На часах была половина одиннадцатого, я стояла у окна на кухне и смотрела во двор. Мой чемодан уже был в прихожей, пальто и сапоги приготовлены.

— Ну, чего ты? — спросила Маринка, видя мое нервное состояние.

— Все в порядке, просто волнуюсь.

— Понимаю, но это действительно то, что тебе нужно.

— Хочешь от меня скорее избавиться? — пошутила я.

— Знаешь же, что нет. Я люблю тебя и хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Чем дальше ты будешь от Москвы, тем лучше. Так ты скорее его забудешь.

— Ты права, но в этой работе меня многое настораживает. Марин, я боюсь.

— Не говори глупости! Все будет хорошо! — подруга крепко обняла меня.

— Кажется, за мной приехали.

К дому подъехала большая черная машина. Не было сомнений, что это именно за мной. Я сердечно попрощалась с подругой, пообещав позвонить, как только доберусь до места. И тут же завибрировал телефон: пришло сообщение от Кирилла Степановича с номером автомобиля, который меня ждет.

Как только я вышла из подъезда, из того самого черного внедорожника показался Кирилл Степанович. Он махнул мне рукой и жестом пригласил на заднее сиденье автомобиля. Пока я не спеша шла, водитель учтиво забрал мои вещи.

— Ну, что вы, Татьяна Николаевна? — улыбнулся мужчина, видя мое замешательство, — вы же не передумали?

— Нет, — решительно ответила я.

— Вот и славно. Тогда садитесь скорее!

Мужчина галантно подал мне руку, и я села в машину. Двери закрылись сразу же. Звук блокировки заставил меня запаниковать, но мой испуганный вид, кажется, только забавлял моего спутника.

— Вам нечего бояться. Это всего лишь меры безопасности. Вы едете на работу, если что-то вас не устроит, вы всегда сможете вернуться в Москву.

— Хорошо, — ответила я и отвернулась к окну. Только сейчас я заметила, что стекла в машине непрозрачные, а как только автомобиль тронулся, за водителем появился непроницаемый темный экран.

— Это меры безопасности. Не больше.

— Меры безопасности? Чтобы я не видела дорогу?

— Именно. По этой же причине выезжать из дома вы будете только с водителями Максима Игнатьевича.

— Но… это как-то ненормально.

— Милая девушка, поймите, мир нашего босса совсем не такой, как наш. На первом месте для него безопасность. Дом, куда мы едем — святая святых. Там он живет со своим ребенком. Вы пока что незнакомка, как Максим Игнатьевич может быть уверен, что вы не предадите его?

— Я всего лишь няня.

— Вот именно, няня! Вам он доверит самое дорогое, что у него есть.

— Я все еще не могу знать, кто будет моим воспитанником?

— Думаю, Максим Игнатьевич сам вас познакомит. А сейчас ознакомьтесь с договором, — мужчина достал из портфеля увесистую кипу бумаг и протянул ее мне.

— Это договор? — удивилась я.

— Условий много, но все они выполнимы.

За чтением договора я не заметила, как прошло время. Действительно, условий была масса; некоторые из них казались мне совершенно бессмысленными, но спорить не хотелось.

— Прочитали? — поинтересовался Кирилл Степанович, когда я отложила договор в сторону.

— Да.

— Если вам требуются какие-либо комментарии…

— Нет, спасибо. Все предельно понятно.

— Что ж, в таком случае, если беседа с боссом пройдет успешно, то нужно будет подписать оба экземпляра.

— Хорошо.

Остаток пути мы ехали молча. Кирилл Степанович был не настроен на разговор, а я и не настаивала, поскольку рядом с ним чувствовала себя неловко. Сложно было определить, сколько времени мы провели в дороге, но, по моим внутренним ощущениям, прошло больше трех часов.

Когда, наконец, машина остановилась и мне помогли выйти, я не поверила своим глазам. Передо мной возвышался настоящий четырехэтажный дворец; за высоким забором, что его ограждал, раскинулся хвойный лес.

Не успела я ступить и шагу, как услышала лай собак. На меня с бешеной скоростью неслись две овчарки. Я невольно отступила к машине.

— Кайла! Муст! Фу! — Кирилл Степанович вышел вперед и сделал какой-то жест псинам; они тут же убежали, — не бойтесь, Татьяна Николаевна, они прекрасно обучены и никогда не тронут своих.

— Все в порядке, я люблю собак.

— Это хорошо. У овчарок есть вольер, но почти все время они бегают по территории, — он посмотрел на мой чемодан и кивнул водителю, — Дмитрий отнесет чемодан в гостиную. После вашего разговора с боссом определим, что делать дальше.

Мужчина пошел в дом и кивнул мне, чтобы я следовала за ним. Складывалось впечатление, что он всегда общается с персоналом жестами. Дмитрий послушно шел рядом. Только сейчас я смогла рассмотреть его. Молодое мальчишеское лицо странным образом контрастировало с седыми волосами, шрамы над левой бровью и у нижней губы наталкивали на мысль о его непростом прошлом. Чтобы не выглядеть невежливой, я отвернулась от молодого человека.

Внутри дома все было куда проще, чем снаружи. Неожиданно скромный интерьер выглядел даже несколько неуместно. Кирилл Степанович сразу отвел меня в кабинет босса. Максим Игнатьевич, как выяснилось, задерживался, и меня попросили подождать. Было странно, что меня, по сути незнакомку, оставили одну в кабинете босса. Пользуясь случаем, я хотела позвонить Маринке и сказать, что успешно добралась, однако мобильная сеть в этом месте не ловила. Снова мурашки пробежали по спине.

