В полумраке спальни на вилле «Краса» в Красновске.

Илья Андропов после близости нежно коснулся губами родинки на груди Милены Бондаревой и приподнялся, а затем отстранённым голосом сказал: «Давай разведёмся».

Милена, пытаясь отдышаться после этой встречи, медленно повернулась и недоверчиво посмотрела на него.

Они состояли в браке уже год. Почему он внезапно заявил, что хочет развода?

«У неё рак желудка, и ей осталось жить всего шесть месяцев, – произнёс мужчина, закуривая сигарету, дым от которой спиралями медленно поднимался вверх. – Её последнее желание – стать моей женой», – добавил он почти небрежно.

Девушка ошеломлённо уставилась на него. В комнате повисла звенящая тишина.

Слабый свет прикроватной лампы отбрасывал на стену удлинённые тени, зрительно отдаляя их друг от друга.

Илья взглянул на неё и слегка нахмурился.

«Это для того, чтобы её утешить, – пояснил он. – Мы снова поженимся через шесть месяцев. Она долго не проживёт, Милена».

Его голос звучал ровно, почти отстранённо, словно он передавал сообщение, которое не имело к нему никакого отношения.

Девушка молча смотрела на Илью.

Он говорил так, словно приказывал ей, а не предлагал.

Их отношения всегда были односторонними. С самого начала именно она стала инициатором, ослеплённая юной влюблённостью.

Девушка на протяжении многих лет оставалась рядом с ним и прошла через все невзгоды, не отступив.

Милена до сих пор помнила, как под проливным дождём Илья встал между ней и отчимом, сжимая в руке обломанную палку, и с яростью произнёс: «Только тронь Милену снова – и пожалеешь об этом».

Этот момент навсегда запечатлелся в её сердце. Слабая и истекающая кровью девушка сквозь пелену боли видела его – непоколебимого, защищающего её, яростного.

С этого момента Милена отдала ему своё сердце.

Она любила его беззаветно и делала всё, чтобы удовлетворить его просьбы.

Он всегда гладил её по голове и тихо говорил: «Молодец, Милена».

Однако похвалы Ильи были мимолётными, как и поцелуи, а вся та нежность между ними казалась неуловимой. Однако Милена убеждала себя, что такова уж его природа.

Даже когда другие называли её наивной, она оставалась преданной и доверчивой.

Девушка отдала ему семь лет своей жизни.

Годом ранее у дедушки Ильи, Дмитрия Андропова, возникли проблемы со здоровьем. Семья, надеясь поднять его дух, решила, что Илья должен жениться. Они полагали, что, возможно, свадьба подарит старику новый повод для радости.

В итоге Илья женился на Милене.

Она думала, что наконец настал их момент. Однако после обмена клятвами что-то изменилось. Супруг начал отстраняться. Иногда он смотрел на неё как на незнакомку.

«Милена, ты слушаешь?» – Илья нахмурился, увидев отсутствующий взгляд девушки.

«Неужели так и должно быть?» – тихо спросила она.

Мужчина проигнорировал вопрос и произнёс: «Ей сейчас так тяжело, Милена».

Грудь девушки сжалась: «А как же я?»

Илья ответил не сразу. В его тёмных глазах мелькнуло нетерпение.

Через несколько секунд он сказал: «Милена, она умирает. Может ты не в курсе, но она в меня влюблена. Мы с тобой были в браке, и она не хотела причинять тебе боль, поэтому никогда не позволяла нам зайти слишком далеко. Даже когда я пытался загладить вину перед ней, она никогда не позволяла мне этого. Она хороший человек. Пожалуйста, уступи. Не заставляй меня думать, что ты бессердечная».

Его слова, произнесённые так спокойно, ранили её больнее, чем если бы он кричал.

Значит, в глазах Ильи женщина, влюблённая в женатого мужчину, которая клянётся сдерживаться, но никогда не отпускает его по-настоящему, была святой.

А жена, которая просто хотела удержать мужа, – бессердечной.

