Прекрасный воскресный вечер, достойный быть воспетым в балладах и лирических песнях за свою полную луну и легкий теплый воздух, я коротала в одиночестве в баре. Даже не помню, как он называется. Вывеска ‒ это последнее, на что я обратила внимание. Просто первый попавшийся, куда меня пропустили. В первые три не прошла фейс-контроль. Ну да, немного растрепанный вид, мятая одежда, опухшие глаза. По ощущениям, тушь давным-давно со своего законного места на ресницах эмигрировала под глаза .

Только после третьего выпитого стакана начинаю слышать звуки. Наверное, со стороны я выгляжу, как жертва маньяка. А ведь это почти правда. Вспомнила последние два часа своей жизни и вздрогнула.

Кажется, из моего организма еще не вышла вся та дрянь, которой меня напоили.

На душе как-то паршиво. Вроде плакать должна, а что-то не тянет. А ведь меня почти изнасиловали, или не почти? Если я пришла на вечеринку с целью лишиться девственности, а меня напоили и, собственно, ее лишили, это ведь не считается изнасилованием? Я ведь была не против. Кажется. Мало что помню. Только то, как мне дали бокал со спиртным, я опустошила почти половину, и все. Темнота. Потом ‒ странный шепот, кажется, голос сестры и ее парня. Они ссорились. Потом меня несли на руках. Вот за это нужно парню медаль дать. Я не считаю себя жирной. Шестьдесят семь килограмм при моих метр семьдесят ‒ это вполне норма. Но не каждый сможет эту норму осилить. А этот смог, и до кровати дотащить, и под трусы залезть. Но я, вроде, этого хотела. Не знаю, что было в том коктейле, но от него все тело начало гореть, а центр пожара обосновался внизу живота. И тот, кто меня принес, милостиво собрался его потушить. Я не смогла ни сопротивляться, ни поощрить своего пожарника. Просто смотрела в потолок и краем сознания подмечала детали. Чужие руки, нетерпеливый шепот. И резкая боль в промежности. Кажется, это и был тот момент, о котором грезят все девушки, достигшие половой зрелости. Я стала женщиной. Поздравьте меня!

Подняв очередной стакан, опрокинула его в себя и вернулась к воспоминаниям.

Сейчас все это кажется плохим сном. После нескольких минут «типа» секса и «страстных» поцелуев (обслюнявил мне всю грудь и шею, козел) кто-то нарушил наше уединение. Парня с меня снесло пулей. Я смогла только повернуться на бок. Лежать распахнутой как на приеме у гинеколога при посторонних мне было стыдно. Спасибо, что хоть это смогла сделать. Хотелось закрыть глаза и поспать. Слабость пришла вместе со способностью двигаться. Но вместо ожидаемого спокойствия я получила пощечину. И какая-то девчонка голосом моей сестры кричала, что я шлюха, и что-то про ее парня. Еле разлепив глаза, посмотрела на такие родные черты лица. Потом посмотрела на того, кто маячил за ее спиной и натягивал штаны. Матвей?

Это похоже на страшный сон! Меня отымел парень родной сестры, и она нас при этом застукала. Потом она выгнала меня из комнаты, выволокла практически за волосы из нашей общей квартиры, подаренной родителями на наше совершеннолетие.

Всем, кто скажет, что мечтает о сестре-близняшке, я дам в глаз. Как раз дошла до той кондиции, когда море по колено. Один на двоих день рождения, один подарок. И парень теперь тоже один на двоих.

Я хмыкнула. Потом рассмеялась. Сидевшие со мной рядом опасливо покосились, а потом и вообще пересели. Пожав плечами, отвернулась от глупых людишек. Я праздную! Покрутив головой, уперлась взглядом в мужчину. Вот это самец! Широкие плечи, но при этом не огромный. Если сильно постараться, я бы смогла его обхватить руками. Ну, средние пальчики точно бы соединила. Густые русые волосы в модной сейчас прическе: нахер все с боков, даешь свободу сверху! Средний нос, тонкие губы и зеленые глаза. Может, контактные линзы? Разве существует такой насыщенный цвет?

Мое разглядывание мужчина принял по-своему, и уже через мгновение он оказался возле меня. А ресницы-то какие!

Господи! Нужно взять у него номер, где он такие нарастил, от настоящих не отличить.

‒ Почему такая красивая девушка скучает? ‒ спросил он бархатным голосом.

И мне бы поступить взгляд и кокетливо похлопать ресничками, но вместо этого я давлюсь очередным глотком виски и выплевываю все на мужчину. Либо он слепой, либо пьян больше, чем я. Обернулась, вдруг у меня за спиной сидит одинокая модель, к который адресован вопрос, а я просто на пути оказалась. Но у меня за спиной никого нет.

‒ Это ты мне? ‒ с трудом выдавил из себя.

