подряд в её кабинете пахло коньяком, три — корвалолом, и только сегодня всё пришло в норму. Она у нас так стресс снимает — выпивает строго три рюмки, и то, когда дело швах. А судя по тому, что она это делает два вечера подряд перед уходом домой, у нас намечаются серьёзные изменения. М-да, не повезло Лизе, с бала в ад попадает, и всё же я буду надеяться на лучшее. А сейчас мне нужно немного отвлечься, почитать перед сном.

После того, как я ушла из дома, я нашла отдушину в книгах — читала и словно отключалась от реальности, и это помогло не свихнуться от отчаянья. Я понимала, что нужно жить реальной жизнью, не уходить в мир фантазий, но пока была не готова. Возможно, если бы у меня был парень, мне было бы легче, но… Где найти такого, о котором я грежу? Мне нужен сильный, даже немного властный мужчина, при взгляде на которого подгибались бы ноги и перехватывало дыхание. И самое главное, я должна себя чувствовать с ним, как за каменной стеной. Жаль, что такие бывают только в романах. Но на меньшее я не согласна — либо всё, либо ничего. Многие скажут: дура — пусть. Включила планшет и, чтобы не тратить время на поиски чего-то горяченького, зашла в чат к девчонкам, таким же любительницам почитать. Не все такие чокнутые, как я, — многие из них счастливы в браке, а кто-то в поиске, но есть и те, кто мечтает о грешных тиранах. В принципе, ничего плохого в этом нет, у каждого своё предпочтение. Вот возьмём меня, я бойкая девушка, так зачем мне мямля? Хочу тирана, хочу деспота…

Барби (это я): «Девчонки, привет, есть что-то горяченькое?»

Ника: «Привет, пропажа, конечно, есть. Но только автор, гад, проды редко выкладывает!»

Сирена: «И не говори, бесит, чтоб на него Муза напала и не отпускала до конца книги!» (Злобный смайл)

Барби: «Подожди, пока закончит».

Ника: «Я бы так и сделала, но, как назло, начала читать, и всё — пропала. А после сегодняшней проды хоть трусики выжимай, как дождаться завтрашнего дня — не знаю» (Смайлик со слезами)

Сирена: «Ага, меня тоже прода равнодушной не оставила, вот сижу и думаю, может, своего изнасиловать? А то ходит тут по дому, пивным животиком раздражает, непорядок».

Ника: «Сирена, ему определённо нужно заниматься спортом с эротическим уклоном, и не один раз в день, глядишь, за месяц такой нагрузки у него пресс появится». (Смеющийся смайлик)

Я не выдерживаю — если они так завелись, значит, там ух как горячо!

Барби: «Девочки, ссылку дайте!»

Сирена: «Держи, — скинула мне ссылку, — там такой порочный тиран… Короче, девочки, всё, я пошла своего домогаться».

Ника: «Сирена, мы в тебя верим, сделай всё по высшему разряду!» (Три смеющихся смайла)

Я даже рассмеялась — любят девчонки прикалываться. Послала им в ответ смайл с поцелуем, прошла по ссылке и начала читать.

Твою ж… Лучше бы я не читала!

***

Утром встала и, на автомате приводя себя в порядок, всё прокручивала у себя в голове роман — зацепил он меня конкретно. Пока готовила кофе, решила заглянуть на сайт, вдруг автор проду выложил:

«Каналья!» — вырвалось у меня непроизвольно — обновления не было. Меня просто распирало от любопытства и предвкушения.

В этом романе мужчина — мечта: страстный, властный, с пронзительно серым взглядом, от которого у героини ноги подкашивались. Интересно, в жизни такое бывает? Лично у меня — точно нет. Наоборот, с мужчинами у меня проблема, и всё из-за проклятущей внешности: одни боятся подходить, а другие хотят поиметь. Мерзко от этого. Да и не верю я в сладкие речи и обещания. Есть пример моей тёти, маминой сестры, я на неё очень похожа, и судьбу её повторять не желаю.

С этими мрачными мыслями я, как всегда, нацепила маску высокомерной стервы, приехала на работу и пошла вводить Лизу в курс дела.

— Мишка! А где твои котлетки? Ты что, хлеб с салом ешь? — услышала удивлённый голос подруги, когда входила в кабинет.

— Так его жена выгнала. Уж больно прожорливым он у нас типом оказался, — не смогла сдержать ехидной улыбки, когда увидела, как у друга глаза опасно сузились — он злился. — Привет, Кнопка, — я подошла и поцеловала в щёку свою подругу.

— Привет, Шпилька, — не осталась она в долгу.

— Какая шпилька? Кукла она, силиконом начинённая, — отомстил мне за «прожорливого» Мишка, за что сейчас и поплатится: у нас своего рода ритуал — по утрам подначивать друг друга.

— Ты, брошенка, подавиться не боишься? Хотя я бы на твоём месте так и сделала. Ведь всё, твоя жизнь кончена, котлеток тебе не видать, как квартальной премии!..

