Факультет интриг и пакостей - 1. Три флакона авантюры

Практикум по воровству и его последствия

— Живут же люди! Влюбляются, ходят в театры, в би-бля…

— Не выражайся, Билли!

— …В би-бли-о-те-ки!

(Х/ф "Человек с бульвара Капуцинов")

Я кралась, перемещаясь короткими перебежками, по коридору общего крыла, то и дело замирала от звука чьих-то шагов или сполохов света, вырывавшихся из открываемых дверей, и пыталась скрыться от них в густых тенях укромных уголков.

На втором этаже куролесил отстрелявшийся на экзаменах еще на прошлой неделе третий курс. Потолок подпрыгивал, а люстры покачивались, наглядно демонстрируя – отдых от знаний проходит активно. Сегодня был "вечер после сессии", и,стало быть, мои дорогие соученики бурно веселились, отмечая ее успешное завершение. Или же не менее бурно страдали по поводу эпичного провала. Так что все пять этажей и три крыла главного здания Академии сотрясались от пьяного хохота и воплей еще не отошедших от учебы студентов, которые пытались поймать легендарного духа Халяву. Учащиеся активно пользовались тем, что ректор и большая часть преподавательского состава еще днем торжественно отбыла на какой-то симпозиум.

Из потолка вывалилось взъерошенное привидение с вытаращенными от ужаса глазами. Я отступила в сторонку и вежливо сказала:

— Добрый вечер!

Дух медленно, беззвучно и печально затонул в полу... Мне стало жаль несчастных призраков, которым здорово доставалось в такие периоды. Правда, себя было жаль еще больше! А потому, я вздохнула и, решительно сбежав по лестнице, направилась к выходу.

...Я вышла на крыльцо и даже успела закрыть двери. Правда, уйти никуда не смогла — перед моим носом появился кончик каменного хвоста, описал затейливый пируэт и шлепнулся на каменные плиты у самых ног, недвусмысленно преграждая путь.

— Ну, и кудась мы собрались, ась? – скрипучим голосом спросила одна из сторожевых горгулий, разворачивая ко мне шипастую каменную голову.

— Погулять! – отчиталась я, ежась от осеннего холодка.

— Да-а-ась?! – Статуя подозрительно прищурила сверкающие тусклым зеленым огнем глаза.

— Дась! – злобно рявкнула я, притопывая ногой. – Пропустите уже, а?! Я же замерзну!

— Ладно! – милостиво разрешила мне горгулья, убирая хвост с прохода и ворча мне вослед: – Эх, молодежь! Вам бы только по свиданкам бегать, а не учиться...

Я понурилась. Водяной-Под-Корягой, уж лучше бы я шла на свидание! Это всяко безопаснее и уж точно приятнее того, что я задумала...

Так-с, госпожа Подкоряжная! Труса празднуем? Печальное зрелище... А еще мавка, называется, создание нраву легкого и веселого! С таким настроем не то, что родне, самой себе в глаза посмотреть стыдно будет. А, ну-ка — вдох-выдох, грудь вперед, улыбка по протоколу, страх в карман, и... Навстречу приключениям шагом марш!

Сказано — сделано...

Учебный комплекс Академии Триединства располагался в центре огромной, изолированной высоким забором территории. Помимо Академии, за оградой имелся также большой парк с высокими, подпирающими небо древними деревьями. Под сенью их шелестящих крон петляли многочисленные дорожки и тропинки, местами полностью укрытые густыми зарослями кустов. Они не только способствовали перемещению населения Академии "из пункта А в пункт Б", но и могли, совершенно случайно вынырнув из буйствующей зеленью маскировки, вывести к затаившимся среди зеленых стен беседкам и фонтанчикам. Они были украшены разнообразными статуями представителей многочисленных народов, которые, собственно, и составляли сообщество студиозусов в означенном многонациональном учебном заведении.

