Он прекрасно помнил, как когда-то вприпрыжку сбегал по лестнице, заранее ощущая тонус готовых к утренней пробежке мышц, как не терпелось почувствовать под ногами упругое сопротивление грунтовой дорожки, как одуряюще пахло внизу кофе, обещая насыщенный событиями день… Он все это помнил и в который раз старался все это в точности воспроизвести, спускаясь по тем же ступенькам все той же виллы со второго этажа, и все так же вымученно улыбаясь в ответ на одинаково участливые взгляды семейки Бернон и это ободряющее подмигивание Игоря.

Он честно старается! Но видеть их всех реально не может. И сколько бы ни внушал он себе, что все с ним в порядке, он уже совершенно здоров, повторяя данную мантру за абсолютно спокойным Тузовым, эта дрожь в коленях никуда не девается. И эта противная испарина от простого спуска по лестнице, и постоянная усталость, и неотвязная головная боль вовсе ему не мерещатся! И один день похож на другой, и никакого просвета впереди, и никогда это не кончится! И ничего ему больше не хочется. Особенно этого их кофе, этого гадкого пойла без всякого вкуса и запаха, которое не вызывает больше ничего, кроме постоянной уже тошноты!

Демонстративно не отвечая на дежурное утреннее приветствие, Саша с привычным раздражением рванул ручку входной двери, широко ее распахнул и, выскочив на крыльцо, застыл, пораженный.

Сейчас он откроет глаза и этот призрак исчезнет. Это плод его больного воображения, результат бессонницы и очередное осложнение еще недостаточно изученной болезни. Такого просто не может быть!

Осторожно приподнимая ресницы и убеждаясь в реальности открывающейся картины, Саша чувствовал, как ускоряется сердечный ритм и какой-то горячий комок поднимается к горлу, затрудняя сбившееся от сильного потрясения дыхание.

Мерцающее матовое сияние светлого, почти белого, благородного металла с едва заметным теплым отливом, казалось, идет откуда-то изнутри этого воплощенного в совершенной форме дизайнерского произведения. Крупные ромбы радиаторной решетки ослепительно сверкают на утреннем солнце и так органично перекликаются с необычным видом мощных десятиспицевых колес… Саша обходил его медленно, будто крадучись, еще не до конца поверив в его реальность, осторожно проводя рукой вдоль скульптурного кузова, атлетичного и элегантного одновременно. Ощущение мощи и скорости возникало от одного лишь взгляда на его силуэт, и эти эллипсы задних фонарей, в точности повторяющие форму выхлопных патрубков…

Его Бентли Континенталь Муллинер. Коллекционная модель, персональная сборка. Но ведь такой машины здесь не могло быть, ее собирались доставить из Лондона лишь для участия в Женевском салоне, который снова отменили.

Саша резко перевел взгляд в сторону террасы, с которой не заметил, как спустился. Не заметил он также и того, что Игорь уже какое-то время наблюдает за ним со своей неизменной ухмылкой, тоже спустившись со ступенек на газон и небрежно опираясь спиной о декоративную колонну у входа. Саша сделал шаг назад, не отводя восторженного взгляда от лица Тузова, и чуть заметно присел, улыбаясь во весь рот, набирая воздух перед разбегом.

— Саня, нет. Нет! — резко выпрямился Игорь и непроизвольно стал отступать, видя, как Саша радостно кивает в ответ на его протесты. — Саша?!..

Но Саша уже разбегался. Вот она, упругость земли под ногами, и радость, и легкость, и сила в истосковавшемуся по этому счастью теле! И весна, и солнце, и конец его болезни, конец этой вязкой, беспросветной тоски! И сильные руки Игоря, которые так легко и уверенно взлетевшего к нему Сашу подхватили, и этот знакомый, всегда волнующий запах его кожи… Запах?!

— Армани! — резко отстранился Саша, продолжая висеть на поймавшем его Тузове за счет крепкого захвата ногами, и встревоженно посмотрел Игорю в лицо. — Ди Джио Профондо!

— Точно.

— А-а-а-а-!!! — с победным воплем вскинул Сашка руки, подняв к небу полные безумной радости глаза под смех обнимающего его Игоря.

Марта лишь слегка улыбнулась и покачала головой, наблюдая эту картину из окна их кухни. Если и пробуждает эта идиллия в ней какие-то положительные эмоции, то лишь относительно месье Тузова, сумевшего, наконец, угодить этому вкрай распустившемуся деспоту. Честно признаться, она сильно сомневалась в том, что бедный профессор удостоится хотя бы небрежно брошенного «спасибо» за этот безумный по стоимости подарок. И на взгляд Марты, их бесценный Алекс после всех этих месяцев изощренных над ними издевательств заслуживает вовсе не очередного люксового авто, которые на их территории уже ставить негде. Он добросовестной затрещины заслуживает! Ведь за пару секунд исцелился от своей смертельной болезни, вмиг позабыв о необходимости хранить печать вселенского страдания на своем прекрасном лике.

Мужчины могут быть раздражительными, когда болеют, Марте это прекрасно известно. Могут быть даже резкими иногда, это вполне оправданно. Но чем же можно оправдать эти бесконечные капризы Алекса, кроме абсолютной вседозволенности и потакания со стороны Тузова, Марта понять не в силах. При этом она даже допускает, что Алекс действительно неважно себя чувствует до сих пор, спустя два месяца после той острой фазы вирусной инфекции. Ну и что? Это повод отравлять существование всем, кто находится в поле его жизнедеятельности?

У Марты создалось стойкое впечатление, что даже инфекцию эту Алекс подхватил назло месье Тузову, установившему в их доме совершенно рациональные строгие ограничения. Нужно ли говорить, что неуправляемый Алекс, обиженный на весь белый свет за случившуюся пандемию, изначально и откровенно на все ограничения плевал. Причем плевал буквально: сначала таблетками витаминов, потом — лекарствами и приготовленными для него деликатесами. Месье Тузов лишь виновато смотрел на Марту после каждой такой выходки, как бы извиняясь и понимая, что ей обидно за свои многочасовые старания на кухне, но ни разу этого зарвавшегося наглеца не одернул. А эти швыряния телефоном, эти злобные пинки по окружающим предметам… Хорошо, Марта хоть языка их не понимает. Можно только представить себе содержание этих процеженных сквозь зубы или вызывающе брошенных в сторону несчастного профессора фраз. Впрочем, почему несчастного? Месье профессор при всем этом выглядит вполне счастливым.

Смотреть невыносимо, как доктор Тузов, этот достойнейший человек, лишь снисходительно улыбается, глядя на очередную скорченную надменную гримасу своего драгоценного Сани. Марте трудно даже предположить, чем именно можно вот так полностью сломить волю такого незаурядного и солидного человека, как месье Тузов, ни капли не опасаясь каких-либо ответных мер. Неужели постелью? И что ж такого необыкновенного нужно там исполнять… Черт их знает, этих гомосексуальных мужчин. Как все это у них происходит, Марте не понять, и несмотря на всю свою терпимость к этому явлению, Марта не перестает благодарить Бога за то, что он избавил ее от подобных проблем в собственной семье!

Леон считает, что она слишком всерьез воспринимает все эти фокусы артистичного Алекса. Хороши фокусы! Марте страшно представить себе реакцию самого Лео, если бы нечто подобное хоть раз позволил бы себе их сын. А ведь Себастьян — их младший, самый любимый, поздний ребенок, появившийся в то время, когда они уже всякую надежду на рождение мальчишки потеряли. Лео столько раз заверял ее, что две дочери — это все, что нужно ему для счастья, что о большем и мечтать нельзя. А Марта все равно мечтала. Как хотела она сына! Как просила о нем в своих молитвах… И они были услышаны.

Пусть позже, пусть через много лет, но он есть у нее, ее мальчик, ее Басти! Ее гордость и воплощение самых смелых надежд! И он ведь совсем не избалован, он так много достиг своим собственным трудом, своей светлой головой и талантом! Он единственный, кто в их семье получил университетское образование. И пусть это стоило недешево, но Себастьян оправдал все затраты! Все годы их с Леоном непрерывной работы были не напрасны, Басти зарабатывает сегодня столько, что сам может обеспечить родителей. И девушка у Себастьяна замечательная, и так рада, так спокойна за него Марта!

Пусть даже его работа связана с бизнесом их хозяев, Марта не сомневается, что Себастьян попал в эту элитную клинику вовсе не благодаря ценным рекомендациям мадам и месье Бернон. Никаких рекомендаций ни Игорь Тузов, ни тем более Алекс Девис слушать бы не стали. И уж точно Алекс не назначил бы Себастьяна исполнительным директором в своем престижном заведении, если бы не был Басти по-настоящему профессионален и талантлив.

Конечно, Себастьян настоящий профессионал! Разве смог бы вконец обленившийся Алекс целый год валять дурака, прикидываясь то больным, то уставшим, если бы Себастьян все это время не обеспечивал нормальную работу клиники? И так обидно Марте иногда слышать, каким надменным тоном дает Алекс распоряжения Себастьяну по видеосвязи, а тот лишь кротко смотрит в ответ, лишь уточняет и тщательно записывает каждое слово придирчивого владельца клиники. Но что поделать, Алекс действительно владелец, а Басти его подчиненный.