Язык заплетался. Чуть не промазала, указывая пальцем на себя.

Мужчина не ответил. Он был занят тем, что вытирал мой виски со своего лица. Облизнул капельки со своих губ. Я проследила взглядом за движением его языка. Это нормально, что у меня мурашки по коже забегали?

‒ Разбавлен, ‒ произнесли эти губы.

Пришлось поднять взгляд, чтобы посмотреть в глаза.

‒ У меня дома отличная коллекция виски.

‒ Поехали, ‒ выдохнула я.

Мужчина с минуту всматривался мне в глаза.

Может, прозрел и оценил мой потрепанный вид? Но вместо того, чтобы убежать с криками, он взял меня за руку и повел на выход из бара.

«Что ты творишь?!» ‒ кричит внутренний голос.

Еду с незнакомцем к нему домой смотреть коллекцию виски. Я безропотно прошла всю дорогу от выхода из бара, но у машины остановилась. А вдруг он маньяк! И что он сделает? Изнасилует? Лишит невинности? Ха! Забудь! Она ушла, ее больше не вернуть. Вспомни, с кем ты ее лишилась, и посмотри на этого красавца. Какой профиль, какое тело! Это не он тебя, а ты должна тащить его к машине! Мужчина отпустил меня, открыл дверцу и внимательно посмотрел. Понятно, принуждать не будет. В памяти всплыла улыбка Матвея и перекошенное злобой лицо сестры. Если этот мужчина поможет мне забыться хотя бы на несколько часов, нужно этим воспользоваться. Сажусь в машину, пристегиваю ремень. Безопасность ‒ наше все! Мужчина ухмыляется, хлопает дверью и идет на водительское место. Шум мотора, и мы едем по темной улице, в темной машине с мужчиной в темном костюме.

Всю дорогу смотрю исключительно вперед.

Мне стыдно за свое легкомыслие и страшно. И, чего греха таить, немного любопытно. Что будет дальше?

Мужчина тихо включает музыку. Мы едем минут двадцать. Он поворачивает в гараж одной из новеньких многоэтажек.

Останавливается, выключает музыку, выходит из машины, открывает дверь с моей стороны. А я все это время как дура смотрю вперед. Но потом, словно очнувшись, перевожу взгляд на протянутую руку и выбираюсь из машины, воспользовавшись его помощью. Пикнула сигнализация, шум лифта, щелчок открытия двери. Может, я все еще под действием того препарата, которым меня накачали?

‒ Твоя квартира? ‒ спрашиваю, потому что молчание давит на уши.

‒ Тшш! ‒ мужчина прижимает свой указательный палец к моим губам, ‒ Разбудишь родителей.

Глаза мои стали в несколько раз больше.

Серьезно?

Мужчина засмеялся. Значит, шутки шутим?

Вместо того, чтобы отчитать его, размыкаю губы и лижу его палец. Теперь ему не смешно. Дыхание его становится тяжелым, а когда я беру его палец в рот, он стонет отбирая мою добычу, и заменяет ее своими губами.

То, что происходило дальше, было мало похоже на нормальное поведение. Мы, словно два дикаря, срывали друг с друга одежду. У него выходило очень хорошо, у меня ‒ с трудом. Очень отвлекали его губы и руки. Я осталась только в трусиках, а он ‒ все еще в штанах.

Отстранившись, уперлась руками ему в грудь.

‒ Мне нужно в душ, ‒ хочу смыть с себя прикосновения Матвея.

Меня, не выпуская из объятий, оттесняют вглубь квартиры. Я, как кролик, отступаю, пока не упираюсь спиной в дверь.

‒ У тебя десять минут, мышка, ‒ выдыхает он мне в губы и уходит дальше по коридору.

Ноги подкашиваются, но, отыскав рукой ручку, прячусь за дверью. Отражение не радует. Бешеный взгляд, припухлые губы, вздымающаяся грудь. Голая грудь! Я не выйду! Я не могу показаться перед незнакомым мужчиной в таком виде! Зашла в душ. Помоюсь, соберу свои вещи и уйду. Возвращаться домой не могу. К родителям путь мне тоже закрыт. Уверена, Марина уже пожаловалась на то, что я отбила у нее жениха.

С усердием смыла с себя кровь и ненавистные прикосновения. Душ помог успокоиться и привести мысли в порядок. Обернувшись в полотенце, выскользнула из ванной.

План прост. Найти платье, надеть и свалить из этой квартиры. Блиин! Сумочка осталась в машине. Именно когда я остановилась, обдумывая, стащить ключи, или не так уж и долго делать новые документы, ко мне прижались сзади. Вздрогнула и попыталась вырваться.

‒ Мышка хочет убежать? ‒ выдохнул мне в ухо мужчина.