Милена пристально посмотрела на него. Девушка рассматривала лицо, которое когда-то полюбила: эти пронзительные глаза, выдающийся нос, красивые губы.

Когда всё начало рушиться?

Может, это случилось в тот день, когда появилась эта женщина?

«Ты уверен, что хочешь этого?» – поинтересовалась Милена, приходя в себя.

Илья молча поджал губы, а затем после небольшой паузы ответил: «Да, ты...»

«Ладно», – оборвала его Милена, прежде чем он успел закончить.

Илья поднял на неё удивлённый взгляд и, нахмурившись, начал внимательно разглядывать её.

«Милена, ты поумнела, – раздражённо выпалил он. – Ты же знаешь, что мне нужно твоё согласие, чтобы это сделать. Решила использовать это, чтобы вывести меня из себя?»

Девушка, не ответив, уставилась на длинные тени на белой стене.

Илья потушил сигарету, молча оделся и выскочил из дома.

Он даже не задумался о её чувствах. У него даже не возникла мысль, насколько унизительной или болезненной оказалась его просьба.

Илья знал, что она не сможет его бросить.

Он в этом не сомневался.

Дверь за ним захлопнулась.

Милена осталась одна.

Она неподвижно сидела на кровати, глядя на дверь, ожидая, что та сейчас снова откроется.

В этот момент рядом с ней завибрировал телефон.

На экране высветилось сообщение.

Она взяла гаджет и увидела знакомый номер. «Он снова пришёл ко мне».

Текст сопровождался фотографией, на которой лицо Ильи отражалось в стеклянной двери: на его губах играла мягкая улыбка, а глаза светились теплом, которого Милена никогда раньше не видела.

Девушка замерла, а затем медленно открыла предыдущие сообщения:

«Он сказал, что испытывает ко мне чувства».

«Мне не одиноко в дождливые ночи, потому что он здесь, со мной. А ты?»

«Та, которую не любят, на самом деле и есть любовница. Милена, ты всегда была для него запасным вариантом, той, кого он принял за неимением лучшего. Он смотрит на мир моими глазами, разделяет мои вкусы, и его сердце принадлежит мне».

Бесконечные сообщения доказывали предательство Ильи.

Мужчина, все семь лет державший её на расстоянии, судя по всему, оказался способен проявлять нежность к другой.

Милена продолжала прокручивать сообщения, пока не добралась до самого первого. «Тебе следует знать, кто я. Тебе нравятся цветы, которые стоят в твоей гостиной? Это я их послала. Он сказал, что они прекрасны».

Конечно, Милена знала, кто это.

Виолетта Самсонова, известный флорист, прославилась тем, что украшала роскошные виллы и великолепные вечеринки своих состоятельных клиентов изысканными цветочными композициями.

Милена показывала Илье эти сообщения. Однако он отмахнулся от них и сказал, что нет никаких доказательств того, что их написала Виолетта.

Мужчина даже сказал, что, возможно, Милена сама отправила их, чтобы создать проблемы. Большинство сообщений не содержали фотографий, а редкие снимки казались размытыми и снятыми издалека.

Но не сегодня. Сегодня снимок оказался очень чётким.

Милена подумала о том, чтобы показать супругу эту фотографию, но затем её взгляд упал на ящик прикроватной тумбочки. Она наклонилась и открыла его.

Вот оно. Результат теста на беременность, который девушка получила днём.

Она носила под сердцем ребёнка Ильи. Это произошло в самый неподходящий момент.

Её слёзы пропитали бумагу и размазали чернила.

Однако какое это теперь имело значение? Сердце Ильи больше ей не принадлежало.

Милена вытерла лицо и подняла оставленную им зажигалку, а затем поднесла бумагу к пламени.

Илья даже не догадывался, что согласие на развод станет последним, что она когда-либо для него сделает.

Девушка вернула ему долг, но не деньгами, а семью годами своей жизни.

Она больше никогда его не полюбит.

На следующий день Илья сидел в своём Майбахе, припаркованном прямо у мэрии, и постукивал левой рукой по рулю.

