Открыв глаза, я уставилась в знакомый до боли потолок и обеими руками начала тереть сонное лицо.

– Ой, мама… – недовольно простонала я и слегка нахмурилась.

Я повернула голову вправо и попыталась улыбнуться спящему мужу, который, всю ночь старательно работал над нашим общим удовольствием. Он так же лежал на спине, его ноги были слегка раскинуты, а рука свисала с кровати. Я негромко зевнула и медленно забралась на него сверху.

– Вставай, трахаться будем! – ухмыльнулась я и взяла в руку напряженный пенис.

– Линочка, солнышко мое… отъебись от меня ради Аллаха, видишь я сплю… – похмельно пробурчал Ринат и перевернулся на другой бок, едва не скинув меня.

– А че у тебя так призывно стоит. Манит меня! – я попыталась засмеяться, но головная боль не позволила мне этого сделать, – че он призывает то? Я ведь не железная, я хочу! – шепотом засмеялась я. – вечно у вас, мужиков, стоит с утра, а сами спите.

Я лениво сползла на пол и с усмешкой глянула на спящего мужа. Нацепив очки на сонное лицо, я попыталась отыскать свою одежду, но моя голова просто разрывалась от вчерашнего веселья. Накинув на голое тело длинную футболку Рината, я пошлепала в туалет. Тщательно промыв лицо, я вошла в кухню, заварила себе кофе и устало рухнула на небольшой табурет перед столом.

– О, доброе утро. – послышался слегка хриплый женский голос.

Я обернулась и увидела хозяйку квартиры, стоящую на пороге кухни. Она лениво завязывала пояс халата и с улыбкой смотрела на меня.

– Доброе, Саш. – мрачно ответила я и снова принялась лакать ароматный напиток.

– Чего ты, опять болеешь? – хмыкнула Саша, проходя в кухню.

– Да, капец! Как обычно. – попыталась усмехнуться я, но тут же почувствовала сильную пульсацию в голове.

Саша быстро сделала себе кофе и присела напротив меня.

– Все помнишь? – размешивая сахар в чашке, она азартно стрельнула глазками.

Я снова нахмурилась.

– Блин, вот этого вопроса я боюсь каждое утро, после твоего дня рожденья. – ухмыльнулась я, – давай, рассказывай, что и с кем я там творила…

– Здрасть. А я то, откуда знаю. Я и спрашиваю, все ли ты помнишь? – в ответ усмехнулась Саша.

– Да, пока ничего не помню… Помню, танцевали... ржали на всю квартиру. В карты играли на раздевание… все, как обычно... – я пожала плечами, – а потом… проснулась рядом с Ринатом… Я даже не помню, почему мы в твоей комнате уснули. Обычно ты нам в зале стелишь...

– Я не знаю, что вы там творили, но после танцев ты ушла в мою комнату с парнями… – хмыкнула Саша.

Я вытаращила глаза.

– Что? С обоими? – я тяжело сглотнула и нервно тронула очки, по моей спине буквально прошелся холод, – не поняла, а как Ринат это допустил? А ты почему меня не остановила, если твой мужик со мной пошел?

– Да, успокойся! Шучу я. – Саша коротко засмеялась, – с Ринатом ты ушла… Вы сначала караоке на Татарском орали, потом спать ушли.

– Ты не шути так. Я ведь пьяная могу, я себя знаю… – хмыкнула я.

– Ага. Эт точно, Линочка. Ты по пьяни можешь. Помню, в прошлом году ты чуть не трахнулась с моим соседом, когда курила в подъезде.

– А не хрен было оставлять меня одну. – ухмыльнулась я, – будто не знаете, что если я выпила, за мной как за ребенком смотреть надо. Мне достаточно рюмки четыре и все! Кроме инстинкта размножения во мне уже ничего нет! Додумались одну меня отпускать, блять! Идиоты!