Странно осознавать это, глядя сейчас на этого «владельца», повисшего на счастливом профессоре, словно пятилетний ребенок. А ведь ему уже тридцать лет будет скоро, подумать только! И за все эти многие годы, в течение которых Марта живет рядом с ними, никаких признаков взросления у Алекса не наблюдается. Иногда кажется, даже наоборот. До чего же непонятное, сумасбродное и противоречивое создание. Страшно подумать, что таким мог бы оказаться твой ребенок…

***

Конечно, Игорь поймал его и легко удержал. Саня был сейчас совсем легким, еще не набрав свою обычную мышечную массу. Да и запрыгнуть ловкий Сашка умел так, что его веса практически не чувствовалось. Все, свершилось! Тузов может смело подаваться на мировую премию за изобретение долгожданного средства от последствий заражения новомодным вирусом! Дороговато получается, конечно, но зато точно эффективно, не в пример этим многочисленным недоказанным методам. Бог весть, сколько этих методов, порой взаимоисключающих, Тузов изучил, сколько перечитал за это время медицинских статей, протоколов и околонаучных исследований.

А ведь вначале это все даже забавляло. Чего стоило одно только наблюдение за его возмущенным бизнесменом, чьи грандиозные планы в один день полетели ко всем чертям.

Игорь с самого начала, с того памятного разговора на яхте понимал, что два года спокойной работы, которые давал ему Саня до начала бурной деятельности по открытию филиалов клиники в других странах, носят чисто условный характер. И точно, его деятельный Сашка и полугода в спокойствии не продержался. Все уже было им организовано, все инвесторы подвязаны, и даже билеты в Сингапур заказаны. И надо же, такой форс-мажор! Рейсы отменились, инвестиции зависли, главные партнеры практически разорились. Сашка психовал и не мог во все это поверить, он продолжал метаться и искать какие-то способы реализации своих блестящих идей, но все было бесполезно: оставалось просто замереть и дожидаться развития событий.

И спокойно работать в новых условиях, и, к великой радости Тузова, никуда больше не рваться. Мысль о предстоящих долгих перелетах и захватывающих путешествиях по городам и весям никакого энтузиазма у Тузова не вызывала. Ему так спокойно работалось в собственной клинике, и столько всего удавалось, и так интересно было участвовать в местных инновационных проектах. И доходы это приносило достаточные, чтобы продолжать этим заниматься. Без всякой необходимости отвлекаться на построение великой бизнес-империи. Игорь себя уже не переделает, в коммерсанта он не превратится, и миллиардов ему точно не нужно. А на новенький Бентли вполне хватило.

То, что своей экологичной Теслой Саня наиграется быстро, Тузову было понятно еще до ее покупки, еще год назад, когда в первый раз отменился ежегодный Женевский автосалон, столь ожидаемый его заядлым автомобилистом. Это от скуки и бездействия Сашка увлекся изучением новинок мировой автоиндустрии, ведь гонки по швейцарским трассам — одно из немногих развлечений, оставшихся доступными в этот полумертвый период. Сашка купил себе модную машину, видимо, в качестве компенсации за моральный ущерб от очередного удара подлой пандемии.

Но не Сашкина машина Тесла, не с его импульсивной манерой вождения пересаживаться на оцифрованный электрокар, который сам то и дело пытался Сашку вразумить, чем раздражал все больше. И все чаще нахальный Саня угонял машину Игоря, не обращая внимания на какие-то там возмущения. Не в пример взбалмошному Сашке, свою марку машины Тузов выбрал очень давно, раз и навсегда, лишь меняя, по настоянию своего грамотного крестничка, модели Мерседеса на более новые. И он совсем не горел желанием каждый раз оказываться за рулем Сашкиной болтливой Теслы вместо своего привычного седана.

Но, конечно, Игорь все ему прощал, ведь это хоть как-то успокаивало Сашкины растрепанные нервы. Закрылись же все его салоны, и фитнес-центры, и даже рестораны! И на биржах пошла у Саши какая-то черная полоса: провал за провалом. Все стало непредсказуемым, он не мог просчитать возникающих чуть ли не каждый час изменений, терял какие-то там виртуальные деньги и бесился все больше.

Он и музыкой-то заниматься был не в состоянии, утратив всякое вдохновение. И в кровати заметно энергии поубавил, не проявляя к столь любимым ранее удовольствиям особого интереса. Конечно, Игорю всегда удавалось пробудить в нем нужные инстинкты, но, казалось, это тоже Сашку раздражает: весь мир вокруг рушится, а Тузов по-прежнему, как ни в чем не бывало, только об одном думает! «Вот как ты это делаешь, я же не хочу на самом деле, оно само!» — смеша Игоря, возмущался Саня безотказной реакцией собственного организма на привычные вроде бы приставания. И, казалось, всерьез считал, что весь этот всемирный заговор направлен лично против него.

Сашка логично и последовательно растолковывал отсталому Тузову всю абсурдность введенных в мире ограничений и очевидную выгоду от всего этого каких-то там больших корпораций, заинтересованных в переделе сфер влияния. Игорь вполне мог бы с его логикой согласиться, если бы не наблюдал очевидного и не общался с коллегами. Веселым розыгрышем эти забитые больничные палаты никак не выглядели. Однако Сашку было не переубедить, он с постоянными пререканиями и неизменным закатыванием глаз соглашался соблюдать элементарные правила дезинфекции и вирусной защиты, пока, наконец, этот вирус ему не отомстил.

Хорошо, что к этому моменту и Берноны, и Тузов были уже вакцинированы, потому что хватанул Сашка эту заразу по-серьезному, заболев внезапно, бурно и надолго. В момент, когда стало ясно, чем именно Саня заразился, всякая его изоляция уже не имела никакого смысла, разве что заточение в пределах второго этажа, что и было Тузовым предпринято. И слава богу, для Лео и Марты все обошлось. Игорь дня три промучился головной болью, от которой прекрасно помогал любимый аспирин, и на этом его болезнь окончилась.

Саня же, в одночасье свалившись с ног, сам страшно перепугался и сразу позабыл о мировом заговоре. Он действительно ужасно себя чувствовал, и хотя никакой смертельной опасности в его состоянии Игорь не видел, болезнь эту обычной вирусной инфекцией назвать было трудно.

Жар начинался у Сашки вечером как по часам, без всяких, казалось, сдвигов, почти три недели подряд. Жаловался Саня буквально на все: давило в груди, дышать было трудно, болела голова, его тошнило и трясло под зимним одеялом. Игорь измерял его сатурацию, которая оставалась в абсолютной норме, немного успокаивался и давал комбинированное жаропонижающее. Обычным парацетамолом Сашкина температура сбивалась слабо. Может, правы были те, кто утверждал, что люди с Сашкиной группой крови болеют особенно тяжело, а может, это просто очередная гипотеза и дело было совсем не в этом, но выздоровление шло медленно и трудно.

— Полежи со мной, мне так плохо! — жалобно стонал несчастный Саня и, конечно, Игорь ему в этом не отказывал. Саша больше не пытался ни с чем спорить, он прижимался дрожащим от лихорадки комком, затихал в успокаивающих его руках и ждал, когда станет хоть немного легче. Однако просто бережно к нему прикасаться и поглаживать по спине Игорь по-прежнему долго не мог и время от времени от искушения не удерживался.

Сашка был совершенно не способен к сопротивлению, пряный запах его горячего тела был опьяняюще выраженным, а в его тесных и эластичных тканях температура в эти моменты была под сорок градусов. И прав же был Набоков со своей «Лолитой», можно ли было придумать что-то более влекущее и экзотическое! Потом лекарство действовало, Сашкина пижама ночью становилась мокрой насквозь, он волочился в душ, к утру его немного отпускало, а вечером все повторялось.

Отсидев положенную изоляцию, Игорь вернулся в клинику, Саня же днем начитывался каких-то форумов в интернете, и его начинал преследовал навязчивый страх оказаться в комнате одному в момент, когда ему немедленно понадобится интубация. Никаких признаков кислородной недостаточности у Сашки не наблюдалось, Леон и Марта дежурили на вилле неотрывно, но Сашу это мало успокаивало. А когда у него пропало обоняние и он перестал различать вкус приготовленных блюд, его неустойчивая психика расстроилась окончательно.

И вроде бы, начала спадать температура, и даже тесты давали негативный результат, и пора было уже приходить в себя, но самочувствие у Сашки практически не улучшалось, аппетит отсутствовал напрочь, его реально мутило от всякой еды, слабость не походила, и бедный измотанный Саня окончательно терял терпение и контроль над эмоциями.

Начали потихоньку открываться публичные заведения, Игорь пытался его хоть чем-то заинтересовать, и Саня на самом деле немного оживился, надеясь, что уж в этом году в Женеве, наконец, состоится автомобильная выставка. Тузов прекрасно видел, какой именно презентации ждет Сашка, какие сайты открывает и как вздыхает тайно о новом творенье английского автопрома…

— Что?! — Саня уставился в шоке в экран своего айфона, прочитав страшную новость. — Да ну на фиг! — яростно метнул он гаджет с дивана в холл через всю гостиную, чудом не попав в неожиданно вошедшую Марту со стаканом приготовленного для него травяного чая. Автосалон снова отменили, машина его мечты в Женеве не появится, и что же оставалось делать Тузову?