«Илья, вы с Миленой женаты уже год. Ты не задумывался о том, чтобы завести ребёнка?» – раздался из динамика телефона пожилой голос.

На лице мужчины отразилась беспомощность, но он терпеливо ответил: «Бабушка, мы ещё очень молоды. Не стоит торопиться. Вам с дедушкой лучше сосредоточиться на своём здоровье. Он...»

«В смысле не стоит торопиться? – в голосе старушки слышалось раздражение. – Состояние здоровья твоего дедушки, возможно, и улучшилось, но мы не становимся моложе. Мы не знаем, сколько нам ещё отведено».

«Бабушка...»

«Оставь это. Я кое-что слышала, Илья. Что бы ни случилось, будь добр к Милене, – на несколько секунд в трубке повисла тишина. – Илья, ты меня слышал?» – спросила старушка.

Мужчина в отчаянии потёр лоб: «Я понял, бабушка».

Они обменялись ещё парой слов, и он завершил разговор.

Рассеянно постукивая по рулю, Илья посмотрел через лобовое стекло в сторону мэрии и стиснул зубы, а затем открыл мессенджер на телефоне.

Его большой палец завис над знакомой фотографией профиля – простым изображением цветка с подписью «Моя любовь», а затем спустя мгновение мужчина открыл чат с Миленой.

Последнее сообщение, которое он ей отправил, просто напоминало ей о времени и месте встречи, чтобы оформить развод.

Она до сих пор не появилась.

Нахмурившись, Илья отправил новое сообщение. «Где ты?»

Практически мгновенно раздался стук в окно. Он обернулся и увидел немного бледную Милену, стоявшую снаружи.

Она открыла дверь и скользнула на пассажирское сиденье, бросив на него пустой взгляд.

Он не переодевался со вчерашнего дня – на нём была та же одежда, что она сама для него выбрала.

Все эти годы именно жена выбирала ему галстуки, одеколон, продумывала каждую деталь, вплоть до посадки рубашек и костюмов.

«Почему ты опоздала?» – спросил Илья.

Милена отвернулась.

«Я не опоздала», – тихо возразила она.

Она больше не была той девушкой, что безропотно приходила раньше и ждала его, не требуя ничего взамен.

Пальцы Ильи замерли на руле. Слегка прищурившись, он внимательно изучал её.

Милена выглядела немного бледной, возможно, из-за бессонной ночи после того, как он вчера сказал о разводе.

Тем не менее она хорошо выглядела.

«Бабушка недавно звонила, – пробормотал Илья, отводя взгляд. – Не говори им о разводе. Они слишком стары, чтобы с этим справиться».

Выдержав паузу, Милена спросила: «Что сказала твоя бабушка?»

«Она хочет, чтобы у нас родился ребёнок», – ровным тоном сообщил мужчина, и в его голосе послышалось раздражение.

В машине повисла тишина.

Через некоторое время Милена тихо усмехнулась.

Илья сжал кулак и отвернулся к окну.

Иногда он представлял, как мог бы выглядеть их ребёнок.

Мужчина помнил, как обнимал жену сзади, нежно прижимал руку к её животу и шептал: «Милена, когда ты родишь мне ребёнка?»

Однако этого так и не произошло.

В любом случае, они могут снова пожениться через полгода и родить малыша. Времени ещё достаточно.

Однако Виолетте оставалось всего шесть месяцев.

Снаружи сновали прохожие.

В этот момент Милена нарушила тишину: «Ещё раз спрошу, Илья. Ты полностью уверен, что хочешь развестись?»

«У тебя есть какие-то сомнения?» – рявкнул Илья, разозлившись.

Виолетта ждала его в студии.

Убедившись в его решимости, Милена не произнесла больше ни слова, достала из сумки документ и протянула его Илье.

Он взял его и, нахмурившись, принялся листать страницы. Это оказалось соглашение о разделе имущества.

«Если мы разводимся, – сказала девушка, – то должны прояснить все моменты. Я возьму у семьи Андроповых только то, что мне положено. И начиная с настоящего момента, все доходы, полученные каждым из нас, являются его индивидуальной собственностью, – с этими словами Милена достала ручку и положила её рядом с ним. – Если тебя это устраивает, просто подпиши».