Время шло, а ко мне никто не шел. Даже промелькнула мысль, что обо мне забыли. Чтобы как-то занять себя, я стала разглядывать кабинет — массивный письменный стол с компьютером, большое кресло, три стеллажа с книгами, плазменная панель и два стула. Ничего особенного. Откровенно говоря, я мыслила стереотипами, думала, что кабинет у богатого мужчины должен быть оформлен роскошно: например, стены украшают полотна модных художников. Здесь же, кроме книжных шкафов, рассматривать было нечего; впрочем, столь обширная библиотека никого не могла оставить равнодушным. Здесь были книги об искусстве и истории, мемуары полководцев, классика и современная беллетристика. Мне очень хотелось взять что-нибудь почитать, но я поборола в себе это желание и, как выяснилось, не напрасно.

— Татьяна Николаевна, извините, что заставил вас ждать, — раздался приятный мужской голос.

— Ничего, — с улыбкой ответила я и повернулась.

Стоило мне увидеть перед собой говорившего, как улыбка мигом спала с лица. Это был он — тот самый таинственный незнакомец с автоматом. Судя по его ехидной усмешке, он тоже меня узнал. Я растерялась, не зная, как вести себя дальше.

— Меня зовут Максим Игнатьевич, как вы уже поняли. Прошу вас, присаживайтесь, — вежливо произнес он и указал на стул, — как вы могли судить, я серьезно подхожу к выбору няни для своего ребенка. Я человек обеспеченный и влиятельный, поэтому для меня особую роль играет безопасность близких. Я должен быть уверен, что могу доверить вам самое дорогое.

— Конечно, — согласилась я.

Мне было неловко, но, судя по поведению Максима Игнатьевича, он решил все же не напоминать, что мы уже встречались. Мужчина был сосредоточен, серьезен и до невозможности красив. Снова меня как будто загипнотизировали, и я не могла отвести от него взгляда.

— Замечательно. В принципе, все, что мне было нужно, я уже узнал. Вы любите детей и легко с ними ладите. Ваши ученики от вас в восторге. Вы — человек мягкий, но с жестким стержнем. Вы справедливы, это доказывает случай с Павлом Морозовым. Несмотря на то, что он сын богатых родителей, вы не побоялись отчитать его…

— Простите, откуда вам все это известно? — удивилась я такой осведомленности.

— Татьяна Николаевна, повторяю, выбор няни моего ребенка — вопрос крайне важный. Я должен знать о вас все, чтобы быть уверенным.

— И что же еще вы выяснили про меня? — с долей раздражения поинтересовалась я.

— Мне известно о вас практически все, — самодовольно заявил мужчина, — вас что-то смущает?

— Да! Конечно!

— Что именно?

— Это моя жизнь! Кто вам дал право в ней копаться?

— Говорите так, будто храните страшную тайну, но мне известно, что вам скрывать нечего. Наоборот, вам есть чем гордиться: староста класса, королева выпускного, лучшая студентка курса. Также я знаю, что в последние годы вы почти всю себя посвятили мужу, практически не общались с друзьями, отношения с родителями напряженные. Поэтому вы остались в одиночестве после ухода Андрея.

— Еще что-то? — злобно процедила я; глаза обожгло слезами. Все происходящее, напоминало дешевый фарс. Мне казалось, что этот человек специально издевается надо мной, испытывая на прочность. Пелена очарования спала, и теперь я видела перед собой самодовольного наглеца.

— Прошу вас, успокойтесь, — на удивление нежно сказал он, — многие претендентки на эту должность после того, как узнавали о моей осведомленности, уходили. Надеюсь, вы выслушаете меня до конца.

— Хорошо, — снова сдалась я.

— Так вот, меня все устроило в вашей биографии. По ряду причин вы мне подходите, уверен, что и к моему ребенку вы сумеете найти подход, как и к своим ученикам. Со своей стороны обязуюсь исправно платить вам зарплату пятого числа каждого месяца, двадцатого — аванс. Вы ни в чем не будете нуждаться. В доме есть прислуга, которая занимается уборкой комнат, повар нас кормит, мажордом следит за порядком в доме.

— Я читала контракт, в нем сказано, что в мои обязанности будет входить уход за ребенком. Больше ничего. Хотелось бы узнать подробнее.

— Да, конечно, — улыбнулся мой работодатель и внимательно посмотрел на меня, — вы останетесь, я уверен.

— Не буду отрицать, что в данный момент я не уверена в решении.

— Вижу, но вы останетесь. Я знаю, — отрезал он и вмиг стал серьезным, — да, в ваши обязанности входит уход за ребенком. Мы с супругой в разводе, и полная опека на мне. Ребенка нет с нами только по выходным, когда он с матерью. Все остальное время, ребенок на вас.

— Я могу узнать имя и возраст ребенка?

— Только после подписания контракта.

— Но…

— Никаких «но»! — он так крикнул, что я непроизвольно дернулась. Мужчина пугал меня, и чем дальше заходил наш разговор, тем меньше уверенности у меня было. Кажется, он понял, что был слишком резок. Он расслабился и снова откинулся в кресле. — Извините, не хотел вас напугать. Опять же, это только безопасность. Я стараюсь держать в секрете свою семью, поэтому, пока вы не станете моим сотрудником, я не буду посвящать вас в детали.