– Так, мы знаем о твоих особенностях. Просто, ты выскочила одна курить, пока мы танцевали. А там сосед тоже вышел покурить. Ты его совратила за пару минут… – Саша весело засмеялась, – ладно, я вовремя вышла. Обломала мужика. Выхожу, а Линочка раком стоит, на лестницу опирается локтями… джинсы с трусами до колен спущены, лицо возбужденное, жопой виляет... а сосед довольный... сзади пыхтит, член достает... – Саша снова захохотала.

– Так, все! Хватит вспоминать, мне стыдно. – я густо покраснела, – просто не отпускайте меня пьяную никуда и все будет заебись. – я улыбнулась подруге.

– Да уж. Погуляли вчера. – вздохнула Саша. – до сих пор башка трещит, хотя я уже давно встала.

– Ох, мамочки, Сашка! Сколько еще твоих дней рождений я должна пережить, скажи мне, пожалуйста! – я схватилась за голову и с усмешкой глянула на подругу.

– Ну… вчера мне исполнилось двадцать девять… – Саша задумчиво скривила лицо… ну еще штук сорок, как минимум тебе придется пережить. – она снова коротко захохотала.

– Ой, не смейся так громко, а то, я до твоего следующего не доживу. А мне самой еще только двадцать семь. Рано мне еще умирать. – я хмыкнула и допила кофе. – пойду ка, еще полежу и пора домой. Дел полно. Завтра на работу…

– Давай! Рината не буди, только! Пусть отдыхает. Он вчера ночью очень хорошо поработал. – Саша весело хихикнула и стрельнула глазками.

– А ты че, свечку держала, что ли? – в ответ хихикнула я.

– Слышала. – пожала плечами подруга, – всю ночь кроватка скрипела и Аделиночка такая “ах, ах, еще, еще… В попу… в попку пальчик засунь. ох”. – Саша игриво закусила губу.

Я густо покраснела и с ухмылкой посмотрела на подругу.

– Так, еще слово и я кое–кому дам в глаз! – хихикнула я.

Саша снова ухмыльнулась, проводя кончиками пальцев по губам, словно закрывает его на замок. Я ухмыльнулась и устало выдохнула. Лениво добравшись до туалета, я закрыла за собой дверь и присела на унитаз. Сквозь мощное бульканье, я вдруг услышала, как в кухне кокетливо смеется Саша, словно к ней пристает мужчина.

Я поняла, что проснулся ее Дима и удивленно покачала головой.

– Только встал, уже пристает! – пробормотала я, – все мужики маньяки. – я шепотом засмеялась и лениво обтерлась туалетной бумажкой.

В кухне определенно намечался секс. Я игриво закусила губу, и стараясь не смотреть в сторону кухни, ломанулась в комнату. Вернувшись в кровать и устало разлеглась рядом с сопящим супругом. Мои сонные глаза устремились в потолок. Честно, шутка Саши о том, что вчера я ушла в комнату с обоими нашими мужиками не переставала тревожить меня.

Мои алкогольные успехи никогда не превышали отметку “хуево”. Именно поэтому, мне необходим тщательный присмотр. По пьяни я действительно могу трахнуться с кем угодно, поскольку, кроме танцевальных и сексуальных инстинктов в этот момент никаких других не имею. Если я выпила хотя бы пару рюмок, мужу приходится любить меня до самого утра, поскольку, я сама начинаю приставать к нему.

Мы с Ринатом всегда отмечаем праздники этой компанией, парами. Дурачимся, танцуем стриптиз, играем в карты на раздевание и так далее, но никогда не позволяли себе большего. Наша компания много лет неизменна: мы с Ринатом и хозяева квартиры– Дима с Сашей.

Мы все сослуживцы. С мужем мы переехали в Ясный из Татарстана. Сюда перевели Рината. Ну, я так же добилась перевода и вот, уже пять лет мы живем здесь. Мой Ринат и Дима служат в ротах командирами, а мы с Сашкой в военном госпитале при части: Я лор, а Сашка моя медсестра.