Долго же он ехал, этот Бентли животворящий… Но на этот раз Игорь с выбранным лекарством точно не ошибся. Чудеса реабилитационной медицины происходили прямо на глазах.

— Позавтракаем здесь, на террасе? — заглядывал в лицо счастливый Сашка, спрыгнув, наконец, на землю. — Пусть Марта сюда все вынесет!

— Конечно, если хочешь.

— Только быстрее! — распорядился Сашка, собираясь уйти в дом, чтобы переодеться. Кросс на сегодня явно отменялся. — На работу опаздываем!

— Да что вы?! — театрально воскликнул пораженный Тузов. — Вы собираетесь поехать на работу, босс?

— А как же! Дел куча! И столько разных мест, куда надо поехать! — мечтательно посмотрел Сашка в сторону своего переливающегося на солнышке Бентли. — Так что шевелись, хватит тут расслабляться!

***

Саше казалось, он всю жизнь сидит за рулем этого роскошного купе, настолько послушной и чувствительной была его новая машина. Сталь и кожа внутренней отделки, и деревянный шпон, и твидовые вставки в дверцах, и эти изысканные часы, встроенные в шкалу приборов — Саша сам не придумал бы ничего для себя лучшего! Костюм, что ли, английский теперь приобрести?.. Это что-то немыслимое, невероятное просто, и как только Игорю это в голову пришло! Сколько он, интересно, отвалил за это авто в итоге? Саша приблизительно представляет себе эту сумму, но ведь он даже особого движения у Тузова на счетах не заметил. Впрочем, когда Саша в последний раз этим интересовался?..

А ведь его уникальный доктор времени зря не терял. Наверняка подрастил втихаря эмбриончиков на стволовые клетки для местных звездных клиник и своих дружков-трансплантологов. Можно подумать, Саша не в курсе этих их экспериментов!

Нет, конечно, у Тузова все идеально! Все полученные в процессе ЭКО эмбрионы учитываются, замораживаются или утилизируются строго по швейцарскому законодательству, и ни одна проверка в их клинике ни разу ни к чему не прицепилась! Только не нужно это втирать Саше, и не нужно делать при этом такие удивленные и невинные глаза. Саша понял все с первого же раза, еще пару лет назад, когда Тузов попытался доказать ему свою кристальную святость.

Все эти учеты, замораживания и описи — дело, конечно, полезное… Но кто, кроме Тузова лично, видит в микроскоп, сколько жизнеспособных эмбрионов у него получилось в пробирке: три, пять или восемь? Саша задал этот единственный вопрос по результатам прослушанной лекции, и с тех пор Игорь больше эту тему не поднимает. И Саша к ней тоже не возвращается. А насчет всяких там этических принципов своего уважаемого профессора Саша давно иллюзий не питает.

Понимает Саша и то, что вовсе не стремление к какой-то прибыли двигает Игорем в этих не совсем легальных процессах, которые, кстати, подпольно властями и всемирными медицинскими организациями поддерживаются. Тузов бы участвовал во всех этих научных экспериментах даже бесплатно, из одного лишь профессионального любопытства, Саша в этом уверен! Иначе не был бы он Игорем Тузовым, таким умным, продвинутым и знаменитым. И не читал бы постоянно какие-то там лекции в штаб-квартире Красного Креста и прочих мировых медицинских офисах, в Женеве прописавшихся.

Так хорошо с ним Саше и так спокойно в последнее время, и даже никаких психиатров больше не нужно. Игорь будет рядом всегда, что бы ни случилось, Саша больше в нем не сомневается! Взять хотя бы этот Бентли… Не это ли подтверждение настоящей любви! Такой сумасшедший подарок после стольких недель трепания Тузову нервов. Ничего, теперь Игорю станет полегче: у Саши снова появятся полезные занятия вместо этого торчания взаперти. Начать хотя бы с клиники…

Саша улыбался, предвкушая свое скорое появление в офисе. Какой приятный сюрприз будет для его работничков, которые наверняка подрасслабились за последнее время! Чувствует он, разгон предстоит шикарный, Саша прямо соскучился по этим виновато вытянутым лицам. Один только Себастьян наверняка рад будет возвращению Алекса, своего пожизненного кумира. Сашу так веселит всегда это стремление Себастьяна быть на него во всем похожим. Даже в стиле одежды, и в манерах, и в деловых интонациях…

Себастьян немного повыше Алекса, но на несколько лет младше, и смотрит всегда будто бы снизу вверх — с таким восхищением, с такой откровенной преданностью! И разговаривает, кажется, словами Алекса, и ни разу еще не возразил, ни разу не принял еще ничью точку зрения кроме той, которая принадлежит его непосредственному боссу. Просто находка, а не исполнитель! Ни на какое творчество, конечно, Себастьян не способен, а от него этого и не нужно! Идеи и планы — функция Алекса, а Себастьян — идеальный инструмент для их реализации.

Алексу прекрасно известно, что, зафиксировав его прибытие, охрана, ведущая видеонаблюдение, сразу оповестит главный ресепшн. «Босс в офисе!» — Алекс знает наизусть эти их предупреждающие сигналы.

И он не ошибся: уверенно и спокойно проходя по широкому вестибюлю, он ни на кого не смотрел и уж, конечно, головой по сторонам не крутил. Он и так все видит. Разбегающихся по кабинетам менеджеров, явно не горящих желанием попасться ему на глаза, заискивающие улыбки и приветствия тех, кто до укрытия добежать не успел, заинтересованные взгляды и перешептывания не знакомых с ним посетителей. Все как положено, все как всегда.

Алекс вошел в свою приемную, его секретаря не было на месте, и, решив сначала сделать приятное Себастьяну, заглянув к нему лично, он направился в смежное помещение.

Он точно попал по адресу? Это приемная исполнительного директора элитной медицинской клиники? Его клиники?.. — Алекс медленно приближался к столу секретаря, в упор рассматривая сидящее за ним существо.

Молоденькая профурсетка в очаровательных светлых кудряшках преспокойно угощалась чашечкой кофе прямо за рабочим столом, не страдая никакими предрассудками насчет необходимости находиться в рабочей зоне в защитной маске. Одного этого хватило бы вполне, чтобы вылететь отсюда немедленно, но она при этом еще и ковыряла маникюрным шабером в ногтях, ничуть не смутившись от вида неожиданного посетителя. Спасибо, она хоть перестала это делать, спрятав свой инструмент в ящик стола, когда пораженный Алекс остановился прямо перед ней.

— Кто ты? — только и смог он произнести, а она не изволила даже приподняться, кокетливо стрельнув глазками и изобразив подобие любезной улыбки.

Она смотрела на этого странного молодого человека в дорогом костюме и не могла понять вопроса. Его лицо было закрыто черной маской, похожей на крыло летучей мыши, а взгляд его широко распахнутых ярких глаз, устремленных прямо ей в лицо, был то ли испуганным, то ли удивленным. Она так его впечатлила, что ли?..

— Я Жаклин, это приемная директора клиники, — с достоинством объяснила она, невзначай поправляя свою стильную прическу. — Как вас представить?

— Кому представить?.. — практически прошептал Алекс, не в силах оторвать взгляда от этого явления, но вдруг дверь кабинета распахнулась, и Себастьян Бернон не сумел скрыть радости от вида своего нежданно объявившегося шефа.

— Месье Девис! — счастливо улыбнулся он Алексу, но, наткнувшись на выразительный взгляд, сразу изменился в лице. — Что-то случилось?..

Случилось. Алекс смотрел на Себастьяна и на миг даже забыл о причине пережитого только что шока. Ведь он полгода, наверное, своего исполнительного директора вот так, вживую, не видел. А Себастьян сильно изменился. Стал выше, что ли? Или просто заметно раздался в плечах, и больше не похож на субтильного юношу, восторженно взирающего на своего кумира. Вовсе не восторженно смотрит сейчас Себастьян, а вполне спокойно, серьезно и внимательно. И даже улыбка у него стала другой, совсем не робкой. Такой открытой, смелой… И где маска, кстати?

— Зайди ко мне, — коротко бросил ему Алекс ледяным тоном и, больше не оборачиваясь, быстро покинул приемную.

Себастьян посмотрел на ошарашенную Жаклин и на ее недопитый кофе, оценил ее глупый гламурный образ и все понял. С ней вопрос решен. Самому бы теперь в живых остаться… Он пытался собраться с духом, уже сидя в кабинете генерального директора клиники и глядя в массивную полированную крышку большого совещательного стола.

— Итак? — прервал молчание Алекс, видя, что начинать оправдываться Себастьян сам не собирается. — Кто это? — подчеркнуто внятно произнес он, и его французский прозвучал с не характерной для этого языка стальной интонацией.

— Это Жаклин, Алекс, она только стажируется на секретаря. Она здесь всего третий день и... — бегал глазами по столу Себастьян, не находя нужных доводов.