— Хорошо.

— Вернемся к вашим обязанностям. На вас будет лежать забота о моем ребенке. Я очень много времени провожу на работе, могу не ночевать дома, уезжать на несколько дней. Мой ребенок не должен быть обделен вниманием. Надеюсь, это ясно?

— Да.

— Вы будете заниматься только своими обязанностями и ничем больше. Я — ваш начальник, и исполнять будете только мои приказы.

— Ясно.

— Если вы читали контракт, то видели, что до того, как приступите к работе, вам необходимо пройти полный медосмотр. Врачи приедут завтра.

— Максим Игнатьевич, летом я проходила ежегодный осмотр, у меня есть справки.

— Меня не волнуют справки, выписанные непроверенными врачами. Я прекрасно знаю такие осмотры. Подписывают, что вы здоровы, с закрытыми глазами. Я доверяю только своим врачам. К тому же, забота о здоровье важна и для вас самой, не так ли?

Я промолчала, по взгляду моего нанимателя было понятно, что спорить с ним бесполезно. Если рассуждать логически, то его требование вполне обосновано. Мало ли какое заболевание у меня может быть.

— Вам не стоит бояться, Татьяна Николаевна. Если вы будете хорошо выполнять свои обязанности, то вам ничего не грозит.

— А если не хорошо? — вырвалось у меня, но я тут же об этом пожалела.

— Уверен, что вы справитесь, — ухмыльнулся он и посмотрел мне в глаза, будто пытался заглянуть в мою душу.

— Что касается других условий…

— Вам нужны комментарии?

— Думаю, мне все ясно, — сглотнула я, боясь снова сказать что-нибудь лишнее.

— В таком случае, расскажу о том, чего нет в контракте. Как вы заметили, сигнал сотовой связи здесь не ловит. Да, я наблюдал за вами, когда вас сюда привели.

— Это шутка? — не выдержала я, судорожно оглядываясь.

— В том и в том углу камеры, — мужчина показал на потолок, — поймите, я не мог иначе. Мне нужно было увидеть, как вы себя поведете. Вы единственная из всех нянь, кто ничего не стал трогать, — улыбнулся он.

— Для вас это всего лишь игра? Наблюдаете через скрытую камеру…

— Успокойтесь, пожалуйста, — с раздражением перебил он меня, — вам с самого начала было понятно, что самое важное…

— Это безопасность, — докончила я за него, — но есть еще свобода, личное пространство, этика, в конце концов!

— Чтобы вы не переживали, скажу сразу: в вашей спальне и в ванной комнате нет ни камер, ни микрофонов, а вот в коридорах и общих помещениях есть. Это нужно. Оправдываться перед вами я не собираюсь. Ваше право — согласиться или отказаться. Ответ дадите завтра утром. Дам вам время подумать.

— Я подумаю, — ответила я в том же тоне.

— Так вот, сотовой связи тут нет, но блокировка распространяется только на обычные мобильные телефоны. Я выдам вам наш смартфон, его сигнал проходит через спутник, но определяется на телефонах как обычный номер. То же с выходом в интернет. Вы же приехали со своим ноутбуком?

— Да, но я не хочу его отдавать или менять!

— Это не потребуется. Мы установим в него чип, таким образом, при выходе в интернет будет невозможно определить IP-адрес компьютера и ваше местонахождение. У вас есть вопросы?

— Если мне не понравится? Если я захочу уйти?

— Я вас тут же рассчитаю, а Дмитрий отвезет в город. Вы не пленница, вы моя сотрудница. А теперь я все же покажу вам вашу комнату, — Максим Игнатьевич поднялся с кресла и направился к двери, а я все никак не решалась последовать за ним, сорвавшись с места, только когда мужчина вышел.

Моя комната располагалась на втором этаже. Максим Игнатьевич открыл мне дверь и галантно впустил внутрь. Здесь уже стоял мой чемодан; по-видимому, еще до нашего разговора мужчина принял решение оставить меня. Сама комната была просторной, но при этом уютной. В центре стояла широкая кровать, по обе стороны от нее прикроватные тумбы и светильники, напротив находился туалетный столик с огромным зеркалом и небольшой пуф.

— Одежду можете разместить здесь, — сказал Максим Игнатьевич и распахнул передо мной стеклянные двери, за которыми находилась мечта каждой девушки — большая гардеробная.

— Это моя комната? — недоверчиво уточнила я.

— Да, можете размещаться, если решите принять мое предложение. Обед будет в два. Столовая слева от гостиной, там я вас представлю.

— Спасибо, Максим Игнатьевич.

— Да, об этом… Мы здесь обращаемся по именам. Надеюсь, после школы вас это не покоробит?

— Нет.

— Что ж, в таком случае, Татьяна, до обеда.

Он слегка кивнул мне и вышел. Я принялась внимательно рассматривать комнату. Пусть я еще сомневалась в решении, но на некоторое время это в любом случае моя спальня. Вещи решила пока не разбирать.

Спустившись к двум часам в столовую, я увидела своего работодателя и домашнюю прислугу. Сразу бросилось в глаза, что весь персонал разных национальностей. Славянская внешность была лишь у женщины лет шестидесяти и Дмитрия. Стоило мне зайти в зал, как Максим кивнул Кириллу Степановичу, и тот представил меня собравшимся.

— Теперь представлю наш персонал, — с важностью в голосе сказал мужчина и повернулся к остальным, — Василиса — наш повар, Дмитрия вы уже знаете, Зула и Эстехиди — наши горничные, Салим — мажордом, Эрик — начальник службы безопасности.