Илья читал документ и всё сильнее хмурился.

Соглашение оказалось слишком простым. На самом деле она не просила многого, и уже подписала документ.

Мужчина пытался понять, чего она добивалась. По сути, речь шла о фиктивном разводе.

У Виолетты оставалось всего шесть месяцев. Он планировал провести эти месяцы рядом с ней, а затем вернуться к Милене. Более того, больше никому не следовало знать об этом разводе.

Илья всегда считал, что Милена слепо предана ему.

Он полагал, что у неё нет ни гордости, ни личных границ.

Иногда, когда она его раздражала, Илья намеренно подталкивал её совершать вещи, которые ущемляли её гордость.

При этом Милена никогда не отказывалась.

Она всё равно возвращалась и, мягко улыбаясь, протягивала ему результат: «Илья, я это сделала. Разве это не здорово?» – говорила девушка.

Она была хорошей женой. Кроткой. Покорной. На протяжении семи лет он убеждался в этом бесчисленное количество раз.

Если бы не Виолетта, в их браке, возможно, ничего и не изменилось бы.

Но...

От воспоминания того, как Виолетта, слабая, кашлявшая кровью, пыталась улыбнуться, у него сжалось сердце. Боль оказалась резкой и непреодолимой.

Илья снова выглянул в окно машины.

В отражении Милена смотрела на него пустыми глазами.

Таким способом она пыталась припугнуть его?

В конце концов, однажды она отправила поддельные сообщения, чтобы подставить Виолетту.

Милена ненавидела последнюю.

Сухо усмехнувшись, Илья взял ручку и подписал документ.

Никто не может ему угрожать! Даже она.

Соглашение было составлено в двух экземплярах.

Милена спокойно забрала свой экземпляр после того, как он подписал оба.

Они вышли из машины и направились в здание мэрии. Вместе они подали заявление на развод.

В следующий раз, когда они вернутся сюда, то оформят всё окончательно и получат свидетельство.

Завершив формальности, они вместе вышли из мэрии.

Лучи солнца согревали Милену.

Илья окинул взглядом окружающих: Пары, заключавшие брак, отличались от тех, которые разводились. Некоторые решили провести свадьбу в мэрии.

Мимо прошла парочка, держась за руки.

Улыбка девушки что-то пробудила в Илье. Он вспомнил такое же выражение лица Милены год назад, когда они только поженились.

Илья взглянул на спутницу, которая сохраняла бесстрастное выражение лица.

«Я продолжу переводить деньги на твой счёт в течение следующих шести месяцев, – сказал он. – И ничего не говори моим бабушке и дедушке».

Не дожидаясь ответа, мужчина развернулся и ушёл.

Милена молча стояла и смотрела, как его машина исчезает за углом.

Вскоре приехало её такси.

И они в итоге разъехались в противоположных направлениях.

Одна машина направилась в сторону студии «Лето», а другая – к больнице Красновска.

Илья вошёл в студию Виолетты, где та ждала его с нежной улыбкой.

Мужчина сообщил: «Всё готово. Она не устраивала сцен».

Тем временем Милена вошла в отделение акушерства и гинекологии и тихо присела напротив врача.

Доктор протянула руку и отдёрнула занавеску.

«Милена... ты уверена, что хочешь прервать беременность? – её лучшая подруга и врач Алина Новикова посмотрела на неё с беспокойством. – Ты так ждала этого ребёнка. Ты усердно готовилась к зачатию...»

Милена достала из сумочки соглашение о разводе и положила его на стол.

«Да, – спокойно ответила она. – Давай с этим покончим. Мне это больше не надо».

Алина с удивлением посмотрела на документы о разводе.

Они с Миленой дружили более десяти лет, и за всё это время Алина видела, как сильно подруга любила Илью.

Раньше Милена могла умереть за него, и никто не усомнился бы в этом.

Они поженились год назад. Алина улыбалась на свадьбе, хотя что-то в их паре казалось странным. И всё же Милена получила то, чего хотела. Для Алины этого оказалось достаточно.