— Где Филипп? — прервал его муки Девис, вспомнив бывшего помощника Себастьяна.

— Он ушел еще два месяца назад, переехал в Берн.

— Вот как? О чем еще я не знаю?

— Послушай, Алекс, — вдруг сменил тон Себастьян на более резкий. — Ведь мой секретарь — это мое личное дело, разве не так?

— Твое личное дело? — повторил за ним Алекс, сощуривая пристальный взгляд. Они оба знали, что Себастьян прав, Алекс сам когда-то так ему сказал. Однако Девису сейчас это было абсолютно безразлично. — Так у вас здесь есть личные дела, Бернон? Здесь, в моей клинике, я правильно понял?

— Алекс…

— Как она здесь оказалась? — Девис не желал ничего слушать. — Ты проводил конкурс?

— Нет… не совсем…

— Я не услышал! — Алекс все больше повышал тон. — Ты взял ее с улицы?!

— Нет, конечно! — вспыхнул Себастьян и решил сказать правду. Будь что будет, от него все равно ничего не скроешь, и если Алекс вцепился в эту тему, то в любом случае до всего докопается. — Мне ее рекомендовали. Просто попросили взять ее на стажировку.

— Кто попросил?! — ошарашенно уставился на него Девис.

— Одна знакомая. Моя девушка, — опустил Себастьян глаза, понимая, каким идиотом сейчас выглядит. Как мог он на такое согласиться?..

Алекс бессильно откинулся на спинку кресла и, медленно сняв маску сначала с одного уха, потом со второго, закрыл глаза, пережидая приступ привычной слабости.

— Тебе нехорошо, Алекс? — испуганно спросил Себастьян, глядя на бледного шефа.

— Нет, все отлично. Просто скажи сейчас, что ты пошутил, — не поднимая устало опущенных век, произнес Девис. — Или повтори. Твоя девушка теперь набирает для клиники секретарей?

— Я сделал глупость, Алекс! — с искренним раскаянием в голосе признался Себастьян. — Я, конечно, ее уволю!

— Ты уже ее уволил! — повернулся к нему Девис, снова повышая голос. — Прямо сейчас пошел и уволил! И через десять минут все начальники служб! Все, кроме медицинских! Здесь, со всеми цифрами за последний месяц!

— Они не успеют подготовиться…

— Что вы сказали, месье?! — не поверил Алекс в услышанное. С каких это пор Себастьян стал защищать от Алекса его же работничков? Решил наладить дружескую атмосферу в коллективе? А здесь все сильно запущено, оказывается, и придется вернуть их всех к реальности!

Выдержав нужную паузу, Алекс продолжил уже своим обычным, ровным и совершенно бесстрастным рабочим тоном:

— Если кому-то из менеджеров нужно специально готовиться для того, чтобы детально доложить о работе собственного отдела, так вы ему поможете. А если через десять минут окажется, что и вы не владеете всеми деталями, тогда помогу лично я. И вам, и всем остальным. Прямо здесь, обещаю. Что вы замерли, Бернон? Время идет. И напоминаю вам, что в клинике действует масочный режим. Отвечаете персонально. Маски стандартные, медицинские! — закончил Алекс разговор, кивнув в направлении двери.

Он немного успокоился лишь к полудню, устроив просто фееричный разнос своим расслабившимся клеркам и таким образом, обозначив окончание их работы в свободном режиме, напомнив, кто здесь реальный хозяин. Надо отдать им должное, все оказалось не так страшно, они быстро вспомнили все правила и требования, и никто из них слова не сказал в свою защиту или оправдание, хотя по-серьезному придраться было особо не к чему. И Себастьян, похоже, тоже пришел в себя, с былым энтузиазмом взявшись за работу. Его даже жаль немного становилось, так виновато он опускал глаза и так старался искупить свой дурацкий поступок неподдельным рвением в исполнении всех поручений разгневанного им босса.

Наслаждаясь наступившей после бурного утра тишиной в кабинете, Алекс распорядился принести ему кофе и с удовольствием заметил, что уже чувствует его аромат.

Этот новый мужественный облик Себастьяна не шел из головы. Прямо какой-то другой человек, даже несмотря на то, что Алекс быстро вернул его в рамки их обычного общения. Это отношения с женщиной на Себастьяна так влияют? Скорее всего! Похоже, там все серьезно, и Марта что-то Игорю об этом рассказывала… Алекс тогда даже не прислушивался.

Подойдя к встроенному в стену шкафу, он отодвинул тяжелую панель и в задумчивости остановился перед открывшимся большим зеркалом. Звонок раздался неожиданно, Алекс улыбнулся, посмотрев на экран, и поднес айфон к уху. Он не любил говорить с Игорем по громкой связи.

— Что у вас там происходит, Саня? Мне готовить реанимацию для приема первых пострадавших? — весело спросил Тузов, до которого уже докатились слухи об эффектном появлении генерального директора на рабочем месте.

— Да ну, все штатно, — спокойно ответил Саша, не отрывая взгляда от своего отражения.

— Ты через час еще будешь на месте? — ожидаемо поинтересовался Тузов.

— Нет, давай не сегодня. В тренажерку хочу поехать.

— Ну ничего себе! — удивился Игорь такому быстрому вхождению Сашки в обычный режим. — А не рановато гири начинать таскать?

— В самый раз, по-моему.

— Ладно, вечером увидимся, — Тузов заметно загрустил от такой перспективы, уже явно настроившись на общение в Сашином кабинете, по которому, должно быть, порядком соскучился.

Ничего, будет еще время все наверстать. А Саше действительно нужно срочно возвращаться в форму. Этот свой образ бледного фрика он с глубокой молодости не переносит!

Саша едва дотащился до дома после первой персональной тренировки и стал вырубаться сразу, едва расположившись на диване в гостиной, чтобы почитать что-то под умиротворяющую трансляцию чемпионата Европы по конному спорту. Казалось, не полдня прошло, а как минимум рабочая неделя, такими насыщенными событиями казались эти несколько последних часов! Это ж только сегодня утром он впервые увидел свой новый Бентли, и эту жуткую девицу, и Себастьяна в дверях его кабинета… Его такую откровенную счастливую улыбку с четкими складками на загорелых щеках…

***

Игорь бесшумно присел возле дивана, с умилением рассматривая это чистое лицо, старательно сопящее двумя игрушечными дырочками детского вздернутого носа. Саня вообще любитель поспать иногда днем, а сейчас он еще и ослаблен после болезни. Взмокший и разогретый под мягким пледом, в который привычно завернулся. Сашкина электронная книга уютно устроилась у него под щекой, а пульт от телевизора упал на пол, выскользнув из расслабленной ладони. Вот так посмотришь на него спящего — просто агнец божий, чистый херувим! До слез… И не поверишь, что этот ангел способен до сердечного приступа довести любого, даже самого непробиваемого флегматика. И на ровном месте устроить натуральный апокалипсис, взять хотя бы сегодняшнее шоу в офисном крыле клиники…

Марта вошла в гостиную, намереваясь о чем-то спросить, но Игорь сделал ей знак, и она деликатно удалилась, плотно прикрыв дверь выхода в свою жилую часть. Можно больше об этом не беспокоиться, их никто в ближайшее время не потревожит, Берноны отлично чувствуют такие моменты.

Он привычным движением убрал с Сашкиного лица упавший на вспотевший лоб завиток. «Шегги» называет Саня эту растрепанную стрижку своих непослушных волос, любимую прическу Игоря.

Сашка чуть заметно дернулся и всхлипнул совсем как ребенок, видимо, подбирая скопившуюся слюну в уголке расслабленного рта, и не коснуться его губами, не вдохнуть этот его волшебный запах было уже невозможно. Саня с наслаждением потянулся всем телом, выпрямляясь на диване, подставил влажную шею под ласки Игоря, но глаза разлепить был еще не в силах.

— Устал сегодня, мой хороший? — улыбался Тузов, глядя на эти сонные потягивания.

— Ви ан пю… Я так хочу еще поспать, — жалобным голосом сказал Саша тихонько.

Как же любил Игорь его французский, когда Сашка складывал четко очерченные алые губы мягкой дудочкой, как для поцелуя, произнося свое «да» и все эти специфические гласные… Саня не хотел просыпаться, но тем не менее изгибался так, чтобы Игорю удобно было стянуть с его бедер свободные домашние штаны, и сладко застонал от первых же прикосновений ласковой ладони.

Стонать Сашке до финального вскрикивания пришлось, по обыкновению, совсем недолго. Но на миг расслабившись и посмотрев, наконец, на разглядывающего его Тузова, он обхватил шею Игоря обеими руками:

— Давай еще!

Да уж конечно, давай, Игорь ведь только начал! Однако какое же все-таки чудесное исцеление! Давно Сашка так не заводился, как в этот вечер, давно не отдавался вот так, с откровенным желанием и стремлением ощутить острое удовольствие, требуя активных ласк и жестких проникновений. Игорь сам порядком ушатался, пока его резвый мальчик, переместившись в спальню, получал все то, по чему так явно истосковался.