— Очень приятно, — улыбнулась я.

— Присаживайтесь, Татьяна, — обратился ко мне Максим, — Василиса приготовила восхитительный обед.

Я села напротив будущего босса. Зула стала мне прислуживать, отчего стало несколько не по себе. Если смотреть объективно, то я, как и она, была на уровне прислуги в этом доме. С другой стороны, пока я не подписала контракт, в некотором смысле была еще гостьей.

Обед прошел практически в молчании, лишь изредка Максим о чем-то спрашивал меня. Его вопросы, как правило, касались искусства, литературы или истории. Этот мужчина поражал меня все больше и больше. Таинственный и опасный эрудит. Кто он, для меня было загадкой. Мне очень хотелось спросить его об этом, но я не могла. Первым условием моей работы был запрет на любые вопросы относительно деятельности босса. Конечно, у меня уже было некоторое мнение, сложившееся из того, что мне уже удалось узнать. Но эти мысли я гнала от себя, потому что работать на мафиози совершенно не хотелось.

После обеда в мой ноутбук вставили необходимый чип, чтобы я могла войти в Интернет, и передали новый смартфон. Не теряя времени, я позвонила Маринке, которая наверняка извелась из-за моего долгого молчания. Я поделилась с подругой своими сомнениями, рассказала ей все от начала и до конца.

— Только не говори, что ты струсила, — недовольно пробурчала она.

— А тебя не смущает все, что я тебе рассказала? Максим с автоматом, машина без окон, все эти условия?

— Нет, напротив, это так увлекательно! Таня, подумай, когда у тебя было такое приключение? Вся твоя жизнь была до тошноты правильной — дом, работа, муж. А сейчас такая авантюра, к тому же тебе сказали, если не понравится — уйдешь!

— Это сейчас так говорят.

— Скажи, а какой он из себя?

— Кто? Максим?

— Да.

— Высокий, темноволосый… Я бы сказала, что он красив, но есть в нем что-то пугающее…

— И он не женат!

— К чему ты клонишь?

— Сама прекрасно знаешь. Будете жить в одном доме, он свободен…

— Я не говорила, что он свободен, я сказала, что он в разводе с мамой своего ребенка.

— А кольцо на пальце было?

— Нет.

— Вот видишь, значит, заметила, — усмехнулась подруга, — ладно, я не говорю, что тебе надо крутить с ним роман. Пока. Просто прими предложение.

— Марин, но если со мной что-нибудь случится, то ты даже меня не найдешь.

— Ничего с тобой не случится! Не придумывай! У тебя все равно нет выбора. Если откажешься, то что? Вернешься в Москву и еще месяцами будешь бегать по собеседованиям? Или в Тулу к родителям? Они тебя живьем съедят за твой развод.

— Ты права.

— Вот видишь! Ладно, подружка, я бы поболтала еще, но мне пора. Позвони, как познакомишься с ребеночком.

— Пока.

Я опустилась на кровать и прикрыла глаза. Марина была права. У меня нет выбора. Мне придется согласиться на эту работу. Моя подруга всегда была легкомысленной и рисковой, не то что я. Для Маринки такая работа — всего лишь приключение, ее не заботило то, что я обрекла себя на существование в логове преступника. Этим мы и отличались: я бы никогда не позволила ей участвовать в такой авантюре, ведь это опасно.

Я снова посмотрела на телефон и тяжело вздохнула, ведь понимала, что не могу оттягивать неизбежное. Узнав о разводе, мои родители были в шоке. Для них брак — это нечто святое, то, за что стоит бороться. Они всегда хорошо относились к Андрею, но не могли простить, что он отказался от меня. Я также попала в опалу за то, что не стала бороться за семью. Последний месяц наши отношения были натянутыми. Сейчас, когда у меня начиналась новая жизнь, я не могла оставить родителей в неведении, поэтому позвонила маме. К сожалению, и в этот раз беседа вышла неприятной. Родители не поддержали затею с новой работой. Отец и вовсе разозлился из-за того, что я, имея образование историка, пошла работать какой-то нянькой. Чтобы не поссориться окончательно, я попрощалась с ними и повесила трубку. Понимая, что нет смысла тянуть до завтра, я пошла к Максиму, чтобы сообщить ему, что согласна на работу.

Он был в своем кабинете и, судя по всему, не удивился моему визиту. Молча Максим положил на стол два экземпляра контракта и отодвинул мне стул. Закусив губу — дурная привычка, но ничего не могу с собой поделать, — я взглянула на Максима. Не знаю, как это объяснить, но в тот момент во мне появился какой-то страх. Казалось, что этой ручкой я подпишу не контракт на новую работу, а нечто большее. Под пристальным взглядом своего нового начальника я оставила подписи на обоих экземплярах.

Эта ночь была спокойной. Я действительно выспалась. Впервые после того, как Андрей сообщил, что уходит от меня. Уже больше месяца меня мучили то бессонница, то кошмары. Уснуть получалось только со снотворным, но тогда утром я была совершенно разбитая. Возможно, смена обстановки, насыщенный прошлый день и пережитые эмоции так вымотали, что я уснула сразу же как вернулась в комнату. Правда, отсутствие ужина давало о себе знать и живот сводило от голода. Приведя себя в порядок, я поспешила в столовую, но в дверях меня остановил Кирилл Степанович.