Но теперь это.

Что случилось?

«Я его больше не люблю», – сообщила Милена, прежде чем подруга успела задать вопрос, а затем оглянулась и спокойно улыбнулась.

В этой улыбке Алина увидела проблеск прежней Милены, той, что существовала до того, как всё рухнуло, до того, как горечь прочертила на её лице морщины, до смерти отца и краха семьи Бондаревых, навсегда изменивших её.

Это принесло Алине странное чувство спокойствия.

«Илья не знает, что я беременна, – спокойно заявила Милена. – И пока мы окончательно не оформим развод, я не хочу рисковать. Лучше ему не знать».

Если одна из сторон передумает до завершения процедуры развода, то может отозвать заявление, и развод не состоится.

В этот момент Алина поняла, что подруга серьёзно настроена развестись с Ильёй.

Взвесив все обстоятельства, врач сделала то, что требовалось: она назначила Милене медицинские анализы, а затем осторожно посоветовала: «Подожди несколько дней перед операцией».

Милена в замешательстве нахмурилась: «Зачем?»

«Ты же помнишь, что у тебя отрицательный резус-фактор? Это редкость. Нам нужно время, чтобы подготовить донорскую кровь, на всякий случай. Я уже связалась с банком крови. Они сказали, что это может занять неделю».

Милена молчала, грустно глядя на собеседницу.

Ей передалась эта группа крови от отца. В этот момент она снова почувствовала тоску по нему.

Если бы он всё ещё был здесь...

«Ладно», – медленно кивнула Милена и слабо улыбнулась, несмотря на покрасневшие глаза.

«У тебя также наблюдаются ранние признаки выкидыша. Тебе нужно быть осторожной в ближайшие несколько дней», – с беспокойством добавила Алина.

Они выросли вместе, и Алина слишком хорошо знала, какая печаль одолевала Милену.

Держа подругу за руку, врач сказала: «Подожди меня. Моя смена почти закончилась. Я поеду с тобой домой».

Милена кивнула и пошла ждать в коридор.

Она посмотрела на свой живот.

Ранние признаки выкидыша.

Неужели ребёнок знал о её решении и захотел сам уйти?

Поджав губы, Милена направилась в лабораторию для сдачи анализов.

В этот момент завибрировал её телефон. Это оказалось банковское уведомление.

Она открыла новый счёт, о котором Илья не знал. До завершения развода девушка заранее позаботилась о том, чтобы её деньги хранились отдельно.

С этого момента каждая заработанная ею копейка будет поступать на этот счёт.

Затем последовало второе сообщение: «Произведена оплата за композицию и текст песни. Финансовый отдел перевёл деньги. Пожалуйста, подтвердите».

До брака с Ильёй Милена работала анонимным автором песен.

Девушка всегда любила музыку. Когда её отец был жив, она ни в чём себе не отказывала. Являясь единственной дочерью в семье Бондаревых, она обладала свободой и имела возможность развивать свой талант.

Повороты судьбы научили её тому, о чём она даже не подозревала.

Возможно, её отец даже не предполагал, что увлечение, которое он некогда поощрял, однажды станет её спасительным кругом.

Выдержав паузу, Милена написала: «Деньги получены. Спасибо».

Ей быстро ответили: «Вы это заслужили. За эти годы вы написали множество хитов. Почему бы вам не вернуться? Скоро пройдёт новое шоу. Оно вам идеально подходит. Подробности я отправил вам на почту и зарезервировал место участника специально для вас».

Милена открыла электронную почту и увидела новое сообщение с приглашением принять участие в музыкальном конкурсе. Девушка знала этот формат, но в этот раз организаторы ждали оригинальности от участников.

Она быстро напечатала ответ: «Я подумаю об этом».

Убрав телефон, девушка почувствовала лёгкую судорогу внизу живота и снова подумала об отце.

Второй раз за день.

***

Тем временем Интернет пестрил новостями.

«У Виолетты Самсоновой рак желудка?»