И несмотря на то, что между нами нет и быть не может никакого группового интима, шутка Саши тронула меня до боли. Да, мы действительно бухаем не очень прилично, но, любые наши пьяные танцульки всегда были приемлемы. Мы отрывались как хотели и меня всегда пугала одна малейшая мысль, что с такого перепоя мы можем тупо перетрахаться между собой.

Конечно, я никогда и не никому говорила об этом страхе и даже вслух не хотела этого произносить, но после шутки Саши меня просто разрывало от тревоги. Кроме того, мой суженый неоднократно мне говорил, что хотел бы найти “друга семьи”… Мои размышления нарушились громким зеванием. Я медленно повернулась на бок и с любовью начала гладить крепкий, слегка волосатый живот супруга.

– Доброе утро. – прошептала я и на мгновение прошлась рукой по низу живота, сжала член и мягко проскользила ладошкой к груди.

– Доброе. – сонно произнес супруг. – как спала?

– Да ничего. Пойдет. – улыбнулась я, – только, спать не давали полночи… – моя ладошка снова спустилась к члену и нежно его сжала.

– Да? И кто же этот негодяй? – ухмыльнулся Ринат.

– Вот, он! – я чуть сильнее сжала мягкий, крупный пенис.

– Вот, гад! – не открывая глаз, Ринат снова хмыкнул. – и что вы с ним делали?

– Мы делали любовь. – я игриво закусила губу и начала нежно разминать член.

– Ммм… – промычал муж и потер сонное лицо.

– Давай, просыпайся и поедем. Дел полно дома. – пробормотала я.

– Давай. Щас, я умоюсь, кофе попью. – простонал Ринат, – блин, Сашкины днюхи реально убойные. – сев на кровати, он покачал головой, – я в прошлом году отмечал круглый юбилей тридцать лет, и то, не так бурно, как она отмечает двадцать девять… А что же будет на ее тридцатилетие? Мы выживем? – он коротко засмеялся, и надев шорты, направился в сторону ванной.

Я сонно поднялась на ноги, и на ходу надевая очки, направилась вслед за Ринатом. Шагая по длинному коридору трехкомнатной коммуналки, я с ухмылкой слушала ритмичный скрип кровати из зала, где, на время нашей вечеринки, обосновались хозяева квартиры.

– Ой, мамочки. Ой, мамочки. – с глубоким чувством сексуальной страсти, причитала Саша.

Я зашла в ванную, и на ходу задирая футболку, шутливо толкнула мужа плечом.

– М… – недовольно пробурчал он, тщательно промывая лицо над раковиной.

– Капец, я спать хочу. – сквозь зевоту простонала я, буквально падая жопой на унитаз.

Услышав характерное утреннее журчание, Ринат отвлекся и повернулся ко мне.

– М, какая мощная струйка! – ухмыльнулся он, – наверное, горячая…

– Ринат, иди в жопу, а… – я тоже ухмыльнулась, – ты че, извращенец?

– Я не извращенец, просто ты меня совращаешь… – пожал плечами супруг.

– Чем? – выжимая из себя последние капельки мочи, сдавленно пробормотала я.

– Тем, что на тебе нет трусиков… – снова пожал плечами Ринат.

– Кстати, да! – кивнула я, – сейчас будешь их искать!

– Я? – искренне удивился супруг.

– Нет, блин! Наверное, это я вчера всю свою одежду раскидала по комнате! – хмыкнула я, и тщательно обтеревшись бумажкой, лениво поднялась на ноги.

– Это называется “страсть” – хмыкнул Ринат.

– Это называется “трусы за две с половиной тысячи рублей”! – в ответ усмехнулась я, – попробуй не найди! Отрабатывать будешь! Это тебе, не твои семейки, которые на рынке стоят сто рублей за килограмм. – я коротко захохотала.