— Татьяна Николаевна, вам пока нельзя есть. Нужно сдать анализы, по контракту…

— Да, Максим предупредил про врачей, — вздохнула я и последовала за мужчиной.

Меня привели в большой спортзал, оборудованный по последнему слову техники — тренажеры для всех групп мышц, различное спортивное оборудование, сопутствующие аксессуары. Как только я тут оказалась, глаза сразу разбежались. Мне давно хотелось купить абонемент в фитнес. У меня всегда была женственная фигура, но после окончания университета я несколько запустила себя. Андрей не поддерживал эту затею, он предпочитал, чтобы мои формы, напротив, были крупнее. После развода я думала о зале, но без работы и своего жилья, было не до этого.

— Нравится? — усмехнулся Кирилл Степанович, видя мой восторженный взгляд, — это все по проекту Максима Игнатьевича. Здесь и раньше был зал, но таким он стал при боссе.

— Что значит «при боссе»? Здесь кто-то жил до Максима?

— Вы задаете слишком много вопросов, а я, кажется, слишком много болтаю, — улыбнулся мужчина, — у каждого старого дома был не один хозяин. Если вы хорошо себя зарекомендуете, Максим Игнатьевич может разрешить вам здесь заниматься.

— А почему вы зовете его по имени и отчеству? Мне он сказал, что все обращаются друг к другу по именам.

— Это его новая тенденция. На западный манер. Я человек русский и привык уважать собеседника, выражая почтение его отцу. Татьяна Николаевна, прошу вас, — он указал рукой на группу людей в белых халатах, и мы пошли к ним.

Меня представили врачам и первым делом провели в раздевалку зала, оборудованную под лабораторный кабинет. После того, как у меня взяли все необходимые анализы, я снова вышла в зал, где меня ждал осмотр. Рядом с одним из тренажеров установили ширму, за которой я принимала по очереди врачей. Никогда раньше я не чувствовала себя настолько некомфортно. Максим был прав, когда говорил, что школьный медосмотр разительно отличается от того, который организовал он. Меня осмотрели с ног до головы, не оставляя ни одного местечка без внимания. Когда очередь дошла до стоматолога, то мне сообщили, что после завтрака отведут на лечение зубов. Это никак не входило в мои планы. Я с детства ненавидела дантистов, и от мысли, что мне будут сверлить зубы, по телу прошлись мурашки. К сожалению, мною был подписан контракт, и я не могла отказаться от процедуры. Когда осмотр был закончен и врачебная делегация покинула спортивный зал, я не спеша оделась и собралась идти в столовую, но поняла, что не помню, какие двери ведут к выходу. Зал был сконструирован таким образом, что находился практически в центре дома и имел несколько выходов. Доверяясь интуиции, я распахнула одну из дверей и тут же нос к носу столкнулась с Максимом. Как оказалось, случайно я зашла в бассейн.

Мой начальник стоял в одних плавках и вытирал полотенцем волосы. Капельки воды стекали по его обнаженному торсу, а мокрые плавки так обтягивали, что невольно возникали самые неприличные фантазии. Он был идеален в своей мужественности. Я не раз видела Андрея обнаженным, его тело мне нравилось, вызывало желание, но ничего подобного тому, что чувствовала сейчас, не было. Меня будто ударило током, и я была не в силах отвести от него взгляд. Максим видел мое состояние. Он смотрел на меня так, будто слышал мои мысли. Мужчина усмехнулся, отбросил полотенце и повернулся ко мне лицом, будто специально демонстрируя свою мускулатуру.

— Извините, — произнесла я, чувствуя, как лицо заливается краской.

— Вы заблудились или хотели составить мне компанию в бассейне? Если так, то спешу разочаровать вас, мое плавание окончено, — будто издеваясь, ухмылялся он.

— Я заблудилась.

— Вам нужна противоположная дверь.

— Спасибо, я пойду. Еще раз извините, Максим, — я опустила взгляд и развернулась, чтобы поскорее уйти.

— Как ваш осмотр? — остановил он меня.

— Все прошло хорошо, спасибо.

— Сегодня после завтрака к дантисту?

— Откуда вы знаете? —  сердце начало отбивать чечетку от мысли, что он следил.

— Я не подглядывал, если вас это волнует, — будто прочитал Максим мои мысли, — как говорил раньше, я должен знать все о тех, кто находится рядом со мной и тем более с моей принцессой. Да, у меня дочь. Скоро вы познакомитесь.

— Буду ждать.

— Идите в столовую, я скоро подойду.

Пользуясь разрешением уйти, я чуть ли не побежала прочь. Непонятно, что со мной происходило. Этот человек так странно действовал на меня. Он притягивал, манил, как свет мотылька, но в то же время вызывал дикое желание спрятаться.

По пути в столовую я остановилась у зеркала. Пусть утром мой вид устраивал, но сейчас чем-то была недовольна. Хотелось быть красивой. Хотя это не совсем верно. Я хотела, чтобы он видел меня красивой. Эта мысль пугала, ведь ничего подобного раньше не было. В моей жизни был только Андрей. Муж, которого я до сих пор любила. Я перевела дыхание, чтобы успокоиться и отогнать эти непрошеные мысли. В столовую я пошла в том виде, в котором была. В конце концов, мне должно быть все равно, что обо мне подумает Макс.

За завтраком он вел себя несколько отстраненно. У моего босса возникли какие-то неотложные дела, поэтому он куда-то ушел. То, что он меня совершенно проигнорировал, неприятно кольнуло, но я решила не придавать этому значения. От мыслей о Максиме меня прекрасно отвлекли переживания перед походом к стоматологу.