Но тут я лукавила: рецепт котлет мы с ним вместе придумали, но я никому об этом не говорила, пусть считают богом котлет его, мне для друга ничего не жаль, даже минуты славы. Так... Мишке внимание уделила, пора подругу в курс дела вводить.

— Лиза, как ты относишься к продаже нашего завода? — начала издалека, садясь на стул рядом с Мишей — с ним рядом как-то спокойно, он мне как родной брат.

— Ну, если коньяком и корвалолом не пахнет, то нормально. А что?

— Кнопка, коньком пахло два дня подряд, корвалолом три, и только вчера и сегодня всё пришло в норму, — внёс ясность Мишутка.

— Что, всё так плохо? — спросила дрогнувшим голосом, а сама стала не глядя нащупывать стул, чтобы присесть.

Понятно, новость для неё оказалась сногсшибательной, но причину её волнения понять можно, так как если Зинаида Федоровна ДВА дня коньяк употребляла — про корвалол вообще молчу, — то дела хуже некуда. Нужно успокоить Лизу, а то она в обморок сейчас упадёт, вон как побледнела.

— Да как сказать? Купил нас… — показала пальцем вверх, намекая, что ого-го какая шишка.

— И? — чуть слышно пискнула она.

— Что и? — посмотрела на неё, как на дитя неразумное. — Чистка будет. Запросили личные дела толковых сотрудников, я уже отправила. Ждём решения. Я и твоё дело дала — ты же у нас пчёлка, так что заслужила.

Я нервничала, поэтому на автомате достала из ящика Мишкиного стола пилочку и с изяществом королевы, чтобы никто не догадался о моих истинных чувствах, принялась подпиливать ногти, вернее, делать вид. Правда, Мишка знал, что когда я так делаю, то нервничаю, и он специально для меня сей предмет приобрёл, говорил, чтобы зубы Шпильке подпилить. Но на самом деле он заботится обо мне, как и раньше.

— Вы считаете, пора искать новую работу? — дрожащим от волнения голосом спросила Лиза.

Смотреть на её растерянный вид не могла, сердце разрывалось. Встала и направилась к ней, только я хотела успокоить, как в кабинет влетела Марина — наш секретарь — и как заорёт, словно ненормальная:

— Всё, народ, нам конец! Сам Аверин через пять дней пожалует! Ой, мамочка родненькая, — схватилась она за сердце, — я сейчас от ужаса в обморок упаду!

— Марина, прекрати коллективу психику расшатывать! Приедет этот Аверин, и что дальше? — остановила главбух зарождавшуюся истерику впечатлительной барышне.

— Нужно для Маринки к приезду нового босса «Лоперамид» купить, — подсела я к подруге и на ухо поделилась своими мыслями.

— Ага, — согласилась она и тут же добавила: — И в туалет заранее сходить, ведь если Маринку на нервной почве, как обычно, прихватит, то всё — два часа хоть в мужской бегай!

— Согласна, и таблетки купить нужно, уверена — она и о них забудет, тогда всё, до вечера метаться туда.

— Ладно, я спокойна, — Марина взяла себя в предательски дрожавшие руки. — Вот письмо пришло с указаниями от нового начальства. Посмотрите, — она протянула листок Зинаиде Федоровне.

— Так, и что там этот бай желать изволит? — углубилась наша грозная в чтение. — «Оплатить счёт клиники для проверки сотрудников согласно списку…» Люда, а разве медосмотр сейчас нужно проходить? — удивлённо посмотрела на меня главбух.

— Да нет, рано ещё, по плану только через три месяца. Да и договор мы постоянно заключаем с больницей… Бред какой-то.

— Почему бред? Барин желает здоровых рабов приобрести, — влез в разговор Мишка.

Вот кто его просил рот открывать?! Лиза только успокоилось, а он опять начинает накалять обстановку!

— Типун тебе на язык! — не удержалась от комментария Зинаида Федоровна, и я на этот раз была с ней солидарна. — Кроме счёта для меня ничего нет. Так что пойду-ка я своих пчёлок проверю, да и к аудиторам зайду, а то, чувствую, скучают без меня, бедолаги.

Развернувшись, наша гроза пошла вдохновлять на ратный подвиг бухгалтерию, а заодно и нервы проверяющим потрепать.

— Лиза, банк выгрузи и иди Марине помоги, а то скоро бай приедет, а у неё там чёрт ногу сломит.

— Маринка, что-то я не поняла, о каком чёрте речь идёт? — удивилась Лиза, так как она всегда все дела ведет нормально.

— Так я же на больничном была две недели, и на моё место посадили стажёрку, — она зло посмотрела на меня, — вот и результат.

«Ну вот и пришло время брошенку разыгрывать», — мысленно усмехнулась я и начала выполнять наш договор с Петровичем.

— Да я-то тут при чём?! Все претензии к боссу! — сделала вид, что психанула, и пулей вылетела из кабинета.

Бежала по коридору с одной мыслью — нужно проверить электронную почту, может, пришёл ответ из офиса Аверина.