— Что, все?! А пилона разве не будет сегодня? — съехидничал Тузов, чувствуя, как затих, наконец, и расслабился на его плече уставший Сашка.

— Ты сейчас дошутишься, — угрожающе произнес Саша, запуская руку под одеяло вдоль тела обнимающего его Игоря. — Что, слабо?

— Поспорим?

— Нет уж, спасибо! — сдался Сашка, ничуть в способностях Тузова не сомневаясь, и поспешно убрал руку от опасного места. — Надо поужинать еще, кстати. И завтра снова в офис ехать.

— Неужели?! Что-то вы зачастили! — искренне удивился Игорь такому необыкновенному трудовому порыву. — Одной волнующей встречи не хватило? Мне показалось, там всем с головой! Или Себастьян перестал справляться?

— Да чуть первым не вылетел сегодня твой Себастьян! — вдруг раздраженно среагировал Саша. — Видел бы ты, кого он в офис притащил… Кстати, что там Марта про его какую-то жен фам тебе рассказывала? Отвлекается он как-то не по делу!

— О, привет! Это ж при тебе было.

— Что именно? Я не помню, мне так хреново было тогда, я вообще все как-то пропустил.

— Марта спрашивала, может ли Себастьяна с его барышней к себе на обед пригласить. В субботу, у них с Берноном дата какая-то…

— Чего?! — резко сел на кровати Саша. — Как ты сказал? «К себе!» Это куда? В наш дом, что ли?!

— Так это ж и ее дом, вроде бы, разве нет? — абсолютно спокойно реагировал Игорь на Сашкино возмущение. — У них отдельный коттедж, отдельный въезд, даже территория с нами не пересекается.

— Скажи еще, что ты на это согласился! — грозно повышал Сашка голос, но Тузова этим было не испугать.

— Конечно, согласился, почему нет? При тебе, кстати.

— Ле фа, блин! — бессильно упал Сашка головой на подушку и закрыл глаза. — Это финиш.

Игорь только вздохнул в ответ на этот драматичный перфоманс. Ну до чего же зловредное создание! Вот так почитаешь иногда про добрых и общительных, веселых и отзывчивых, нежных и трепетных мальчиков-геев, а потом посмотришь на своего змея… Ну полная же противоположность! И повезло же выхватить такое богатство. Чем еще должны заслужить Леон и Марта, эти святые, пожилые уже люди, которые столько лет терпят все их странности и закидоны, право чувствовать себя здесь достойно и свободно, как в собственном доме?

А ведь из собственного дома в Ницце они когда-то уехали, чтобы продолжать создавать покой и уют уважаемому доктору Тузову и его бесценному крестнику Сашеньке. По просьбе самого Сашеньки, между прочим. И никакими денежными эквивалентами нельзя оценить то, что Берноны для них все эти годы делают. Конечно, Марте и Леону уже тяжело вылизывать самим все их апартаменты и содержать в порядке территорию, и они пользуются услугами приходящих работников, но сколько же лет они справлялись с этим безупречно! А эти завтраки и ужины, достойные самых привередливых гурманов, эти идеально выстиранные вещи и порядок у Сашеньки в шкафу!.. Не говоря уже о чисто человеческом понимании и такте. Игорь сам недавно настоял на том, чтобы Берноны приглашали кого-то для уборки и в свой коттедж, включая стоимость этих услуг в счет для оплаты Тузову. Спасибо, Сашка хоть промолчал тогда, ограничившись высокомерной гримасой.

Переживет Игорь все эти его гримасы, и придется Сашке смириться: Леон и Марта — часть их жизни, часть их собственной семьи. Ведь ни с какими своими родственниками ни Игорь, ни Саша давно уже не общаются, оставив их где-то в прошлой жизни… Да и никаких гостей в их доме никогда ведь не бывало, спасибо все тому же спесивому Сашке, не выносящему никого постороннего на своей территории. Игорь, правда, тоже никогда не горел особым желанием кого-нибудь у себя принимать, но когда-то же нужно начинать! И он с удовольствием пообщается, например, с Себастьяном в нерабочей обстановке. Видно же, что это простой, понятный и абсолютно нормальный парень. Не в пример заносчивому крестничку…

Саша не собирался участвовать в этом милом вечере с барбекю прямо в их главной беседке, которую Тузов любезно предложил в качестве места для непринужденного общения. Захотелось Игорю пообщаться — на здоровье, при чем здесь Саша, который с детства любые компании ненавидит! Эти любезные улыбочки, светские разговоры… Обсуждение с умным видом глобальных мировых проблем и стремление невзначай поделиться достижениями дорогих родственничков, которые никого, кроме них самих, не интересуют. Что приятного и полезного можно в этом находить?

Но Тузов находит и так весело ему, и так свободно он жестикулирует, повествуя о чем-то заинтересованно кивающей девице с огромной темной шевелюрой кудрявых волос, этой Адель, подруге Себастьяна. Его Себастьяна! Его заместителя, его прямого подчиненного, который сам даже предупредить ни о чем не соизволил, не постеснявшись припереться прямо в дом своего генерального директора и весело проводить здесь время! Спасибо, Себастьян хоть не ржет громко, как эта его волосатая сопровождающая в ответ на выступления разговорчивого Тузова. И что ж такого смешного можно рассказывать? Анекдоты он, что ли, травит?

Саша, конечно, не подходит близко к своему окну, не хватало еще, чтобы Игорь обнаружил наблюдение. Но Себастьян с подружкой сидят к Саше спиной и толком ничего рассмотреть невозможно. Кроме этих кудрей, конечно. Как, должно быть, интересно валяться с ней в кровати! Эти волосы, наверное, везде: на липком теле, в глазах и во рту. Тьфу… Бедный Себастьян! И Марта с Лео так суетятся вокруг дорогих гостей и общительного доктора, так стараются угодить и вовремя поднести очередную порцию дымящихся бараньих ребрышек… Аромат от этих ребрышек, однако, восхитительный.

Саша проглотил слюну и решительно открыл шкаф. Ладно, пора разбавить этот веселый вечерок напоминанием кое-кому о правилах поведения в чужом доме и светских манерах. Какая-то чересчур уж непринужденная обстановочка в их живописной беседке, да и вообще, долго еще собираются дорогие гости здесь прохлаждаться?!

***

Игорю легко удавалось развлекать за столом молоденькую Адель, рассказывая смешные случаи из своей богатой практики. Она все больше, похоже, на Тузова переключалась, отчаявшись как-то оживить своего странно молчаливого кавалера. Себастьян вообще какой-то совсем потухший, зажатый, он и слова за весь вечер не проронил! И причина этого Игорю понятна. Сашка даже не вышел к гостям, продемонстрировав свое полное пренебрежение, и ничего хорошего это бедному Себастьяну не сулит. Ему явно здесь неуютно, он бы с удовольствием отсюда смылся, но его родители и его девушка просто светятся счастьем от общения друг с другом и от внимания знаменитого профессора. Бедняга Басти то и дело косится в сторону веранды у входа в дом, в любую секунду ожидая появления этого мелкого звероящера, его грозного начальника, который как присутствием, так и отсутствием своим способен отравить существование своим подчиненным.

И — о чудо! Дверь на веранду открылась, и его сиятельство изволили продефилировать к столу. Саша был одет в белоснежный свободный пуловер с глубоким вырезом, явно на голое тело, и в неизменные узкие джинсы, и на сурового начальника совсем не был сейчас похож. Игорь невольно залюбовался им, его легкой и свободной походкой, но, судя по надменному выражению на нахальной мине, Саня приготовился с ходу испортить всем настроение. А бедный Себастьян, кажется, даже в объеме уменьшился, вжавшись в стул и с каким-то умоляющим выражением на своего босса уставившись.

Игорь только улыбнулся, глядя на самоуверенного Сашку. Ну-ну, месье генеральный директор. Вы не в своем шикарном кабинете, и время сейчас нерабочее. Сегодня выходной. И место свободное за столом — только рядом с Игорем, на широком сиденье дивана. Отдохнем, развлечемся…

***

Саша успел лишь сухо поздороваться и, сохраняя неприступный вид, опуститься на диван, приготовившись отпустить первую колкую фразу в адрес притихших гостей. Он вскинул глаза на удивленную чем-то Адель, но вдруг властная сильная рука по-хозяйски схватила его поперек груди, не оставив никакой возможности удержать вертикальное положение. Игорь привычно, как делает он это в их гостиной, укладываясь с Сашкой на диване, притянул его, прислонив к себе спиной, обыденно чмокнул в макушку и спокойно продолжил что-то говорить прямо у Саши над головой, не ослабляя свой уверенный захват. Саша даже не сразу стал понимать, что именно Тузов рассказывал, таким неожиданным был этот жест.

Начинать вырываться и скандалить, как истеричная девственница, а потом оскорбленно убежать в дом на потеху гостям под веселое ржание Тузова? Нет, такого удовольствия он им не доставит. Игорь не дает ему выбора и, честно признаться, так удобно и тепло в его привычных объятиях… И вещать что-либо язвительное, находясь в таком подчиненном положении, как-то совсем уж несолидно. Тузов решил вот так его заткнуть, продемонстрировав всем свою над Сашей власть? Ну что ж, посмотрим, на сколько его хватит, а главное, на сколько хватит их засидевшихся гостей. Развлечь их Саша прекрасно сумеет!