«Флорист Виолетта Самсонова: обратный отсчёт».

«Последние шесть месяцев».

Самым популярным постом стало видео, в котором репортёр кратко излагал новости о Виолетте: «Источники подтверждают, что у известного флориста Виолетты Самсоновой диагностирован рак желудка. Ей осталось жить шесть месяцев. Но вместо того, чтобы сдаться, она предпочитает документировать оставшееся ей время, желая поделиться с миром жизнью, которая подходит к концу».

На экране появилась Виолетта, которая посмотрела в камеру с грустной улыбкой: «В течение последних шести месяцев я буду публиковать новости о своей жизни. Я делаю это не ради внимания, а просто хочу утешить других, переживающих то же самое. Надеюсь, вы все останетесь сильными».

Затем на экране снова появился журналист: «О госпоже Самсоновой и господине Илье Андропове, генеральном директоре Андропов Групп, уже давно ходят слухи. Но господин Андропов женат. Остаётся только ждать, восстановит ли он отношения с госпожой Самсоновой в последние месяцы её жизни».

На заднем плане Виолетта услышала эти слова, вышла вперёд, остановилась рядом с репортёром и мягко вмешалась.

Повернувшись к камере, она произнесла: «Мне не стыдно признаться, что мне нравится Илья. Он невероятный человек, – сказала девушка. – Уверена, что не только я так думаю. Но я хочу прояснить, что не собираюсь разрушать чей-то брак. Я не такая».

С этими словами она ушла, оставив журналиста, а затем с улыбкой пробралась сквозь небольшую толпу и села в ожидавшую её машину.

Иностранная сиделка из Фларавии протянула ей стакан воды и замерла в нерешительности.

«Ты выглядишь так, будто хочешь что-то сказать, – холодно произнесла Виолетта. – Давай. Водитель – один из нас».

Сиделка наклонилась и, понизив голос, произнесла: «Госпожа Самсонова, у вас же... язва желудка. Наше учреждение и так сильно рискует, указав, что это рак. А теперь вы делитесь этим с общественностью в Интернете?»

Виолетта резко рассмеялась, напугав женщину.

«Ваше медицинское учреждение имеет лицензию?» – спросила она.

Сиделка кивнула.

«Вы храните медицинские записи о моём состоянии здоровья в конфиденциальности?»

Сиделка снова кивнула.

«Разве в моей медицинской карте не указано, что мне осталось жить шесть месяцев из-за терминальной стадии рака желудка?»

Женщина помедлила и кивнула ещё раз.

«Вот именно! – Виолетта с улыбкой откинулась назад. – Значит, это официально. Никто не может в этом усомниться».

«Но на самом деле у вас нет рака желудка. Что же будет потом...»

«Есть два выхода, – перебила её Виолетта и резко продолжила, холодно сверкнув глазами: – Первый: я чудесным образом выздоравливаю во время лечения в вашем учреждении или где-то ещё, возможно, благодаря всей той любви, которую я получила. Второй: ваше учреждение обвинят в диагностической ошибке и месяцах неверного лечения, – она полностью повернула лицо к сиделке, выглядя при этом ещё более устрашающе. – Какой вариант вы предпочитаете?»

Испуганная женщина смогла выдавить из себя: «Простите, госпожа Самсонова. Я поняла. Вы уже всё продумали».

Виолетта холодно улыбнулась.

«Куда дальше, госпожа Самсонова?» – уточнила сиделка, пытаясь разрядить обстановку.

Виолетта взглянула на свой телефон: «В больницу Красновска».

Спутница напряглась: «Но...»

«Расслабься. Согласно моей медицинской карте, я хожу туда только за обезболиванием», – отмахнулась Виолетта, а затем потянулась к телефону и отправила Илье сообщение, попросив встретиться с ней позже в больнице.

Тот практически мгновенно ответил: «Конечно».

Тем временем Милена стояла в больничном туалете, чувствуя сильную боль внизу живота. Девушка держала в руках салфетку, на которой отчётливо виднелось пятно крови.

Она поняла, что это ранний признак выкидыша.