Академия представляла собой древнее строение дворцового типа с многочисленными башенками, анфиладами, лабиринтами галерей и переходов, основная часть которых была закрыта для студентов по разным причинам, одна страшней другой.

Лекции и практические занятия, в основном, проходили в главном здании, корпуса же общежитий находились на некотором удалении, как от него, так и друг от друга. Соседствующие строения обычно предпочитали обживать родственные факультеты, а вот факультеты-конкуренты администрация Академии старалась расселять как можно дальше! Так, например, наши "Интриганы и пакостники" жили на максимальном удалении от студентов факультета "Долга и чести", да еще и с дополнительным препятствием между общагами в виде обители техперсонала Академии (в основном, мелкой нечисти вроде домовых). Также рядом, в качестве последнего "рубежа обороны", располагалась территория мастеров-изобретателей, которую вообще все, кто только мог, старались огибать по широкой дуге. Во избежание, так сказать...

В подтверждение моих мыслей в отдалении что-то грохнуло и, развернувшись, я увидела, как на втором этаже общежития изобретателей вылетают два окна. Тут же из одного опустевшего проема по пояс высунулся кто-то изрядно подкопченный, и, потрясая какими-то бумажками, завопил:

— Ребята, у нас получилось!

Из общаги хозяйственников раздался ответный стон:

— Опять?! Третий раз за вечер! Какого …. на ночь-то глядя?!

Да, неприлично!.. Зато искренне. Крик души практически.

Открылись двери, и на освещенную фонарями площадку высыпал десяток невысокликов, которые с самыми мрачными лицам "пошли в гости" к мастерам. Подозреваю, что тем сегодня не стоило больше делать никаких открытий!

Я покачала головой и, развернувшись, торопливо пошла вперед. Парк я преодолела почти бегом... Прогулочным шагом до Академии идти было минут десять, а я пролетела за пять! Когда же достигла главного здания, запустила маленькое заклинание для отвода глаз, и спокойно прошла мимо каменных львов на крыльце главного входа.

Дальше было сложнее... Охраняющим библиотеку стражам пришлось спеть древнюю чародейскую колыбельную, которую я с огромным трудом нашла в одном из фолиантов. Но, так или иначе, а спустя несколько минут я уже стояла, прижавшись спиной к дверям "с той стороны", и нервно покусывала нижнюю губу.

В голове, словно наяву, раздался ироничный голос преподавателя: «Подкоряжная, как можно было завалить третий подряд зачет? И, ладно бы, только по моему предмету! Вы у нас вообще успеваемостью не блещете, а в конце семестра особенно отличились... Увы, но мой предмет — тот самый, третий и знаковый, «неуд» по которому торжественно откроет перед Вами ворота нашего заведения! Для выхода...»

Я тяжко вздохнула. Скорее уж — для вылета! И да, я училась не очень хорошо... А чего еще можно ожидать, если запихнуть на факультет столь специфического профиля мавку, которая ни капли в тонкостях будущей профессии не разбирается?!

«Невилика, вы же сами все понимаете… Если экзамен по моему предмету обернется для вас провалом, то это — конец?!»

Конечно, понимаю! Собственно, поэтому и решилась на такой идиотский поступок.

Я стояла у дверей в библиотеку и собиралась грабануть это достойное заведение на несколько ценных фолиантов из закрытой для студентов секции.Нужные мне книги я видела во время одного из дежурств по библиотеке... Там есть парочка заклинаний, усиливающих память, и вообще много ценных и полезных чар! Всё, чем я могла оправдать свои намерения, так это некоторым дефицитом знаний, который под гнетом неумолимо надвигающейся сессии всё сильнее действовал на нервы.

Вылетать же мне было противопоказано!

Я сюда и поступила-то недавно... Пошла, куда взяли. Куда вообще всех берут. А также заманивают, обманывают и хитростью завлекают в сети этого факультета. Короче, название оправдывают! Вот и я, ещё недавно приличная мавка благородного Подкоряжного роду-племени, поступила на факультет Интриг и Пакостей нашей славной Академии не менее замечательной Риотской Империи. По завершении которого я должна буду проработать на благо этой самой Империи аж десять лет. Если, разумеется, не выплачу просто-таки заоблачную виру.