Еще секунду поколебавшись и побыв в напряжении, Саша вдруг расслабился, улыбнулся и забросил на диван ноги, устроившись совсем уж комфортно в абсолютно свободной, развязной позе.

Он обхватил обеими ладонями сильную руку Игоря, зарылся в нее носом и с вызовом уставился на Адель. И поймал это снисходительное выражение на ее броском лице. Эту едва заметную, кривую ухмылку презрительно перекошенных губ, невольное прищуривание зеленоватых глаз и даже изумленное покачивание головой, невидимое ни для кого, кроме Саши. Это же именно ему было адресовано!

И конечно, он не ошибался. Адель смотрела на это существо неопределенного пола и возраста и просто поражалась увиденному. Так это и есть гениальный и неумолимый руководитель клиники, про которого она слышала так много восторженных слов от Себастьяна? Тот самый генеральный директор, которого не признала бедная Жаклин, за что и вылетела со стажировки? Недаром Адель поссорилась с Басти из-за этого случая! Жаклин так нужна была эта работа, ее семья не в состоянии больше оплачивать ее учебу, и Себастьян согласился взять ее, он же легко может это решить, он же управляющий! Но стоило только появиться в клинике всемогущему Алексу Девису, и Себастьян будто переродился! Он и слышать больше ни о чем не хотел, без конца повторяя, как заклинание, это священное имя!

Это точно он, тот самый Алекс Девис?.. Вот это невнятное, хрупкое создание, словно домашний питомец, валяющийся без всякого стеснения в объятиях своего любовника прямо за общим столом? Они все что, слепые или сумасшедшие, или это какая-то их игра? Что может доктор Тузов, этот шикарный, остроумный, состоятельный мужчина находить приятного в обществе такого невзрачного типа? Он действительно спит с этим Алексом? Ужас какой… Однако это личное горе доктора, ну а месье Леон!

Он так обрадовался, что Алекс к ним присоединился! И так заботливо подвигает к нему тарелку с только что снятым с мангала мясом… Еще и хвалится успехами Алекса в управлении яхтой. Это перед Себастьяном и Адель, которые в яхт-клубе познакомились?! Ведь Себастьян — отличный яхтсмен, и очень жаль, что сейчас из-за этой работы у него нет времени на серьезные тренировки, он мог бы сделать реальную карьеру, уж Адель, профессиональный инструктор, кое-что в этом понимает! Но представить на спортивной яхте этого эфирного Алекса…

А сам Басти? Хотя, похоже, как раз он от всего этого не в восторге и чувствует себя здесь некомфортно. Он вообще, как мог, сопротивлялся этой затее, но мадам Марта так загорелась идеей провести время вместе, поближе познакомиться и пообщаться в домашней обстановке.

Она такая славная, интеллигентная и тактичная, мама Себастьяна, и у нее так легко сложилось взаимопонимание с Адель! И вот она-то мнение Адель точно разделяет! Так укоризненно смотрит она на профессора, который, похоже, с появлением своего любимца стремительно теряет интерес ко всему окружающему, все больше сосредотачиваясь на недвусмысленных обжиманиях. И мадам Марте явно за хозяев этой виллы перед Адель неудобно. И Себастьяну неудобно! Он отворачивается от них и заливается краской, а этот бесстыжий Алекс еще имеет наглость время от времени смотреть на Басти в упор с какой-то непонятной ухмылкой прямо из-за локтя тискающего его профессора.

Решив приободрить смущенного Себастьяна, она крепко сжала запястье его лежащей на столе руки, и он вдруг стиснул свою ладонь. До напряженной дрожи, в кулак, будто с трудом выдерживая ее прикосновение.

«Ну кто ж так берет мужчину за руку, детка, будто за рукоятку какой-нибудь бучарды! — Саша в очередной раз улыбнулся, наблюдая за муками бедного Себастьяна рядом с его хваткой подругой. — Смотри, как надо!» — и он легонько коснулся кончиками пальцев середины теплой ладони Тузова, ласково скользнув по ней вверх, и пальцы Игоря раскрылись навстречу, и крепко переплелись с Сашиными. Игорь поднес его руку к лицу и нежно потерся щетиной о тыльную сторону смуглой Сашиной ладони.

Саша еще немного подвигал лопатками по его телу, будто стараясь устроиться поудобнее, поерзал затылком по его груди, и когда Игорь, склонившись, стал целовать Сашины волосы, Себастьян резко повернулся к Адель.

— Нам пора, мне кажется, — механическим голосом произнес он, стараясь больше не смотреть на эту странную, гипнотическую сцену напротив себя. Он впервые видит Алекса таким. И лучше бы он его таким не видел!..

— Ну что вы, у нас еще фрукты, — извиняющимся голосом невпопад произнесла Марта, но кроме нее, похоже, никто Себастьяна с Адель задерживать не собирался. Тузов окончательно потерял всякую связь с реальностью и не слышал больше никого, кроме своего обожаемого Алекса, который что-то тихо нашептывал ему по-русски. Рука месье профессора давно уже шарит под свитером Алекса. Спасибо, хоть не в штанах, Марту бы это не удивило, но здесь же посторонние люди! Ее муж не обращает на это никакого внимания: Леон прилично выпил и порядком устал за вечер. Себастьян же был настроен решительно.

Бросив последний презрительный взгляд в сторону увлеченных друг другом хозяев, Адель взяла Себастьяна под руку и направилась к воротам. Вот это гостеприимство! С ними, похоже, даже попрощаться не соизволят, только Берноны проводили их до машины. Ненормальный дом, ненормальная семья… Или как этот их симбиоз называется? Бедные родители Себастьяна, как они живут с ними столько лет! И как же прав был Басти, когда не хотел сюда приходить!

***

То, что продолжение этого томного вечера будет долгим и захватывающим, Саша не сомневался и очень устал к тому времени, когда Тузов, наконец, успокоился, реализовав все свои раздразненные еще за столом желания. Это была уже глубокая ночь, но уснуть Саше не удавалось.

А что, симпатичная подружка у Себастьяна, если смотреть объективно. И про ее длинные кудри если не думать. Их можно собрать в пучок, в крайнем случае. А в остальном — полный порядок! Яркое лицо, подтянутая спортивная фигурка. Да и не дура, по всей видимости. Жаль только, Себастьяну она не нравится.

Вот интересно, она сама этого не понимает? А его родители, особенно дорогая мамочка, тоже ничего не замечают? Он же прикоснуться к этой Адель лишний раз не хочет, а естественно возбудившись от вида настойчивых приставаний Тузова к Саше, он даже движения в ее сторону не сделал, просто краснел, отворачивался, а потом вообще сбежал. Интересно, он спит с ней? Или что он возле нее делает? Саша ведь прекрасно знает, Себастьян вовсе не склонен к воздержанию, взять хотя бы эти его интрижки с секретаршами офиса или молоденькими медсестрами их медицинского блока. Будто Саше об этом неизвестно! Так что же с этой его Адель не так?

Неласковая она у него какая-то… А ведь он такой красавчик на самом деле, такое бесхитростное, такое открытое у него лицо с неброскими, простыми, но очень правильными чертами. На маму свою интеллигентную похож. Мимика у него, конечно, сдержанна, но взгляд его светлых, то ли голубых, то ли серых глаз такой всегда внимательный, даже пронзительный. Как вчера, когда он время от времени натыкался им на соблазняющего Тузова Сашу. И так смешно смущался, и прятал глаза за непривычно насупленными светлыми бровями. Его прямые волосы, немного отпущенные на макушке, тоже очень светлые сейчас, неравномерно выгоревшие на солнце, и так хочется провести ладонью по этой раскиданной пшеничной соломке… Да, его можно было бы расшевелить, если бы за это грамотно взяться. Саша, например, точно справился бы лучше, чем эта его Адель. И Басти бы улыбнулся снова той своей откровенной счастливой улыбкой, обнажая оба ряда прекрасных, ровных, но вовсе не хищных зубов, и тогда можно было бы взять его за стриженный ежиком затылок, и он бы удивился, наверное, но точно бы не сопротивлялся…

В слабом свете наступающего утра Игорь наблюдал за лежащим на спине Сашкой сквозь приоткрытые веки и в очередной раз поражался этому двужильному организму.

Мечтательно глядя в потолок, Саня облизал свои чувственные губы, порывисто вдохнул и, блаженно улыбнувшись, закрыл глаза. Не было никаких сомнений в том, что он развлекается очередными сексуальными фантазиями, втихаря ублажая себя под одеялом всего через несколько часов после того, как просил в этой постели пощады. У него какой-то возрастной гормональный шторм, что ли? Или сезонный? Или короткометражек своих любимых насмотрелся? В его годы бывает, конечно, особенно учитывая этот длительный депрессивный период, когда Сашке вообще ничего не хотелось. Теперь молодой организм, видимо, требует какой-то компенсации.