— У вас три дырки. Сейчас мы их запломбируем, — сказала женщина-стоматолог.

— Может быть, не стоит? Мне не мешает. Зубы не болят.

— Татьяна, у меня есть четкие инструкции, чтобы с вашими зубами все было в порядке. Это влияет на ваше здоровье в целом, а оно должно быть у вас железным, чтобы заботиться о девочке.

— Вы знакомы с ней?

— Да, она чудный ребенок. Вы поладите. А теперь откройте рот.

Не знаю, сколько продолжалась эта пытка, но по моим ощущениям она длилась вечность. Когда я рассказала Маринке, через что мне пришлось пройти, подруга только поздравила с бесплатным походом к стоматологу. В этом она, несомненно, была права, я бы сама откладывала лечение зубов до последнего. Наш разговор был недолгим, поскольку пришел Салим и сообщил, что босс ждет, чтобы дать последние инструкции.

Максим встретил меня и сразу же повел показывать помещения, где мне предстоит бывать со своей подопечной. В доме была игровая комната и учебный зал, в саду за живой изгородью располагалась детская площадка. Про себя я отметила, как много места отдано для времяпрепровождения с ребенком и как умело все это скрыто от посторонних глаз.

— Теперь я покажу вам детскую, — сказал Максим и пошел в дом, — Татьяна, вам следует запомнить главное: если в доме будут чужие люди, мою дочь никто не должен видеть! Не беспокойтесь, об этом вам сообщит Кирилл Степанович или Салим.

— Я увижу девочку сегодня?

— Да, ее привезет Лиза, наша кухарка. С ней вы пока не знакомы, но можете подружиться. Она вашего возраста и не сомневаюсь, что встретит вас радушно. Ей не хватает общения со сверстницами.

— Мне будет приятно найти тут друга.

— Не сомневаюсь, главное — не забывайте о вашей прямой обязанности! Моя дочь на первом месте!

— Конечно. А сколько ей лет? Теперь я могу узнать?

— Софи пять, она моя маленькая принцесса. Вы не видели девочек красивее моей дочки, — Максим говорил это с такой нежностью в голосе. Казалось, его глаза в это мгновение как будто посветлели, а лицо озарила легкая улыбка.

— А чем она увлекается?

— Увлекается? — удивился моему вопросу босс и тут же нахмурился, — не знаю, вот вы это и выясните. Татьяна, идите быстрее, у меня нет времени, чтобы устраивать вам экскурсии на целый день.

Резкая смена настроения напугала. Я догадалась, что, хотя Максим любит свою дочь, он совершенно ее не знает. Возможно, дело в том, что он не проводит с ней время, ведь сам говорил о том, что может не ночевать дома и надолго уезжать. Но почему тогда девочка с ним, а не с мамой? И к чему скрывать ребенка от посторонних? Слишком много вопросов.

Детская оказалась рядом с моей комнатой. Из моей спальни в нее шла дверь, удачно задекорированная шторкой и потому с первого взгляда незаметная. Это была комнатка настоящей принцессы: кроватка с розовым балдахином, большой кукольный домик, мягкие игрушки, Барби, пупсы, небольшой мягкий пони.

— Я бы в детстве все отдала за такую комнату, — не сдержала я своего восторга.

— У вас есть возможность наверстать упущенное с моей дочерью, — улыбнулся Максим, — только не забывайте, Татьяна: кроме игр, с девочкой надо заниматься.

— Да, конечно. Мы будем много читать, тем более здесь столько книг, — восхищенно проговорила я, подходя к книжным шкафам с различной детской литературой.

— Пойдемте вниз встречать вашу подопечную. Они приедут с минуты на минуту.

Мы спустились в гостиную, и Максим вальяжно сел в кресло, не сводя с меня глаз. Под его пронизывающим взглядом я вновь почувствовала себя неуютно. А босс продолжал беззастенчиво меня рассматривать, пока мое терпение не лопнуло:

— Почему вы так смотрите на меня?

— Вас это раздражает?

— Мне неуютно от этого.

— А вы смелая. Другая бы не возмутилась лишь потому, что мне захотелось получше рассмотреть вас, или попыталась заигрывать, решив, что таким образом я выражаю заинтересованность.

— Это было очередное испытание? — раздраженно спросила я, на что Максим лишь ухмыльнулся.

— Я хотел просить вас, Татьяна.

— О чем?

— Как часто вы звоните своей подруге?

— Маринке?

— Да, ей.

— Я звонила ей дважды. Но почему вы спрашиваете?

— Прошу вас по возможности сократить общение с этой женщиной. Звоните ей реже и поменьше рассказывайте о том, что происходит здесь.

— Какое вы имеете право указывать мне в таких вопросах? Это не относится к моей работе! Марина — моя подруга, и я буду звонить ей так часто, как посчитаю нужным.

— А она рада вашим звонкам?

— К чему вы все это ведете?

— Татьяна, после развода вам одиноко, а Марина — ваша близкая подруга. Вы ищете у нее утешения, но подумайте о ней. Вы тяготите ее своими страданиями.

— Да как вы смеете мне такое говорить?! Вы ничего не знаете! Считаете, я названиваю подруге, чтобы плакаться ей?! — возмущение достигло предела, я сама не заметила, как перешла на крик. Максим оставался бесстрастным, что злило еще больше.