– Я с удовольствием отработаю. – улыбнулся Ринат и вплотную подошел ко мне.

– Так, молодой человек! Уберите свои руки. И его уберите! – хихикнула я.

– Кого? – словно не понимая, о чем я говорю, хмыкнул Ринат, и задирая на мне свою футболку, трепетно сжал мои ягодицы.

– Вот этого! Который мне в живот упирается! – я нежно погладила супруга по спине. – я его боюсь.

– Он же вялый и немощный… – ухмыльнулся Ринат, нежно разминая мою задницу, – сейчас он абсолютно безопасен.

– Ага. Обычно, он вялый и немощный только первую минуту наших объятий… А потом он становится крайне опасен. – я попыталась изобразить серьезное лицо, но тут же, шепотом засмеялась.

– Ему просто нужна твоя горячая дырочка. Он поэтому и становится таким твердым и горячим. Он призывает ее. – так же, шепотом захохотал Ринат.

– Ну, теперь… только ночью. – я пожала плечами и чмокнула мужа в губы.

Примерно через час мы сидели в машине. Ринат расслабленно курил и нежно гладил мою ногу, все сильнее задирая на мне легкое белое платье. Он осторожно сжимал мою тонкую ляжку и как–то возбужденно сопел. Его ладонь была такой горячей словно ее длительное время разогревали на костре.

Я чувствовала, как супруг заводиться, словно впервые трогает девочку за ножку. Мне казалось, что он вот–вот взорвется от желания. Я игриво двигала ножками, слегка приоткрывая доступ к промежности.

– Куда Вы лезете, мужчина, туда нельзя! – я весело захохотала.

– Мне можно. – пожал плечами Ринат, – сама же постоянно говоришь, что я озабоченный…

– Конечно, озабоченный. – я ухмыльнулась и весело глянула на супруга, – сижу вот, никого не трогаю, а ко мне пристают вовсю… – я шепотом засмеялась, и доставая влажные салфетки, сняла очки.

На некоторое время Ринат замолчал. С каким то странным видом он смотрел на двор. Протирая очки, я так же задумчиво смотрела на старенький дворик пятиэтажки, покосившиеся качельки и ржавые детские горки.

– Блин, интересно. Я думала, что только у нас в Казани такие дома обшарпанные есть. – я коротко хихикнула и быстро нацепила очки на их законное место.

– Да везде так. – пробурчал Ринат и ухмыльнулся, кончиками пальцев касаясь моего лобка. – ммм, какая колюченькая прелесть. Люблю, когда ты без трусиков.

– Ага! Отработаешь, блин! – я изобразила обиду, – это же как надо было забросить мои лучшие трусы, чтобы не найти их в такой маленькой комнатке.

– Я не виноват, я просто спешил поскорее добраться до своей любимой писеньки. – хмыкнул Ринат, его пальчики попытались дотянуться до клитора, но, моя поза не позволило ему этого сделать.

– Добрался, блин! – ухмыльнулась я, – теперь, будешь наслаждаться моими танцами в домашних труселях!

– Ну и ладно. – пожал плечами Ринат, – я вообще, тебя голенькую больше люблю.

– Так, прекрати! – шепотом засмеялась я, когда рука супруга попыталась раздвинуть мне ноги.

– Не прекращу. – покачал головой Ринат и выбросил окурок на улицу, – хочу свой колючий пирожок!

– Сам ты, пирожок! – я шутливо показала язык, моя рука медленно потянулась к мужской промежности, – ого! – я весело хихикнула и слегка сжала напряженный бугорок на шортах, – а у кого–то уже стоит…

– Конечно, стоит. – ухмыльнулся Ринат, – от таких стройных ножек…

– Блин, ты как поедешь с таким стояком то? – хмыкнула я и оттянула резинку шорт.