А как мастерски он вчера прямо за столом довел Тузова до полной прострации, Игорь ведь даже не помнит, как уходили эти их гости! Тузов и сейчас, вспоминая об этом, в спокойствии оставаться не может. Однако мечтатель его Саня еще тот! И скучать рядом с ним Тузову точно не приходится.

Саша неожиданно повернул голову и обнаружил за собой шпионаж.

— Эй, так нечестно! — засмеялся Сашка, попытавшись спрятаться под одеялом, но было поздно. Игорь одним быстрым движением, словно борцовским приемом, захватив поперек тела, перебросил его через себя, оказался сверху и прижал к упругому матрасу. Он щекотал Сашу ловкими, всесильными руками и своей совсем не колючей щетиной, как когда-то в детстве, и Сашка заходился истеричным хохотом, умоляя прекратить и одновременно провоцируя на продолжение.

Он поволок Сашку в душевую в это утро, видимо, для закрепления эффекта от очередного воспитательного процесса, и Саша снова забывал обо всем на свете, отдаваясь без остатка этой власти над ним и безусловно превосходящей силе.

И таким замечательным было это воскресенье, и даже Марта оттаяла немного после вчерашнего безобразия на их с Леоном мероприятии. Под вечер она уже не поджимала обиженно губки, глядя на так разочаровавшего ее доктора Тузова, а снова кокетливо ему улыбалась, наслушавшись за день от него комплиментов.

В сторону Саши она даже не смотрела, но он в ее внимании вовсе не нуждался. Ужин приготовила — и спасибо. Пусть бы лучше к сыну своему получше присмотрелась, чем перед Игорем здесь мельтешить. До чего же эти женщины предсказуемы…

***

Сидя в своем офисном кабинете и просматривая тексты в электронной почте, Алекс старался сосредоточиться на работе. На цифрах и суммах, на списке первоочередных клиентов… Все здесь в порядке, все как обычно, что здесь контролировать? Он мог бы и не приезжать сегодня! Он прекрасно знает, что Тузова сегодня в клинике нет, он что-то там рассказывает очередным «врачам без границ» в их Женевской штаб-квартире. И да, Алексу нужно сегодня в банк!

Оставив своих подросших близнецов на попечение многочисленных нянь, Вики Зенг вышла на работу, они договорились встретиться и вернуться, наконец, к обсуждению открытия филиалов клиники. Без совета директоров ее банка, который владеет почти тридцатью процентами бизнеса, этот вопрос не решить. Тем более однажды уже все отменилось из-за этой чертовой пандемии.

И что, Алекс сейчас уедет по делам и все?.. Так зачем он, все-таки, приезжал? Ждал чего-то? Что у его исполнительного директора появятся какие-нибудь вопросы? Или искал повод вызвать его на доклад? И с каких это пор ему понадобился для этого повод?

— Месье Бернон пусть зайдет, — сухо скомандовал он по громкой связи своему секретарю и откинулся на спинку кресла. Что-то жарко здесь, дышать как-то трудно…

Себастьян вошел, официально поздоровался, дверь в кабинет за ним закрылась, и он остановился прямо возле нее, глядя в пол. Он держал перед собой какие-то папки и словно закрывался ими от пристально разглядывающего его Алекса. Они не виделись с субботы. С того самого вечера на вилле, и Себастьян, похоже, сквозь землю готов был сейчас провалиться, ожидая первой фразы своего босса.

Но Девис ничего не произносил. Он вдруг резко встал со своего кресла, немного постоял, будто о чем-то раздумывая, и стал медленно обходить свой стол, вдоль большого кабинета приближаясь к виновато застывшему Себастьяну.

Алекс остановился прямо перед ним, присев на совещательный стол и уставившись Себастьяну в лицо.

— Это была не моя идея! — почти выкрикнул Бернон, не выдержав напряжения и с вызовом вскинув глаза. — Но я знаю, что должен был предупредить!

— Да ладно, какие проблемы? — вдруг улыбнулся ему Алекс вовсе не протокольно, а совсем просто, даже как-то беззащитно. — У меня встреча в нашем банке, съездишь со мной?

— Я?.. — растерянно смотрел на него Себастьян. Вопрос Алекса прозвучал как просьба. Это Себастьян сам должен решить, ехать ли ему?

— Но тут же никого больше нет, — шутливо обернулся Алекс, будто убеждаясь, что они в кабинете одни, и, оттолкнувшись от стола, оказался совсем рядом. — Чего ты? — вдруг взял он Себастьяна за плечо и потеребил совсем по-дружески. — Расслабься, Басти, все в порядке. Поехали!

Он направился к своему креслу, но почти сразу обернулся:

— Пиджак нужно надевать, как ты думаешь? Тепло на улице?

— Думаю, тепло. Можно без пиджака, — улыбнулся Себастьян этому неожиданно будничному, какому-то домашнему тону, постепенно обретая уверенность и уже с нескрываемым восхищением глядя на элегантного Алекса, одетого в идеально приталенный жилет поверх белой рубашки со стильно закатанными почти до локтя рукавами. Впрочем, Себастьян был одет почти так же, разница была только в брендах.

Себастьян держался немного позади, когда они вошли в помещение подземного гаража. Издалека разблокировав машину, Алекс небрежно протянул ему ключи:

— Сядь за руль, пожалуйста.

— Я?! — повторил свой идиотский вопрос Себастьян и, округлив глаза, уставился на платиновый Бентли Девиса, царственно располагающийся в отдельной зоне.

— Хватит переспрашивать! — немного повысил голос раздраженный его потерянностью Алекс. — Какая с этим проблема? Я хочу документы по дороге почитать. Мне вызвать водителя?

Больше уговаривать Себастьяна не пришлось. Энергично зажав в руке ключи от машины, он в две секунды оказался на водительском месте новейшего Бентли, с восторгом осматриваясь внутри роскошного салона.

Алекс устроился рядом и, казалось, целиком ушел в изучение бумаг, не подгоняя Себастьяна и позволяя тому освоиться за рулем своей машины.

— Сколько же он стоит, интересно просто, — не удержался пораженный всем увиденным Себастьян.

— Не знаю, это подарок, — небрежно бросил Алекс, не отрываясь от документов. — Мы едем?

— Конечно, месье Девис, я прошу прощения, — завел Себастьян машину, заметно сникнув и поубавив любопытства.

Они молчали всю дорогу: Себастьян сосредоточенно рулил, Алекс листал документы и, кажется, ни разу не глянул по сторонам, полностью своему подчиненному доверяя.

На самом деле изучать в папке Алексу было нечего, он давно знал все расчеты наизусть, сам же их и готовил. Что за глупость была потащить за собой Себастьяна? Встреча с Вики может продлиться часа два, а то и дольше, особенно если она сразу пригласит каких-нибудь своих аналитиков. Присутствие на этих переговорах Себастьяна исключено, тем более, тот вообще не в курсе, о чем пойдет речь, вопросами развития бизнеса Бернон не занимается, он только исполнитель. И что, он просто будет ждать Алекса в машине, и правда как личный водитель? Себастьян бы не возражал, конечно, но Алексу не хочется унижать его функциями какой-то обслуги. А чего Алексу от него хочется? Ничего. Просто, чтобы был рядом, с ним так хорошо, так просто… Так хочется сделать для него что-то приятное. Вот, например, дать порулить фешенебельной машиной. Странное чувство. Необычное. Задание ему какое-нибудь придумать, что ли… Счастливая идея долго ждать себя не заставила.

— Это может быть надолго, — сообщил Алекс, отстегивая ремень перед тем, как выйти из машины. — Я хочу, чтобы ты за это время съездил ко мне на виллу. Заправь машину по дороге и оставь у меня в гараже. Заберешь меня на Тесле, она стоит со стороны коттеджа, ты видел. Хочу разобраться с ней сегодня, только место занимает. Поможешь? — снова посмотрел он на Себастьяна со своей лучистой улыбкой, и тот лишь плечами пожал, улыбнувшись в ответ. Девису кто-нибудь вообще способен отказать?

Алекс справился быстрее, чем рассчитывал: в том, что он все заранее просчитал, Вики не сомневалась и обещала вынести вопрос на совет директоров в ближайшее время. Себастьян уже ждал его на парковке, опираясь спиной о пассажирскую дверь электрокара.

— Все в порядке? — удивленно смотрел он на Алекса, который остановился перед ним, с утомленным видом расстегивая верхние пуговицы рубашки.

— Все отлично. Ты ехать собираешься? Я устал, не хочу за руль.

— Конечно! — Себастьян открыл перед ним дверцу машины. — В офис?

В офис Алекс Девис возвращаться не пожелал, предложив где-нибудь перекусить по дороге на его виллу, но, когда они проезжали вдоль набережной, вдруг попросил остановиться.

— Такая погода хорошая сегодня. Прогуляемся? — и, не дожидаясь реакции Себастьяна, вышел из машины и с удовольствием потянулся, подставляя лицо под теплое майское солнце. Потом засунул руки в карманы брюк и не спеша направился на мост Монблан, очень внимательно рассматривая, как спокойная вода озера, превращаясь прямо под мостом в воронку, убегает в каменное русло Роны.