— Татьяна, успокойтесь. Не забывайте, кто ваш начальник. Если на то пошло, я дал вам дружеский совет. Что касается рассказов о своей работе, то по контракту вы не имеете права о ней распространяться, так что эта тема для вас с подругой закрыта.

— Я еще не начала работать, а уже как пленница!

— В некотором смысле вы правы. Подписав контракт, вы обязали себя.

— Но я могу его расторгнуть.

— Я так не думаю.

Я ничего не успела ответить, потому что в этот момент дверь в дом распахнулась.

— Папочка! — раздался радостный детский крик, и маленькая светловолосая девочка рванула через всю гостиную к Максиму.

— Моя принцесса! — нежно улыбнулся он, подхватывая малышку на руки.

— Я соскучилась по тебе! Мы будем играть сегодня? Пожалуйста!

— Милая, я тоже очень соскучился, но я не смогу с тобой поиграть, зато у меня для тебя есть сюрприз!

— Не хочу сюрприз! Хочу играть с тобой! — обиженно надула губки кроха.

— Софи, знакомься, это Татьяна — твоя новая няня, — Максим поставил девочку на пол так, что она увидела меня.

Она действительно была как принцесса. Светлые кудрявые волосы, убраные в два хвостика, розовые щечки, пухлые губы и длинные ресницы. Девочка с удивлением посмотрела на меня. В ее больших голубых глазах неожиданно появились слезы.

— Привет, Софи, — ласково сказала я, — меня зовут Татьяна, но для друзей я просто Таня. Будешь моим другом?

Улыбнувшись, я сделала шаг к девочке и протянула ей руку. Софи недоверчиво посмотрела на мою ладонь, а потом на меня.

— Не хочу с тобой дружить! — выкрикнула малышка и побежала к лестнице.

— Софи! Софи, стой! — Максим нагнал дочь на второй ступеньке и принес обратно, — что за фокусы?! Так себя не ведут! Немедленно извинись!

Девочка крепко вцепилась в шею отца, обняла его и замотала головой. От этой картины сердце сжалось. Она так отчаянно прижималась к Максиму, но тот практически оторвал от себя ребенка и вновь поставил ее передо мной.

— Извиняйся перед Татьяной!

— Прекратите! — не выдержала я, — у Софи есть полное право не желать со мной дружить. По сути, мы даже не знакомы, сначала ей нужно узнать меня и убедиться, что я и правда хочу быть ей другом.

Софи замерла, казалось, что она перестала дышать. Удивление на детском личике сменилось недоверием. Девочка поджала губу, видимо, не решаясь что-либо сказать.

— Все в порядке, Софи. Я не обижаюсь на тебя. Просто давай познакомимся получше, а потом ты сама решишь, хочешь ли со мной дружить, — улыбнулась я, но не стала к ней подходить, чтобы не смущать больше.

— Ну, что скажешь, принцесса? — вновь по-отечески ласково обратился к ней Максим.

— Папочка, можно я сейчас пойду к себе?

— Хорошо, но давай тебя отведет Татьяна?

Девочка снова посмотрела на меня и замолчала. Малышка поняла, что у нее нет выбора, но явно не была довольна этим. Она боялась или стеснялась меня.

— Максим, может быть, вы сами отведете Софи в комнату? Она соскучилась по папе, и ей нужно ваше внимание.

— Но ваши обязанности…

— Я не отлыниваю, но ребенку вы нужны сейчас. Дайте ей время, я подойду чуть позже, — я посмотрела в глаза своему боссу, и он сдался, кивнув мне. Девочка крепко держала папу за руку, и я снова присела рядом с ней, — Софи, сейчас ты пойдешь с папой в комнату, а потом я приду к тебе, и мы познакомимся. Если ты разрешишь, то мы могли бы поиграть с тобой. Хорошо?

— Да, — наконец, согласилась она.

Максим увел дочь наверх, а я вздохнула с облегчением. Не ожидала, что будет так сложно.

— А ты молодец! — только сейчас я заметила девушку, стояшую в прихожей, — я — Лиза, помогаю Василисе на кухне, а ты Таня? Новая няня?

— Да. Я слышала о тебе.

— Надеюсь, ничего плохого?

— Нет, что ты!

— Вот и славно! А что касается Софи, то она хорошая девочка. На тебя она злится только потому, что новая няня означает, что ее папа будет меньше времени проводить с ней.

— Он очень занятой?

— Да, практически все время в делах, хотя почти не выезжает из дома. Пойдем на кухню, выпьем чаю и поболтаем?

— Хорошо.

Василиса налила нам с Лизой по чашке ароматного чая с гвоздикой и угостила своим яблочным пирогом. За чаепитием девушка немного рассказала мне о нашем начальнике и его дочери. По ее словам, Максим обожает свою девочку, поэтому он и не оставил ее с матерью после развода, однако из-за его постоянной занятости с крошкой Софи в основном бывают няни. До меня ее воспитанием занималась женщина среднего возраста, добродушная и простая во всех смыслах этого слова. Она не развивала девочку, считая нормальным, что Софи смотрит часами напролет мультфильмы, играет в планшет и не трогает ее своими вопросами. Когда Максим решил поговорить с дочерью, узнать, какие книги она читает, что нового и интересного узнает, девочка рассказала папе все, как есть. Она даже не смогла назвать любимую детскую книжку. Няню рассчитали в тот же день, а замену ей не могли найти больше месяца. До сегодняшнего дня девочкой занимался отец, он читал ей вечерами, катал на каруселях или играл в детской, но из-за большой занятости бывал с ней не так часто, как то было нужно. В отсутствие отца роль няньки выполняла Лиза. Последние два дня они вместе провели у дедушки Софи, отца Максима.