А ведь мы даже не знакомы, пришла запоздалая мысль. Но поцелуи незнакомца выбили ее из моей головы. Забыла о том, что хотела уйти, что я оказалась запертой без вещей в квартире с незнакомцем. Но, самое главное, я забыла о том, что произошло несколько часов назад. Я просто наслаждалась тем, что вытворял со мной этот человек. Полотенце давно оказалось на полу, его место заняли руки незнакомца. На груди, животе, бедрах. Я плавилась от его прикосновений и хотела, чтобы он поцеловал меня. Но я все так же стояла прижатой к нему спиной. Уловив момент, развернулась и сама потянулась за поцелуем.

«Какой он высокий!» ‒ было последней мыслью перед тем, как он подхватил меня на руки, заставив обхватить его торс ногами, и понес в комнату. Положил на кровать, навалился сверху...

Я словно вернулась в прошлое. Взгляд в потолок, чужие прикосновения, тугой комок внизу живота. Снова я лежу и не могу пошевелиться, только теперь не из-за препарата. Мужчина чувствует смену моего настроения и целует в губы. А я словно очнулась от его поцелуя. Тот трехминутный кошмар закончился.

Я смотрю в лицо незнакомца, убеждая себя, что это не он. Я сама хочу его!

Заставляю себя отвечать на поцелуй. Мужчина усиливает напор, чувствую, как он стягивает трусы, шуршит упаковкой презерватива. Какой у него опыт, если все это он делает, не отрываясь от меня! Восхищаясь им, упускаю момент, когда меня тоже оставляют без белья, и оказываются во мне. Мужчина продолжает целовать мои ключицы, шею, сжимать грудь, а я пытаюсь понять, нравится мне то, что он делает, или нет. Кажется, что процесс захватил только его. Я же чувствую лишь дискомфорт. Но когда он одной рукой опускается к тому месту, где мы соединились, и начинает вытворять что-то немыслимое с моим клитором, поглаживая, надавливая, и все это не прекращая движения во мне, я начинаю подстраиваться под его темп и двигаться вместе с ним. Еще парочка движений, и я сжимаюсь вокруг него, он кончает вслед за мной. Мы оба тяжело дышим.

Наконец мужчина слезает с меня, выкидывает использованный презерватив и ложится рядом. Я продолжаю лежать не шевелясь. Из глаз потекли слезы.

Чувствую себя шлюхой. И самое обидное, мне не понравилось! Был момент, когда он начал работать рукой, но блин! Я ожидала большего. Может быть, дело во мне? Уже второй парень, а я почти ничего не чувствую. Или я делаю что-то не так?

‒ Тебе вызвать такси?

‒ Верни мне мою сумочку, ‒ говорим мы одновременно.

Смотрим друг на друга.

‒ Ты плачешь? ‒ удивленно спрашивает.

‒ Это от счастья, ‒ отнюдь не счастливым голосом говорю я, садясь.

Нужно уезжать. Потрахались и хватит. Пора и честь знать. Осмотрела комнату в поисках своих вещей. Нашла только трусики. И те разорваны. И как мне домой ехать?

‒ Моя сумочка осталась у тебя в машине, ‒ грубо напоминаю.

Вообще, я девочка воспитанная. Не тыкаю незнакомцам, не грублю, не сплю с первым встречным. Но сегодня очень необычный день.

Мужчина продолжает смотреть на меня. И фиг поймешь, о чем он думает. Подождала пару минут. Без изменений. Он все также смотрит, не мигает даже.

‒ Почему ты плакала? ‒ спрашивает серьезным тоном.

Я застыла, не зная, что сказать. Отвернулась. Но спиной продолжаю чувствовать его заинтересованный взгляд. Не хочу ничего говорить. Подрывать его самооценку.

Вдруг сейчас захочет доказать, что он бог, а я этого больше не выдержу. Только не сегодня! Спасает меня звонок мобильного. Мужчина спрыгивает с кровати, берет телефон, несколько секунд смотрит на дисплей, потом на меня и наконец выходит из комнаты.

Понимая, что это мой шанс, быстро ищу в комнате хоть какую-то одежду. Решила не лезть под кровать, а сразу приступила к осмотру шкафа. Все, что мне более-менее подошло, это красная футболка и спортивные штаны. Пока одевалась, все время смотрела на дверь. Боялась, что вот сейчас она откроется, и мужчина вернется.

Обыскав взглядом комнату, наткнулась на мужские штаны и бумажник, выглядывающий из кармана. Моя сумочка у него в машине. Брать ключи от нее я не буду. Но мне нужны деньги.

Дрожащими пальцами, достала бумажник. Взяла несколько купюр, которых хватит на такси до съемной квартиры. Сняла ее совсем недавно, как чувствовала.

На столике рядом с кроватью отыскала ручку и побитый жизнью кусочек бумаги.