Алекс осмотрелся перед тем, как опереться о перила моста, и выбрал сторону фонтана с неизменной радугой. Щурясь от яркого солнечного света, он с улыбкой посмотрел на стройный ряд отелей на набережной, и Себастьян остановился рядом, тоже оперев локти об ограду и задумчиво глядя вдаль.

— Хорошо здесь, правда? — сказал Алекс тоном, не предполагающим ответа. — Я люблю гулять в городе. А ты? — он взглянул в лицо Себастьяну, но тут же опустил глаза и вдруг приставил свое обнаженное предплечье к руке Бернона, расслабленно лежащей на перилах. — Смотри, какой разный цвет кожи. Интересно, да?

Рукава Себастьяна тоже были закатаны, и их руки плотно соприкоснулись. И действительно, смуглое предплечье Алекса, уже успев загореть за теплые весенние дни, имело бронзовый оттенок. Загар Себастьяна был совсем другим: теплым, золотистым, с выгоревшими светлыми волосками на гладкой коже.

Бернон еще не успел выдохнуть после этого внезапного жеста, как Алекс уже мягко, но настойчиво, обхватил — будто обнял — его кисть, потянул наверх, заставив непроизвольно к нему повернуться, и поставил локоть на опору.

— Предлагаю пари, — неожиданно беззаботно сказал Девис, удобно перехватывая ладонь Себастьяна и весело глядя в глаза. — На одно желание. Кто проиграл — тот исполнит любое.

— Любое? — удивленно поднял брови Себастьян.

— Но мы же знаем возможности друг друга. Ничего нереального, ладно?

— Ладно. Но у тебя преимущество, ты держишься второй рукой! — вдруг совершенно серьезно заметил Бернон и был прав, конечно. Алексу было гораздо удобнее, он собирался бороться правой рукой, стоя при этом левым боком к ограде и уже за нее уцепившись.

— И что? — невинно поднял Алекс тонкие брови. — Ты проиграешь и исполнишь мое желание.

— Но я хочу выиграть! — Себастьян не менял решительного тона, с явным вызовом глядя Алексу в лицо.

— Так попытайся! — Алекс продолжал беззаботно улыбаться, будучи уверенным в успехе.

Он в себе не сомневается, он даже против Тузова может какое-то время продержаться! Плюс эффект неожиданности, плюс возможность дополнительно закрепиться… Да это же просто игра!

— Итак, раз! — начал отсчет Алекс, не обращая внимания на замечания Бернона. — Два! — он почувствовал, как крепко сжал ладонь Себастьян, немного притянув к себе его руку. — Три! Эй! Нет! Это не по правилам!.. — он с изумлением уставился на свою в секунду опущенную руку и, почувствовав боль в плече, вывернулся из захвата.

— Ты проиграл, — констатировал Себастьян с той самой счастливой улыбкой в два ряда ровных зубов. — И я левша, кстати.

— Извини, не знал! — обиженно пробурчал Алекс, потирая локоть. — Я не успел приготовиться просто! Ты раньше начал!

— Ты отказываешься выполнить условие пари? — продолжал спокойно улыбаться Себастьян.

— Кто, я?! Хорошо, хорошо, Бернон! Эльдорадо! — театрально развел руками Алекс и вернулся к перилам, снова на них опираясь. — Говори, чего ты хочешь. Ты знаешь, я многое могу.

— Знаю, — снова перешел на серьезный тон Себастьян и, еще секунду помолчав, четко произнес. — Будь моим шкотовым.

— Кем?! — изумленно повернулся к нему Девис.

— Шкотовым матросом. В двойке, семидесятке. В конце июня регата на Лемане.

— Подожди, Басти, какая регата! — пытался воззвать к его разуму Алекс. — Какой из меня шкотовый!

— Идеальный.

— Но я же не хожу на спортивных яхтах, ты это знаешь! Я даже не пробовал никогда!

— Так есть же целый месяц! — Себастьян был непреклонен. — Есть новая яхта в марине Сен-Сюльпис, в Лозанне, тебе совсем близко. Мы можем тренироваться в выходные с утра. И даже в обычные дни. Вместо пробежки и фитнеса. Так что в конце этой недели начинаем!

Алекс даже не нашел, что еще возразить. Его пререкания выглядели довольно жалко, и он чувствовал, что Себастьян его переигрывает, да Бернон же просто коварно воспользовался ситуацией! Хотя, конечно, если посмотреть спокойно, ничего страшного Себастьян не предлагает. Это должно быть даже интересно. Куча делового народу Женевы увлекается яхтингом и участвует в этой знаменитой ежегодной регате до противоположного берега Женевского озера и обратно. Тем более до Лозанны ему действительно близко. Их вилла примерно на половине пути от Женевы до этого знаменитого курорта Швейцарской Ривьеры.

— Поехали домой, Бернон, — уже совсем нерадостным тоном сказал Алекс. — Без ресторана уже сегодня.

— Конечно, — улыбнулся Себастьян, понимая, что Алекс его условия принял. — Но ты хотел, чтобы я с машиной тебе помог?

— Ты уже помог, — безразлично сказал Алекс. — Ты ж забрал ее, места она больше у нас не занимает. Катайся. Бонус к выигрышу от спонсора турнира! Что ты замер? Тебе в офис еще сегодня возвращаться, рабочий день не окончен!

Оказавшись, наконец, на вилле, Саша сразу поднялся к себе и стал нервно снимать деловой костюм, стремясь побыстрее под горячий душ, чтобы успокоить взвинченные нервы. Что его так разозлило?.. Да он же полдня сегодня какого-то черта флиртовал с Себастьяном! Откровенно и примитивно. Кидал вокруг него круги, заигрывал и практически приставал. Выгуливал по набережной, развлекал веселыми конкурсами и подкупал дорогими машинами. И был абсолютно уверен, что все это работает. Так завороженно Себастьян за всем этим наблюдал, так косился тайком, сидя рядом в машине и стоя возле этой чертовой ограды. И так сбивалось его дыхание от любого прикосновения, Саша ведь не слепой и не глухой! А когда наступил решающий момент, когда у Себастьяна был шанс поддаться, например, и продолжить эту волнующую игру, или даже выиграв, попросить чего-то… ну не яхтингом же заняться! Он о яхтах своих все это время думал, что ли?! И неплохо ведь так сходил Басти на это неожиданное рандеву: на Бентли порулил, напарника для яхтинга заимел, да еще и джекпот под конец развлекательной программы сорвал в виде модернового авто тысяч на восемьдесят франков. Вот это он сделал своего распрекрасного босса! Ничего, еще посмотрим… Будут ему тренировки! Не стоило так злить Алекса Девиса, теперь он возьмется за этого яхтсмена всерьез. Прощайтесь со своей скучной жизнью, месье Себастьян Бернон!

— Где успел так испачкаться, Саня? — с ходу весело спросил Игорь, дождавшись, наконец, Сашу за ужином. Он появился дома во время Сашиных водных процедур и в который раз поражался их длительности.

— В смысле?! — неожиданно резко отреагировал Сашка, не сразу уловив юмор. — А-а… тебе бы все шуточки шутить! А я сегодня с китайцами встречался, между прочим.

— Только не говори мне, что идея Сингапура пережила пандемию!

— Не пережила, расслабься, — равнодушно произнес Саша и тут же успокоил: — Но по Кипру план рабочий. Ой, давай сегодня без дебатов! — скривился Сашка, как от зубной боли, услыхав знакомый тяжкий вздох. — Никто еще никуда не летит. Что там в Красном Кресте у тебя, или где ты был сегодня? Всех научил, как жить на свете? — поспешил Саша сменить тему.

— Нет, не всех еще, — спокойно ответил Игорь, не спеша разделывая ножом и вилкой часть кроличьей тушки в своей тарелке. — Хотят учиться жить на постоянной основе. В экспертный отдел приглашают, по специальности.

— В Красный Крест?!

— В организацию здравоохранения.

— А-а, круто, — довольно вяло отреагировал Саша, явно не в настроении вникать в подробности. — Иди, конечно, оно же ничему не мешает?

— Ну, пока не мешает, а там видно будет.

— Слушай, мы же не в ресторане! — раздраженно заметил Саша, наблюдая, как Игорь орудует приборами. — Можно же кусок кролика за косточку рукой взять!

— Можно. Возьми. Можно даже ногой.

— Вот уж… — не подобрал Саша нужного определения. — У меня тоже новость, кстати. Хочу в регате поучаствовать в конце июня. Месяц в Лозанну покатаюсь, попробую подготовиться. Сегодня взнос в яхт-клуб уже оплатил.

— Что, мечта Леона становится реальностью? — подмигнул ему Игорь и посмотрел на убирающую со стола лишнюю посуду Марту, явно различившую, как прозвучало имя ее мужа в связи со словом «регата». — Поучаствуй, почему нет? Это ж ничему не мешает. Спасибо, мадам Бернон, — перешел он на французский. — Все, как всегда, прекрасно. И пожалуйста, не возитесь здесь долго, идите отдыхать.

«Идите отдыхать!» — мысленно передразнил его подчеркнуто любезный тон Саша, вставая из-за стола. Прямо бесят эти его великосветские манеры! Вельможный князь, блин… Герцог Бургундский!