На волю бодро выскочил крупный мужской орган. Ринат серьезно посмотрел на свой член и мою ладошку, которая тут же, крепко обхватила это горячее, напряженное чудо.

– Пока, не знаю. – улыбнулся он, – попробуй сделать его мягким и спокойным. Он ведь любит твои губки...

– Ага, щас! – хмыкнула я, нежно раскрывая и закрывая толстую головку, – чтобы все вокруг видели?

– Кто увидит то? Ты же будешь внизу. – ухмыльнулся Ринат, его член сильно пульсировал и практически разрывался на части.

– Ладно, хрен с тобой! – я аккуратно сложила очки на заднее сиденье, – а то, до ночи будешь мучиться теперь! – облизнув губки, я склонилась над торчащим пенисом и насколько могла, заглотила мощную головку.

– Ох. – чувственно выдохнул Ринат и начал нежно гладить мою голову.

Я плавно двигалась вверх–вниз, старательно лаская мощную головку губами. Супруг жарко дышал и неосознанно двигал бедрами мне навстречу. Каждое мгновение мне казалось, что он вот–вот взорвется бурным экстазом, но этого не происходило.

Через некоторое время я выпустила изо рта мощный орган и начала трепетно водить им по своим губкам. Напряженная головка сильно вздрагивала и пульсировала, Ринат тихонько постанывал, все его тело дергалось, живот втягивался.

Тщательно обработав мощную головку губами и язычком, я снова взяла ее в рот, еще крепче обхватила мощный ствол и начала быстро двигать головой. С одной стороны меня возбуждало это действие. Как обычно, я азартно отмечала пульсацию мужского органа, его чувственное напряжение и нестерпимо повышенную температуру.

С другой стороны, мне совсем не хотелось делать это в машине. Я делала это лишь для Рината, поскольку, в этот момент думала лишь о его здоровье. Я никогда не оставляю его возбужденным. Как медик, я прекрасно понимаю, что сброс семени крайне необходим для сохранения мужской силы. Минут пять я ускоренно двигалась и наконец, отстранилась.

– Блин, ты кончать то, будешь? – ухмыльнулась я, быстрым движением руки надрачивая покрасневший от напряжения член.

– Да. Сейчас. – простонал супруг и с силой притянул мою голову обратно.

Я снова начала быстро двигать головой и в течение десяти секунд Ринат кончил. Я тут же остановилась, судорожно глотая горячее семя, крепкий пенис стал запредельно жилистым, он буквально извивался, выбрасывая мне в рот все новые и новые порции семени. Ринат нервно дергался, его пальцы теребили мне волосы. Наконец, он расслабился.

– Ой, бля! – устало выдохнул он, – круто.

– Все, поехали. – тепло прошептала я, надевая очки.

– Поехали, – кивнул Ринат и чиркнул зажигалкой.

– Капец, ты невкусный! – нахмурилась я, доставая влажные салфетки. – если будешь пить кофе в таком количестве, забудешь, что такое минет! – я шутливо показала язык.

– Что, такой горький? – ухмыльнулся супруг, трогаясь с места.

– Еще какой горький! – я снова нахмурилась.

Ринат ничего не ответил. Держа в зубах сигарету, он медленно выруливал из–за двора, объезжая припаркованные машины. Я так же расслабленно курила в окно и озорно поглядывала на супруга. Он отвечал мне таким же игривым взглядом. Некоторое время мы ехали молча, после чего, начали активно обсуждать всякую ерунду.

Мы болтали ни о чем, о разных городах, об их различиях, о людях в этих городах и какой–то непонятной ерунде. Я задумчиво смотрела в окно и параллельно думала о Сашиной шутке.

Мне казалось, что она озвучила все мои опасения, которые, в глубине души тревожат меня уже не один год. Но, вскоре я расслабилась. Приятный летний воздух буквально освежил мои мысли, я закрыла глаза и откинула голову на подголовник.