Посочувствовала ему, но продолжила издеваться над беднягой, выводя строки извинения и обещание вернуть деньги. Оставила его на тумбочке.

Словно вор, открыла дверь комнаты. Голос мужчины доносился из помещения рядом. Он не закрыл дверь. Не вслушиваясь в разговор, прошла к выходу. Вот и платье нашлось.

Тоже разодрано. Все! Вот теперь мне не стыдно за то, что я взяла его вещи. Бартер!

Еще бы успокоить свою совесть по поводу денег, но, думаю, с ней я смогу договориться. Обула туфли. И как это он еще и их не порвал? Тихо повернула замок и открыла дверь. Уходя из этого места, краем сознания подмечала детали. Тринадцатая квартира, тринадцатый этаж, запомнила дорогу от подъезда к остановке. Уже когда заворачивала за угол, посмотрела на окна предположительно его квартиры. Там горел свет, и мне показалось, что увидела силуэт в окне. Вздрогнула и поспешила убраться от этого места подальше, надеясь больше не возвращаться.

Роман

Я отлично слышал, как девушка бегала по комнате в поисках своей одежды. Но лишь когда захлопнулась дверь, я вышел из кухни. Что ни говори, а у Марка отличная чуйка. Хоть я не люблю, когда меня отвлекают по работе в такие редкие выходные, а мой зам по другим случаям с рабочего номера не звонит, но сейчас я готов был простить ему все!

‒ Ты вообще слышишь меня? ‒ раздалось в телефоне, ‒ Или я тебе помешал и ты там не один? ‒ заискивающим голосом спросил он.

‒ К счастью, уже один.

‒ Неужели так плоха?

‒ Да блин! – запустил руку в волосы, сомневался, говорить ему или нет.

Но мне нужно выговориться.

‒ Встретил в баре девушку, думал, смогу расслабиться. А она мало того, что бревном в постели оказалась, так ещё и разревелась, ‒ пожаловался другу.

В телефоне послышался ожидаемый ржач. Я бы сам посмеялся, да как-то не охота.

‒ Ну ты даёшь! Неужели девственница? ‒ немного успокоившись спросил он.

‒ Да нет, вроде, ‒ проверил кровать. Нет, все простыни белоснежные, только смятые.

‒ Чувак, я все понял! Она проститутка!

‒ Да не похожа она на... ‒ я замолчал, увидев свой кошелек раскрытым, ‒ Походу ты прав.

‒ И сколько стоит ночь любви с бревном в наше время? ‒ Матвей уже не смеялся, но по голосу понятно, все ещё улыбается.

‒ Меньше, чем я представлял. А ты чего звонил? Все ещё на работе? ‒ хватит с меня этой девчонки. Ушла и ладно.

‒ Да. Точно! Ты совсем меня отвлек. Поздравь меня, я обо всем договорился! Во вторник мы подписываем договор!

‒ И ты звонишь мне в два часа ночи, чтобы сообщить об этом?

‒ Ну, я хотел пораньше, но пришла Лиза и я немного отвлекся...

‒ Ты ведь знаешь мое отношение к интрижкам на работе, ‒ осадил друга.

‒ Приказ о ее увольнении на моем столе, ‒ отчитался Марк, ‒ Ух, ты бы знал какая она горячая!

‒ Поздравляю.

‒ Ладно, поговорим позже. Не хочу, чтобы твое плохое настроение перешло мне.

Попрощавшись с другом, отключился. Никогда не берите на работу лучших друзей! Это мне ещё мой отец говорил. Но куда сложнее и, вместе с тем, намного проще, если вы открыли общий бизнес.

Отложив телефон, оценил масштабы катастрофы. Итак, пропали деньги, мои спортивные штаны и футболка. Странная проститутка мне попалась. А ведь на первый взгляд и не скажешь, что она из этих. Вполне приличная на вид. Правда выглядела она какой-то уставшей. Может быть, только от клиента, а тут я.

Так, пора выкинуть ее из головы. Вечер можно считать испорченным. Но стоило вспомнить, как я вошел в нее, как в штанах снова стало тесно. Она оказалась такой узкой, что я готов был сразу кончить. И как она держит себя в такой форме? Специальные тренировки? Операции? Почему-то в голове вертелись слова друга о девственнице. Но ведь никакой преграды не было, да и крови нет. Да уж. Видимо, мне попалась особая девушка.

На следующее утро я уже позабыл о том, что произошло ночью. Именно сегодня решил устроить себе выходной, пропустить утреннюю тренировку и проспать минимуму до обеда. Контракт, который мы с Марком выгрызали вот уже около шести месяцев, почти у нас в руках, и это даёт повод немного скинуть напряжение.

Звонок в дверь стал неожиданностью. Я никого не ждал, поэтому как был, в штанах, так и встретил незваного гостя. И каково было мое удивление, когда я увидел свою вчерашнюю знакомую!