А так... Мы — интриганы и пакостники! Умение манипулировать, плести интриги, сотворять подставы разных уровней и качества — это всё про нас. Нас не любят все, а мы друг друга — тем более! Нас терпеть не могут, но без нас не в силах обойтись... Мы — оружейное масло в колесах Системы!

Да-да... Это нам так красиво говорили при поступлении.

А в итоге? Тех, кто поспособнее, ждет работа в Министерстве иностранных дел, при королевских дворах других государств, либо в посольстве. Тайная канцелярия и разведка — это тоже мы! Короче, мы — это всё, что живет недолго, но для страны крайне полезно. Непонятно, за какие именно грехи тяжкие я сюда попала, но сейчас я намеревалась оправдать "почетное" звание, активно пополняя список умений и навыков вышеупомянутым грабежом и разбоем.

В библиотеке было тихо...

Витали запахи бумаги, клея, чернил и древней пыли. Почему-то пыль свежая и пыль древняя для меня пахли по-разному... А уж та, что ложилась на страницы книг, так и вовсе была особенной!

Лунный свет лился сквозь большие стрельчатые витражные окна, превращая тьму в мягкий сумрак... В одну из распахнутых ставен влетел осенний ветерок и теперь гулял под высокими сводчатыми потолками, изредка возвращаясь к окнам и перебирая легкие складки портьер. Я крадущимся шагом прошла к огромным стеллажам в три ряда, направляясь в секцию № 36 в поисках того, что поможет мне сдать сессию. И по пути изучала полки в поисках заветных знаний, начиная нервничать, так как нигде пока не видела нужного томика.

Ага, вот он!.. Радостно пискнув, я вцепилась пальчиками в корешок большого фолианта и спустя несколько секунд уже счастливо прижимала его к груди. После аккуратно вернулась к началу секции и положила сверху ещё три полезные книжицы, а потом с добычей в объятьях, направилась к выходу из библиотеки, всё ещё не веря своей удаче.

Недаром говорят, что новичкам везет. Про вторую группу везучих личностей я предпочла не вспоминать... Потому что лучше не расстраиваться вам сейчас, Невеличка Подкоряжная! А именование себя дурой даже в мыслях влечет за собой неминуемый упадок самооценки.

На цыпочках, стараясь даже не дышать, я кралась к выходу, не сводя глаз с застывших у массивных дверей статуй сторожевых горгулий. Та-а-ак!.. Шажок... Ещё шажок... Мы не торопимся, мы не бежим, нам этого сейчас не надо!..

Скр-р-р-рип!

Я замерла от звука противно заголосившей половицы, мысленно проклиная тех умников, которые большую часть центрального крыла Академии изволили сделать из дерева. Которое хоть и заговоренное ото всего на свете, но всё же — дерево. И скрипит, сволочь!

Каменный истукан, доселе неподвижно стоящий около входа, медленно приоткрыл сверкнувшие алым светом глаза, и из глубины каменной груди раздалось горловое рычание.

— Спи, моя радость, усни! В замке погасли огни... — дрожащим голосом завела я волшебную колыбельную, от души надеясь, что второй раз за сегодняшнюю ночь она тоже подействует. — Мыши на кухне лежат, завтра пойдут в марина-а-д...

Горгулья протяжно вздохнула и медленно закрыла глаза. По каменной морде с каждой строчкой песенки растекалось блаженное выражение и предвкушение мышиного шашлычка. — Из маринада — в сала-а-ат...— немузыкально и бессмысленно тянула я, проскальзывая мимо стражей библиотеки и скрываясь за дверями, которые тут же захлопнула. А после, облегченно выдохнув, закрыла глаза и сползла по стеночке вниз.