— А ее мама? Они видятся только по выходным?

— Да, у Максима единоличная опека над ребенком, Люси забирает дочь в пятницу вечером или в субботу утром, а в воскресенье возвращает.

— Люси? Она иностранка?

— Нет, что ты? — засмеялась Лиза, — просто ей кажется, что так ее имя звучит благороднее, поэтому и дочь зовут исключительно Софи, а не Соня.

— А мне нравится Соня… Сонечка, — попробовала я это имя на языке. Откровенно говоря, я всегда мечтала, если у нас с Андреем будет дочка, назвать ее Соней.

— Люси любит Софи, но не может забирать ее к себе, когда захочет, — продолжила рассказ Лиза, — девочка очень скучает по маме, но ничего не поделать, так решил суд, и идти против Максима — самоубийство.

— Он… он опасный? Неужели может причинить вред матери своего собственного ребенка?

— Ради дочери он готов на все.

— Готов на все, но при этом дает ей видеться с матерью только по выходным, а сам оставляет на нянек?

— Таня, лучше не лезь во все это. Занимайся своей работой, а то он может вспылить.

— Теперь мне понятно, почему Софи так встретила меня. Она боится, что с моим появлением Максим снова о ней забудет. Я должна ее убедить в обратном!

— Таня, ты слышала, что я тебе сказала? Не нужно лезть в их отношения!

— Спасибо за совет, Лиза. А теперь мне пора к ним.

Максим был с дочерью в детской. Они сидели на полу, и девочка что-то с упоением рассказывала папе. Как только я зашла в комнату, лицо моего босса стало серьезным. Он посмотрел на меня так, будто я нашкодивший котенок.

— Можно к вам? — спросила я у Софи, на что она только легко кивнула.

— Я пойду. У меня работа, — встал Максим и уже собрался выйти, как я остановила его.

Не знаю, откуда во мне столько смелости, но я просто взяла его за руку и потянула обратно. Он посмотрел на меня с недоумением, но все же сдался.

— Софи, твоему папе нужно уйти по делам, но он придет к тебе, как только освободится. Если у него получится, то перед сном он прочитает тебе сказку.

— Правда? — глаза девочки загорелись, и она посмотрела на отца, ожидая его ответа.

— Если у него сегодня не получится, то в другой раз обязательно. Да, Максим?

— Можно вас на минуту, Татьяна, — зло процедил он и практически выволок меня в коридор, — что вы себе позволяете?!

— Простите?

— С какой стати вы решаете за меня, что и когда я должен делать? Вы не имеете представления о моей занятости! Забота о Софи — ваша обязанность.

— Моя, и я в полной мере беру ее на себя, но я — няня, а ребенку нужны родители! То, что случилось внизу — прямое доказательство, что девочка боится вас потерять!

— Она не потеряет меня.

— Но Софи так не думает. Вы привели к ней няню, и это значит, что будет меньше внимания с вашей стороны! Вы так любите дочь, но сами же делаете ей больно.

— Вы ничего не знаете! Второй день в этом доме, а уже делаете такие выводы! — окончательно разозлился мой босс. Его глаза горели, брови сошлись на переносице, а губы сжались в тонкую линию.

— Не нужно жить здесь год, чтобы видеть, как ребенок привязан к вам и как боится остаться без вашего внимания, — не сдавалась я, — не прошу вас о многом. Но просто придите уложить ее спать. Зайдите, когда будет свободная минутка. Вам самому от этого будет лучше, что может быть приятнее детской улыбки?

— Это все? — сухо спросил он.

— Да.

Максим прошел мимо и уже хотел уйти к лестнице, как я снова его остановила, ухватив за руку. Мужчина резко обернулся и посмотрел на меня с таким раздражением, будто я самое отвратительное, что он когда-либо видел.

— Еще что-то?

— Зайдите к Софи попрощаться, — уже менее уверенно сказала я.

Мужчина так резко дернулся, что я невольно разжала пальцы и чуть не отлетела в сторону. Он шагнул ко мне и посмотрел в глаза. Я стояла не шелохнувшись, не представляя, чего мне ожидать. Откровенно говоря, если бы он схватил меня за шею и начал душить, я бы не удивилась.

— Не думал, что с вами будет столько проблем.

Он отошел от меня и вернулся в детскую. Софи тут же подбежала к отцу. Максим опустился на одно колено перед девочкой и нежно обнял ее. От того дикого зверя, что был минуту назад со мной в коридоре, не осталось и следа.

— Не скучай, принцесса, я к тебе обязательно зайду, — прошептал он и поцеловал малышку в макушку, — а сейчас я должен возвращаться к делам. Оставляю тебя с Татьяной.

Максим вышел из комнаты, не взглянув на меня. Было неприятно, но я постаралась не придавать этому значения. Меня куда больше заботила Софи, которая уже включила свой планшет и загрузила в нем какую-то игру.

— Софи, давай познакомимся с тобой получше?

— Не хочу.

— Во что ты играешь?

— Не отвлекай меня. Я не хочу с тобой знакомиться, — пробурчала девочка и забралась на свою кровать, спрятавшись за балдахином.

Да, это действительно будет непросто. Мне придется покорить сердце маленькой принцессы, иначе можно собирать чемодан.